«Квартирный вопрос» Соломии Крушельницкой

18 ноября, 2011, 14:31 Распечатать

В Музыкально-мемориальном музее Соломии Крушельницкой во Львове презентовали сенсационные находки.

© antitotal.org.ua

В Музыкально-мемориальном музее Соломии Крушельницкой во Львове презентовали сенсационные находки — две рукописи, касающиеся малоизученных периодов жизни знаменитой украинской оперной примадонны.

120 лет назад молодая Соломия Крушельницкая впервые прибыла во Львов, чтобы изучать вокал в Консерватории Галицкого музыкального общества. А в следующем году в Украине будут праздновать 140 лет со дня рождения певицы. О львовских страницах ее жизни рассказала главный хранитель фондов, и.о. директора музея Ирина Криворучко.

— Пани Ирина, осматривая музей Крушельницкой, не увидишь здесь ни одной случайной вещи.

— Один из посетителей —Ян Качиньский из Варшавы — так и написал в книге отзывов: «Осмат­ривая эти экспозиционные залы, не чувствовал, что я в музее. Казалось — это частное жилище артистки...». Считаю эту запись одной из лучших характеристик экспозиции нашего музея.

В 1903 году Крушельницкая купила дом во Львове, перевезла туда с Тернопольщины свою семью. Этот дом в 1939 году национализировали, оставив певице одну квартиру на втором этаже.

Недавно музей пополнился интересным документом — обращением Соломии Крушельниц­кой от 12 августа 1941 года: «Підписана Крушельницька Са­ло­мея є табулярною властителькою реальності... у Львові при вул. Крашевського, 23. Реальність — на двоповерховий дім, має п’ять невеликих мешкань. Реаль­ність цю купила... за гроші, які заробила, виступаючи як оперна співачка в Італії, Франції, Аме­риці, щоби в той спосіб мати забезпечену старість. Більшовики, що небагато так цінять артистів, знаціоналізували цю каменицю, не хотячи признати заслуг (...) для мистецтва (...) одинокої українки, що як оперова співачка має світове визнання».

Дата под письмом свидетельствует, что это было во время немецкой оккупации Львова, и немцы постоянно угрожали, что займут дом, где жила Соломия Крушельницкая. Конечно, никто к просьбе не прислушался, дом певице не вернули.

Документ был размещен в Интернете для продажи. Житель Варшавы Кшиштоф Вильман, который восхищается талантом С.Крушельницкой, организовал сбор средств, и документ был выкуплен.

Следующая находка (собст­венность коллекционера из города Яворова) — открытка-фото С.Крушельницкой, на обороте которой письмо певицы к матери. К сожалению, даты под текстом нет. Полагаю, это могло быть в году 1904 или 1905. Вот его содержание: «Віншую вам ще раз здоров’ячка і ручки цілую. Поси­лаю вам ро­бітку американську. Гроші на лис­топад шлю до Льво­­ва на адресу Юзі — щоби для Влодзя були і щоб вам відіслала. Но­ся поправля­єть­ся і купається. Щас­ливо подорож відбулисьмо, і я не була засмучена. Дорогі мамунцю, ваша Сало­мея».

— Можно ли сказать, что Со­ломия Кру­шельницкая добилась в жизни всего, чего желала?

— Крушель­ницкая была очень талантлива, кроме того, дар свой она сумела сохранить. В течение своей артис­тической карьеры С.Кру­шельниц­кая создала более 55 главных партий в операх разных композиторов. Она — истинный феномен многогранности: сильный, широкого диапазона голос, чрезвычайно талантливая драматическая артистка, и вместе с тем мудрая, высокообразованная и благородная женщина.

120 лет назад отец впервые привез молодую Соломию во Львов. К тому времени она была помолвлена с богословом Зено­ном Гутковским. Уже шили свадебный наряд, разослали приглашения, но чем дальше, тем все больше Соломия не находила общего языка со своим женихом. Ее сестры вспоминали, как Гут­ковский часто говорил Соломии, что его женщине не пристало заниматься музыкой, что ее дело — кухня. Крушельницкая находит в себе силы поговорить с отцом. Она просит Амвросия Крушель­ниц­кого позволить ей разорвать помолвку с богословом. Такая просьба дочери священника была более чем странной. Но отец ее понял. Он позволил разорвать помолвку и выехать во Львов на обучение.

Началась трудная работа над собой, занятия во Львове. Еще во времена студенчества у Соломии были два успешных оперных выс­тупления на сцене Львовского театра Скарбко. Критики хвалили ее, писали, что в своем дебюте она не была дебютанткой. Вопреки такому признанию, Крушельницкая все оставляет и едет в Италию...

Там занимается пением с профессором Фа­ус­той Креспи. Во Львове голос Соло­мии квалифицировали как меццо-сопрано, а в Италии оказалось, что естест­венный ее голос — лирико-драматическое сопрано. Нужно было переучиваться.

— Два года назад издание музея «Соломія Кру­шельницька: міста і слава» получило первую премию на форуме издателей.

— Книгу мы задумали вместе с директором нашего музея Галиной Тихобае­вой. Это своеобразная биография певицы. Для реализации замысла нашли очень интересную форму: на основе документальных материалов писали воспоминания как бы от лица Соломии Крушельницкой. Собирали рецензии, статьи, отрывки из документальных памяток старались соединить одним-двумя предложениями, чтобы сделать рассказ интересным и доступным. Иногда факты противоречат друг другу, но мы должны были представить их все…

Идея книги, ее странствующий настрой — от путешествий Соломии Крушельницкой. А выступала она в очень многих городах Европы, Южной и Север­ной Америки, Северной Африки. Только к одному городу обращаемся в книге дважды — ко Льво­ву. Сюда она приехала учиться, отсюда отправилась в дальние края и здесь провела свои пос­ледние годы. В издании много воспоминаний племянницы певицы Одарки Бандривской, основательницы нашего музея. Достойное чествование Соломии Крушельницкой — прежде всего ее заслуга.

— А что сделали наши современники?

— Считаю, что работы еще много. После войны Крушельниц­кой не позволили вернуться в Италию, где у них с мужем Чеза­ре Риччони был дом в городе Виареджо. Советское посольство продало уцелевшую по сей день виллу «Саломе» со всем, что там было, — архивом, мебелью, замечательными картинами. Знаем, что теперь этот дом, который является частной собственностью, продают.

В Италии певицу помнят. И есть за что. В 2004-м праздновали 100 лет, как С.Крушельницкая спасла оперу Джакомо Пуччини «Мадам Баттерфляй». В 1904 го­ду композитор написал ее специально для итальянской певицы Розины Сторкио. На сцене театра Ла Скала опера провалилась — газеты писали о грандиозном фиаско маэстро Пуччини. Но композитор не сдался, решил сделать повторную премьеру, пригласил Соломию Крушель­ниц­кую. Она согласилась, и спасла оперу. Итальянцы высоко это оценили. На фасаде виллы «Са­ломе» в Виареджо установили памятную доску, на которой написано, что в этом доме жила знаменитая певица Соломия Крушельницкая.

Мы обращались к представителям украинского правительст­ва и представителям укра­инского посольства в Италии с просьбой купить дом. Оборудо­вали бы там музей, потому что у нас есть для этого достаточно материалов. Это мог быть большой украинский центр. Это очень хорошая идея пропагандировать Украину в Европе. Обращались ко всем фондам, включая Фонд Рината Ахметова. Ответили: если государство купит дом, они помогут обустроить музей. Никто не видит перспективы или не хочет этим проникаться...

— Однако же вашему музею доверяют самое ценное.

— Действительно, с наступлением независимости Украины семьи многих украинских художников, которые в свое время жили и творили за рубежом, имена которых в советское время были запрещены, теперь присылают нам свои архивы. Это настоящие раритеты.

В коллекции музея около 20 тысяч единиц сохранения. Но, к сожалению, у нас нет места, чтобы надлежащим образом хранить и содержать экспонаты в хорошем состоянии. Учитывая это, мы создали проект «Музична ка­м’яниця». Хотим в бывшем доме Соломии Крушельницкой, на втором этаже которого размещается сейчас наш музей, и основать музей истории музыкальной культуры Галичины.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно