Инновационное развитие украинской экономики: мировой контекст

6 марта, 2014, 18:55 Распечатать Выпуск №8, 6 марта-14 марта

В противоположность мировой тенденции, когда страны, постоянно наращивая свой научный и инновационный потенциалы, улучшают в результате и инвестиционную привлекательность, Украина, наоборот, его теряет, снижая, соответственно, свою инвестиционную привлекательность. 

После ознакомления с программой деятельности нового Правительства создается впечатление, что все ожидания на спасение от экономического коллапса страны Кабмин Яценюка связывает с финансовой помощью извне. В списке целей и задач членов правительства много действительно безотлагательных и очень важных дел. Однако среди приоритетов государственной политики не значится развитие инновационной сферы и ее научного потенциала, играющих ключевую роль в экономическом подъеме и инвестиционной привлекательности экономик стран мира. 

…Как государство богатеет, 

И чем живет, и почему

Не нужно золота ему,

Когда простой продукт имеет.

Александр Пушкин, "Евгений Онегин"

Характер взаимоотношений между государством и наукой, сложившихся в современном украинском обществе, справедливо можно назвать сугубо "украинской моделью". Дело в том, что, в противоположность мировой тенденции, когда страны, постоянно наращивая свой научный и инновационный потенциалы, улучшают в результате и инвестиционную привлекательность, Украина, наоборот, его теряет, снижая, соответственно, свою инвестиционную привлекательность. Как свидетельствуют исследования компании Battelle1, мировые валовые расходы на научные исследования и разработки (R&D) в течение 2012–2013 гг. возросли на 2,7% (с 1517 млрд долл. по паритету покупательной способности, до 1558 млрд долл.), а в 2014 г. предполагается их рост, по сравнению с 2013 г., еще на 3,9% (до 1618 млрд долл.). По сравнению с докризисным 2007 г., они возросли в 2013 г. на 38,6% (мировые валовые R&D расходы в 2007 г. составляли 1123,9 млрд долл.).

1 Global R&D funding forecast, 2014.
http://www.battelle.org/docs/tpp/2014_global_rd_funding_forecast.pdf 

Мировыми лидерами по объемам R&D расходов в течение обозначенного периода были США, Китай и Япония. 

Их совокупный удельный вес, во-первых, превышал 55,3% в соответствующем мировом показателе, во-вторых, возрастал и, по прогнозам международных экспертов, такая тенденция будет прослеживаться и в дальнейшем. Хотя следует отметить, что доминирование этой триады стран в мировых R&D расходах уменьшилось по сравнению с 2007 г. (57,3%). 

Характерно, что в пределах обозначенной триады высшими темпами росли R&D инвестиции Китая. Так, в течение 200–2013 гг. темп их роста составлял 147,5%, тогда как в США — 127,5%, Японии — 113,6%. 

На фоне этих стран украинские валовые инвестиции в инновационную сферу экономики весьма скромны — около трех миллиардов долларов. По показателю 2013 г., это в 150 раз меньше, чем в США.

Принимая во внимание мировые тенденции, и учитывая взаимосвязь между научными исследованиями и разработками с экономическим ростом, сложно объяснить неадекватное отношение к науке в украинском обществе. По международным оценкам, одно рабочее место в R&D секторе экономики обеспечивает функционирование более двух рабочих мест в других ее сферах. В частности, по оценкам Battelle, в 2014 г. валовые расходы на научные исследования и разработки в размере 465 млрд долл. обеспечат функционирование в США
2,7 млн рабочих мест в R&D секторе экономики и дополнительно поддержат функционирование в других секторах свыше шести миллионов рабочих мест. 

Занять достойное место в международной инновационной сфере украинской экономике становится все сложнее. Так, в течение 2012–2013 гг. первую десятку стран-лидеров по валовым R&D расходам удерживали одни и те же страны. При этом не менялся даже их рейтинг. Кроме уже выше названных трех стран, в указанный список входили Германия (4-е место), Южная Корея (5-е), Франция (6-е), Великобритания (7-е), Индия (8-е), Россия (9-е) и Бразилия (10-е). Прогнозируется, что и в 2014 г. эта же десятка стран будет лидером по показателю валовых R&D расходов, и их рейтинг в этом списке тоже не изменится. Удельный вес совокупных валовых R&D расходов названных стран в 2012 г. составил свыше 78,6% указанного мирового показателя и 79,0% в 2013 г. По прогнозам, такая тенденция сохранится и в 2014 г. Удельный вес валовых R&D расходов десяти стран-лидеров в мировом показателе возрастет и составит свыше 79,2%.

Впрочем, по сравнению с 2007 г., удельный вес десяти стран-лидеров по R&D инвестициями в 2013 г. уменьшился. В 2007 г. он составлял 81,5%. Изменился и список таких стран. В него вошла Бразилия. В 2007 г. она занимала 12-е место по объемам R&D финансирования. Характерно, что она не отличается высокоразвитой экономикой, а считается развивающейся страной.

Что касается Украины, положительным является то, что по показателю R&D инвестиций она оказалась в 2013 г. среди 40 стран, суммарные R&D расходы которых составляли 97,4% мирового показателя. Оптимистичен и прогноз Battelle относительно Украины на 2014 г. — она удержит свои позиции, хотя в 2007 г. ее не было в этом списке.

Обратим внимание на особенность списка десяти мировых стран-лидеров по объемам валового инвестирования своих инновационных сфер в
2013 г. — в нем увеличилось количество стран, не принадлежащих к экономически развитым. То есть, помимо традиционной пятерки экономически развитых стран, в него входят четыре развивающиеся страны (Китай, Южная Корея, Индия и Бразилия) и одна страна с переходной экономикой (Россия). Итак, это можно считать свидетельством того, что высокий уровень развития инновационной сферы может быть присущим не только высокоразвитым экономикам (тем самым подвергается сомнению научное и технологическое доминирования стран Запада). Следовательно, благодаря этому феномену, страны вне клуба высокоразвитых, могут войти в него именно путем наращивания своего научного и инновационного потенциалов и эффективности их функционирования. 

Данное положение является важным для формирования соответствующей научно-инновационной и инвестиционной политики в Украине, потому что она владеет значительным научным потенциалом, который целесообразно было бы наращивать и эффективнее привлекать к общемировому процессу распределения прямых иностранных инвестиций (ПИИ).

В динамике мировых потоков прямых иностранных инвестиций до 2013 г. целесообразно выделить, в первую очередь, 2000 и 2007 гг. (см. табл.). В течение обозначенного периода поступления мировых ПИИ возросли на 43,4% (с 1396,5 млрд долл. в 2000 г. до 2002,7 млрд долл. в 2007 г.). В период мирового кризиса 2008–2009 гг. произошел спад притока мировых ПИИ, продолжающийся до сих пор. 

Особенностью притока ПИИ по странам мира в течение 1993–2012 гг. является то, что после обозначенного мирового кризиса принципиально меняется парадигма их структуры. Если в течение 1993–2007 гг. она была относительно устойчивой — в среднем 69,2% поступлений мировых ПИИ направлялось в развитые страны, 27,8% — в развивающиеся и 3,0% — в страны с переходной экономикой (страны Юго-Восточной Европы и СНГ), то, начиная с 2008 г., структура притока мировых инвестиций меняется в пользу развивающихся стран.

Так, удельный вес притока ПИИ в развитые страны постоянно уменьшался с 56,5% в
2008 г. до 41,5% в 2012 г., а в развивающиеся страны — возрастал с 36,8 до 52,0%, соответственно. В случае со странами с переходной экономикой он находился приблизительно на одном уровне (6,7% в 2008 г. и 6,5% в 2012 г.). 

Характер динамики удельного веса притока мировых ПИИ в Украину несколько иной: с 1993 г. по 2008 г. он возрос с 0,1 до 0,6%, а в течение 2009–2012 гг. практически находился на одном уровне (0,47%).

Привлекает внимание то обстоятельство, что уже в 2009 г. удельный вес в мировом показателе поступлений ПИИ в развитые страны (50,4%) и поступлений в страны развивающиеся и с переходными экономиками (49,6%) почти сравнялся. А в 2010 г. удельный вес в мировом показателе поступлений ПИИ в развивающиеся страны и страны с переходными экономиками составлял уже 50,5%. То есть приток мировых ПИИ в эти страны (712,2 млрд долл.) превысил поступления ПИИ в развитые страны (696,4 млрд долл.). 

В 2012 г. поступления ПИИ только в развивающиеся страны уже составляли 52,0% в мировом показателе, превысив тем самым поступления ПИИ в развитые страны. Итак, закономерностями потоков мировых ПИИ до 2008 г. подтверждалась известная парадигма развития мировой экономики, согласно которой обычно экономически развитые экономики концентрируют наибольшую часть поступлений мировых ПИИ. Но уже после 2008 г. она меняется. И характер потоков мировых ПИИ свидетельствует, что страны с развивающимися экономиками могут быть реципиентами большей части их мировых поступлений.

Закономерно возникает вопрос: что же могло привести к изменению устойчивой парадигмы развития мировой экономики?

Можно предположить, что в некоторой степени ответ на этот вопрос находится в плоскости стремительного роста инвестиционной привлекательности инновационной сферы и научного потенциала развивающихся экономик. Причем в течение 2002–2007 гг. наиболее стремительно он происходил в этих странах — как по исследовательскому потенциалу, так и по объемам валовых R&D затрат. 

Так, в течение обозначенного периода количество исследователей по абсолютной величине больше всего возросло в развивающихся странах — на 55,5%, в развитых странах — на 10,6%. Вместе с тем мировой показатель численности исследователей в течение обозначенного периода возрос на 24,1% (Доклад ЮНЕСКО по науке за 2010 г.). 

Высочайшие темпы роста количества исследователей в расчете на миллион населения так же были характерны для развивающихся стран — 146%, в развитых странах — 109%. Мировой темп роста численности исследователей на миллион населения составлял всего 117%.

В этом контексте следует обратить внимание еще на одну особенность, не наблюдавшуюся ранее в истории развития мировой экономики. Она заключается в том, что, по абсолютному значению, численность исследователей стран, не принадлежащих к триаде экономически развитых (ЕС, США, Япония), в 2007 г. (3625,8 тыс. человек) начала превышать численность исследователей в странах триады (3583,9 тыс. человек), подтвердив возможность накопления научного потенциала в экономиках независимо от уровня их развития.

Исследования ЮНЕСКО подтверждают также, что в течение 2002–2007 гг. удельный вес валовых внутренних R&D затрат в общемировом показателе возрос — опять-таки, лишь для развивающихся стран — с 17,2 до 23,7%. Для развитых же этот показатель уменьшился с 82,6 до 76,2%. Причем темп его роста для развивающихся стран достиг почти 200%, опередив соответствующий показатель для развитых стран (133,7%). 

Получается, наиболее интенсивно формировалась инвестиционная привлекательность исследовательского сектора экономики в развивающихся странах. Причем темпы роста внутренних R&D инвестиций в них превышали темпы роста ВВП на 35,2%, в развитых странах — всего на 2,3%. Мировой показатель темпов роста  R&D инвестиций превышал темпы роста ВВП тоже несущественно — всего на 1,7%. 

Таким образом, мировые тенденции инвестирования развития инновационной сферы и научного потенциала стран мира показывают, что на протяжении 2002–2007 гг. оно играло довольно важную роль в улучшении их инвестиционной привлекательности, причем наиболее продуктивным было в экономиках развивающихся стран.

Рост инвестиционной привлекательности инновационных сфер, научного и инновационного потенциалов развивающихся стран в результате способствовал тому, что самыми высокими, по абсолютному значению, у них были темпы роста  ВВП (163,8%). Этот показатель для наименее развитых стран составлял 163,4%, а для развитых — 131,4%. Удельный вес развивающихся стран в показателе мирового ВВП вырос с 35,4 до 40,4%. А для развитых стран уменьшился с 63,4 до 58,2%. 

В это же время удельный вес ВВП экономически развитых стран триады в показателе мирового ВВП уменьшился с 55,2 до 49,7%. То есть наметилась тенденция к изменению парадигмы доминирования стран триады в мировом экономическом развитии.

Безусловно, указанный феномен существенно повлиял на смену парадигмы мировых потоков прямых иностранных инвестиций, приведя к уменьшению их поступления на протяжении 2008–2012 гг. в развитые страны и увеличению — в развивающиеся. 

Среди 20 стран мира, в которые поступило наибольшее количество прямых иностранных инвестиций в 2012 г., было уже девять развивающихся стран (Китай (2), Гонконг (3), Бразилия (4), Британские Виргинские острова (5), Сингапур (8), Чили (11), Индия (15), Индонезия (17), Колумбия (18)), а также две страны с переходной экономикой — Российская Федерация (9) и Казахстан (19). 

Несмотря на очевидные положительные тенденции развития инновационной сферы в мире, украинская экономика демонстрирует противоположную закономерность. Феномен быстрого наукоемкого экономического роста пока что не срабатывает. Украина неустанно  теряет свой инновационный и научный потенциалы. В расчете на 10 тыс. человек экономически активного населения численность исследователей в Украине в течение 2005–2011 гг. уменьшилась в 1,2 раза. 

По материалам Государственной службы статистики  Украины,  в противоположность мировой тенденции, в стране количество учреждений, осуществлявших научно-техническую деятельность, на протяжении 2005–2012 гг. уменьшалось. Если в 2005 г. их было 1510, то в 2012-м — 1208. Все это существенно усложняет переход украинской экономики к инновационной модели развития.

Фактором, дополнительно усложняющим обозначенную проблему, являются  масштабные изменения демографической ситуации в стране. Так, по исследованиям Всемирного банка (Доклад о мировом развитии, 2013), трудовые ресурсы Украины уменьшаются ежегодно приблизительно на
160 тыс. человек. Вместе с тем, отмечается в докладе, быстрый рост городов в мире изменяет структуру занятости населения. По оценкам его авторов, можно ожидать, что до 2020 г. более половины населения развивающихся стран будет проживать в больших и малых городах. В результате этого темпы прироста рабочей силы несельскохозяйственных сфер деятельности превысят темпы прироста трудовых ресурсов сельского хозяйства. Заодно  подчеркивается, что в индустриально развитых странах обозначенные структурные изменения происходили довольно продолжительное время (десятилетия). В современных же условиях мирового развития в развивающихся странах они становятся реальностью в течение одного поколения. Это означает, — свидетельствуют исследования, — что структурные изменения могут обеспечить небывалый рост эффективности экономики, вследствие чего некоторые развивающиеся страны смогли этим воспользоваться и быстро уменьшить разрыв в уровне производительности с индустриально развитыми странами. 

Глобализированность мировой экономики изменяет и характер труда. В индустриально развитых странах происходит усиление влияния сферы услуг и наукоемких сфер деятельности и ослабление — добывающей и традиционной обрабатывающей промышленности на производительность хозяйственного комплекса. Усовершенствование технологий и перенесение производств в развивающиеся страны приводит к сокращению рабочих мест средней квалификации. Происходит измельчение производственных задач, что позволяет выполнять их в разных местах (в частности  и в малых городах). Транснациональные корпорации создали интегрированные стоимостные цепочки, чтобы эффективно использовать кадровые резервы разных стран. Аутсорсинг (субподряд) внедряется как в промышленности, так и в сфере услуг. На протяжении 1990–2008 гг. (по докладу) доля развивающихся стран в экспорте мировых услуг возросла вдвое, достигнув 21%.

В Докладе о человеческом развитии 2013 отмечается, что "впервые за 150 лет совокупный объем производства трех ведущих развивающихся экономик мира — Бразилии, Индии и Китая — приблизился к суммарному ВВП шести наиболее развитых стран — Германии, Италии, Канады, Великобритании, США и Франции. Указанное обстоятельство резко изменяет баланс глобальной экономической мощности". Эксперты Всемирного банка подтверждают, что до 2050 г. доля мирового производства Бразилии, Индии и Китая составит 40%.

Таким образом, новое качество мировой экономики заключается в том, что высокий уровень развития инновационной сферы может быть присущ не только высокоразвитым экономикам. И благодаря этому феномену страны, которые не входят в клуб высокоразвитых, имеют возможность войти в него именно благодаря наращиванию потенциала инновационной сферы и эффективности ее функционирования. 

Так что Украина, имея соответствующие инновационную сферу и научный потенциал, должна постоянно их наращивать и активнее приобщаться к процессу перераспределения мировых инвестиционных потоков в свою пользу. Иначе останется на задворках цивилизации.

 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
  • ababab ababab 8 березня, 14:55 Уважаемый автор! Вы очень красиво рассказали, как в мире хорошо, а у нас плохо. Денег не дают! А если бы вдруг дали? У наших ученых есть что предложить? Очевидно: пока страна не поднимется, денег не будет. А без инноваций страна не поднимется. Тупик? Ничего подобного! Деньги дают предприниматели, но дают не за фуфло, не за статьи, а за ИННОВАЦИОННЫЙ ПРОДУКТ! Почему я, в свои 77, больной и полуслепой, голову не могу поднять, вынужден отказываться от инновационных предложений, - ведь, кроме балкона и гаража ничего и никого! В ЗН №26 , 2013, моя статья "Таланты Украины должны служить Украине", Вы ее читали?. Другая - "Взгляд сквозь время" - в портфеле у ЮВМ. Прекрасно понимаю, что и как делать, за спиной десятки инновационных проектов, большинство - не имеют аналогов. Кому - то гужно? Сегодня меня волнует другое: ПРИНЦИПИАЛЬНО НОВАЯ СИСТЕМА ЭНЕРГОСБЕРЕЖЕНИЯ и ПРИНЦИПИВЛЬНО НОВАЯ СИСТЕМА ЭНЕРГООБЕСПЕЧЕНИЯ. Ау! Неужели никому не нужно? Чтобы вообще навсегда отказаться от покупных энергоносителей, а "хатынка" была в разы дешевле и в разы теплее? Ведь мне уже 77, все под Богом ходим! согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно