МЕЖДУ ДВУХ ОГНЕЙ

14 марта, 2003, 00:00 Распечатать Выпуск №10, 14 марта-21 марта

Мальчик, опустив голову, неуверенно вошел в комнату вместе с энергичной, решительно настроенной женщиной...

Мальчик, опустив голову, неуверенно вошел в комнату вместе с энергичной, решительно настроенной женщиной. А во время ее длительного эмоционального монолога, прерывавшегося риторическим обращением: «Он может подтвердить…», отворачивал голову к окну и молчал. По всему было видно, что 15-летнему подростку все это трудно и неприятно выслушивать, но он вынужден…

Мать и сын. Зрелая женщина и юноша, который совсем скоро станет взрослым и самостоятельным. Но мать, похоже, этого не понимает и обращается с ним, как со своей собственностью. Попросту манипулирует им в непростой житейской ситуации. Хватается за сына, как за последнюю соломинку, которая может удержать возле нее (пусть и на расстоянии) любимого мужчину. И борьба эта стала смыслом ее жизни. К сожалению. А мальчик — лишь средство в этой борьбе.

…Ребенок родился вне брака, но, скорее всего, до конфликта матери с отцом не знал этого, несмотря на то, что все годы жил только с мамой и ее близкими, а отец приезжал иногда в гости из другого города. Да и в редкие его наезды общались не дома, в семье, а в каком-нибудь нейтральном месте. Мальчик по-своему любил отца, да и мама постоянно прививала уважение к нему — умному, серьезному, образованному человеку. Говорила, как только папа будет иметь собственное жилье, переедут к нему.

Но годы шли. Мальчик пошел в школу, старался хорошо учиться, равняться на отца. Мама фактически со дня его рождения посвятила себя сыну, не работала, делала все, чтобы ребенок был всесторонне развитым. Материально помогали родители, отец тоже особо не ограничивал в средствах, хотя, по всему было видно, особых чувств к мальчику не питал. Это он подтвердил позже при нашей встрече. Так уж сложились у них в треугольнике отношения. А ребенок, по внушению мамы, очень хотел понравиться папе. Он просто испытывал потребность в отцовской любви и заботе.

Но грянул гром. У мужчины появилась другая женщина. Мать мальчика пережить этого не могла, ведь рухнули все ее надежды, жизнь фактически потерпела крах. Она решила бороться за «счастье сына», а фактически боролась за себя. И подросток с его ранимой душой, тихий, спокойный, уравновешенный, стал единственным действенным средством в этой борьбе. С ним и его именем она фактически шла «на штурм», защищая свое несбывшееся счастье, хотя повсюду декларировала, что делает это только «во имя сына». Водила его за собой, чтобы он подтверждал предательство отца, при мальчике рассказывала о «похождениях» взрослого мужчины и иных его грехах, так что из кумира отец в глазах ребенка должен был превратиться в страшного человека, если не врага. Но мальчик на сей счет почти всегда молчал и лишь однажды в разговоре ненароком заметил: «Я бы хотел жить с отцом… но и с мамой тоже». А мама, не боясь навредить ребенку, накаляла страсти, так что дело дошло до суда с требованием лишить отца родительских прав, до инспекции по делам несовершеннолетних и других попечительских органов, заседаний педсоветов и прочего, на которых подросток должен был присутствовать. Можно представить его тогдашнее состояние и посочувствовать. Мальчик в результате отказывался ходить в школу, занимался экстерном, а потом мама вообще решила переезжать в город, где жил отец.

Между тем последний и алименты выплачивал регулярно, и немного дополнительно помогал сыну. Но мать требовала большей заботы и большего внимания, вплоть до того, чтобы отец забрал сына к себе или отдал на попечение своих родственников и даже просто знакомых. Она была согласна практически на любой вариант, лишь бы ниточка, связывающая их троих, не оборвалась. Но чего можно добиться требованиями и угрозами? Поэтому личные встречи прекратились и вопросы решались только через адвоката. В своей слепой мести женщина дошла до того, что поселилась с сыном недалеко от дома некогда любимого ею мужчины и в буквальном смысле следила за каждым его шагом, а мальчику постоянно напоминала, чтобы он звонил отцу… Как часто, к сожалению, наш взрослый эгоизм и непонимание бумерангом бьют по собственным детям. А мы этого просто не замечаем.

Сложная штука жизнь. Так иногда закрутит-завертит… В случае, о котором идет речь, и материнскую любовь как-то понять можно, и многое простить. Но как можно втягивать в дрязги ребенка, вместо того чтобы оградить и защитить его от жестокостей взрослой жизни! Со временем мальчик многое постигнет в нашем непростом бытии и со многим столкнется. Но зачем же преждевременно? И сможет ли понять: то, что фактически лишило его беззаботного и радостного детства, перевернуло жизнь, делалось во имя Него?! Не слишком ли велика цена?..

Вот мнение кандидата психологических наук, психотерапевта Галины КАТОЛИК:

— Потребность в родительской любви не только самая сильная из всех человеческих потребностей, но и самая большая по времени, длительности. С первых мгновений жизни семья, родители для ребенка — и источник общения, и фундамент для развития будущей личности. Какая вода течет из этого источника? Вода любви и созидания или ненависти и разрушения? Если второе, то какой он вырастет — этот ребенок, не защищенный от распрей, интриг, манипуляций самых близких и любимых им людей?

Что касается проблем в конкретной семье, то действительно мы имеем дело, скорее всего, с так называемыми психологическими манипуляциями матери. Такое поведение женщины — это неосознанное (или, возможно, частично осознанное) манипулирование ребенком для достижения определенных целей. И речь идет, как мне видится, не столько об имущественных, материальных претензиях, сколько о психологическом выигрыше, заклющающемся в бессознательной попытке вернуть или удержать мужчину, отца ребенка.

Каково же отношение отца к сыну и его матери? Здесь нужно обратить внимание на то, насколько сформирована отцовская позиция и сформирована ли она вообще. Многие психологи утверждают, что для правильного формирования отцовской позиции мужчина должен любить прежде всего свою жену (женщину), и это самое лучшее, что он может сделать для своего ребенка… А тут мы видим, что потенциал конструктивных форм общения у двух взрослых людей иссяк и перешел в свою противоположность. Что касается сына, то заочно трудно говорить о деформациях, происшедших в его мировосприятии, и о том, как они проявятся в дальнейшем. Ребенок рано или поздно поймет, что стал орудием манипуляций, поэтому не исключено, что начнет этим пользоваться как в отношении собственных родителей, так и других людей. И тогда сложится такая картина, когда все взаимодействующие лица окажутся жертвами. Мать — жертва отца, отец — жертва матери, сын — жертва обоих, а взрослые родители — жертвы сына. Выигравших не будет и не может быть. В подобных ситуациях членам межличностного конфликта желательно и стоило бы обратиться за помощью в психотерапевтическую или психологическую консультацию, где специалисты помогли бы разрешить конфликт и вывести отношения на более конструктивный уровень. Тем более что истоки этой истории лежат в далеком прошлом каждого из родителей, точнее, в их детстве, и связаны с семьями, в которых они росли, с родителями.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №1288, 28 марта-3 апреля Архив номеров | Последние статьи < >
Вам также будет интересно