Поддержать
Япония пытается успокоить Китай после дипломатического скандала и угроз
Япония — это культура молчания. Понимать «язык воздуха» здесь часто важнее, чем хорошо владеть японским. В ноябре прошлого года Китай допустил стратегическую ошибку, когда в Пекине правильно перевели слова премьер-министра Санаэ Такаичи о том, что любое обострение в Тайваньском проливе будет представлять угрозу безопасности Японии, но не почувствовали, что за ними не просто риторика, а продуманная политика.
В течение почти четырех месяцев Китай старался давить на Такаичи, используя все возможные инструменты — от угроз и международной дифаммации до запрещения туристических поездок и ограничения торговли, требуя взять свои слова назад. Единственный результат, которого достиг Пекин, — это грандиозная победа Либерально-демократической партии во главе с Такаичи на внеочередных выборах, беспрецедентный мандат доверия, особенно от молодежи, и начало практической работы по укреплению позиций Японии в регионе и мире. Стоит привести ключевую часть ее короткого заявления после переизбрания премьер-министром Японии: «Я буду стремиться построить сильную экономику… и я буду стараться решить проблемы, которые стоят перед международным сообществом, с помощью сильной дипломатии и надежной безопасности. Ради многих молодых людей и детей, которые будут жить в Японии в ХХІІ веке, я буду работать решительно, чтобы гарантировать, что безопасная и процветающая Япония будет служить ярким ориентиром в Индо-Тихоокеанском регионе и ее будут рассматривать как нацию свободы и демократии».
Китай мог, но не учел ошибки России, которая своей агрессией разбудила сонную Европу. Кардинальные изменения в политике безопасности Германии, еще недавно казавшиеся невозможными, сегодня становятся реальностью. Помните пять тысяч касок для ВСУ? Сегодня об этом смешно вспоминать. Похожие процессы происходят и в Восточной Азии. Абсурдные обвинения Японии в возрождении милитаризма со стороны КНР, которые подхватила и Москва, не воспринимают даже страны, которые до сих пор ощущают фантомные боли от упоминания о японской оккупации. Стоит ожидать, что следующим шагом Пекина станут разговоры о мифических ядерных амбициях Токио так же, как сейчас Медведев и Захарова обвиняют Францию в передаче Украине «одного ядерного заряда».
Международные аналитики, хорошо чувствующие настроения в японском обществе, с удивлением и восторгом отмечают возвращение Токио к проактивной политике. И это касается как укрепления региональных альянсов в экономике и безопасности, так и производства и экспорта оружия. В течение ближайших месяцев будут пересмотрены стратегические документы и концепции, которые будут определять оборонную политику страны, с учетом опыта войны России против Украины, участия Северной Кореи в этой войне, кардинальных изменений в технических и технологических средствах ведения боевых действий, которые буквально в реальном масштабе времени приводят к изменению классического подхода, основанного на использовании человеческой силы.
Для Японии эта проблема имеет особую остроту, поскольку из-за сокращения населения и устойчивой тенденции к снижению рождаемости правительство прогнозирует дефицит человеческих ресурсов, необходимых для численного увеличения Сил самообороны. Именно поэтому уже в ближайшее время необходимо будет принципиально пересмотреть стратегические планы обороны, сосредоточив основные усилия на использовании дронов, автономных и робототехнических систем везде, где это позволит заменить или высвободить человеческие ресурсы. Япония — мировой лидер в сфере робототехники, поэтому нужно ожидать, что такие системы появятся уже в недалеком будущем.
На каждый шаг Китая в экономической сфере, направленный на ограничение возможностей Японии, правительство Такаичи отвечает эффективными контрмерами, и сейчас нет оснований полагать, что Пекин достигнет своей цели. Ограничение в торговле с ведущими японскими компаниями, которые начал применять Китай, получили ответ: Япония высказала Китаю протест, начала добывать океанский ил, содержащий редкоземельные металлы, а также объявила о размещении крылатых ракет на ближайшем к Тайваню японском острове Йонагуни. В то же время интересно внимательнее присмотреться, как именно Токио переосмысливает геополитические изменения на концептуальном уровне и о чем говорят японские эксперты, хорошо осознающие сложность современного мира.
В Японии считают, что каждая страна в той или иной степени опирается на три основные системы, определяющие ее внутреннюю стабильность и способность влиять на события за рамками географических границ: это системы власти, интересов и ценностей. Намерения и действия основных геополитических игроков становятся понятнее, если анализировать их именно через призму этих трех систем. Например такой подход дает ответ, сможет ли Китай занять место единоличного гегемона, если США будут продолжать «самоустраняться» из мировых дел. Система власти в КНР хотя и автократическая, но крепкая и вряд ли подвергнется кардинальным изменениям. Также Пекин четко заявляет о своих интересах, и они тоже достаточно системно отвечают географическим и политическим реалиям, которые определяют видение мира современным Китаем. Проблема Пекина заключается в ценностях, исповедуемых как руководящей партией, так и значительной частью общества. Именно ценности, насаждаемые коммунистическим режимом КНР, неприемлемы для развитых стран, поэтому говорить о глобальном доминировании Китая просто нет смысла.
Осмысление глобальных трансформаций, ускорение которым придала агрессия России, по мнению японских экспертов, позволяет сделать несколько выводов. Во-первых, в современных условиях любая национальная стратегия должна учитывать глобальную перспективу безопасности. Например в случае Украины концентрация внимания на сдерживании России должна учитывать и такие факторы, как политика РФ в Восточной и Юго-Восточной Азии и на Ближнем Востоке, где расположены зоны жизненно важных интересов других влиятельных игроков. К сожалению, этот контекст сегодня не используют должным образом. Во-вторых, важен и реалистичный взгляд на соотношение сил и амбиций, возможную роль других стран с учетом их системы власти, интересов и ценностей. В-третьих, применение дипломатических инструментов должно быть активным, а не реактивным, нужно учитывать как глобальные тенденции, так и реальность достижения успеха. Неудачные инициативы, которые создают лишь иллюзию продвижения к желаемой цели, не только вредят репутации их инициаторов, но и мешают вовремя реагировать на реальные вызовы и угрозы, которые постоянно меняются, если хотите — мутируют.
ВАС ЗАИНТЕРЕСУЕТ
Применение концептуальных подходов на практике позволяет учесть и неожиданные изменения, ставшие заметными за четыре года войны. Например, сегодня уже вполне понятно, что современная война может быть затяжной настолько, насколько враждебным сторонам хватит ресурсов для взаимного уничтожения. Это означает принципиальное изменение логистических подходов, создание стратегических запасов критических материалов, локализацию производств систем вооружения, применение разных систем защиты жизненно важной инфраструктуры. Скажем, концепция распределенной генерации была известна специалистам уже больше полувека, но от нее отказались, и теперь надо действовать по принципу «новое — это хорошо забытое старое». Нужно заблаговременно беспокоиться об обороне портов, систем связи и управления, сохранении воздушного флота. С другой стороны, такое видение обусловливает и подходы к формированию альянсов безопасности: их нужно создавать с теми, кто имеет общую систему ценностей и достаточно близкие интересы, а не руководствуется соображениями выгоды, популистских приоритетов или политического доминирования.
О соглашениях в сфере безопасности и обороны между Японией и Австралией, Филиппинами, Канадой, Великобританией и другими хорошо известно. Меньше известно о последовательных усилиях, которые начала прилагать Япония, укрепляя сотрудничество в области безопасности с островными государствами Тихого океана и АСЕАН.
Из 14 островных государств только у трех — Фиджи, Папуа-Новой Гвинеи и Тонга — есть свои вооруженные силы, и роль этих государств будет усиливаться в связи со стратегией сдерживания «освоения» Китаем просторов Тихого океана. Кроме того, страны региона, включая членов влиятельного объединения АСЕАН, не уверены в последовательности политики США на фоне обострения противостояния Вашингтона и Пекина. В этих условиях Япония без лишних прокламаций предложила странам Тихоокеанского бассейна новые формы взаимодействия в сфере безопасности, которые должны укрепить доверие и показать пример, как можно строить оборонные союзы через мягкую силу и дипломатическое взаимодействие, не полагаясь полностью на США.
ВАС ЗАИНТЕРЕСУЕТ
Концептуальное переосмысление внешнеэкономической политики в условиях тарифного произвола Трампа — вторая важная составляющая программы деятельности правительства Такаичи. Япония возвращается к развитию ядерной энергетики, продолжит отстаивать и расширять заключенные ранее соглашения о создании зон свободной торговли, направлять государственные и поощрять частные инвестиции в критически важные отрасли электроники и индустрии полупроводников. Японские аналитики считают, что сейчас система власти и интересов в мире превалирует над системой ценностей, то есть международное сообщество оказалось в условиях эры политики силы. Скомпрометированные международные институции не способны регулировать международные споры, все больше вопросов решаются с позиции силы, а интересы средних и малых стран, которые и раньше учитывали лишь эпизодически, сейчас полностью игнорируют. Китай, на контрасте с США, становится добрым и мудрым, когда предлагает странам Африки и Азии благоприятные условия для торговли и открывает коды своих агентов ИИ. Но ни для кого не секрет, что следствием такой «помощи» почти наверняка будет долговая яма. Если Япония сможет предложить этим странам альтернативу на условиях взаимной поддержки и выгоды, это может стать фактором серьезного укрепления ее позиций на Глобальном Юге.
Япония всегда очень осторожно относилась к изменению стратегических концепций и их обсуждению в публичной плоскости. Самые существенные изменения в этой сфере произошли во времена Шинзо Абэ, потом их продолжил Фумио Кишида и вот, в конце концов, при Санаэ Такаичи они должны стать реальностью. Значительный позитивный потенциал, накопленный Японией за восемьдесят послевоенных лет, вполне способен трансформироваться в настоящее лидерство, которое покажет третий путь — не китайский и не американский — для тех, кто до сих пор в поиске. Почему для Украины это открывает особые перспективы, вскоре обсудим.
Следить в Телеграмме
Войти с помощью Facebook
Войти с помощью Twitter
Войти с помощью Google