СТАТИСТИКА — ГЛАВНЫЙ ВРАГ ПРАВОСУДИЯ

13 декабря, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск № 48, 13 декабря-20 декабря 2002г.
Отправить
Отправить

Есть проблема. Начнем ее с типичного примера из жизни нашего коллеги. Угнан автомобиль. Через полгода потерпевшего вызывают в суд, где он с удивлением узнает, что угонщик найден и предстал перед судом...

Есть проблема. Начнем ее с типичного примера из жизни нашего коллеги. Угнан автомобиль. Через полгода потерпевшего вызывают в суд, где он с удивлением узнает, что угонщик найден и предстал перед судом. Потерпевший (юрист по образованию) просит суд дать ему возможность ознакомиться с уголовным делом: следователь не выполнил свою обязанность ознакомить его с материалами дела. В результате изучения их выясняется, что факт угона его автомобиля, а также еще восьми (кроме одного, при угоне которого подсудимый и был задержан) подтверждается лишь одним доказательством. Это — явка с повинной самого подсудимого и протоколы его допросов, в которых угонщик очень лаконично описывает обстоятельства совершения преступлений.

В суде девять потерпевших, которые имеют право задавать вопросы подсудимому, начинают выяснять главный для них вопрос: где находятся угнанные машины. Ответы подсудимого не отличаются разнообразием: все угнанные автомобили, покатавшись, он бросал в лесу, а где именно — не помнит, так как был пьян. В суде оглашается и справка, полученная из уголовного розыска, что принятыми ими мерами найти автомобили не представилось возможным.

У потерпевших возникают вполне естественные сомнения в том, что все преступления были совершены именно данным лицом. Подозрения усугубляются после того, как подсудимый не может ответить на вопросы о более точном времени, месте, способе, других обстоятельствах преступления, описать внешний вид того или иного угнанного автомобиля, перечислить предметы, находившиеся в салоне, грузы и т.д.

В конце концов подсудимый заявил, что на самом деле эти автомобили он не угонял, а все преступления, кроме того, при совершении которого был задержан, «взял на себя» по просьбе милиции. В отношении подсудимого суд выносит обвинительный приговор, а материалы уголовного дела в части совершения девяти угонов возвращаются следователю.

Но содеянные преступления уже не будут считаться нераскрытыми. А следовательно, ни настоящих преступников, ни сами угнанные автомобили уже никто не станет искать.

Попытаемся объяснить ситуацию с точки зрения действующих правил уголовной статистики, положив в основу объяснения самих работников правоохранительных органов, пожелавших, естественно, остаться неизвестными.

В органах дознания постоянно скапливается достаточно большое количество так называемых «фактовых» уголовных дел, сроки давности привлечения к уголовной ответственности по которым еще не истекли, а производство по ним приостановлено в связи с неустановлением лица, совершившего преступление. Естественно, что по этим делам в период, когда они приостановлены, следственные действия не выполняются. Но время от времени органы прокуратуры, осуществляющие надзор за следствием и дознанием, проверяют эти дела и дают указания активизировать работу по их расследованию. Поэтому дознаватели иногда вынуждены возобновлять производство по делу хотя бы для того, чтобы дать формальные поручения оперативным подразделениям о проведении некоторых оперативно-розыскных мероприятий. Обычно это делается с целью создания видимости расследования уголовного дела. Как правило, указания прокуроров дознаватели стараются игнорировать из-за большого количества находящихся у них в производстве уголовных дел, поэтому по результатам прокурорской проверки сотрудник уголовного розыска (иногда и сам дознаватель от его имени) пишет рапорт, согласно которому «установить лицо, совершившее данное преступление, не представляется возможным». Уголовное дело вновь приостанавливается и откладывается в сейф до лучших времен.

С другой стороны, скопление большого количества уголовных дел в органах дознания снижает показатели их работы, одним из которых является количество дел, переданных следователям.

В какое-то время сотрудниками уголовного розыска либо другой службы определенное лицо задерживается непосредственно при совершении преступления. Это может быть, например, квартирная кража либо, как в нашем случае, угон автомобиля. В процессе работы с подозреваемым появляется обоснованная или не совсем обоснованная версия о том, что он может быть причастным к совершению и других подобных преступлений. Но конкретных доказательств этого нет. Вот тут и начинается изучение «фактовых» уголовных дел о подобных преступлениях.

Сам этот процесс имеет своей целью отобрать наибольшее количество уголовных дел о преступлениях, по предмету, способу, времени совершения и другим обстоятельствам, схожих с преступлением, за которое задержан данный подозреваемый. После чего у подозреваемого изымается (о способе мы скажем ниже) явка с повинной по каждому преступлению, уголовное дело о котором было отобрано в процессе изучения.

Далее лицо допрашивается об обстоятельствах якобы совершенных им преступлений. При этом протокол допроса чаще всего пишется дознавателем на основании протокола осмотра места происшествия и других документов дела в отсутствие подозреваемого, а последний потом его лишь подписывает. В протоколе допроса отмечается, что угнанный автомобиль был брошен, например, в лесу либо разобран на запчасти, которые были проданы неизвестным лицам. Тут все зависит от фантазии дознавателя. Прямо в кабинете пишется протокол осмотра местности, где был якобы оставлен автомобиль. С понятыми тоже проблем нет: вместо них записываются «мертвые души» с выдуманными адресами проживания (закон не требует, чтобы дознаватель проверял у понятого паспорт со штампом о месте регистрации гражданина). В протоколе допроса может быть отмечено, что у подозреваемого есть тайник, где он хранит орудия совершения преступления, например набор отмычек. Благо этих отмычек у милиционеров полно, а для нужного дела и пожертвовать ими не жалко. Тут же проводится «обыск», и отмычки изымаются. Небольшие процессуальные затруднения возникают лишь тогда, когда, например, при осмотре места происшествия еще до возбуждения одного из старых дел, которые «инкриминируют» данному лицу, производилось изъятие отпечатков пальцев. Но и это можно решить: протокол осмотра места происшествия переписывается, а изъятые отпечатки уничтожаются.

Материалы в отношении неизвестных лиц, которым были проданы запчасти автомобиля, выделяются в отдельное производство и якобы направляются в подразделения уголовного розыска для установления этих лиц (обычно оригиналы документов уничтожаются, а их копии с исходящими номерами подшиваются в дело как свидетельство того, что дознаватель выполнил требования закона). Все равно встречную проверку никто делать не будет, а в крайнем случае можно сослаться на то, что материалы дела были кем-то из технических работников органа дознания утрачены при их пересылке (передаче).

После этого лицо, совершившее ряд ранее не раскрытых преступлений, считается установленным, необходимые следственные действия проведенными, и дознаватель выносит постановление о передаче уголовного дела для проведения досудебного следствия.

Дальше за дело берется следователь, работа которого заключается в «подчистке» и «шлифовке» дела, устранении ошибок дознавателя и предъявлении лицу обвинения. После чего составляется обвинительное заключение и дело передается в суд. Обвинительный приговор почти гарантирован. Если даже по каким-то причинам суд направит дело для дополнительного расследования, суть последнего будет состоять лишь в более тщательной «шлифовке» дела.

Интересен сам по себе тот факт, что сегодня находится достаточно много желающих признать себя виновными в преступлениях, которых они не совершали, по одной лишь просьбе незнакомого им ранее дознавателя или следователя, пусть даже эта просьба была достаточно настойчивой. Но ничего особо необычного тут нет. Главное — это правильный подход к конкретному человеку. Так, с ранее судимыми лицами, с наркоманами, алкоголиками работать достаточно легко. Как правило, у этой категории людей нет защитников. Круг методов работы очень разный, и самый универсальный из них — это метод «кнута и пряника». Например, наркоман за дозу наркотиков может довольно охотно «признаться» в тех преступлениях, которые он никогда не совершал.

Мы можем сколько угодно догадываться или даже знать о методах работы, позволяющих «раскрывать» множество преступлений именно таким образом, и с возмущением писать об этом. Органы прокуратуры могут проявить невиданную принципиальность, совместно с другими правоохранительными органами провести серию операций, рейдов по изобличению работников милиции, совершающих вполне конкретные преступления против правосудия, предусмотренные статьями 371—374 Уголовного кодекса Украины. Но в целом ничего не изменится. И не потому, что все работники органов дознания и следователи, которые таким образом «раскрывают» преступления, дрянные люди, а потому, что плоха система, вынуждающая их систематически заниматься фальсификацией.

Основной причиной этих негативных явлений, наряду с явно недостаточным финансовым, материально-техническим, методическим и другим обеспечением правоохранительных органов, непрофессионализмом некоторых их сотрудников и их нежеланием добросовестно исполнять свои обязанности, являются проблемы статистики.

Речь идет о том, что сегодня, как и десять, и двадцать лет назад, в основе оценки деятельности подразделений милиции, осуществляющих борьбу с преступностью, лежит критерий раскрываемости преступлений. Поэтому принимать все заявления о совершении преступлений, регистрировать и расследовать их должным образом при существующих организационных, технических, финансовых и других возможностях для их раскрытия значит существенно, на порядок снизить процент раскрываемости преступлений.

Определенное значение имеет и тот факт, что у оперативных и следственных подразделений органов внутренних дел существуют разные показатели их работы. У оперативных подразделений уголовного розыска основной показатель работы — возбуждение следователем уголовного дела, а также предъявление обвинения. При возбуждении уголовного дела следователь выставляет статистическую карточку формы № 1, а при предъявлении обвинения — формы № 4. Единственным показателем работы следователя является количество уголовных дел, направленных им в суд. При этом выставляется статистическая карточка ф. № 1.1.

В случае с угоном автомобиля оперативные подразделения получили девять форм № 4. Несмотря на то что уголовные дела были объединены в одно производство и, по сути, являются уже одним делом, следователь выставил девять ф. № 1.1. После возвращения дела из суда для дополнительного расследования эти показатели не меняются: появляется лишь одно дело, но после повторного направления его в суд следователь выставит еще девять ф. №1.1.

Таким образом из десяти совершенных преступлений фактически раскрыто только одно, но по статистической отчетности их может быть уже девятнадцать.

Может ли следователь, получив уголовные дела от органа дознания и установив для себя, что они сфабрикованы, прекратить их в отношении лица? Юридически может, а фактически нет. Несмотря на то что следователь милиции является процессуально независимым и самостоятельным при расследовании уголовного дела, в ведомственном плане он полностью подчинен начальнику органа внутренних дел, который и есть орган дознания. Ведомственное подчинение означает для следователя многое, поскольку от начальника отдела (управления) милиции зависят все вопросы, связанные с дальнейшим прохождением следователем службы и т.д. Прекратить эти дела — значит испортить все статистические показатели органа внутренних дел, которые с таким трудом удалось «подтянуть». За это соответствующий начальник может быть привлечен к дисциплинарной ответственности, в том числе снят с должности и даже уволен из органов милиции.

В результате описанных и подобных им «статистических» комбинаций происходит процесс издевательства над правосудием.

Помимо того, что результатом такой системы регистрации, учета и раскрытия преступлений являются конкретные жертвы (потерпевшие и обвиняемые), негативной стороной ее является и то, что общество не знает, сколько в действительности совершается преступлений и каких именно и сколько их раскрывается. Это, в свою очередь, препятствует выработке конкретных механизмов предупреждения тех или иных видов преступлений и их пресечения. Обмануты конкретные потерпевшие, обмануто общество, обмануто государство. Само государство и способствует латентной (скрытой) преступности.

Еще в 1985 году украинские ученые-криминалисты утверждали, что нельзя оценивать деятельность органов внутренних дел по показателю «рост-снижение» зарегистрированных преступлений хотя бы потому, что в действительности рост преступности в городе, районе — это результат более активной борьбы с ней.

Но именно такая оценка продолжается. В своем выступлении на заседании Верховной Рады Украины 28 ноября 2002 г. министр внутренних дел Ю. Смирнов отметил, что наша милиция достигла 85-процентного раскрытия преступлений! И это притом, что в Польше, России, Беларуси этот показатель составляет не более 50—60 %, и даже в высоко цивилизованной Германии, где высокооплачиваемая полиция оснащена новейшей техникой, он составляет 52—53%. По оценкам криминологов, в действительности же в Украине раскрывается всего около 18—20% совершенных преступлений.

Ничего в системе статистики преступлений не меняется уже десятки лет, и никто не может поломать такую систему только потому, что процент раскрываемости, который из года в год по всем докладам растет хотя бы на полпроцента (что является поводом к присвоению очередных званий и наград), вдруг обвалится с 85 до 20 процентов, и народ увидит: а король-то голый!

Можно утверждать, что ничего не изменится до тех пор, пока на государственном уровне не будет изменена система регистрации, учета и раскрываемости преступлений. Изменить ее могут лишь две вещи — Закон «О статистике преступности» или приказ (устный или изложенный в соответствующем указе) Президента Украины, который обяжет министра внутренних дел регистрировать все (!) преступления, и будет обещано, что ни министру, ни его подчиненным «за это ничего не будет». При этом единственным статистическим показателем раскрытия преступления может быть только обвинительный приговор суда (ст. 62 Конституции Украины).

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК