ЗАПИСКИ МОЛОДОГО УЧЕНОГО - Наука - zn.ua

ЗАПИСКИ МОЛОДОГО УЧЕНОГО

28 сентября, 2001, 00:00 Распечатать

С «Зеркалом недели» я познакомился в Интернете несколько лет назад, будучи постдоком (postdoc — стаже...

С «Зеркалом недели» я познакомился в Интернете несколько лет назад, будучи постдоком (postdoc — стажер после получения научной степени доктора философии (PhD), которая приближенно соответствует степени кандидата наук) в одной из стран дальнего зарубежья. С большим интересом читал все ваши статьи, посвященные Академии наук, «утечке мозгов», вопросам поддержки молодых ученых в Украине. Захотелось и самому поделиться своими наблюдениями и впечатлениями, ведь я — молодой сотрудник одного из многочисленных институтов академии и мне далеко не безразлично то, что происходит в академической жизни. В конце концов не хотелось бы навсегда покинуть Украину из-за того, что родное государство не способно достойно оплатить мой труд или хотя бы просто создать нормальные условия для работы.

Диссертация

Кандидатом наук я стал уже в эпоху независимости. Поэтому свои авторефераты, написанные, согласно требованиям ВАК Украины, на украинском языке, мы, молодые соискатели ученой степени независимой страны, рассылали по списку, составленному еще ВАК СССР, по всем бывшим союзным республикам. Делали мы это за свой счет, поскольку у института не было средств. Попав на работу на Запад, я с интересом узнал, что даже в тех странах, которые гордятся своей языковой самобытностью и где английский не является основным языком общения, диссертации по естественным наукам предпочитают писать на английском, чтобы отрецензировать ее мог ученый, живущий в любой другой стране мира. (Это же относится и к научным проектам, создатели которых рассчитывают на финансовую поддержку со стороны государства, поскольку все подобные предложения должны пройти независимую экспертизу.) Вот, оказывается, на каком уровне зарождаются международные связи. Кстати, зачастую молодой специалист едет на постдок к своему рецензенту. Мы же, сосредоточившись на борьбе за государственный язык, порвали даже те связи, которые были в пределах бывшего Союза. Естественно, невозможно от всех жителей страны требовать знания иностранного языка, но такое требование можно считать обязательным для тех, кто занимается наукой и хочет стать специалистом с ученой степенью. По крайней мере, авторефераты диссертаций (а по естественным наукам, возможно, и сами диссертации) желательно было бы писать на английском языке, который в области естественных наук стал международным.

Наконец я, молодой кандидат наук, стал сотрудником Академии наук. Однако вскоре на опыте молодых коллег и своем собственном я убедился, что решить проблему физического выживания можно двумя способами: уйти из академии и заняться каким-то бизнесом, навсегда уйдя из науки, либо искать постдок.

Постдок

Работая постдоком, т.е. будучи временным сотрудником в любом западном университете, с удивлением обнаруживаешь, что за несколько недель узнаешь о жизни этого университета неизмеримо больше, чем за годы аспирантуры и последующей работы — о нашей Академии наук. Президиум академии — это загадочное место, куда отправляются архаично написанные отчеты, и откуда иногда присылают почти просроченные объявления о грантах и стажировках для молодых ученых. Поэтому постдок нужно искать самому, читая объявления в Интернете и вступая в переписку с людьми, имеющими сходные научные интересы. В противоположность президиуму НАНУ, администрация и другие отделы, например бюро по культуре, западных университетов сами напоминают о себе. Не проходит и дня, чтобы по электронной почте не пришло сообщение о предстоящей лекции, музыкальном концерте, или просто о том, какой из предстоящих дней выходной. Или о том, что вместо ушедшего на пенсию сотрудника ректората на работу взят новый мистер такой-то... Много полезной информации можно почерпнуть, изучая веб-страницы университета. В то же время в Киеве несколько моих попыток попасть на веб-страницу НАНУ просто «подвесили» мой компьютер, а на киевский электронный адрес не пришло ни одного сообщения о внутренней жизни академии. Кроме того, завести такой адрес, работая в Академии наук, — большая честь, которой удостаиваются только старшие сотрудники институтов, тогда как любому студенту-первокурснику, зачисленному в западный университет, тут же его дают.

Надо сказать, что не так давно мне таки удалось просмотреть веб-страницы академии с более устойчивого компьютера. Их устройство противоречит самой идее Всемирной паутины — давать ссылки на другие страницы, но зато очень характерно отражает, то обстоятельство, что президиум академии существует сам для себя: на этих страницах помещен справочник с названиями институтов Академии и именами их директоров, но не дающий ни одной ссылки на веб-страницы самих институтов. Так что желающего с помощью сервера президиума узнать больше, чем просто название института и где он находится, ждет тупик на широких дорогах Интернета. А ведь у многих академических институтов есть уже неплохие и достаточно информативные серверы.

Одна из проблем, очень затрудняющая работу украинских ученых, — плохой (или вообще никакого) доступ в Интернет. Теперь даже для участия в международной конференции достаточно заполнить интерактивную форму на компьютере, подключенном к Интернету. В конечном счете это даже дешевле, чем посылать регистрационную форму, используя дорогую почту. Точно так же через Интернет можно направить свою работу в журнал или познакомиться с новейшими работами ученых со всего мира. Последнее зачастую — единственный источник информации, так как из-за отсутствия денег не выписываются даже самые необходимые международные научные журналы.

Все это возможно, если есть доступ в Интернет, который часто прерывают из-за неоплаченных долгов. Интернет обошелся бы дешевле, чем обычная почта и подписка на изданные на бумаге журналы (все ведущие научные журналы, в том числе и некоторые украинские, выходят в электронном виде). Но скупой, как известно, платит дважды.

Сколько стоит научная статья?

Написав свою первую статью за рубежом, я с интересом узнал, что университет, в котором работал, получит за публикацию деньги от правительства этой страны. В моих достаточно личных записках не место объяснять, как работает западная система финансирования науки, устроенная по-своему в разных странах. Меня же поразило, насколько просто все организовано. Есть список научных журналов, утвержденный экспертами, и установленная денежная сумма за статью. В результате своей научной работой, точно такой же, какой занимался дома, я вернул университету почти половину тех денег, которые он потратил на мою зарплату. Более того, даже попал на несколько международных конференций.

Вернувшись домой, обнаружил, что для того чтобы послать свою работу в научный журнал, я должен сам купить картридж для принтера и бумагу, иначе текст моей статьи так и останется в компьютере. Наконец, когда статья распечатана, я должен сам отправить ее по почте, т.к. у института на счету нет денег. Когда они поступят, то сначала заплатят за электричество и отопление. В противном случае электричество могут отключить и мне уже никогда не напечатать моей работы...

Очень сложно поверить после этого в то, что в Украине еще кто-то заинтересован в существовании науки вообще и в поддержке молодых ученых в частности. А жаль... Очевидно, что мой научный уровень не так уж и плох, если я оказался востребованным на Западе. И этим я обязан исключительно своим старшим коллегам, сотрудникам академии, учившим меня. Большинство из них решают свои финансовые проблемы самостоятельно, так же, как и я. Вся разница между нами в том, что они могут поехать за рубеж на несколько месяцев в качестве приглашенного профессора, тогда как я — постдоком на два или три года. Более длительное отсутствие раздражает начальство, тем более если речь идет о простом кандидате наук. И я уже не раз слышал от этого начальства: «Запретить!», «Не пущать!». Даже требовать от зарубежных стран, где мы работаем, компенсации для Украины за «украденные» мозги. Последнее выглядит как минимум нелепо, если учесть тот факт, что свежеиспеченные европейские кандидаты наук (PhD) специально получают от своих государств стипендии, чтобы иметь возможность поехать в качестве постдоков в США. Как правило, без такой стажировки они не могут всерьез рассчитывать на постоянную научную работу в своей стране.

Интересен и опыт стран третьего мира, о котором я узнал, общаясь с молодыми коллегами из этих стран. Им официально разрешается до шести лет отсутствовать в своем научном учреждении без потери рабочего места, при этом первые три года они даже продолжают получать зарплату на основном рабочем месте. Таким образом, эти страны как бы говорят своим молодым ученым, что они ценны для своей страны и им всегда есть куда вернуться.

Украинские же молодые ученые обычно едут на постдок на свой страх и риск, поскольку их правовой статус никак не отрегулирован, и обычно они берут отпуск за свой счет. Они вынуждены решать свои проблемы, в том числе профессионального роста, исключительно сами, не рассчитывая на минимальную поддержку своего государства и мечтая, чтобы их академическое руководство хотя бы не мешало им.

Молодые коллеги на Западе, которым я без гнева и пристрастия описывал ситуацию в Украине, не могли понять моего положения и до конца поверить в мой рассказ. Их комментарии были однообразны: «Так не может долго продолжаться... Вы не можете так жить все время. Вам придется сменить профессию».

Я не согласен с их мнениями и выводами, сколь бы рациональными они ни были. Поэтому и подписываю свои короткие наблюдения псевдонимом, надеясь, что, приобретя за рубежом опыт и научные связи, я однажды смогу вернуться и достойно работать на Родине.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №15, 21 апреля-27 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно