УКРАИНА В XXI ВЕКЕ: ВЫЗОВЫ ДЛЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭЛИТЫ

14 ноября, 2003, 00:00 Распечатать Выпуск №44, 14 ноября-21 ноября

Роль, общественные функции и степень ответственности политической элиты дискутируются постоянно, но особо активно — в переходные моменты развития общества...

Игорь Жданов
Игорь Жданов

Роль, общественные функции и степень ответственности политической элиты дискутируются постоянно, но особо активно — в переходные моменты развития общества. Что само по себе свидетельствует: в такие периоды роль политической элиты становится исключительно важной, если не решающей, поскольку именно она должна сформулировать ответы на вызовы, поставленные временем перемен.

Юрий Якименко
Юрий Якименко

Велик соблазн начать перечень вызовов с проблем большой геополитики. Действительно, сегодня весь мир находится в состоянии перехода от бывшей биполярной системы к новой, контуры которой лишь определяются. Бывшие постсоциалистические страны Центральной Европы и Балтии вступают в Европейский Союз — сообщество стран развитой демократии. О своем европейском выборе заявила и Украина. Однако в словосочетании «вхождение в сообщество стран развитой демократии» ключевым словом является не «вхождение», а «демократия».

В современном понимании демократия предполагает правовое государство, социально ориентированную экономику, достойный уровень жизни населения, защиту частной собственности, свободу предпринимательства, развитое гражданское общество. Она строится прежде всего внутри страны и по ходу и степени ее построения страну признает как свою или чужую упомянутое сообщество развитых демократий. Далеко не все демократические страны являются членами ЕС — но они пользуются достаточным авторитетом для обеспечения своих национальных интересов на европейской и мировой арене — именно потому, что признаны миром демократическими.

Украина, в отличие от подавляющего большинства постсоциалистических стран Центральной Европы и Балтии, не станет в следующем году членом ЕС. Но не потому, что так сложилась большая геополитическая игра или «она не получила сигнала» о желании ЕС принять или не принять Украину в свои ряды. А потому, что страна, не достигшая необходимого уровня экономического развития, не обеспечившая собственным гражданам приемлемого, по меркам развитых демократий, уровня жизни и защиты прав, часто ассоциирующаяся на международной арене со словами «коррупция», «темники», «административный ресурс», — никогда не станет членом ни одного содружества демократических стран, объединенных или институционально, или только системой общих ценностей.

Главный вызов для Украины, таким образом, находится не извне, а внутри, имеет внутренний характер и заключается в несоответствии ее современного состояния принятым в демократическом мире критериям. На этот вызов нынешняя правящая политическая элита Украины не ответила, хотя имела достаточно времени и более чем достаточно — полномочий.

Следующий, 2004 г. будет для Украины переломным не потому, что расширенный ЕС закроет границы и на неопределенное время исчезнет шанс вступить в него, а потому, что это год президентских выборов. Следовательно — шанс сменить политическую команду. Сможет ли кто-то из политических лидеров, уже определившихся в качестве потенциальных кандидатов в президенты на выборах-2004, осуществить стремительный и кардинальный прорыв к европейским ценностям? Вряд ли. Слишком сильна инерция движения в течение 12 лет независимости, слишком похожи методы и цели лидеров, провластных и оппозиционных.

Слишком глубок шок подавляющего большинства граждан от неоправдавшихся и в значительной степени завышенных ожиданий начала 1990-х годов. Так, общество оказалось неготовым к свободе и независимости во всех смыслах этих понятий. Оно, лишенное в течение жизни нескольких поколений традиций демократии, культуры частной собственности, наконец, чувства собственного гражданского достоинства, и не могло быть готовым.

Но — на то и существует его политическая элита, чтобы показать обществу путь решения возникших проблем, консолидировать его и повести за собой. Правящая элита этого не сделала. Наоборот, она максимально использовала разобщенность общества, его неготовность к жизни в условиях свободы, независимости, демократии. Все это привело к социальной апатии и неверию в возможность своими силами изменить что-то в собственной стране, к неверию половины населения в саму государственность, ее необходимость и эффективность.

Эта апатия и неверие уже сегодня усложняют грядущую президентскую кампанию. Даже если на выборах победит кандидат, стремящийся утвердить в стране реальную демократию, ему будет невероятно сложно вернуть доверие граждан и консолидировать общество для достижения закрепленной в Конституции национальной идеи — построения в Украине демократического, правового, социального государства.

Следует быть реалистами. На одномоментный качественный прорыв после выборов 2004 г. Украина рассчитывать не может. Главное — удержать ситуацию в стране от окончательного сползания к авторитаризму.

Поэтому так важно обеспечить сам факт проведения выборов, их максимально открытый, прозрачный характер и не допустить сосредоточения дискуссий в ходе избирательной кампании на вопросах исключительно внешнеполитического характера — тенденция и предпосылки к чему уже просматриваются. Важно также осознать, каковы мы и наша политическая элита, что и как делать, чтобы и общество, и политическая элита смогли, наконец, найти консенсус и между собою, и каждый внутри себя.

Стоит ли судить нашу нынешнюю политическую элиту строго? С одной стороны, она — лишь все мы, все общество в миниатюре. Срез. Уменьшенная копия. Мы сами уполномочили политическую элиту руководить государством, во всяком случае, не очень возражали, чтобы ее избирали или назначали на ответственные должности.

С другой — никто не заставлял людей из правящего сегодня меньшинства брать на себя непосильную ношу и, когда оказалось, что она действительно непосильна, нести ее дальше. Много ли примеров добровольных отставок с высоких постов по причине несоответствия между требованиями высокой роли и возможностями слабого человека? Или в знак протеста против несоответствия между декларациями и реальными действиями правящей элиты?

Политическая элита: авторитет и власть

Элита — лучшие представители какой-либо части общества, группы, а также люди, относящиеся к верхушке какой-либо организации, группировки.

(Толковый словарь)

Как известно, элита определяется по двум критериям: формальному — по официальному положению, занимаемому определенными лицами; и ценностному — по общественному авторитету, завоеванному лицами, независимо от их формального (официального) статуса. По отношению к политической элите эти критерии можно перефразировать так: политическая элита по формальному признаку — это те, кто правит; по ценностному — те, кто достоин править.

В идеале эти критерии должны совпадать. Собственно, суть и цель демократии состоят именно в приближении общества к этому идеалу. Демократические процедуры и институты устанавливаются для того, чтобы, с одной стороны, правили те, кто достоин править, с другой — чтобы те, кто достоин править, получили такую возможность.

Эти процедуры и институты не являются совершенными, но здесь, как правило, теоретики вспоминают слова не худшего из тех, кто правил и был достоин править, — Уинстона Черчилля: «Демократия является вещью несовершенной, но ничего лучшего человечество до сих пор не придумало».

Две особенности демократии следует отметить в контексте дискуссий вокруг политической элиты. Первая: при демократии обязанность и право править берут на себя добровольно. Поэтому ответственность перед обществом за результаты такого правления переходит из плоскости нравственных пожеланий в плоскость правового императива. Вторая: при демократии общество делегирует обязанность и право править добровольно и собственноручно избранным лицам. Поэтому оно также несет ответственность за результаты правления тех, кому оно предоставило власть.

В то же время избранные, кроме обязанностей, получают в т.ч. легитимное право, возможности и полномочия применения принуждения к гражданам. Последнее ставит общество и элиту фактически в неравное положение. Правящая политическая элита всегда имеет преимущество, поэтому несет наибольшую ответственность за состояние общества.

                                                   Воздавая должное

О правительстве нужно судить по тому влиянию, которое оно оказывает на людей и на вещи; следует посмотреть, что оно делает из граждан и что оно делает вместе с ними; направлена его деятельность на подъем или на упадок народа, доброе или губительное то дело, над которым оно работает для народа и с его помощью.

(Джон Стюарт Милль)

Следует отдать политической элите Украины должное: за 12 лет независимости сделано многое. Украинское государство состоялось во всех формальных измерениях: независимость, суверенитет и неприкосновенность границ Украины признаны мировым сообществом; страна стала равноправным членом многих международных объединений и организаций, в частности Совета Европы; заключены соглашения о сотрудничестве с ведущими международными союзами — ЕС и НАТО. Удалось урегулировать острые конфликтные ситуации, возникавшие вокруг вопросов статуса Крыма, проблемы базирования Черноморского флота РФ, обретения Украиной безъядерного статуса.

Принята Конституция Украины, провозгласившая наше государство правовым, социальным, демократическим. Имеются достижения в трансформации экономики и внедрении ее рыночных принципов: завершается процесс приватизации, создан класс крупных собственников, заложены основы среднего и малого предпринимательства, формируется рыночная инфраструктура в банковской, финансовой и прочих сферах экономики, введена и в течение последних лет остается стабильной национальная валюта.

В общественно-политической жизни состоялась демонополизация идеологической сферы, формируется многопартийная система, действуют структуры гражданского общества — общественные объединения, негосударственные аналитические центры, независимые печатные и интернет-издания.

В то же время слишком высокой оказалась социальная цена приобретенного и слишком высока вероятность последующих потерь общества.

По данным опросов Центра Разумкова, подавляющее большинство граждан считают, что в Украине не соблюдаются их права, гарантированные Конституцией: право на достаточный жизненный уровень для себя и своей семьи (90% опрошенных); на охрану здоровья (81%); на уважение к достоинству человека (79%); на труд и возможность этим трудом зарабатывать на жизнь (79%); право на социальную защиту (78%) и прочие фундаментальные права. К среднему классу, который является социальной базой гражданского общества в демократических странах, в Украине официальные источники относят людей с месячным душевым доходом в 65—120 долл.! По итогам 2002 г., к категории бедных официально отнесены 28% населения, к нищим — почти каждый шестой гражданин страны.

Средняя продолжительность жизни в Украине составляет 73 года у женщин и 62 года у мужчин, что является одним из самых низких показателей в Европе. В Украине люди умирают на десять лет раньше, чем в странах Европейского Союза. За пределами Украины работают, по разным оценкам, от двух до семи миллионов ее граждан. За период новейшей истории население Украины сократилось на 4 млн.

Поэтому логично было бы выяснить, кто, собственно, является сегодня политической элитой Украины и почему эти люди не смогли сделать для народа того, что они должны были сделать, имея власть. Не поименно, а как некое сообщество, объединенное, как и положено каждому сообществу, определенными общими чертами, ценностями, интересами.

                                                       Новая старая элита

Продолжающаяся трагедия бывшей Советской страны состоит в том, что она всегда имела не столько государство, сколько эгоистический правящий класс, равнодушный ко всеобщему благу, который никогда не соглашался признавать те правила поведения, которые посягали на его привилегии, — законы рыночной экономики или же просто утверждение самодостаточной ценности отдельной личности.

(Дж. Леддон)

Нынешняя политическая элита Украины — это преимущественно, если не исключительно, элита по формальному признаку. Общественным признанием, авторитетом и ощутимой поддержкой со стороны общества она не пользуется.

Уровень полной поддержки действий власти (как институтов, так и персоналий) не превышает 8—11%; всего 6% граждан заявляют о положительном отношении к нынешней правящей элите Украины, большинство (53%) придерживается противоположного мнения, а почти каждый третий (30%) к правящей элите абсолютно равнодушен.

Ни один из государственных деятелей высшего уровня, ни один из политических лидеров — как провластных, так и оппозиционных — не имеет шансов, «если бы выборы происходили в следующее воскресенье», быть избранным президентом в первом туре и, следовательно, не пользуется доверием и поддержкой большинства граждан.

В Украине, в отличие от Польши, Чехии и стран Балтии, до сих пор не произошло изменение «критической массы» политической элиты. По нашим подсчетам, среди лиц, которые в течение 1991—2003 гг. назначались на наиболее влиятельные должности в системе власти (премьер, вице-премьер, секретарь Совета национальной безопасности и обороны, глава администрации Президента), выходцы из партийной, советской, хозяйственной, комсомольской номенклатуры советских времен составляют 73%; среди лиц, с 1995 г. занимавших (или занимающих) должности глав областных государственных администраций — почти 80%. Что касается ее бюрократической составляющей, то, по данным Национального института стратегических исследований (НИСД), 52% и 46% руководящего состава местных и центральных органов власти Украины находились на государственной службе еще в советские времена.

Еще одной составляющей политической элиты Украины стали представители «новой буржуазии». Для них главной задачей было найти «общий язык» с представителями власти с целью конвертирования власти в собственность, а собственности — в еще большую власть. Принципиальное совпадение мотивации и задач создало предпосылки для симбиоза номенклатурной и «ново-буржуазной» элит.

Такая политическая элита показала себя чрезвычайно эффективной в достижении собственной цели, формулировании и защите собственных интересов. Об этом ярко свидетельствует, например, реализованный в Украине механизм приватизации. По экспертным оценкам, за приватизационные сертификаты было продано 47% крупных и средних предприятий, владельцами которых на бумаге стали 18 млн. граждан. Стоимость одного сертификата колебалась в пределах 2—10 долл. Реально сегодня предприятия принадлежат небольшой горстке олигархов. То есть почти половина промышленного потенциала пятидесятимиллионной европейской страны, который создавался в течение жизни нескольких поколений, была через посредников продана «своим людям» за стоимость одного, правда, большого самолета (до 180 млн. долл.).

Поэтому вряд ли стоит преувеличивать неготовность украинской политической элиты к управлению государством и проведению рыночных реформ. «Не готовые» давно, по меркам нашей короткой новейшей истории, сошли с политической дистанции. Оставшиеся при власти или пришедшие к власти оперативно и на удивление успешно сориентировались в хитросплетениях бизнеса и теневого сектора экономики и политики.

Не стоит также устраивать для этой элиты начальные курсы по разработке стратегий: для собственного бизнеса она их разрабатывает отлично. Об этом свидетельствует такая результирующая ее деятельности, как нынешний разрыв в доходах небольшой группы приближенных к власти олигархов, контролирующей наиболее прибыльные предприятия, и большинства граждан. По официальным данным, соотношение уровней благосостояния 10% самых богатых и 10% наименее обеспеченных граждан составляет 7,1. Между тем, приемлемым с точки зрения общественной стабильности является разрыв в два с половиной раза меньший.

Не стоит учить эту элиту и поднимать народ на «выполнение и достижение». Для нее организовать «всенародное» одобрение не стоит ни малейшего усилия, лишь бы прозвучала команда. Но выгодно и безопасно для этой элиты не иметь ничего реально всенародного, поскольку всенародными бывают и акции протеста, и забастовки, и голосование, наконец, не за назначенного властью кандидата.

Причина общественной неэффективности современной украинской политической элиты — не в отсутствии знаний и умений, а в том, что у нее нет необходимости учитывать интересы общества. Эта необходимость может диктоваться или нравственными принципами элиты, или действенными механизмами ее политической ответственности, или давлением гражданского общества. Двух последних факторов в Украине пока нет. А нравственность бывшей номенклатуры и новой буржуазии такого качества, как служение обществу, не предполагает. Номенклатуры — поскольку она бывшая, буржуазии — поскольку она новая.

Те же данные НИСД свидетельствуют: две трети украинской элиты (в т.ч. политической) составляют лица старше 50 лет. Почти 87% — выходцы из сельской местности или небольших городов, которые по жизненному укладу мало отличаются от сел. Таково происхождение фактически подавляющего большинства современного украинского общества, которое пережило как физическое уничтожение династической интеллигенции, так и стремительную урбанизацию последних десятилетий.

Термин «маргинальность» приобрел у нас негативную окраску. Хотя изначально он не содержал (и не содержит) никакой оценки. Он лишь констатирует ту ситуацию, что человек или сообщество находятся на грани любых двух культур, и это предопределяет наличие у него (человека, сообщества) определенных черт, в частности — сочетание противоположных комплексов: второсортности и надменности, агрессивности и трусости, легковерности и недоверчивости и т.п.

Кроме того, будучи выходцами из сел и небольших городов, мы являемся носителями традиционной культуры, которая, наряду с безусловно положительными и для современного урбанизированного общества чертами, содержит и трайбализм — «склонность к культурной и общественно-политической племенной обособленности», проще говоря — местечковости, клановости и кумовству.

Как и обществу, политической элите присущи эти маргинальные черты. И все же, поскольку она является, несмотря на все ее стремление к закрытости, публичной элитой, то ее трайбализм и комплексы, во-первых, хорошо видит общество, во-вторых, вследствие ограниченности круга правящей элиты, эти ее черты являются особенно яркими.

Поэтому неудивительно, что наша политическая элита нуждается в компенсации общественного непризнания (и собственных комплексов) путем обретения внешних, формальных признаков элитарности. Это отличия, награды, научные степени и звания, издание многотысячными тиражами «собственных» произведений, демонстративное использование, покупка «благородных» титулов.

Признаком респектабельности современной политической элиты стала ее демонстративная религиозность. Вполне обычным явлением среди политиков является получение церковных наград, патронирование строительства храмов на родине, членство в церковных комитетах. Но очевидно, что демонстративная религиозность не приводит к подъему нравственности. Хуже всего то, что подобная религиозность напоказ фактически поддерживается Церковью.

Прагматизм «новой старой» элиты достигает уровня цинизма, честолюбие — тщеславия, действенность — агрессивности. Она обречена воспроизводить доступные ей образцы и манеры поведения, сформированные во времена КПСС, отягощенные маргинальными комплексами и привнесенными «понятиями» новой буржуазии.

Такая элита не могла не создать политический строй по собственным меркам — и создала его.

                      Политический режим по меркам элиты

Каждый следующий политический режим умеет быть более жестким, чем его предшественник. Он знает слабые места последнего. Следующая элита может быть благородной — «мы не такие, как они». А может и не быть.

Украинская постсоветская элита избрала второе. Период «демократической эйфории» в Украине продолжался недолго. Уже с конца 1990-х в деятельности части политической элиты, группирующейся вокруг Президента Л.Кучмы, начали усиливаться авторитарные тенденции. Парламентские выборы 1998 г. и 2002 г. и президентские 1999 г. имели все более недемократический характер вследствие применения властью административного ресурса и «грязных» политических технологий. Целью этих действий было пополнение или частичное «обновление» правящей элиты за счет лояльных к ней лиц и предотвращение усиления политического веса контрэлиты — оппозиции.

В результате характерными особенностями нынешней политической системы, ее «национальными особенностями» стали следующие.

Неадекватное представительство общественных интересов. Новосозданные политические институты оказались демократическими лишь по форме, их содержание не соответствует критериям современной демократии. Вследствие этого сегодня ни один из властных или общественно-политических институтов Украины не представляет адекватно интересы ее граждан.

Так, все более искаженный характер приобретает представительство общественных интересов в парламенте. Во-первых, фракционная структура Верховной Рады, в частности, соотношение в ней представителей правящей и оппозиционной элит в результате воздействия факторов нелегитимного характера не соответствует политическому выбору граждан. Во-вторых, оказавшись в парламенте, значительная часть депутатов теряют связь со своими избирателями и считают себя свободными от провозглашаемых во время избирательной кампании лозунгов и заверений.

Неадекватно представляют интересы граждан и политические партии — среда формирования политической элиты. Если в течение первых лет независимости партии создавались преимущественно в ответ на общественные запросы, представляли и отстаивали определенную политическую идеологию, то, начиная с середины 1990-х годов, — все чаще для легализации, защиты и продвижения интересов разных групп самой элиты.

Отсутствие механизмов ответственности политической элиты перед обществом за провозглашенные или принятые ею документы программного характера. Конституцией не предусмотрен отчет Президента за выполнение предвыборной программы в конце срока его полномочий (что является особо актуальным, когда действующий Президент собирается баллотироваться на следующий срок). Привлечение Президента к ответственности в порядке импичмента на основаниях, определенных Конституцией, практически невозможно из-за отсутствия необходимых законодательных актов.

Главным условием переизбрания депутата парламента в Украине является не выполнение им своей предыдущей предвыборной программы, а в большинстве случаев — количество потраченных им на избирательную кампанию средств или сила административного ресурса, задействованного в его поддержку. Что касается партийной части выборов, то система политической ответственности партий и блоков за выполнение своих программ лишь формируется. Пока же пропрезидентский избирательный блок «За Единую Украину!» позволил себе без каких-либо последствий «раствориться» в парламентском большинстве, оставив своих избирателей гадать: когда и кем будут созданы обещанные им полтора миллиона рабочих мест?

Ни одно из правительств, уходя в отставку, не отчитывалось о выполнении собственной программы; программа действий Кабинета В.Пустовойтенко, проработавшего два года, вообще не была утверждена; программа «Украина-2010», как и большинство других, так и осталась на бумаге своеобразным памятником нереализованным амбициям и невыполненным обещаниям политической элиты.

Программы политических партий по сложившейся практике не предполагают ответственности перед избирателями или даже членами партий за их выполнение. Предвыборные программы партий имеют преимущественно конъюнктурный характер и не рассчитаны на долгосрочную перспективу и кропотливую работу по их выполнению.

Ущемления свободы СМИ с целью ограничения распространения критической (незаангажированной) информации о действиях правящей элиты. Массовый характер приобрело использование средств политического, экономического, административного, силового давления на средства массовой информации и отдельных журналистов. Таким образом, правящая элита лишает общество возможности контролировать ее деятельность, поскольку отсутствие незаангажированных СМИ лишает граждан возможности знать, как и в чьих интересах решаются те или иные вопросы и кто влияет на принятие политических решений.

Организация правящей элитой искусственной поддержки (легитимации) гражданами ее политических решений. Наглядные примеры последних лет — «всеукраинский референдум» 2000 г. и «всенародное обсуждение» президентского проекта политической реформы в 2003 г. К сожалению, правящая элита использует средства прямой демократии для достижения своих собственных целей, а не тех, которые являются действительно важными для страны.

В то же время эти примеры подтверждают неготовность общества к активному противодействию подобным попыткам. Большинство граждан заявляют, что не будут принимать участия в акциях протеста не только по поводу нарушения властью демократических принципов, но и в случае значительного ухудшения собственного социально-экономического положения. Поэтому политическая элита может не опасаться общественного давления, которое побуждало бы ее к активным действиям в интересах общества.

Невосприятие правящей элитой оппозиции (в т.ч. парламентской) в качестве политического оппонента, необходимого для конструктивной коррекции собственных действий. Нынешняя правящая элита рассматривает оппозицию как угрозу собственному статусу, власти и собственности. Об этом свидетельствует применение к политическим лидерам оппозиции методов административного и силового давления, ограничение ее доступа к СМИ. Так, после парламентских выборов 2002 г. с общенациональных каналов практически исчезли прямые эфиры с известными политиками, в которых оппозиция имела возможность высказать свое мнение. Административные и силовые методы давления применяются также к бизнесменам, поддерживающим политическую оппозицию, или которых она представляет.

Преимущественно патронально-клиентальный принцип кадровой политики. Кадровая политика является непрозрачной. Многочисленные увольнения и назначения руководителей центральных и местных органов власти осуществляются Президентом, как правило, без объяснения мотивов. Не единичны примеры назначения чиновников, уволенных за неудовлетворительное выполнение служебных обязанностей, советниками главы государства. Все это позволяет предположить, что главным критерием занятия должности является не профессиональная компетентность, а личная преданность тому, кто осуществляет назначение.

Таким образом, наиболее яркими чертами политического строя, созданного новой старой политической элитой, являются пренебрежение общественными интересами, бесконтрольность, безответственность, непрозрачность. В результате между властью и обществом разрастается глубокая пропасть; власть обращается к обществу исключительно тогда, когда возникает потребность в очередной общественной легитимации продления ее полномочий или поддержки ее политических решений.

                         Система ценностей новой элиты

Способны ли вообще оппортунизм, цинизм и аморальность, сопровождавшие разрушение старого тоталитарного порядка
(не говоря уж об открытом разгуле преступности), породить этику высокой ответственности, которая является неотъемлемым условием существования эффективной индустриальной экономики? Сегодня по-новому звучит старая шутка: что хуже социализма?
Ответ: то, что будет после него.

(Эрнест Геллнер)

Политическая элита является публичной по определению и в качестве таковой — образцом для общества. Общество, даже критически оценивая свою политическую элиту, в своем поведении все равно определенным образом ориентируется на нее.

Политическая элита Украины смогла предложить обществу лишь ту систему ценностей, которая была и является близкой ей самой. Основу отечественной политической элиты составляет бывшая номенклатура, но с ликвидацией однопартийной системы для нее исчезли даже те ограничения, которые существовали в бывшей номенклатурной среде. А именно: недопустимость демонстративного потребления благ, требование глубоко скрывать от широкой общественности все, что имеет префикс «спец-», неотвратимость наказания в случае, если факт злоупотребления стал широко известным, особенно — если попал в СМИ.

Для большинства представителей «новой буржуазии», которые интегрировались в политическую элиту, украинская государственность была исключительно бизнес-проектом, возможностью участия в приватизации национального достояния, о патриотизме и речи не было. Ощутимым был в формировании новой элиты и криминальный фактор.

В результате сложилась «гремучая смесь», симбиоз двух моралей: старой, компартийной, с ее принципом преклонения перед высшими и пренебрежением к низшим, и авантюрной морали «новой буржуазии» с ее пренебрежением к закону. Отсюда — приоритет эгоистических (корпоративных, групповых) интересов (прежде всего — экономических) над национальными интересами. Отсюда — сверхвысокий уровень коррумпированности власти.

По данным международной организации Transparency International, по уровню коррумпированности Украина находится сейчас на 106 месте из 133 анализировавшихся стран. Именно «борьбу с коррупцией и преступностью», по данным наших опросов, граждане Украины считают одной из первоочередных задач, от выполнения которых зависит ее будущее. В 2001 г. каждый десятый государственный служащий был привлечен к ответственности за коррупцию. Коррупция пронизывает всю властную вертикаль сверху донизу, а «образцы» подобного поведения устанавливаются на высших ступенях государственного управления.

Растерянное, в значительной степени лишенное нравственных ориентиров общество получило «образец» в виде поведения высших представителей элиты, главными чертами которой являются ориентация на ценности личного потребления, пренебрежение к тем, кто не является элитой и кому предлагается руководствоваться законом, установленным для всех, и общими нормами морали. Вследствие этого в обществе установилась двойная мораль. Одна существует для того, чтобы провозглашаться с трибун, другая — чтобы достигать своих целей.

Своим поведением — провозглашая высоконравственные ценности и одновременно их нарушая — правящая политическая элита Украины развращает общество, что приводит к коррозии нравственных ценностей. Люди, особенно молодые, начинают думать, что достичь «элитарных» позиций в обществе возможно лишь, не ограничивая себя нормами морали.

По данным опросов, уже сейчас 11% молодежи признают, что на них нормы морали не распространяются, 21% — игнорируют закон, 25% — считают, что уровень и качество образования в жизни не имеет значения, главное — иметь богатых родителей, родственников или «своих людей» во власти или коммерческих структурах. Таким образом, среди молодежи существует устойчивая тенденция к снижению порога нравственности, и если она сохранится, то жизнь в аморальном государстве может стать нормой.

                 Оппозиционная политическая элита: 
                                знакомые черты в зеркале

На роль действительно новой элиты претендует оппозиционная политическая элита. Безусловно, сам факт наличия политической оппозиции, оформленной структурно и представленной в парламенте, является положительным. Существование оппозиции активизирует общественно-политический процесс в стране, свидетельствует о наличии среди политической элиты альтернативных взглядов, создает возможности контроля над действиями власти через парламентскую деятельность, оппозиционные СМИ, общественные форумы. Это делает власть более прозрачной и в определенной степени служит предохранителем против злоупотреблений нею.

В то же время украинская оппозиция имеет преимущественно те же корни, что и правящая элита. Поэтому ей в значительной степени присущи черты последней. В составе депутатских фракций оппозиционных партий и блоков также есть представители крупного и среднего бизнеса, для которых главный смысл депутатского мандата — защита этого бизнеса политическими методами, стремление избежать передела собственности или минимизировать потери от него.

Так же, как и власть, оппозиция склонна отдавать предпочтение кулуарным способам политической деятельности. Примерами этого могут служить поддержка отдельными оппозиционными фракциями программы политически и идеологически чужого им правительства В.Януковича, а также подтверждение aposteriori лидерами КПУ и СПУ факта их кулуарных переговоров с главой администрации Президента о поддержке фракциями левых партий законопроекта об изменениях в Конституцию, подготовленного в президентской администрации.

Так же, как и власть, оппозиция склонна к агрессивности по отношению к оппоненту и вряд ли откажется от методов силового давления на него. Так, в своих СМИ (прежде всего в прессе) оппозиционная элита демонстрирует такую же агрессивную лексику, отсутствие готовности к компромиссу. Практически невозможно встретить в оппозиционных изданиях непредубежденное, нейтральное изложение информации о событиях с участием, скажем, Президента страны или главы президентской администрации. То есть между властью и оппозицией идет «война на уничтожение».

И на сегодня нет оснований надеяться, что ситуация изменится, если стороны поменяются местами.

Так же, как и правящая элита, представители оппозиции не научились договариваться между собой, о чем свидетельствуют многочисленные противоречия между оппозиционными фракциями во время голосований в парламенте, не говоря уж о вопросе совместного участия в президентских выборах или даже в простых акциях протеста.

Оппозиция, как и властная элита, не способна создать системные, внутренне согласованные и просчитанные до малейшего шага планы достижения стратегических целей развития государства, дать в предвыборных программах понятные, детальные ответы на вопросы, волнующие граждан.

Если оппозиция, словно зеркало, воспроизводит действия власти сегодня, то может ли она быть действительно новой элитой? Не будет ли она, став властью, действовать точно так же завтра?

                                Почему так получилось?

Описанные выше характеристики составляющих новой старой политической элиты, как правящей, так и оппозиционной, их политической практики привели к тому, что стратегический курс Украины, как во внутренней, так и во внешней политике, остается на практике неопределенным, существует колоссальный разрыв между декларациями и реальной действительностью нашей политической и социально-экономической жизни.

Например, во внутренней политике декларируются демократический выбор, содействие развитию гражданского общества, защита прав и свобод граждан.

На практике в стране создана система административной демократии, при которой демократические нормы существуют сугубо формально, а на самом деле власть во все большей степени контролирует выбор граждан.

Во внешней политике декларируется стратегической курс на евроатлантическую интеграцию и вступление в ЕС.На практике — подписываются документы о вступлении в ЕЭП, что не только делает практически невозможным вступление Украины в ЕС, но и может привести к созданию наднационального органа, влиять на деятельность которого Украина будет не способна. Провозглашено стратегическое партнерство с 20 странами мира, хотя действительно стратегическими можно считать отношения только с тремя-четырьмя из них, не говоря уж о том, что интересы наших «стратегических» партнеров часто противоположны.

Неоднократно правящая элита Украины брала на себя определенные обязательства перед другими странами, однако не всегда их выполняла, что создало нашему государству имидж непредсказуемого, ненадежного партнера.

Почему так получилось? Почему, в отличие от постсоциалистических стран Балтии, Центральной Европы, в самом начале независимости не был достигнут консенсус украинской политической элиты и его нет до сих пор?

Существует распространенное мнение, что одной из главных причин неопределенности и хаотичности политической практики нынешней правящей элиты является отсутствие национальной идеи, попытки создания которой «не сработали». На самом деле, национальная идея в Украине, как и в пост-, и даже в еще вполне социалистических странах Балтии, Центральной Европы, существовала.

На декабрьском референдуме 1991 г. Украина убедительно проголосовала за независимость. Общественно-политический и международный контекст, в котором происходил референдум, оставляет мало сомнений в том, что именно вкладывалось его участниками в понятие независимости. Достаточно вспомнить лозунги пяти предшествовавших референдуму лет: социализм с человеческим лицом, демократизация, гражданские права, свобода малого и среднего предпринимательства... А рядом, в Польше, Чехословакии, — «бархатные» революции, «возвращение в Европу» и так же или уже более определенно и четко: демократия, верховенство права, социально ориентированная рыночная экономика, реальная независимость от СССР.

Для того и существует политическая элита, чтобы четко и ясно сформулировать общественные устремления, как начали говорить тогда «потугу» или национальную идею, которая действительно «витала в воздухе». Голосуя за независимое государство, многие, если не большинство из нас, голосовали за демократическое, правовое, социальное государство. Что, в конечном итоге, было закреплено в Конституции Украины.

Но после провозглашения независимости оказалось, что политические элиты не смогли найти консенсус по поводу путей достижения этой стратегической цели. Национал-патриотически настроенная элита в подавляющем большинстве своем не имела опыта государственного управления, тем более — государственного строительства и, в конце концов, сосредоточилась на утверждении формальных признаков государственности, включая топонимику. Главным ее лозунгом было: «Сначала построим независимую Украину, а потом займемся экономикой, демократией, правами человека...»

Значительная часть левой политической элиты, в отличие от своих коллег из реформированных коммунистических партий стран Центральной Европы и Балтии, вообще не восприняла идею независимости Украины, построения демократического государства и рыночной экономики, ориентируясь на восстановление СССР и социалистического строя.

Время было потеряно преимущественно на борьбу разных политических сил за власть, распределение и перераспределение властных полномочий, причем в основе этой борьбы стояло вовсе не разное видение путей достижения определенной обществом стратегической цели.

Борьба диктовалась преимущественно (если не исключительно) экономическими интересами и велась вокруг вопроса о том, какая группа политической элиты будет контролировать доступ к распределению экономических и финансовых ресурсов страны, осуществлять приватизацию национального достояния. Элита не только не была способна консолидировать общество вокруг общей цели, но и вызвала его раскол на слишком богатых и слишком бедных, сохраняющийся до сих пор.

                                        Тихий голос «совести нации»

Чтобы лишить интеллектуала голоса, следует лишить его аудитории. Говорить в пустой тишине найдется мало желающих.

(Известное изречение)

Трудно определить, что такое «совесть нации». Она просто есть. И легче сказать, кто ее представляет, артикулирует и формулирует, — это элита, которая является таковой не всегда по формальному положению, но всегда — по общественному авторитету и общественному доверию. На этом основании она берет на себя обязанность и право говорить от имени тех, чьи права и интересы под угрозой. И поэтому в политическом контексте является своеобразным предохранителем против злоупотреблений как со стороны тех, кто правит, так и против «бессмысленного и беспощадного бунта» тех, кем правят.

Эта элита — люди преимущественно свободных профессий, духовная, творческая и научная интеллигенция. Поскольку, во-первых, она острее всех воспринимает всю боль общества, во-вторых, профессионально владеет словом, образом, лозунгом, способными апеллировать как к совести, так и к уму. Апеллировать через институты, обеспечивающие ее непосредственную связь с обществом: средства массовой информации, Церковь, независимую адвокатуру, свободные университеты (кстати, именно там и возникло понятие нации).

Почему, когда в Украине между властью и гражданами появились первые трещины, «совесть нации» не сказала своего слова достаточно громко, чтобы ее услышали и растерянное общество, и правящая элита?

Причин этого можно называть великое множество. Назовем лишь две.

Первая: элита, являющаяся «совестью нации», потеряла аудиторию и тем самым — смысл творить, и средства для существования. Интеллектуальная, творческая элита живет аудиторией — как в возвышенно духовном понимании, так и в приземленно материальном. Чтобы творить для собственного самовыражения, необходимо, как известно, иметь «коттедж из слоновой кости». Постсоветская интеллигенция, именно в ее демократической, не номенклатурной части, его не имела. В момент возникновения трещины — стремительного обнищания общества — она оказалась по одну сторону со своей неплатежеспособной аудиторией.

В течение последних 10 лет более 6000 интеллектуалов выехали за границу. Неизвестно, сколько тысяч сменили профессию, чтобы выжить. Возможно, тысячи и сейчас поднимают голос против злоупотреблений правящей элиты, но мало кто его слышит. Поскольку, во-первых, именно правящая элита позаботилась о контроле над наиболее доступными неплатежеспособному населению СМИ, прежде всего телевидением (74% украинских граждан уверены в наличии в стране политической цензуры, 62% опрошенных Центром Разумкова журналистов заявили, что лично сталкивались с ее проявлениями).

Во-вторых, немногие из почти сорокамиллионного взрослого населения страны знают о том, что печатается в неконтролируемых газетах тиражом в несколько десятков тысяч экземпляров, книгах — в несколько сотен штук, в интернет-изданиях, доступ к которым имеют едва шестеро из ста граждан страны. Пропуском в аудиторию прямого эфира, значительных объемов тиража остается, как и в советские времена, лояльность к власти. И, как в советские времена, вокруг нелояльных интеллектуалов создан информационный вакуум, они фактически вытеснены на периферию общественно-политической жизни. В информационном пространстве многомиллионной страны — сплошные хит-парады, «мыльные оперы» и тщательно отредактированные «политически корректные» новости.

Вторая причина, по которой «совесть нации» не смогла стать предохранителем от злоупотреблений правящей политической элиты, — это отсутствие самой нации. Точнее — отсутствие консенсуса в обществе, прежде всего у его «совести», среди интеллектуальной и творческой элиты по вопросу, какую нацию следует формировать в независимой Украине: политическую или «титульную и прочие»?

Каким бы щепетильным ни был этот вопрос, он должен быть наконец разрешен. Он обусловлен особенностями истории Украины, незавершенными процессами этнической идентификации украинцев, на века лишенных своего государства и разделенных между разными инонациональными государственными образованиями. Это не вина Украины, и не это ее беда. Наша беда в том, что мы не вышли из этого испытания до сих пор. Однако здесь действительно невозможно ссылаться на зарубежный европейский опыт.

В странах Балтии и Центральной Европы после падения общего врага всех демократических сил — тоталитарного коммунистического режима — на первый план вышли различия между разными тактиками достижения стратегической и единой для всех демократических сил цели. Ни одна из этих стран не имела четырех Церквей, которые в равной степени претендовали бы на право быть «совестью нации», не имела такого разделения интеллектуалов на непримиримые лагери. Мы утратили целостность демократического движения конца 1980-х годов, расколов его по этническому, конфессиональному, языковому и десяткам производных признаков. А разделенной совести не существует, она потому и «совесть нации», что объединяет ее.

Правящая элита как номенклатурная, так и новая прагматическая ее составляющая, получили уникальное общество: не только не готовое к жизни в условиях свободы, рынка, но и лишенное мощной общедемократической интеллектуальной и творческой элиты, способной оказывать сопротивление злоупотреблениям власти. Наоборот, разные части этой элиты обращаются именно к власти в поисках поддержки против оппонента. Правящей элите остается лишь консервировать проблему, сохраняя за собою возможность в любой момент активизировать, актуализировать ее, имея целью не объединение нации, а разобщение электората.

                    Возможные варианты развития событий

Количество открытых для Украины вариантов развития можно свести практически к двум. Первый — консервация нынешнего состояния, что содержит угрозу усиления авторитарных тенденций, которое вытекает из внутренней логики развития нынешнего политического режима. Второй — это качественный прорыв на основе европейских демократических ценностей, открывающий в перспективе путь к объединенной Европе.

На данный момент вероятными выглядят оба варианта, поскольку и первый, и второй имеют определенные объективные и субъективные предпосылки реализации.

Вариант I. Консервация нынешнего состояния, постепенное усиление в стране авторитарных тенденций

Для реализации этого пессимистического сценария существуют весомые предпосылки.

Конституционно определенная система организации государственной власти в Украине не обеспечивает ее эффективности, подотчетности перед гражданами, открытости и прозрачности. С другой стороны, практически отсутствуют структуры общественного контроля над деятельностью власти, прежде всего — независимые СМИ. Эти факторы имеют наибольшее негативное влияние, поскольку создают предпосылки для злоупотребления властью.

В Украине не сформирован средний класс, который в демократических странах является наиболее многочисленным слоем населения, служит социальной базой гражданского общества и собственно оплотом демократии. Низкий уровень жизни подавляющего большинства населения лишает немногочисленные в Украине структуры гражданского общества как социальной базы, так и общественной поддержки.

Подавляющее большинство населения пребывает в состоянии политической апатии, уровень общественной активности крайне низок, что в ближайшее время защитит власть от массовых акций протеста, более того — позволит власти обеспечивать общественную легитимацию выгодных для нее политических решений путем организации искусственных референдумов и всенародных обсуждений.

И, наконец, со стороны политической контрэлиты до сих пор не поступили четкие, конкретные, системные предложения ее действий в случае обретения власти, стратегии и тактики выхода из кризиса, механизмов разрешения первоочередных, с точки зрения общества, проблем. В то же время, в своей нынешней деятельности оппозиция не брезгует методами и средствами, подобными используемым сегодня правящей элитой.

Это ставит под сомнение как способность оппозиции обеспечить прорыв к демократии, так и искренность ее демократических намерений, а также позволяет утверждать, что ротация правящей политической элиты Украины не приведет автоматически к изменению характера политического режима. Существует вероятность, что он так же, как и сейчас, не будет заинтересован в обеспечении верховенства права, преодолении бедности и формировании среднего класса, то есть — в подъеме материального уровня жизни подавляющего большинства населения, создании условий для развития малого и среднего предпринимательства, поскольку такие процессы неминуемо приводят к сопротивлению общества авторитарным проявлениям власти.

Во внешнеполитическом измерении это будет означать (само)изоляцию страны от мирового сообщества развитых демократических стран.

Лишенные внутренних и внешних импульсов роста, общество и государство постепенно будут деградировать экономически, культурно и духовно. Если Украина пойдет таким путем, последствия будут разрушительными не только для нынешнего, но и для будущих поколений ее граждан.

Вариант II. Качественный прорыв на основе европейских ценностей

Реализация такого варианта наиболее приемлема с учетом как исторических перспектив Украины, так и нынешних общественных потребностей, следовательно, — желательна как основа для консенсуса между разными группами политической элиты. Существуют и предпосылки, которые могут способствовать реализации этого варианта.

Украина, несмотря на кризис, в котором она находится, сохраняет значительный человеческий, природный и технико-технологический потенциал, который в отдельных аспектах не только равен, но и превосходит потенциал стран, уже получивших приглашение вступить в ЕС.

Политическая элита, представляющая интересы финансово-промышленных групп, прежде всего — крупных, поставлена перед вопросом: как гарантировать неприкосновенность бизнеса и собственности как от передела, так и от чрезмерного вмешательства власти? Часть бизнес-элиты понимает преимущества правовых гарантий над силовыми и готова «играть по правилам», а часть политической элиты готова установить эти правила. Бизнес-группы, ориентированные на западные рынки, нуждаются в легализации капиталов и ведении бизнеса на цивилизованных принципах; ориентированные на национальный рынок — в повышении платежеспособности населения и внутренних субъектов хозяйствования, что, в свою очередь, предполагает детенизацию доходов; ориентированные на перспективу расширения производства — должны учитывать сравнительную емкость западных рынков и рынков СНГ.

Среди высокопоставленных государственных служащих есть люди, способные и при нынешней политической системе публично выразить свое несогласие с действиями правящей элиты, если они противоречат национальным интересам Украины. Можно с уверенностью утверждать, что таких людей, но более осмотрительных, немало. При другой политической системе они способны работать значительно эффективнее. Наблюдается также хотя и слабая, но устойчивая тенденция к омоложению политической элиты. В нее постепенно интегрируется молодежь, получившая образование за рубежом, разделяющая демократические ценности, готовая и умеющая поспособствовать их утверждению в Украине.

В то же время власть все в меньшей степени гарантирует достижение исключительно собственных целей политической элиты. Об этом свидетельствует то, что правящей элите приходится прилагать все больше усилий (в т.ч. финансовых) для обеспечения требуемых результатов выборов — и однажды может оказаться, что результаты не стоят понесенных затрат. Отдельные представители политической элиты как правящей, так и оппозиционной, начинают понимать, что переигрывать оппонента в определенном смысле выгоднее не за счет подкупа коллег и электората и покупки «грязных технологий», а за счет повышения благосостояния граждан. Эволюции власти в направлении учета общественных интересов способствует пусть медленная, но активизация оппозиционных сил, деятельности неправительственных организаций, независимых и оппозиционных СМИ.

Таким образом, сама логика рыночных и общественно-политических процессов в Украине при всей уродливости первых и медленности вторых содержит потенциал и импульсы выбора в пользу европейских правил, норм и ценностей.

В случае, если Украина выберет этот вариант развития, его результатами будет постепенное повышение уровня жизни населения, утверждение в стране демократических ценностей, формирование системы власти, подотчетной гражданам, сильного гражданского общества. Во внешнем измерении это постепенно приблизит Украину к уровню развития стран ЕС.

 Каким путем поведет Украину      политическая              элита?

Во что мы верим — то еще не потеряно.

(Фридрих Шиллер)

Первый шаг Украины по пути к прорыву в разрешении внутренних проблем на основе европейских ценностей состоит в ротации правящей элиты через конституционно предусмотренные президентские выборы следующего года.

Учитывая нынешнюю ситуацию и меры, принимаемые правящей элитой с целью во что бы то ни стало обойти выборы, можно утверждать, что главных для всего украинского общества задач — три.

Первая. Обеспечить проведение очередных президентских выборов в 2004 г.

Вторая. Обеспечить честный и прозрачный характер выборов, подконтрольность их независимым СМИ, структурам гражданского общества Украины, международным наблюдателям. Особой проблемой является обеспечение политического нейтралитета силовых ведомств в период избирательной кампании. Именно здесь политическая элита имеет шанс вернуть доверие общества к себе самой, к власти, институту украинской государственности. Если элита желает иметь не апатичный, а активный и законопослушный народ, она должна продемонстрировать обществу способность лично придерживаться демократических ценностей. Эту задачу можно определить как наиболее сложную.

Третья. Предотвратить сосредоточение предвыборных дискуссий исключительно на геополитических вызовах и проблемах. Использовать все возможности независимых СМИ, негосударственных организаций, аналитических центров, общественных объединений для сосредоточения предвыборных дискуссий на проблемах внутреннего характера. Поскольку достижение консенсуса как политических элит, так и общества возможно лишь путем учета интересов всех ведущих субъектов политического процесса в Украине, к таким темам можно отнести следующие.

v Механизмы легализации капиталов, внедрение конкурентных принципов на завершающем этапе приватизации, правового обеспечения неприкосновенности собственности, наконец — обеспечение равных и одинаковых для всех правил игры. В конкретных условиях Украины это могло бы означать коренное изменение «правил игры» в политике: гарантии неприкосновенности бизнеса (собственности) в условиях перехода власти от одной элитной группировки к другой изменят отношение к политике как к «борьбе на уничтожение». Именно на таких условиях состоялся консенсус политических элит в постсоциалистических странах, достигших успехов в процессе общественных трансформаций.

v Основные параметры модернизации Конституции и политической системы страны: развитие в направлении сбалансирования распределения властных полномочий, формирование правительства Верховной Радой, избранной на принципах пропорциональной избирательной системы, усиление контрольных функций парламента, закрепление на конституционном уровне механизма обеспечения реальной независимости судебной ветви власти.

v Первоочередные шаги нового Президента в направлении достижения стратегической цели украинского общества: построения демократического, правового, социального государства Украина — от разграничения бизнеса и власти до реформирования системы оплаты труда и реальных прав и возможностей роста малого и среднего предпринимательства.

v Правовые и финансовые механизмы обеспечения реальной независимости СМИ, независимой адвокатуры, университетов, прочих структур гражданского общества, Церкви.

Исключительную роль в выполнении этих задач может сыграть наша духовная элита. Она может в тот момент, когда общество и власть разделяет уже не трещина, а пропасть, объединиться на общедемократических принципах, вернуть себе голос, стать настоящей, единственной «совестью нации»...

Сегодня можно утверждать, что наше государство и общество еще не потеряли шанс реализовать демократический проект «Украина в XXI веке». Украина должна наконец определиться с тем, что она строит.

Составляющих строения (или элементов определения) собственно две: (1) демократия — авторитаризм; (2) социально ориентированная рыночная экономика — олигархическая экономика. Из этих простых элементов логично и неминуемо вытекает третий — внешнеполитическое (само)определение. Именно так, со скобками, поскольку когда мы определимся со своими внутренними приоритетами, нас определят как своих, чужих или безразличных и окружающие игроки. Внешнеполитическая определенность не является ни самоцелью, ни приоритетом. Это производная от определения внутреннего, определения на практике, а не в декларациях и требованиях очередного мессиджа.

Несмотря на все обстоятельства, которые кажутся непреодолимыми, политика не является искусством возможного, политика является искусством невозможного. Вацлав Гавел.

ОТКРЫТЫЕ ВОПРОСЫ ДЛЯ ЭКСПЕРТОВ

Особый интерес вызывают ответы экспертов на заданные в ходе опроса открытые вопросы.

— Какие государственные документы (программы) стратегического характера, принятые Президентом, Верховной Радой, Кабинетом министров в 1991—2003 гг., вам известны?

Эксперты привели довольно много примеров документов (программ) стратегического характера, принятых Президентом, Верховной Радой, Кабинетом министров в 1991—2003 гг.

Среди названных экспертами документов чаще всего упоминались: Конституция Украины (ее отметили 18% экспертов); программы правительств В.Януковича, В.Ющенко, В.Пустовойтенко (15%); «Европейский выбор Украины» (2002—2011 гг.) (9%); программа преодоления бедности (6%); программа «Открытость, действенность, результативность» Кабинета министров Украины (6%); План действий «Украина — НАТО», Государственная программа сотрудничества с НАТО, «Партнерство ради мира» (5%); Акт о провозглашении независимости Украины, его закрепление на референдуме (5%); программа «Украина-2010» (5%).

12% опрошенных экспертов отметили, что подобные программы «все известны или их очень много известно».

— Какие государственные документы (программы) стратегического характера, принятые Президентом, Верховной Радой, Кабинетом министров в 1991—2003 гг., были выполнены?

Большинство экспертов, знакомых с такого рода документами, отметили, что ни один из них не был выполнен (полностью или частично). Соответственно об этом заявили 25% и 24% экспертов. Еще 2% отметили, что в регионах не выполняется ни одна программа.

— Какие темы дискуссий в президентской кампании, исходя из национальных интересов, должны иметь приоритетное значение?

По мнению экспертов, ответивших на этот вопрос, приоритетное значение должны иметь такие темы дискуссий, как «членство в ЕС и ЕЭП» (ее упоминают 22% экспертов), «борьба с бедностью, обеспечение достойного уровня жизни» (14%), «внешнеполитические ориентации, геополитические приоритеты Украины» (14%), «реформирование политической системы» и «решение социальных проблем, стабилизация развития, социальная защита» (по 13%).

— Какие темы дискуссий в президентской кампании, исходя из интересов кандидатов в президенты, будут иметь приоритетное значение?

Из ответов экспертов на этот вопрос можно сделать вывод о том, что, с точки зрения интересов кандидатов в президенты, необходимо дискутировать вокруг действительно актуальных для общества тем. Так, 22% экспертов считают, что это будут «социальные программы, социальная политика»; 19% — «альтернатива: ЕЭП или ЕС»; 10% — «преодоление бедности, повышение благосостояния». По мнению экспертов, будет активно использоваться тема реформирования системы власти (14%). В то же время эксперты считают, что президентская кампания будет сопровождаться и непосредственным выяснением отношений между кандидатами и их командами «с переходом на личности» (9% экспертов).

— Какие темы дискуссий в президентской кампании могут отрицательно повлиять на обеспечение национальных интересов Украины?

Наибольшая часть экспертов — 35% — считают, что выбор внешнеполитической ориентации Украины, сформулированный, в частности, в виде альтернативы «ЕС — ЕЭП», может отрицательно повлиять на обеспечение национальных интересов. Хотя в то же время, как отмечалось выше, эксперты считают эту тему актуальной как с точки зрения национальных интересов, так и с точки зрения интересов кандидатов.

Такое совпадение кажется парадоксальным, но лишь на первый взгляд. Очевидно, определяя тему внешнеполитического вектора развития страны как опасную, эксперты исходят из того, что ее использование в избирательной кампании создает реальную опасность раскола общества по региональным, национальным, языковым, конфессиональным и прочим признакам.

Этот вывод подтверждается тем, что на следующие места в рейтинге тем, «угрожающих» в контексте национальных интересов, эксперты поставили: языковые вопросы (14%); противопоставление Востока и Запада Украины (9,5%); национальные вопросы (5%); религиозные вопросы (4%), регионализацию, региональные конфликты и угрозу сепаратизма (4%).

Следовательно, по мнению экспертов, существует высокая вероятность разыгрывания в будущей избирательной кампании карты противопоставления разных регионов страны, что в определенной степени будет повторением сценария президентских выборов 1999 г.

ПРЕЗИДЕНТСКИЕ КОМАНДЫ

Эксперты в ходе опроса оценивали качества политических команд потенциальных кандидатов в президенты и возможные варианты развития событий в случае победы их лидеров на президентских выборах. Результаты опроса позволяют сделать, как минимум, два вывода.

Первый — оценки, выставленные экспертами командам, очень низки. Ни одна политическая команда ни по одному из показателей не получила даже оценку «хорошо», то есть четыре. Рейтинги команд колеблются в пределах 2,02—3,78, что по традиционной 5-балльной школьной системе означает, что они заслужили пока преимущественно «неудовлетворительные» и «удовлетворительные» отметки.

Второй — ни с одним из лидеров большинство экспертов не связывает «качественный прорыв Украины на основе европейских ценностей», хотя больше надежд эксперты возлагают на В.Ющенко.

Команда П.Симоненко, по сравнению с другими, оценивается экспертами довольно посредственно. Несколько более высокие оценки она имеет по критериям нравственности, авторитетности, приоритета национальных интересов над личными. Отметили эксперты и определенный кадровый потенциал этой команды. В остальных случаях она заняла последнее место. С победой на президентских выборах П.Симоненко треть экспертов связывают «эволюцию в направлении авторитаризма». Значительная часть экспертов, которые сформулировали собственные варианты развития событий («другое»), считают, что победа П.Симоненко будет означать «интеграцию с Россией», «постепенную потерю реального суверенитета», «молдавскую модель плюс максимальную нестабильность», «интеграцию с ЕЭП», «отход назад к коммунистическому режиму», «восстановление СНГ (СССР)».

Команда В.Медведчука, по мнению экспертов, имеет по сравнению с другими высокие профессиональные качества, специалистов, способных сформировать правительство и принимать непопулярные решения. В то же время эксперты достаточно низко оценивают нравственные качества этой команды, уровень ее ответственности, патриотизма, способность обеспечить национальные интересы. Победа В.Медведчука, по мнению почти 2/3 экспертов, приведет к «эволюции в направлении авторитаризма». Отдельные эксперты, сформулировавшие собственные варианты ответа, отметили: «постепенное формирование основ современных европейских ценностей», «сочетание авторитарных тенденций, гибкое геополитическое и идеологическое маневрирование», «перераспределение власти», «резкая авторитарность».

Команда С.Тигипко, по мнению экспертов, отличается, по сравнению с другими, профессионализмом и компетентностью. Достаточно высоко эксперты оценивают ее кадровый потенциал. Главный минус этой команды, по убеждению экспертов, — низкий уровень авторитета.

С победой С.Тигипко почти 40% экспертов связывают «консервацию существующего состояния». В то же время возможными, по мнению экспертов, являются и «медленное движение демократических реформ», «консервативная эволюция с «национальными» особенностями», «либерализация экономики», «усиление влияния российского капитала».

Команда Ю.Тимошенко, по сравнению с другими, получила довольно высокую оценку экспертов по критерию способности отстаивать национальные интересы. В то же время сравнительно низки оценки этой команды по критериям нравственности и способности отдавать приоритет общественным интересам. Оказалось, что для экспертов Ю.Тимошенко — трудно прогнозируемый политик: в ответах преобладали собственные варианты и «затрудняюсь ответить». С ее победой почти одинаковое число экспертов связывает как «эволюцию в направлении авторитаризма», так и «качественный прорыв на основе европейских ценностей». Значительная часть экспертов, формулировавших собственные варианты ответа, отмечают также: «непредсказуемость», «прорыв на основе борьбы с авторитаризмом», «комбинацию разных стратегий», «внешнюю демократизацию общества с уклоном к криминализации власти», «приоритет собственных амбиций при принятии государственных решений».

Команда В.Литвина, по сравнению с другими, отмечается, по мнению экспертов, достаточно высокими нравственными и профессиональными качествами, патриотизмом и способностью отстаивать национальные интересы. В то же время эксперты обращают внимание на небольшую «скамью» специалистов и потенциальных членов правительства. Победа В.Литвина будет означать, по мнению почти половины экспертов, «консервацию существующего состояния». Часть экспертов, предложивших собственные формулировки ответа, допускают также «консервативную эволюцию (новую, наиболее «прогрессивную стадию» кучмизма)», «консервацию нынешнего положения с приоритетами европейских ценностей», «стабилизацию в обществе», «шаг назад».

Команда А.Мороза, по мнению экспертов, является лидером по нравственным качествам, патриотизму и ответственности. В то же время, как считают эксперты, она имеет довольно низкие возможности самостоятельно сформировать правительство, отмечается также нехватка специалистов. Экспертам оказалось трудно прогнозировать будущее Украины в случае, если А.Мороз выиграет выборы: преобладали ответы «затрудняюсь ответить», «консервация существующего состояния» или собственные мнения экспертов — «усиление социально направленного развития на основе социальной справедливости и равенства», «постепенное движение к Европе, постепенное формирование основных современных европейских ценностей», «попытка построить европейскую социал-демократию», «попытка поиска компромисса». Отмечались также «непредсказуемость» А.Мороза, «отсутствие будущего», мнение, согласно которому, он «сам не определился с политической ориентацией».

Команда В.Януковича, по мнению экспертов, имеет, по сравнению с другими, такие преимущества, как способность самостоятельно сформировать правительство, кадровый потенциал, способность принимать непопулярные решения и авторитетность. В то же время эксперты выражают сомнения в ее профессионализме. Победа В.Януковича, по мнению трети экспертов, будет означать «консервацию нынешнего состояния». Возможными являются варианты «сочетания авторитарных тенденций с подстраиванием олигархического режима под собственные потребности», «корпоративная, замкнутая, но эффективная модель».

Команда В.Ющенко, по мнению экспертов, является, по сравнению с другими, наиболее авторитетной, способной отстаивать национальные интересы и имеющей возможности самостоятельно сформировать правительство. В то же время эксперты отмечают ее невысокую способность принимать непопулярные решения. С победой В.Ющенко почти половина экспертов связывает «качественный прорыв на основе европейских ценностей». Часть экспертов, которые предложили собственные формулировки ответа, прогнозируют также следующие варианты: «еще большая зависимость от Запада, потеря политической самостоятельности», «непредсказуемость», «направление на США», «консервативная эволюция в объединении европейских ценностей с национальными особенностями». Примечательно, что вектор будущего развития страны в случае победы В.Ющенко, по мнению отдельных экспертов, «зависит от того, кто в его команде победит: экономисты или писатели».

Еще раз подчеркнем — преимущества и недостатки команд отмечаются в контексте их сравнения друг с другом. Общие низкие экспертные оценки, полученные командами, свидетельствуют о том, что ни одна из них не соответствует в полной мере тем требованиям, которые общество предъявляет к политической элите. Подтверждением этого тезиса является и то обстоятельство, что большинство экспертов не видят безоговорочно убедительного лидера, который в случае победы на президентских выборах обеспечил бы качественный прорыв Украины.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно