Как украинский оружейник опередил время

5 марта, 2010, 13:52 Распечатать Выпуск №9, 5 марта-12 марта

Последнюю четверть XIX века и первую треть ХХ века все армии мира в спешном порядке искали способы повышения скорострельности стрелкового оружия...

Последнюю четверть XIX века и первую треть ХХ века все армии мира в спешном порядке искали способы повышения скорострельности стрелкового оружия. В конце 80-х годов XIX столетия германская, бельгийская и швейцарская армии обзавелись многозарядными магазинными винтовками. А 90-е годы того же века отмечены поголовным переходом на многозарядные системы в европейских армиях. В том числе и российская армия в 1891 году приняла на вооружение пятизарядную трехлинейную винтовку конструкции капитана Мосина.

Из девяти европейских армий последнего десятилетия XIX века, принявших на вооружение многозарядные винтовки, шесть приняли пятизарядные винтовки, и только армии трех стран отошли от моды — вместо пятизарядных систем вооружились: 12-зарядной винтовкой — Швейцария, шестизарядной — Италия и трехзарядным карабином — Франция. Оказывается, что моде следуют не только женщины, но и конструкторы-оружейники. Но в этом факте мы видим и подсознательное следование стереотипам. Ниже мы расскажем об оружейном конструкторе, сумевшем опередить время и избавиться от стереотипов, а также модных простых решений. Речь пойдет об украинском оружейнике Якове Устиновиче Рощепее (1879—1958).

Само по себе перевооружение армий многозарядным оружием являлось большим достижением. Но уже с начала ХХ века конструкторы работали над созданием автоматических и самозарядных винтовок — в этих, как тогда говорили, «самострельных» винтовках военные авторитеты видели залог успехов в будущих войнах. Русско-японская война 1904—1905 гг., в которой уже полным ходом применялись пулеметы, подтвердила необходимость вооружения пехотинцев личным самозарядным или автоматическим оружием. В числе первых создателей «самострельных» винтовок — американец Хайрем Максим и австриец Фердинанд фон Манлихер, немец Петер Пауль Маузер и мексиканский генерал Мондрагон, российский полковник Владимир Федоров, но очень редко упоминается имя талантливого украинского оружейника Якова Рощепея.

В начале ХХ века в Варшавском военном округе в ничем не примечательной крепости Зегрж дислоцировался Зегржский крепостной пехотный полк, известность которому принес рядовой солдат Яков Рощепей, служивший полковым оружейным кузнецом.

Самозарядная винтовка Рощепея образца 1905 года
Самозарядная винтовка Рощепея образца 1905 года
Яков Устинович Рощепей (Рощепий), крестьянин Черниговской губернии, стал известен своими разработками автоматических и самозарядных винтовок. Первая неплохая модель автоматической винтовки была создана изобретателем в 1902—1905 годах и сразу же вызвала интерес Артиллерийского комитета при Главном артиллерийском управлении военного министерства царской России. Рощепей сохранил в своей винтовке неподвижный ствол и снабдил ее полусвободным затвором. Оружейный отдел Артиллерийского комитета в 1905 году сравнил переделочную автоматическую винтовку капитана Федорова и оригинальную автоматическую винтовку рядового Рощепея. Обе винтовки были созданы на базе трехлинейки Мосина, но Федоров пытался приспособить трехлинейку к автоматической стрельбе, а Рощепей использовал ее детали в оригинальной схеме. Поэтому заключение оружейного отдела благословило Якова Рощепея на дальнейшие поиски.

К 1907 году Яков Рощепей предложил новую, усовершенствованную модель автоматической винтовки. Теперь успех 28-летнего изобретателя был отмечен и высоким начальством. По поручению председателя Артиллерийского комитета оружейный отдел 20 февраля 1907 года рассмотрел рапорт начальника ружейного полигона об испытании винтовки Рощепея. В нем шла речь о том, «что образец этот в настоящем виде нельзя признать окончательно доработанным, однако он представляет существенный интерес в том, что это первый образец автоматической винтовки с неподвижным стволом». Далее начальник полигона сообщает, что доработка винтовки потребует много труда и времени, «между тем положение Рощепея как в материальном положении, так и в нравственном нельзя признать удовлетворительным». Заключая рапорт, начальник полигона ходатайствует о принятии Рощепея на службу на казенный Сестрорецкий оружейный завод «как талантливого изобретателя» и считал бы «вполне справедливым, если бы за его тяжелые и усиленные труды, не считая творческой работы, было бы выдано [г. Рощепею] вознаграждение в триста рублей».

Оружейный отдел полностью согласился с мнением начальника ружейного полигона: «Рассмотрев образец автоматической винтовки, разработанной г. Рощепеем и признавая его работы заслуживающими самого полного внимания, так как ему удалось при неподвижном стволе добиться автоматического экстрактирования при выстреле гильзы патрона без всяких ее повреждений, оружейный отдел полагал бы крайне необходимым ходатайствовать о том, чтобы изобретателю были предоставлены все необходимые средства для возможности дальнейшей разработки его системы». Кроме того, по мнению отдела, начальнику Сестрорецкого завода следовало выделить 1000 рублей, «из которых необходимо выплачивать Рощепею жалованье по 50 рублей в месяц, остальные же — на материалы и расходы, связанные с разработкой винтовки на заводе в течение года». Оружейный отдел также ходатайствовал о выдаче изобретателю единовременного вознаграждения в размере 300 рублей. Это, по современным меркам, весьма солидная денежная сумма: 30 золотых царских десяток 900-й пробы общим весом около четверти килограмма потянут сегодня более чем на 6000 долларов США.

Успех превзошел все ожидания. На Петербургской технической выставке автоматическая винтовка Рощепея была отмечена большой серебряной медалью. Некоторые особо удачные конструкторские решения талантливого самородка были заимствованы австрийским оружейником Андре Шварцлозе в его пулемете, американским генералом Джоном Томпсоном в пистолете-пулемете и даже в сложной автоматической винтовке американца Педерсена. Удача не вскружила голову Якову Рощепею. Он продолжает искать причины задержек и сбоев при стрельбе из его оружия. В 1910 году появляется очередная автоматическая винтовка Рощепея. И вновь испытания показывают, что при оригинальной и совершенной механической схеме автоматики устройство работает неудовлетворительно. Не сразу изобретатель осознал, что причина неудач в гильзе патрона, применяемом в винтовке. Если обратим внимание на выделенный выше фрагмент заключения оружейного отдела ГАУ, то почувствуем едва заметное удивление по поводу того, что автоматическое экстрактирование гильзы патрона не вызвало ее повреждения. Все дело оказалось именно в гильзе: Рощепей, да и другие изобретатели «самострельных» винтовок (Федоров, Токарев, Дегтярев, Коновалов), всегда использовали патрон конструкции полковника Вельтищева к трехлинейной винтовке Мосина.

Ох уж эта мода в оружейном деле! Скажем, долгое время оружейники мира ломали голову над тем, как повысить качество бумажного патрона. Дешевизна и возможность снаряжения в армейских условиях, казалось, дают ему преимущество перед металлическим патроном, требующим сложного фабричного производства. С другой стороны, безотказность металлического патрона при любой непогоде была аргументом при отстаивании его преимущества перед бумажным патроном. Поэтому одни армии принимали на вооружение винтовки, стреляющие бумажными патронами, другие — металлическими. Правда, различие в исполнении патрона приводило к различию в конструкции затвора винтовки: чтобы избежать прорыва газов при выстреле, оружие, применяющее бумажный патрон, должно было иметь усиленный затвор. Конец моде на тот или иной патрон положила Гражданская война в США (1861—1865), во время которой ружья Ремингтона 1864 года с крановым затвором и металлическим патроном показали высокую степень надежности. Но ведь надежность оружия — условие сохранения жизни солдата. И сразу после изучения опыта американской войны армии Европы бросились перевооружаться оружием под металлический патрон.

Винтовочный патрон образца 1891 г. (гильза с закраиной)
Винтовочный патрон образца 1891 г. (гильза с закраиной)
Яков Рощепей для своих автоматических винтовок применял штатный трехлинейный патрон образца 1891 года. Именно в этом патроне, а точнее — в его гильзе, была интрига, косвенно связанная со следованием стереотипу. Большинство армий мира снабжалось боеприпасами — унитарными патронами с металлической гильзой, имевшими закраину. Закраина — ободок, выступающий за габариты гильзы, позволявший надежно фиксировать патрон в патроннике перед выстрелом и легко извлекать стреляную гильзу после выстрела. Такая форма гильзы как бы сама возникает перед конструктором, решающим задачу извлечения гильзы из патронника после выстрела. Цилиндр гильзы под напором пороховых газов раздается и «влипает» в стенки патронника, поэтому надо предусмотреть в гильзе деталь, ухватившись за которую можно вытянуть гильзу после выстрела. Узкий фланец, закраина, ободок возле донышка гильзы — самое простое и естественное решение проблемы. Поэтому для магазинных многозарядных винтовок все применяли металлические патроны с гильзой, снабженной закраиной.

Трехлинейный (7,62-мм) патрон Вельтищева — типичный, можно сказать, стереотипный боеприпас магазинной винтовки: гильза бутылочной формы с выступающей закраиной, заряд бездымного пороха, тупоконечная оболочечная пуля. Такие патроны делали во всех странах мира. И у всех потом возникали проблемы при переходе на автоматические винтовки. Однако в этой моде на тип патрона появилось одно исключение — немецкий патрон к винтовке Маузера, разработанный в 1888 году и имевший гильзу без закраины. Возле донышка гильзы вместо выступающей закраины была сделана проточка для зацепления с зубом выбрасывателя. Отсутствие закраины сразу сняло проблемы, связанные именно с этой формой гильзы: уменьшилось число задержек при стрельбе, а также более надежно стал функционировать двухрядный магазин оружия. Хотя гильза без выступающей закраины более прогрессивна, т.к. подходит для питания автоматических и самозарядных систем, но она и требует более строгих допусков в производстве. А патрон Вельтищева не нуждался в строгих допусках при изготовлении гильз и патронников, что отвечало невысокому уровню оружейной промышленности царской России. Поэтому конструкторы шли по легкому, как они думали, пути — рассчитывали на боепитание своих автоматических винтовок патронами Вельтищева…

После Октябрьской революции 1917 года Рощепей работает на киевском заводе «Арсенал», сохранившем выпуск военной продукции — пушек, лафетов, зарядных ящиков. Хотя специализация конструктора Рощепея и не совпадала с профилем завода, Яков Устинович продолжал воплощать мечту своей юности — создавать идеальную автоматическую винтовку. После десяти лет напряженной работы, 14 августа 1928 года, конструктор Рощепей представил научно-техническому совету Оружейно-пулеметного треста проект новой автоматической винтовки. В отличие от предыдущих, новая модель отличалась принципом работы автоматики — использовался короткий ход ствола. Питание оружия — из коробчатого подствольного магазина на 10 патронов. Но главной новинкой винтовки Рощепея был патрон. Выше мы отмечали, что не сразу изобретатель осознал, что причина неудач в гильзе патрона, который применяется в винтовке. Вместо стереотипного патрона Вельтищева с гильзой с закраиной Яков Устинович применил опытный 7,62-мм патрон без закраины — с проточкой.

Простота и надежность винтовки Рощепея, безупречность ее автоматики были отмечены научно-техническим советом. Но применение нестандартного (нестереотипного!) патрона поставило крест на хорошей винтовке: «В связи с тем, что винтовка спроектирована не под штатный патрон, признать ее изготовление нецелесообразным». Конечно, под штатный патрон Вельтищева в предвоенные 1928—1940 годы были разработаны ручной пулемет Дегтярева ДП, автоматическая винтовка Симонова, самозарядная винтовка Токарева. Но ведь в 1930 году принят на вооружение пистолет Токарева, патрон которого уже имел гильзу без закраины, с проточкой, а под этот патрон разработаны пистолеты-пулеметы Дегтярева и Шпагина. Более того, в 1930 году для крупнокалиберного пулемета разработан 12,7-мм патрон Б-30 с гильзой без закраины, с проточкой. Новые гильзы с проточкой пробивали себе дорогу!

Автоматный патрон образца 1943 г. (гильза с проточкой)
Автоматный патрон образца 1943 г. (гильза с проточкой)
Наконец, в Советском Союзе в разгар Великой Отечественной войны, в 1943 году, с учетом опыта разработки немцами в 1942 году курцпатрона — занимающего промежуточное положение между винтовочным патроном и пистолетным, был разработан т.н. промежуточный патрон. Промежуточный патрон конструкции Н. Елизарова и Б. Семина, как и немецкие патроны, имел гильзу без закраины, гильзу с проточкой. Именно под этот патрон были разработаны самозарядный карабин Симонова, ручной пулемет Дегтярева РПД и шедевр советских оружейников — автомат Калашникова.

На 15 лет опередил Яков Устинович Рощепей создание автоматических и самозарядных систем в Советском Союзе, правильно осознав важность и даже критичность гильзы без фланца. Изобретатель не дожил года до своего 80-летия. Его похоронили в родном селе Щасновка Бобровицкого района Черниговской области. На могиле — мраморная плита с портретом конструктора, каким он был во время работы на Сестрорецком оружейном заводе. Цепь ограды покоится на четырех столбах, каждый в форме боевого патрона.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно