Без призора

6 сентября, 18:33 Распечатать Выпуск №33, 7 сентября-13 сентября

О том, что происходит  в Центре защиты прав детей "Наши дети"

Дом, вокруг которого разгорелись страсти...

"Про інвестиції та центр для бомженят" — таким был заголовок к новости в газете "Хрещатик" за 2.07.2003 г., где сообщалось о переговорах столичной администрации с послом Германии, и о том, что вскоре в просторном трехэтажном задании по проспекте Тычины, 28-б (на участке, выделенном городом в долгосрочное и бесплатное пользование) начнется ремонт, а уже спустя пару месяцев свои двери откроет Центр защиты беспризорных детей — детище основательницы и главы Немецко-Польско-Украинского общества в Украине (НПУОУ), немки польского происхождения баронессы Барбары-Марии Монгайм. 

Трогательную историю о том, как именно в 2001 году у нее появилась такая идея, можно легко найти в Сети, поэтому повторять ее здесь не буду. Скажу лишь, что такой заголовок, точно передававший суть явления, имевшего место в начале 2000-х, когда столичные улицы днем были переполнены беспризорными детьми, находившими себе на ночь пристанище в теплотрассах, сегодня был бы невозможен. И из этических соображений — аббревиатура "бомж" имеет слишком негативный контекст. И потому, что детей на улице в Украине больше нет, по крайней мере массово. И потому, что детище Барбары Монгайм давно уже называется иначе — Центр защиты прав детей "Наши дети". 

Заголовок, унижающий человеческое достоинство, сегодня был бы невозможен. А вот с реальной защитой прав детей, в том числе в Центре, — увы, по-прежнему большие проблемы. 

"Я доведу этот проект до конца. Это мое решение", — так передавала слова баронессы Монгайм, произнесенные при закладке первого камня проекта в 2004 году, немецкая газета Die Welt. Спустя 16 лет эти слова, к сожалению, воспринимаются с горькой иронией. По распоряжению руководства Центра "Наши дети" на ступеньках здания, в котором месяц назад отключили свет и воду, уже несколько дней сидят представители охранной службы, дожидаясь, пока последний "бастион" так называемых инновационных "социальных семей" центра, прописанных постановлением Кабмина, — родитель-воспитатель Виктор Авраменко — выйдет из квартиры, где находятся личные вещи и документы его семьи и детей, чтобы погулять с собакой. Дожидаются, чтобы прогнать его с территории, несмотря на имеющийся и не расторгнутый договор аренды. А за забором стоит его жена, которая несколько недель назад вышла с территории, и назад ее уже не пустили, и журналисты с телекамерами. 

К центру в который раз подъезжает наряд патрульной полиции, вызванный Ириной Авраменко. Сердобольный полицейский отводит ее в сторону и шепчет на ухо: "Вы ничего не добьетесь. Разве вы не понимаете, что патруль не реагирует на ваши вызовы, потому что кругом — договорняки?" 

"Так бесславно заканчивается один из евроинтеграционных проектов, — комментирует столь абсурдную ситуацию эксперт по защите прав ребенка Людмила Волынец, не понаслышке знающая, как этот проект появился на свет. — Заканчивается грубым игнорированием элементарных прав детей. Тех детей, которых так хотели и так уверяли, что защитят".

Однако — обо всем по порядку. 

История

С самого начала появления центра его учредителями были нарушены, кажется, все возможные нормы законодательства. Оба постановления Кабмина (уже утратившее силу №787 от 30 мая 2007 г. и действующее №1421 от 29.12.2009 г.) о выглядящей сегодня странной, гибридной семейной форме воспитания детей, лишенных родительской опеки ("социальные семьи"), появились под давлением. Потому что весьма влиятельной в Европарламенте и знающей всех и вся баронессе Б.-М.Монгайм очень хотелось явить миру инновационную модель работы с детьми, оказавшимися в сложных жизненных обстоятельствах, не учитывая при этом опыт и условия Украины. А еще один из учредителей центра, В.Сивкович, тогда находился при власти. 

В 2007 году закончилась реконструкция первого здания бывшего детсада №233, и состоялось официальное открытие центра. Уже в 2008-м там появились первые дети. В 2013 году была завершена реконструкция всего комплекса, и Центр "Наши дети" с большой помпой открыли в присутствии еврокомиссара по расширению и европейской политике соседства Штефана Фюле и министра иностранных дел Германии Гидо Вестервелле. Причем в СМИ всячески подчеркивалось, что в Украину на этот раз высокие гости приехали именно с гуманитарной миссией. 

321321_5
Барбара-Мария Монгайм и Посол, специальный посланник в Украине, руководитель проектной группы в Украине МИД Германии Йоханнес Регенбрехт в гостях у семьи Авраменко

К тому времени в центре было обустроено 10 квартир для размещения 54 детей: восемь — для проживання "социальных семей" и две — в социальном общежитии для совершеннолетних воспитанников центра, которые продолжают обучение и еще не нашли собственного жилья. Все дети находились под опекой директора центра, деятельность которого осуществлялась под контролем основавшего его НПУОУ. 

"С 2005 года проект поддерживали правительства Польши и Германии. Я был четвертым директором НПУОУ, и работал в центре как технический эксперт с 2011-го по 2016 годы, — рассказывает Андрэ Поддубный. — По сути, меня финансировало немецкое правительство. Я — кризисный менеджер. Моей задачей было развивать центр (директором на то время была Нина Горыдько), который был создан гораздо раньше; сделать его лучше, чем подобные учреждения по всей стране, но не дороже, и обеспечить операционное финансирование центра в Украине. Могу сказать, что к 2012–2013 гг. этого удалось добиться. В 2014-м европейское финансирование проекта закончилось". 

Время, когда НПУОУ возглавлял Андрэ Поддубный, а Центр "Наши дети" — Нина Горыдько, тепло вспоминают как семьи, так и дети, проживавшие в центре. "При хорошем менджменте можно закрыть глаза на недостатки, — говорит начальник службы по делам детей Минсоцполитики Валерий Танцюра. — Что, собственно, и было при Андрэ Поддубном. Он умел разговаривать, убеждать. И мы тоже говорили: не вмешивайтесь, не наезжайте, детям там хорошо". 

Однако у Поддубного возник конфликт с Барбарой Монгайм. По итогам завершения реорганизации НПУОУ он ушел в сентябре 2016 года. После него поменялось несколько директоров в Центре и в НПУОУ. К настоящему моменту Центр возглавляет Наталья Луценко, а НПУОУ — Ирина Черныш. 

Сегодня

"Сегодня центр больше похож на детдом закрытого типа, на территорию которого можно попасть только с личного разрешения директора НПУОУ, выполняющей волю Барбары-Марии Монгайм, — говорит Виктор Авраменко. — Дети, опекуны, сотрудники — все, кто проживает на территории, оказались заложниками "социальной блокады". Перестал ездить подаренный детям микроавтобус, который использовали для закупки продуктов. Начались перебои с выплатами средств на содержание детей, переданных центру городской службой по делам детей — они стали несвоевременными и не отвечали госнормам (согласно ст.4 Закона "Об обеспечении организационно-правовых условий социальной защиты детей-сирот и лишенных родительской опеки"). Согласно п.37 Положения о Центре "Наши дети" от 2009 г. содержание детей в Центре осуществляется за счет средств учредителя. Но семейные воспитатели были вынуждены финансировать детей за собственные средства, как могли. Компенсация потраченных средств за содержание не статусных детей происходила с задержками. 

За 2017–2018 гг. в результате такой внутренней политики более 20 высококвалифицированных сотрудников Центра оставили свое место работы "по собственному желанию". В том числе и директор Нина Горыдько, бывшая опекуном большинства находившихся в центре детей. Перед этим ее "попросили" передать опеку над детьми семейным воспитателям. Родители-воспитатели согласились на это, поскольку были привязаны к детям, а они — к нам. Нам пообещали, что в рабочем процессе ничего не изменится. Однако все вышло иначе. 

 

Тем временем до ноября 2017 года продолжалось постепенное переоформление опеки над детьми. Были изданы "уникальные" приказы № 06-к и 07-к. Один из них на внутреннем уровне узаконил контроль над госвыплатами на детей, пребывающих под опекой, содержание не статусных детей за счет собственных средств семейных воспитателей; контроль над содержанием и воспитанием детей. Приказ 07-к утверждает, что воспитатель не может быть опекуном, а опекун — воспитателем. Поэтому должность семейного воспитателя нужно сократить, а опекунов уволить для приведения структуры Центра в соответствие с Типовым положением 2009 года. 

Приказом № 17-к от 27.04.2018 года семейные воспитатели, работавшие в центре, были уволены по причине сокращения штата и изменения организационной структуры. Хотя, согласно ст.186-1 КЗоТ, сотрудники, имеющие под опекой детей до 14 лет, не могут быть уволены по инициативе работодателя, кроме случаев полной ликвидации организации, с обязательным трудоустройством (ч.3 ст.181 КЗоТ). Некоторые уволенные сотрудники подписали с Центром гражданско-правовые соглашения. Некоторые — нет, кто-то подал в суд. 

В апреле 2018 года в Центре были ликвидированы семейные группы и созданы две реабилитационные группы интернатной формы. Таким образом воспитанники центра были лишены возможности и права быть устроенными в семейные формы воспитания. Вопреки курсу государства на деинституализацию". 

О том, что права детей в центре нарушались, говорится в экспертном выводе "Української мережі за права дитини" от 26.09.2018 г., направленном в соответствующие инстанции, которые на него, увы, не отреагировали надлежащим образом. Конфликт продолжается по сей день. Многочисленные обращения родителей во все возможные инстанции результата не дают. Ответы написаны как под копирку. Городская служба по делам детей разводит руками. "Это трудовой спор. Конфликт связан с производственными отношениями. Мы не хотим в него ввязываться и становиться одной из сторон, — заявляет начальник службы по делам детей Валерий Танцюра. — Центр нам не принадлежит. Это частная структура. 

 

Когда центр был задуман, многого в нормативной базе еще не было — в том числе постановлений Кабмина №№ 866 и 905. Задачей центра было пропагандировать семейные формы воспитания. Но теперь такая должность, как "семейный воспитатель", и понятие "социальные семьи" не вписываются в нормативную базу. Семейные формы воспитания — это ДДСТ и приемные семьи. 

Еще в 2017 году, во времена директора Н.Горыдько, над всеми детьми опека была оформлена на директора центра. Это было неправильно. Поэтому центру было предложено реорганизовать свою работу таким образом, чтобы опека была у родителей-воспитателей. Тогда с родителями чисто формально был заключен договор по поводу жилья — чтобы можно было оформить опеку. Насколько я понимаю, сейчас родители этим просто манипулируют, говоря, что дети страдают. Они просто не хотят оттуда уезжать, потому что там есть все условия. С другой стороны, руководство не хочет дипломатично обходить острые углы. Начались суды, которые выиграл центр. 

В Днепровском районе мы планируем открыть два ДДСТ. Уже выделены деньги на ремонт, помещения и социальные квартиры — там должен быть целый центр. Предложили им туда потом переехать. Семьи не хотят.

Наша позиция такая: детям должно быть хорошо, и мы предлагаем выход, но при этом все стороны должны пойти друг другу навстречу. Пока же родители-воспитатели ставят ультиматумы. Взрослые должны понять, что есть законодательство, и так, как раньше, быть не может. А не манипулировать правами детей. Как только с кем-то из детей будет что-то не так, мы моментально вмешаемся и разберемся". И тут же противоречит сам себе: "Часть детей в центре за уши притянуты для того, чтобы он не распался. Они выхватывали детей из разных регионов. На каком основании дети находились в центре — непонятно". А потом добавляет: "Поговорите с менеджментом. Должны быть представлены позиции обеих сторон конфликта". 

Я попыталась. И позвонила директору Центра с просьбой прокомментировать ZN.UA сложившуюся ситуацию. На что госпожа Луценко ответила: "Я перезвоню немного позже". Но прошла уже неделя, а она так и не перезвонила, и не ответила на смс, в котором я просила ее все-таки дать комментарий, поскольку хотела бы, чтобы в статье была представлена позиция обеих сторон конфликта. 

Вместо этого на странице Центра "Наши дети" в Фейсбук 4 сентября появилось обращение руководства о том, что со стороны бывших сотрудников на центр осуществляется давление, в частности психологическое. И СМИ они предоставляют неправдивую информацию о деятельности Центра. Кто же мешал руководству центра и НПУО озвучить собственную, правдивую информацию?

Не наши дети?

"Для районного органа опеки и попечительства — это не производственные отношения, а спор об устройстве детей, за которых он отвечает перед государством. Опека родителям была дана на основании бессрочного договора об аренде жилья в центре. И если теперь возникает такая ситуация, то нужно понимать исключительную ответственность за судьбы детей, и искать реальные способы разрешения и договариваться. Но городу Киеву не до этого", — комментирует Людмила Волынец

На самом деле выход из ситуации предлагался родителям только на словах, и ничем подтвержден не был. Несмотря на конфликтную ситуацию, орган опеки и попечительства Днепровского района все эти полтора года продолжал направлять детей в центр. 

Между тем на территории центра, в рамках проекта "Центр изучения демократии", постоянно проводятся различные мероприятия. Например, вот уже несколько лет подряд летом здесь проходит Форум "Пульс Украины", организованный НПУО в сотрудничестве с Европейско-Украинским центром молодежной политики (еще один проект г-жи Монгайм) при финансовой поддержке Федерального министерства иностранных дел Германии. Страницы проектов пестрят именами известных людей, среди которых едва ли не чаще других повторяется имя Уполномоченного по правам детей при президенте Украины Николая Кулебы (который во времена, когда центр организовывался, возглавлял киевскую службу по делам детей, хорошо знает о том, что там происходит, однако на запрос ZN.UA прислал формальную отписку). Для приезжающих иностранцев на третьем этаже одного из зданий центра обустроены апартаменты. 

Какое отношение это, безусловно, полезное начинание имеет к детям-сиротам и лишенным родительской опеки? — спросит читатель. И будет прав — никакого. В том числе законодательного. 

В свое время НПУОУ для центра были отданы в аренду городом земля и здания, коммунальные услуги в которых уже несколько лет оплачивает КГГА через программу "Социальное партнерство". В 2016 году Киеврада предоставила юридическое право Центру "Наши дети" на аренду земельного участка, на котором он фактически и расположен. Сделано это было потому, что в начале 2016-го Центр не смог использовать по целевому назначению средства, предусмотренные на покрытие расходов за оплату аренды на землю, городской целевой программы "Социальное партнерство" на 2016–2018 годы. Арендатором территории под зданиями центра тогда официально являлось НПУО. В связи с этим аренда была переоформлена на Центр "Наши дети". "Передача права землепользователя сделала невозможной вероятность прекращения выгодного для города инновационного проекта по защите прав столичных детей, оказавшихся в СЖО", — прокомментировал такое решение тогдашний руководитель аппарата КГГА Владимир Бондаренко. 

Сейчас же проект по защите столичных детей в СЖО фактически прекращен. Если на протяжении 2015 года в Центре пребывали 73 ребенка школьного и дошкольного возраста, то в 2019-м здесь числились 24 ребенка: 17 — в двух реабилитационных группах, и семь — в трех опекунских семьях. На данный момент семью Лозинских, где было двое детей, "дожали" до снятия опеки. Одна из девочек ушла в колледж, вторая перешла в реабилитационную группу и вскоре, по информации ZN.UA, "уйдет" на международное усыновление. 

Хотя "трудовому конфликту", как называет его Валерий Танцюра, уже полтора года, в 2018 году на финансовую поддержку Центра было запланировано и выделено 1 млн 209 тыс. грн. В 2019-м запланировано, но пока не выделено — 1 млн 200 тыс., в 2020-м — 1 млн 267 тыс, в 2021-м — 1 млн 330 тыс. 600 грн. Неплохо, учитывая, что другие общественные организации, охватывающие более эффективными и качественными социальными услугами гораздо большее количество детей, не получают ничего. 

Сейчас не сдающимся семьям советуют сдаться, якобы дальнейшая борьба противоречит интересам детей. Но никто не вспоминает, кто и каким образом на самом деле начал их нарушать. При этом непонятно, почему КГГА не инициирует разрыв договоров аренды на землю и здания, ведь они были выделены под конкретный проект, с конкретными обязательствами, потому что центр обязался защищать права детей. То, что семьи не сдались, хорошо хотя бы потому, что позволило увидеть наглядно — как именно создаются маленькие социальные проекты, на самом деле имеющие большую политическую силу. 

"В любой организации могут быть кризисы. Это нормально, когда работаешь с людьми. Вопрос в том, как на них реагировать. — говорит Андрэ Поддубный. — Сейчас в центре проблема, которой уже полтора года. За это время центр можно было реорганизовать естественным образом, не выгоняя людей на улицу под предлогом капремонта одного из зданий (что вызывает сомнение, поскольку это здание ремонтировалось последним и находится в наилучшем состоянии), при этом не предлагая проживания в одном из двух других. Вопрос поставили так: либо отказывайтесь от опеки над детьми (что некоторые из семей и сделали), либо забирайте их с собой на свою территорию (в другой город или снимайте за собственный счет жилье в Киеве — к чему семьи тоже вынужденно готовы). А нужно было просто работать на то, чтобы дети выбывали в постоянные семьи — на усыновление, и не брать новых. При таком подходе не страдали бы ни дети, ни взрослые". 

"Сейчас рассматривается вопрос о реформировании Центра "Наши дети" в Центр социальной поддержки детей и семей, в соответствии с постановлением Кабмина от 16.11.2016 года №834, — говорит Валерий Танцюра. — Предварительно определена потребность в создании на базе такого Центра малого группового дома, отделения социально-психологической реабилитации и социального общежития. Эти изменения запланировано завершить до конца этого года". 

"Прекрасная идея, — говорит Людмила Волынец. — Но поскольку идет реорганизация, следовало бы дать ответ на вопрос: как будут учтены интересы детей, оставшихся в центре на момент реорганизации. Этот и другие ответы должны быть в плане реорганизации: что с землей, что с помещениями (условия договора аренды должны быть пересмотрены), кто что дает (государство, частные структуры).

Если принято решение изменить назначение помещения, в котором жили дети, оформленные государством под опеку, то в первую очередь нужно подумать о том, куда они будут выведены — с кем, когда и как. Первоначально опека была оформлена на основании справки о том, что Центр "Наши дети" предоставляет жилье. Однако никаких документов по реорганизации никто не представил, что заставляет предположить, что к настоящему моменту их попросту не существует". 

Странная позиция учредительницы и руководства центра и НПУО, беззубость районных органов опеки и попечительства и городской службы по делам детей, невмешательство Минсоцполитики и Уполномоченного по правам ребенка привели к невероятно абсурдной ситуации — когда родитель-воспитатель уже несколько недель сидит под замком, без света, воды и нормальной еды, в квартире, где находятся в том числе вещи и документы детей, и его охраняют специально нанятые представители службы охраны. В такой ситуации, мне кажется, КГГА все же должна была бы поднять вопрос о прекращении договора на аренду земельного участка и зданий Центром "Наши дети". Учреждение, которое бы предоставляло качественные услуги по реабилитации и дальнейшему устройству в постоянные семьи детей-сирот и лишенных родительской опеки, семьям в СЖО городу крайне необходимо. И если руководство и основатели Центра не способны их предоставить, то непонятно, по какой причине им предоставлен и оплачивается городом "золотой" участок киевской земли и здания. Уверена, точно не для того, чтобы другие проекты НПУО — Центр изучения демократии и Европейско-Украинский центр молодежной демократии — проводили там свои мероприятия и расселяли иностранных гостей, их посещающих. Не имея на то ни законных, ни этических оснований. 

В цивилизованной стране многие факты, ставшие публичными, были бы веским основанием для увольнений или отставок. У нас же, несмотря на то, что мы так стремимся в Европу, — лишь повод для перекладывания вины друг на друга по кругу, который, как известно, замкнут. Выхода из этой ситуации очень часто нет. А безнаказанность, как известно, приводит к беспределу…

 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 21 сентября-27 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно