ПРОТИВОЕСТЕСТВЕННЫЕ МОНОПОЛИИ

17 мая, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск № 18, 17 мая-24 мая 2002г.
Отправить
Отправить

Власть развращает, абсолютная власть развращает абсолютно Джон Актон Можно по-разному оценивать ...

Власть развращает,
абсолютная власть
развращает абсолютно

Джон Актон

Можно по-разному оценивать результаты последних выборов, но, думается, главный вывод однозначен: голосование за партии и блоки продемонстрировало, что за последние четыре года и народ, и страна в целом сильно изменились. Общество показало свою зрелость, понимание ситуации, неприятие фальши, острое желание перемен. Оправдаются ли эти чаяния? Сможет ли в определенной степени обновленная власть переломить ситуацию, добиться поддержки своих действий и заслужить уважение со стороны народа? Пока на этот вопрос ответить сложно. На мой взгляд, сегодня Украина больше всего нуждается в сильной независимой, хорошо организованной власти, здоровой конкурентоспособной экономике, уважительной системе взаимоотношений между обществом и властью. Понятно, что добиться этого непросто. Очевидно, что на пути к достижению этих целей есть субъективные и объективные препятствия, порожденные рядом обстоятельств, в том числе — недооценкой экономических факторов. По опыту работы в сфере законодательной и исполнительной власти знаю, что одним из таких факторов является монополизация экономики и слабая система контроля со стороны государства за деятельностью естественных монополий.

Берусь утверждать, что без осуществления политики демонополизации экономики и построения развитой системы контроля за деятельностью естественных монополий:

а) власть будет ощущать себя все более неуверенно и будет все менее последовательной вследствие прямого и косвенного политического давления со стороны монополий;

б) народ будет чувствовать себя ущемленным в своих правах, не особо вникая, кто и где их конкретно нарушает, и накапливать критическую массу раздражения к власти вообще;

в) рыночные отношения останутся преимущественно лозунгами ввиду отсутствия конкуренции в ключевых сферах жизнедеятельности общества, и, как следствие, экономические проблемы усугубятся.

Тем, кому покажется, что я сгущаю краски, предлагаю рассматривать эту статью как дискуссионную. Более того, убежден, что эту (и другие) дискуссии давно пора вывести на публичные, доступные площадки в поисках путей к долгожданному общественному компромиссу. А для того чтобы разговор был предметным, приведу некоторые доводы и аргументы в пользу моих утверждений.

Каждый из нас не раз и не два сталкивался с ситуацией, когда до боли обидно отдавать свои кровные за товар и услуги, явно не стоящие заявленной суммы. А между тем деваться некуда: при всем желании мы просто не можем подключиться к другой энергосистеме, воспользоваться услугами иной телефонной компании, обогреть квартиру собственными силами, вскипятить чайник на газе из альтернативного источника, поехать на работу на альтернативном метро, а в отпуск — на поезде альтернативной железнодорожной фирмы. Потому как в каждом из случаев имеем дело с монополиями. Этим зловещим атрибутом высшей стадии капитализма, существующим, как еще совсем недавно нас убеждали, исключительно в странах «загнивающего Запада». Хотя чего-чего, а монополизма в советские времена было более чем достаточно. Рассматривая творения советских карикатуристов, традиционно изображавших монополистов в виде социальных злодеев в смокингах и цилиндрах, подавляющее большинство жителей 1/6 земного шара даже не задумывались над тем, что сами являются объектом воздействия со стороны одной из крупнейших монополий, когда-либо существовавших в мире, — монополии социалистической пропаганды. Кроме того, ни чем иным, как монополией, была вся командная экономика СССР, основанная на всеобъемлющем директивном планировании, государственном ценообразовании, централизованном распределении материальных ресурсов и потому не допускавшая малейшего проявления конкуренции ни в одной из своих отраслей.

Многие монополии, существующие сегодня («Укрзалізниця», «Укрпочта» и др.), были созданы и закреплены именно в то время. Но советские монополии были «лучшими монополиями в мире», поскольку они работали на советский народ и принадлежали ему же. Поэтому, как правило, обыватели не очень интересовались тем, что такое монополии и нужны ли они обществу. В смысле ценовой политики большинству населения такое положение дел было даже удобно, поскольку эта политика базировалась на совсем иных принципах, нежели экономические, прежде всего ориентируясь на принцип социального равенства. Такой подход во многом устраивал население, однако приводил к развалу системы, поскольку игнорировались экономические механизмы. Монополизация той или иной деятельности отражалась на качестве и ассортименте производимых товаров. Но, опять-таки благодаря монополизации средств масовой информации, народу трудно было с чем-либо сравнивать и качество, и их ассортимент предметов его незатейливого быта.

При переходе к рыночным отношениям ситуация коренным образом изменилась. Большинство государственных искусственно созданных монополий, имевших советское происхождение, оказались неэффективными. Но в то же самое время ряд государственных монополий, которые были созданы в рыночных условиях, на первых порах показали себя неплохо. Во-первых, их создание было полезным для консолидации управленческих и инвестиционных ресурсов в условиях их дефицита, во-вторых, они во многом поддерживали государство, предоставляя населению, промышленности и сельскому хозяйству неоплаченные или не в полной мере оплаченные товары и услуги. Возможно, в переходный период это был и приемлемый выход, поскольку в какой-то степени позволил избежать нарастания социальной напряженности в обществе.

То есть в начале рыночных преобразований власть и всесилие монополий если и задевали интересы общества, то лишь небольшой его части. Сегодня ситуация изменилась по целому ряду причин. Во-первых, осознание представителями деловой элиты «преимуществ» монопольного хозяйствования породило создание целого ряда новых монополий, каждая из которых с той или иной степенью ощутимости «ударила» по потребителю. (Монополия сегодня существует даже в футболе, что не преминуло сказаться на результатах развития этого вида спорта.) Во-вторых, ряд монополий попали в частные и не всегда четко идентифицируемые руки. В-третьих, многие из них, причем не обязательно приватных, создали (прикормили) возле себя огромную инфраструктуру, способную квалифицированно отстаивать их интересы (юридические и консалтинговые компании, средства массовой информации, «сочувствующий» чиновничий аппарат и политические силы). Ну и в конце концов был исчерпан тот резерв, с которым мы вступили на путь строительства рыночной экономики, и привыкшим к спокойной жизни и легким деньгам монополиям пришлось задуматься, каким образом сохранить прежний уровень доходов. Как следствие, ужесточилась политика монополий по предоставлению соответствующих товаров и услуг, усилилось их давление на власть с целью закрепить свои позиции на монопольных рынках.

Жесткая позиция по отношению к потребителю-населению привела к росту недовольства курсом рыночных реформ, который избрала для себя Украина. Усиление требований по оплате товаров и услуг, произведенных монополистами, и повышение тарифов, к сожалению, не было подкреплено соответствующими действиями со стороны государства (увеличение бюджетного финансирования, субсидирование, контроль за ценами и качеством товаров, развитие конкуренции).

Заметим, что когда дело касалось государственных монополий, власть имела возможность вмешаться в происходящие процессы и не доводила ситуацию до критической отметки, тем самым несколько смягчая появлявшиеся у народа проблемы. С приходом частников власть столкнулась с тем, что фактически не может оказывать на них влияния. Более того, частные монополии получили возможность давить на власть, поскольку их политикой по отношению к потребителям во многом определялся социально-политический климат в стране и как следствие — поддержка населением действующей власти.

Особенно отчетливо взаимоотношения «власть—монополии» проявляются в предвыборные периоды. Если мы обратим наши взгляды назад (не только на закончившиеся, но и на предыдущие выборы), то обнаружим два поведенческих типа. Государственные монополии, жестко подчиненные власти, в эти периоды вынуждены любой ценой становиться «друзьями и братьями» потребителей, что часто приводит к значительным убыткам в их деятельности и как результат — к смене руководства после окончания выборов. Частные монополии, имея возможность подыгрывать власти лишь «по собственному желанию», тоже идут на некоторое смягчение по отношению к потребителю, правда, в обмен на поддержку властью их политических устремлений. В «межвыборье» монополии стремятся покрыть убытки, понесенные в период избирательной кампании.

Чем же монополии могут быть опасны для общества? И почему сегодня понятие «монополия» стало нарицательным для обывателя? Монопольные структуры обладают значительными материальными, финансовыми и организационными ресурсами, имеют гарантированный рынок сбыта, избавлены от конкуренции и, соответственно, слабо мотивированы снижать себестоимость производимых ими товаров и услуг. Потребитель услуг монополий, в свою очередь, совершенно беспомощен. Он не имеет выбора (в смысле приобретения аналогичного товара или услуги у кого-либо другого и на каких-либо иных условиях), не может разобраться в ценах и тарифах, которые ему навязывают, вследствие чего вынужден соглашаться с любыми условиями, которые ему диктуют монополии. Поэтому в цивилизованном обществе между потребителем и естественными монополиями существует некое звено, которое, с одной стороны, защищает интересы потребителей, ограничивая свободу монополий в установлении цен и тарифов, при этом не допуская снижения качества товаров и услуг, и, с другой, следит за тем, чтобы монопольные структуры могли нормально функционировать и развиваться. Как правило, этим занимается регулирующая комиссия, которая призвана обеспечить баланс интересов общества, монополий и государства.

Что касается монополий, которые не принадлежат к естественным, то экономически развитые экономические сообщества делают все возможное, чтобы предотвратить их создание и реорганизовать уже существующие, демонополизировав их. Если государство ведет себя иначе, оно обречено на политическую и социальную нестабильность.

Вообще-то говоря, монопольная власть — это потенциально очень опасное явление. Отсутствие контроля за монополистами опасно не только для населения, которое в итоге имеют в виду, но и для существования государства вообще, поскольку создает питательную среду для коррупции и манипулирования политической властью. В особенности, когда монополии принадлежат частным структурам. Это хорошо понимают на Западе, декларируя в качестве первоочередных задач государства создание конкурентной среды, демонополизацию экономики, обеспечение надежного контроля за деятельностью естественных монополий. Поскольку, по сути, от этого зависит сила этой власти, ее устойчивость, возможность принимать независимые и самостоятельные решения, а не быть марионеткой в руках всесильных «хозяев жизни». Не случайно столь большое значение придают развитию антимонопольного законодательства в США (антитрестовское законодательство, основа которого заложена еще в 1890 г.), Японии, Великобритании (первым шагом прихода к власти М.Тэтчер стало осуществление демонополизации экономики), России.

Однако следует учитывать, что в этих странах монополии появились, когда рыночные отношения там уже существовали, и государство стало вводить ограничительные нормы, чтобы воспрепятствовать удушению конкуренции. Украинское же антимонопольное законодательство начало формироваться при сильных монополиях и только складывающихся рыночных отношениях. Поэтому создание конкурентной среды невозможно без проявления политической воли. При этом правовая база должна способствовать надежному пресечению злоупотребления рыночной властью, попыткам ущемить интересы потребителей и позволять применять штрафные санкции к юридическим и должностным лицам.

Что происходит сегодня в Украине в сфере деятельности монополий?

Естественные монополии действуют в сфере электроэнергетики (высоковольтные сети, центральное диспетчерское управление, облэнерго), в нефтегазовой отрасли (газо- и нефтепроводы, терминалы), в сфере транспорта (железные дороги, порты, аэропорты), связи (телефонные сети), в жилищно-коммунальной сфере (водоканалы, централизованные системы теплообеспечения). Контролирующие функции за соблюдением антимонопольного законодательства в этих сферах осуществляет Антимонопольный комитет Украины. Регулирующие функции в энергетике (электроэнергетика, нефть, газ) выполняет Национальная комиссия регулирования электроэнергетики. Что касается сферы транспорта, связи, жилищно-комунальных услуг, то тут регулирование фактически отсутствует, поскольку отсутствуют соответствующие органы.

Довольно много в Украине существует и таких монополий, которые созданы искусственно и экономически не целесообразны для общества. Это и крупные компании в сфере нефти и газа, атомной энергетики, производства сельхозпродукции, почтового обслуживания. Это и более мелкие структуры, такие, например, как ЖЭКи. Регулирование деятельности таких компаний практически не осуществляется, что позволяет им игнорировать интересы потребителя. Конечно же, рано или поздно эти компании должны быть демонополизированы, но это процесс небыстрый и достаточно трудоемкий. Я уже не говорю о крупных компаниях, но даже ЖЭКи будут отчаянно бороться за сохранение существующей ситуации.

Можем ли мы надеяться на то, что власть активно включится в процессы демонополизации экономики и совершенствования регулирующей системы для естественных монополистов? И кто на сегодня заинтересован в этих процессах?

Что касается первого вопроса, ответить на него сложно, хотя, конечно же, надежд оставлять не стоит. Если же говорить о заинтересованных сторонах этого процесса, то во-первых, это сама власть. Если власть хочет быть сильной и устойчивой, то она будет инициировать эти процессы. Во-вторых, это население (как физические лица, так и органы местного самоуправления). Общение с людьми показало, что так или иначе монополизация экономики задевает практически каждого конкретного человека. Во-третьих, промышленность и сельское хозяйство, которые уже почувствовали себя в тисках монополистов. И наконец, как это ни парадоксально, сами монополии. Сегодня существует целый ряд серьезных конфликтов между монополиями, которые работают в различных сферах: транспортниками, поставщиками электроэнергии и газа, производителями услуг связи и т.д. Таким образом, создалась благоприятная ситуация, когда даже сами монополии заинтересованы в четких и понятных правилах игры, прозрачности и возможности влиять на политику монополий (правда, других, а не себя самих). Не воспользоваться этим по меньшей мере неразумно.

P.S. К сожалению, Верховная Рада нового созыва не поддержала идею создания профильного комитета по вопросам антимонопольной политики. «Необдуманным и нецелесообразным» посчитало возникновение подобного парламентского комитета и руководство Антимонопольного комитета Украины. Что касается ВР, то решение о сохранении прежнего состава парламентских комитетов, по всей вероятности, было политическим. Что же касается АМК, то, честно говоря, его позиция просто удивила. Убежден, сегодня комитет как никогда остро нуждается в поддержке парламентариев — как в части совершенствования правового поля, так и в максимальной прозрачности всех процессов и процедур, связанных с антимонопольным регулированием. Конечно же, если не преследует желание «монополизировать» контроль над монополиями.

Ведь возможности Антимонопольного комитета на сегодня достаточно ограничены. Во-первых, он не является независимой структурой, как это практикуется в цивилизованных западных странах. У нас Антимонопольный комитет — центральный орган исполнительной власти со специальным статусом и посему должен строго следовать позиции Кабмина по любому из вопросов, в том числе касающихся деятельности естественных государственных монополий. Во-вторых, сегодня Антимонопольный комитет совмещает контролирующие и регулирующие функции, что тоже нонсенс. В-третьих, в условиях отсутствия регулирующих органов в сфере транспорта, связи, жилищно-коммунального хозяйства сфера регулирования АМК слишком широка для того, чтобы «объять ее» имеющимися людскими ресурсами. Поэтому многочисленные конфликты, существующие в сфере деятельности монополий («Полтаваоблэнерго» — «Укратрансгаз», «Полтавская нефтегазовая компания», Полтавский ГОК; «Запорожьеоблэнерго» — Запорожский абразивный комбинат; «Киевэнерго» — НАК «Нефтегаз Украины»; «Укрзалізниця» — металлурги; «Львовоблэнерго» — львовское телевидение, транспорт, водоканал; «Укртелеком» — частные операторы связи; «Кировоградоблэнерго» — Одесская железная дорога; жилкоммунхоз — 49 миллионов жителей Украины и т.д.), по-видимому, и далее будут углубляться.

Справка "ЗН"

Алексей Юрьевич Кучеренко — президент всеукраинской общественной организации «Антимонопольный союз», член Межведомственного совета по вопросам защиты прав потребителей при Кабинете министров Украины. Депутат ВР третьего созыва, февраль 2000 — март 2002 гг. — первый заместитель председателя парламентского комитета по вопросам топливно-энергетического комплекса, ядерной политики и ядерной безопасности. Июнь 2000 — март 2001-го — председатель Запорожской областной государственной администрации. Кандидат социологических наук.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК