Евгений Дикий: "На примере антарктической станции продемонстрировать, что станет с Украиной, если перестать воровать"

22 сентября, 14:24 Распечатать Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября

Он имеет все шансы воплотить свои замыслы в жизнь, поднять антарктические исследования на новый уровень.

© НАНЦ

Антарктическое направление исследований — одно из приоритетных для Украины, в котором наше государство, наряду с исследованием космоса и ядерной энергетикой, несмотря на всю сложность и затяжной экономический кризис, остается на плаву. 

Дальнейшее изучение Антарктиды на станции "Академик Вернадский" дает возможность доступа к неисчерпаемому источнику пресной воды (около 70% мировых запасов), морских биоресурсов и ценных минералов, это международный престиж и перспектива принимать участие в распределении антарктических богатств.

В начале 2018 года Национальный антарктический научный центр (НАНЦ) возглавил кандидат биологических наук Евгений Дикий. Он занимает активную жизненную позицию и воевал на востоке Украины. Евгений довольно продолжительное время тщетно пытался попасть в состав Антарктической экспедиции и вообще повлиять на прежнее руководство, чтобы процесс отбора исследователей стал более прозрачным. И вот теперь имеет все шансы воплотить свои замыслы в жизнь, поднять антарктические исследования на новый уровень.

дикий
Герман Богапов

— Евгений Александрович, с какими проблемами вы столкнулись с первых шагов на должности руководителя Антарктического центра ?

— Я работаю уже семь месяцев. То, что пока удалось сделать, как раз подпадает под определение семимесячного. Далеко еще не идеальный ребенок, но уже имеет шанс выжить. Если серьезнее, то с чем я только не столкнулся! 

Ни в коем случае не хочу мазать черной краской своих предшественников, но были здесь системные недостатки. Прежде всего это определенная закрытость центра, мой предшественник почти единолично решал, кого он пускает в Антарктиду, а кого нет.

Мои первые попытки как исследователя попасть в Антарктиду датируются 2007 годом. И тогда оказалось, что Антарктический центр — структура, имеющая определенный круг "своих", а попасть в это круг — процесс, далекий от объективности и прозрачности. 

Тогда, в 2007-м, из таких как я, обиженных на Антарктический центр, сплотилась довольно большая компания, и мы сорганизовали первую независимую от НАНЦ антарктическую научную конференцию, которая получилась на удивление представительной — приехало очень много ученых из разных стран мира, первым почетным гостем выступал Питер Конвей из Британской антарктической службы, светило полярной экологии. Мы надеялись, что в результате НАНЦ станет более открытой структурой, увидев, что в Украине есть много ученых, которые работают или хотят работать в полярной тематике, но не вовлечены в орбиту Центра. Однако, к величайшему сожалению, результат получился прямо противоположный: все организаторы конференции, и я в частности, попали в черный список, и дорога в Антарктиду нам была перекрыта. 

антарктида_3
НАНЦ

— И что же вы делали дальше? 

— После этого четыре года подряд я пытался попасть в состав украинской экспедиции, а потом махнул рукой, понял, что пока не изменится руководство НАНЦ, наверное, это направление следует забыть. Анекдот заключается в том, что мне и в голову не приходило, что этим руководством когда-то стану я. На некоторое время я сосредоточился на том, что было доступным для изучения: экосистемы Карпат, Полесья и, конечно, Черного моря, поскольку я все же прежде всего морской биолог.

Когда в 2015 году я стал заместителем директора по науке Украинского научного центра экологии моря, тут я уже Антарктиду и вспомнил, ведь Министерство экологии является одним из органов исполнительной власти, ответственных за Антарктическую программу, и мы попытались поднять эту тематику в Одессе. Но НАНЦ поставил условием развивать в Минэкологии только природоохранное направление, и никуда больше не "соваться".

Но вдруг в конце прошлого года от МОН поступило неожиданное предложение возглавить Центр. Поэтому сегодня передо мной стоят задачи, решение которых требовали участники конференции еще в 2007 году: создать равные условия доступа к участию в Украинской антарктической программе для всех отечественных ученых, а также объективные критерии оценивания проектов, которые будут финансироваться, кто попадет к Антарктику за средства налогоплательщиков, а кто нет. Чтобы дальше это не зависело от того, кто окажется в этом кресле.

Если мне удастся это, то буду считать, что сидел в нем не напрасно. 

антарктида_9
НАНЦ

— А что можно сказать о критериях объективного отбора?

— Если мы говорим о молодых исследователях, здесь свои нюансы, труднее оценивать, но если о зрелых, здесь все очень просто и жестко: публикации, индексы цитирования, импакт-факторы, индексы Гирша, — вперед!

— А психологическая устойчивость?

— Если речь идет об отборе зимовщиков. Я имел в виду финансирование научных проектов. А это большее количество людей, которое может оказаться в Антарктиде на сезон, а многим и не нужно непосредственно там быть. Кто-то может просто получать данные или образцы и обрабатывать их здесь. 

Что касается отбора тех двенадцати мужественных людей, которые поедут на зимовку на круглый год, тут как раз импакт-факторы и индексы Гирша "рояли не играют". Среди них, кстати, бывают и руководители научных направлений, но не это является главной задачей там. Они должны выполнять определенные рутинные, но очень важные функции, где важна именно психологическая и физическая стойкость, чтобы ежедневно, точно по часам проводить одинаковые измерения или определенную работу. Половина из них — это группа обеспечения: дизелист, системный механик, системный администратор, повар. Кстати, ребята шутят, что на самом деле первый после Бога — не руководитель, а именно повар: от него прежде всего зависит атмосфера на станции и настроение всех. А вторая половина — это исследователи, которые должны поддерживать непрерывный ряд наблюдений, и очень важно, чтобы не было провалов, и чтобы все замеры проводились по одинаковой методике, с одинаковой точностью. И здесь мы в некоторой степени короли Антарктиды, правда, короли по наследству, дело в том, что нам досталась британская станция "Фарадей", с уже очень продолжительными рядами наблюдений. Параметры климата, физики атмосферы, озона — это то, что начали измерять британцы с 40–50-х годов прошлого века. Надо отдать должное: мы на ни на день не прерывали эти ряды, мы продолжили все, кроме того, добавили целый ряд параметров, которые в британские времена не определялись. И таким образом сегодня именно Украина благодаря станции "Фарадей"—"Вернадский" располагает наиболее продолжительными наблюдениями за целыми рядами параметров атмосферы и климата вообще во всей Антарктике и Южном полушарии.

Итак, психологические черты — очень важны для зимовщиков, работающих на станции от двенадцати до четырнадцати месяцев. Потому что жизнь на станции "Вернадский" — это как жизнь в Крыму. Она там четко делится на сезон и несезон. Три месяца сезона, когда открытая вода, там бурлит жизнь. Туда постоянно заходят туристические лайнеры. Это было одним из моих открытий, когда я написал письма в Ассоциацию туристических операторов Антарктики, чтобы прислали график, какие суда планируют заходить на "Вернадский" в следующий сезон. И мне приходит табличка: 46 заходов! Это за три месяца. То есть в среднем через день будет заходить туристический лайнер.

антарктида_8
НАНЦ

— А раньше они никогда не согласовывали?

— Когда спрашивали, всегда присылали. И я же спрашиваю не просто так. Ведь на больших туристических лайнерах, где 300–500 пассажиров, всегда остаются свободные места. И если знать это наперед, их можно просить о перевозке сезонных исследователей. То есть у больших туроператоров существует в какой-то мере понятие социальной ответственности.

— Они бесплатно перевозят исследователей?

— Да. То есть в таком случае наше дело — оплатить перелет до порта, а там они садятся на борт, и дальше уже бесплатно. Большие туроператоры понимают, что делают свой бизнес на континенте, который отведен для науки и исследований, и потому для них вопрос чести хоть немножко помочь науке. Обычно они просят полярников, которых перевозят, прочитать туристам одну-две лекции, рассказать о работе на станциях, о том, что там исследуют.

Но таких месяцев всего три, а дальше, что называется, "белое безмолвие". Когда постоянный лед, станцию засыпало снегом, корабли не ходят. И девять месяцев она изолирована, и двенадцать людей все это время видят исключительно друг друга.

антарктида_4
НАНЦ

— И пингвинов.

— Да, конечно, пингвинов, тюленей, морских леопардов. То есть в этом плане компания разная, хорошая (смеется). Конечно, пингвинов любят, но нельзя не признать тот факт, что в британские времена был резервный источник пресной воды — озеро на острове. А за последние десять лет пингвины настолько заселили берега этого озера, что воду из него теперь брать нельзя: она интенсивно "удобрена".

— Легче опреснить морскую воду?

— Да. Мы получаем воду исключительно через опреснение морской. Но никому не приходит в голову оттуда пингвинов прогнать, потому что Антарктика — прежде всего для них. 

Вдумайтесь: в начале 2020 года будет отмечаться 200 лет со дня открытия Антарктиды. Все другие континенты заселены человеком как минимум 13 тысяч лет. То есть это прежде всего наименее испорченный человеком кусок планеты. И очень хотелось бы как можно дольше его таким и сохранить.

антарктида_2
НАНЦ

— Относительно состояния фауны — какова нынче ситуация? 

— Благодаря природоохранным мерам все более или менее нормально. Восстановилась популяция южных морских котиков, которые являются сегодня самым многочисленным видом морских млекопитающих на Земле. Кстати, и антарктический криль, которым питаются и киты, и южные морские котики, и пингвины. Его биомасса — самая большая на планете. По поводу криля сейчас ведутся довольно острые дискуссии: его едят не только дикие жители Антарктиды, но и люди. Причем много криля идет на креветочную муку для аквакультуры, то есть для кормления лосося, которого мы покупаем в супермаркетах. Также из криля извлекают ненасыщенные жирные кислоты и ряд других веществ, имеющих медицинское и фармакологическое применение. Если послушать рыболовные компании, то биомасса криля практически безгранична, весь выловить невозможно, сколько ни лови, потому что его миллионы тонн. Противоположный взгляд высказывает "Гринпис". По мнению эколога, имеем ситуацию, где ни одна из сторон в этом споре не оперирует объективными данными — их просто нет. Это одна из задач, которую при участии Украины начинает решать мировое научное сообщество. Впервые с 2001 года будет выполнена в этом году с помощью сонаров акустическая съемка скоплений криля в том районе, где его больше всего вылавливают. Это море Скоша, Южные Шетланды. Участие в программе принимает и один украинский рыболовецкий траулер, для него специально закуплены мощные сонары, будет выполнена съемка при участии отечественных ученых.

Сегодня промышленный вылов криля ведут всего пять стран: Украина, Норвегия, Япония, Южная Корея, Китай. Кстати, Россия не производит вылов, потому что там "сдохли" все имевшиеся траулеры, хотя и рассматривает возможность введения новых судов. 

— А исследуют те же самые страны?

— Да, это один из принципов Антарктики: хочешь добывать ресурсы — вкладывайся в исследования и в природоохрану. А еще есть и другая программа, тоже при участии Украины, ведь сосчитать криля в море — задача непростая, но можно судить о его количестве опосредованно. Дело в том, что пингвины, живущие на побережье Антарктики, преимущественно, вопреки нашему представлению, питаются крилем, а рыбу ловят только тогда, когда ее не хватает: криль ловится проще, он очень калорийный, вкусный. Так вот, об увеличении или уменьшении запасов криля можно судить опосредованно — из того, как пингвины размножаются, сколько они откладывают яиц, сколько птенцов выкармливают, сколько из них выживает. Этот проект я ради шутки называю "большой пингвинометр". Идея очень проста, но реализация довольно сложная. Ведь это же надо постоянно мониторить большие колонии пингвинов, причем чтобы это были точные данные. Вокруг всей Антарктики уже стоят 54 автоматические фотокамеры, и программа расширяется. В ней принимают участие более десяти стран. 

Большое количество снимков вводится в базу данных, но возникает сложный технический вопрос, который мы решили в Украине весьма остроумно. Камера-то снимает автоматически, но для подсчета надо разработать программу для распознавания образов, что является нетривиальной задачей, и это может стоить дороже, чем весь проект. Или альтернатива — до черта человеко-часов: сидеть и механически считать. Потому, когда к нам обратился Эколого-натуралистический центр ученической молодежи, с просьбой привлечь школьников к исследованию Антарктики, мы сказали: "Йес, мы только вас и ждали! У нас есть тысячи кадров с няшными-мимишными пингвинчиками. А у вас есть сотни умных старшеклассников". Мы с осени этого года начинаем эту программу. Старшеклассники будут считать пингвинов, а наши ученые уже будут обрабатывать данные, к чему тоже может привлекаться и молодежь.

антарктида_5
НАНЦ

— Насколько возможно уже сегодня автоматизировать работу станции? То есть роботизировать измерения, производимые ежедневно, чтобы это не настолько зависело от человеческого фактора? 

— Не все, но значительную часть — да. И, собственно, мы сегодня на пути к этому. Мы уже сейчас покупаем полностью автоматическую метеостанцию. Также ставим автоматический актинометрический комплекс для измерения солнечной активности. Этого у нас раньше не делалось. В планах на ближайшие два года — комплекс по измерению аэрозолей в атмосфере, харьковчане нам поставят метеорадар. А в мечтах — заменить нынешний ручной озонометр полностью автоматическим, но такой аппарат стоит около 250 тысяч евро. Остальные приборы тоже недешевые, метеостанция стоит более
50 тысяч, актинометрический комплекс — около 30 тысяч. Я понимаю, почему автоматизацию до сих пор не проводили, ведь в условиях украинских зарплат она невыгодна. Это на Западе, когда зарплата исследователя составляет основу бюджета любого проекта, там выгодно один раз вложиться в новые автоматические приборы, но сэкономить на зарплатах. При смешных же зарплатах украинских ученых это не окупится даже за десять лет. Значит, как в армейском анекдоте: "Тут надо поставить автоматический шлагбаум или двух смышленых майоров".

— А устанавливаются ли веб-камеры, которые могли бы постоянно передавать картинку со станции в Интернете для всех желающих?

— Это нетрудно, сложно сделать там качественный Интернет. Сейчас станция подключена к спутниковой сети Inmarsat, которая обеспечивает все корабли в открытом океане, это единственная сеть, которая гарантирует связь в любой точке планеты, но она и самая дорогая. Там стоимость передачи информации такая, что до моего прихода знаете какой был лимит? Я не представлял, что такое может быть в XXI веке. Один раз в неделю текстовые сообщения приходили со станции на НАНЦ, и один раз — в обратном направлении. Поэтому первая затрата, которую я изменил, — деньги на связь. Раньше выбирали в месяц полгигабайта, а сегодня лимит составляет 10 гигабайт. Технически можем использовать и больше, но тогда цена вырастет экспоненциально. Сейчас мы тратим на связь свыше 3,5 тысячи долларов в месяц. Таким образом, по крайней мере люди могут общаться и со своими семьями, что психологически важно, потому что ты уже не как в тюрьме. Даже хватает хоть раз в неделю на разговоры через мессенджеры. Но этого никак не хватает на веб-камеры, которые есть на станциях развитых стран. И мы пытаемся решить эту проблему. С другой стороны, не так много спутников с покрытием в этом районе. Выбор на самом деле очень небольшой. Если мы решим эту задачу, то с радостью сообщим, и вы сможете тоже онлайн считать пингвинов.

антарктида_10
НАНЦ

— А сейчас уже планируется новая экспедиция?

— В сентябре мы объявим персональный конкурс на следующую зимовку, которая начнется с марта 2019 года. Это будет отбор по здоровью и психологическим тестам. Дальше будет тренинг, ведь не поедешь же на станцию "сырым", люди должны привыкнуть жить вместе.

А сейчас, в начале антарктического лета, я хочу возобновить длинные сезоны. Антарктическое лето длится полных три месяца. На самом деле и бабье лето бывает довольно мягким. С другой стороны, лед, бывает, сверкает только под конец декабря, а вот январь—март — железно рабочие месяцы. Между тем в последние годы получалось, что из-за проблем логистики была лишь пересменка зимовщиков, а сезонный отряд работал только те несколько дней, которые корабль стоит на станции. То есть весь сезон сводился к одной неделе. Мы будем менять эту практику, чтобы было, как в первые годы нашей программы, когда был свой украинский научный флот. Пока разослали "письма счастья" туристическим операторам, чтобы и через них отправлять исследователей. Так вот, первый отряд хотим кораблем отправить в декабре, а мини-отрядики — туристическими лайнерами, и в марте состоится пересменка. Таким образом, разные специалисты смогут работать от трех недель до трех месяцев. 

антарктида_7
НАНЦ

— Сколько же это будет стоить для налогоплательщиков? 

— До сих пор Украина ежегодно тратила около двух миллионов евро. В этом году немного больше чем два миллиона, или 72 миллиона гривен. Это первый год, когда удалось направить деньги не только на операционные затраты, но и на капитальный ремонт (15 миллионов). В этом году будем менять дизель-генераторы, установленные еще в 1980 году. Их производитель хочет забрать себе в музей: нигде больше они так долго не проработали, причем беспрерывно! Это большой вопрос к руководителям, но и огромный почет ребятам, которые все время понемногу технику "подшаманивали". Британцы бы так не смогли и требовали бы от правительства ремонт и замену, а наши понимают, что требуй не требуй — все равно не получишь, потому каждый год "колдуют". 

— Какую еще важную технику планируете приобрести в ближайшее время? 

— Под Харьковом уже испытывается метеорологический радар производства Харьковского радиоастрономического института, который в следующем году поедет в Антарктиду. Их оборудование закупает NASA, а вот в Украине пока никто еще не заказывал. Кстати, и их антенны стоят под Харьковом, на "Вернадском" и на Шпицбергене у норвежцев, и ребята с этих трех антенн меряют грозовую активность в глобальном масштабе, этот "грозометр" помогает отслеживать процесс глобального потепления. А во львовском филиале Института космических исследований разрабатывают лучшие в мире магнитометры, которые не меняют точность измерений в диапазоне температур от минус 100 до плюс 100. Именно поэтому они стоят на большинстве спутников и NASA, и ESA, а также на американской станции на Южном полюсе. Мы сейчас также обновляем у себя парк магнитометров, конечно же, берем лучшие в мире — львовские. Нас стараются сделать страной третьего мира, которая вывозит пшеницу, а завозит высокотехнологичную готовую продукцию. Да, мы не можем производить миллионы смартфонов, но наша ниша — это самолеты "Мрія", уникальные приборы. И в этой нише мы еще коготками держимся, и либо дальше в нее запрыгнем и будем в том мире, где Илон Маск готовится осваивать Марс, либо же окончательно скатимся к баржам с арбузами и пшеницей.

антарктида_1
НАНЦ

— Я желаю вам все же достичь реальных результатов и поднять исследование Антарктиды на новую ступень, поскольку Украина демонстрирует свой вес именно в высокотехнологичных областях: исследовании космоса, ядерных технологиях, разработке программного обеспечения. 

— Да, и одно из главных направлений — исследование Антарктиды, что даст в будущем доступ к новым природным ресурсам и пониманию, как осваивать новые планеты вместе — ведь именно система Договора об Антарктике ныне является единственной действенной моделью того, как должны взаимодействовать государства, частные компании, общественные организации там, где нет никакой национальной юрисдикции, на "ничейной земле", именно такая ситуация и в космосе. Но, приземляя, у меня есть такая амбиция, чтобы на примере отдельно взятой далекой станции продемонстрировать, что станет с Украиной, если перестать воровать. Антарктическая программа получает 1% всего украинского бюджета на науку. Поэтому я четко понимаю, что нужно давать результаты. Сохраните финансирование до 2020 года — и мы на примере НАНЦ отработаем и покажем, как правильно распределять эти средства. И тогда можно будет говорить об увеличении финансирования в следующей программе на 2021–2030 годы. Главное — избежать уменьшения финансирования, потому что нужно переоборудовать станцию, чего не делали 22 года. Если сохранить на следующие два года финансирование "капиталки" по полмиллиона евро, то до 2020-го станция снова станет "как ляля", такой, как передали британцы, но уже с современными технологиями. А еще очень нужен и свой корабль. К сожалению, научный флот было потерян. Но это путь всех стран, его приобретение и использование вдвое увеличит затраты, а вот эффективность исследований возрастет в десять раз! Ищем варианты...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 3
  • Людмила Калинина Людмила Калинина 22 вересня, 16:03 Спасибо за статью. На фоне новостей о постоянной грызне пауков в банке и сообщений о смертях в ДТП, суицидах, несчастных случаях - просто глоток свежего воздуха. Ищите позитив, уже нет сил читать только чернуху. согласен 5 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться Олег Олег 26 вересня, 18:09 Может быть, пан Богапов не сочтёт за труд кратко ответить в комментариях к этой своей статье в ZN, слышал ли он от пана Дикого что либо о якобы найденных в Антарктиде древних пирамидах или о «горках», очень напоминающих по форме рукотворные пирамиды (снимок третий сверху), или о других древних артефактах? согласен 0 не согласен 0 Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно