ПОЛИГРАФ НЕ ДАСТ СОВРАТЬ ПРИЖИВЕТСЯ ЛИ ДЕТЕКТОР ЛЖИ В ОБЩЕСТВЕ, ДЕСЯТИЛЕТИЯМИ ЧИТАВШЕМ «ПРАВДУ»?

25 февраля, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №8, 25 февраля-3 марта

В Советском Союзе на гласное использование полиграфа, более знакомого как детектор лжи (ДЛ), был наложен запрет...

В Советском Союзе на гласное использование полиграфа, более знакомого как детектор лжи (ДЛ), был наложен запрет. Согласно прежней официальной идеологии считалось, что использование детектора — не научная методика, а изощренный буржуазный способ пыток, принуждающий людей к даче ложных показаний. Поэтому неудивительно, что у подавляющего числа наших соотечественников представление об этом техническом феномене ограничивается смутными воспоминаниями сцен из некоторых фильмов и телепередачи «Пятый угол».

Но, похоже, с подобной неосведомленностью очень многие граждане Украины вскоре расстанутся. Дело в том, что образцы ДЛ с недавних пор проникли и на просторы нашей державы. Сегодня у нас уже есть шесть аппаратов для выявления скрываемой информации. (Наверстать упущенное в этой области можно. Тому живой пример — Турция. Наш сосед по Черному морю стал применять полиграфы только в 1984 году, а сегодня занимает первое место в мире по их количеству на душу населения.) Первый ДЛ у нас появился во Львовском институте внутренних дел (ЛИВД). С приобретением помог состоятельный украинец из диаспоры в Канаде. Для бюджетного учебного заведения истратить 13 тысяч долларов на подобную покупку было бы сложновато.

В ЛИВДе ознакомление с ДЛ вводят в учебный процесс. Специалистов по ДЛ тут, конечно, не будут готовить — обучение и выдача соответствующего сертификата происходит в Соединенных Штатах. Курсантам показывают, как аппарат действует, насколько он эффективен, и рекомендуют использовать этот метод в их последующей работе.

С технической точки зрения, ДЛ достаточно несложно устроен. Датчики, коммутационный блок и... С того момента, как кино зафиксировало существование ДЛ, он несколько эволюционировал — обрел компьютерное обеспечение. Современный компьютерный полиграф «Акситон», экземпляр которого имеется в распоряжении ЛИВДа, снимает и записывает три основных внешних показателя физиологического состояния человеческого организма: дыхание (грудное и брюшное), артериальное давление и электропроводность кожи (попросту — потовыделение). Последний параметр особенно важен. Поскольку, как говорят специалисты, попадаются сильные личности или люди, прошедшие подготовку по системе йоги, которые могут контролировать дыхание и даже сердцебиение. А потовыделением даже йог не может управлять, поскольку это прямая функция мозга, не проходящая через какие-либо промежуточные центры. Эксплуатация ДЛ в упряжке с компьютером позволила многократно упростить и ускорить процесс обработки данных. Специальные программы также сводят к минимуму риск субъективных ошибок при интерпретации результатов тестирования. На компьютере можно и архивировать собранную информацию.

Относительная простота ДЛ, однако, требует серьезно подготовленного оператора. Полиграфист представляет из себя что-то среднее между юристом, программистом, психологом и физиологом.

Само тестирование занимает примерно час. Но у полиграфиста на его подготовку и проведение уходит минимум день. Прежде всего, когда проверка связана с обвинением, он изучает дело, работает со следователем. Выясняет обстоятельства, уточняет, что нужно узнать.

В процессе предварительного общения с самим обвиняемым тестирующий определяет его психологический тип. Игнорирование специфики реакции просто будет давать ошибочные результаты — одни люди заторможены, другие возбуждены. Если тестируемый — холерик, то он будет возбужденно реагировать на что угодно. Следовательно, ДЛ нужно соответственно настроить, чтобы можно было отличить нормальную для этого типа реакцию от нервной, связанной с попыткой скрыть интересующую следствие информацию.

Очень важно обвиняемого «познакомить с полиграфом», чтобы человек не напрягался от присутствия «железа», чтоб ДЛ сам по себе не был источником стресса. Тестирование проводится по письменному согласию обвиняемого.

После всей этой подготовительной работы проводится несколько тестов. Первый — пробный, второй — по сути дела. Третий тест уже неэффективен — тестируемый устает, у него начинают подсыхать пальцы, идет сглаженная реакция.

Тест состоит из десятка вопросов. Из них 3—4 — по сути.

Нейтральные вопросы не вызывают беспокойства. Они нужны как фон для фиксирования реакции на интересуемые вопросы. Их формулировки — особенное искусство.

Вопросы, касающиеся сути дела, строятся по принципу, который можно назвать «принципом смещенного центра внимания». Подозреваемого не спрашивают: «Вы ли наносили жертве увечья?» У него интересуются: «Сопротивлялась ли жертва, когда вы ей наносили увечья?» Или: «После того, как вы нанесли жертве увечья, нож выбросили в реку?» По инерции он может ответить «да» или «нет». Но однозначные ответы на такого типа вопросы уже содержат в себе признание. Поэтому подозреваемый вынужден отвечать неоднозначно. А если он виноват, то сильно волнуется. Он должен прогнать из сознания реальную картину событий, потом создать удобную для него версию. Все это бесследно не проходит. Собственно, детектор лжи — это измеритель психологического стресса. Чем выше уровень мотивации в сокрытии информации, тем сильнее выражены изменения в нервно-психическом и физиологическом состоянии обследуемого человека, тем четче эти изменения фиксируются на полиграфе. Во-первых, подозрения подтверждаются всплеском кривой на дисплее, во-вторых — запоздалой реакцией.

Не знаю, опирались ли создатели ДЛ в разработке этой логической уловки на какое-то особенное теоретическое обоснование, только она очень схожа с положениями Пражской лингвистической школы. Разработчики филологической дисциплины «Актуальное членение» первыми описали языковую особенность, когда неизвестный факт в тексте подается как известный. К слову, этим приемом плодотворно пользовался в своей прозе Александр Сергеевич.

Полученные в виде графиков результаты анализируются специалистом, который делает вывод об истинности или ложности ответов на поставленные во время тестирования вопросы.

В ЛИВДе уже успели провести настоящее тестирование, которое помогло раскрыть реальное преступление. Правоохранители из Ривненской области обратились в институт по поводу убийства на одном из хуторов двух женщин, матери и дочери. Свидетелей преступления не было. Глава семьи себя виновным не признавал — следствие застопорилось. Следователей интересовало, какое отношение к преступлению имеет обвиняемый (муж и отец) и куда исчез нож. Два теста показали, что обвиняемый причастен к преступлению. Институт выдал соответствующее заключение.

Шутки ради в этом серьезном разговоре хотелось бы заметить, что, прежде чем решиться на проведение тестирования по конкретному делу, в институте провели эксперимент на своем проректоре. Начальнику предложили загадать любое число из десяти. Подопытный проректор не смог скрыть, что загадал цифру «шесть».

ДЛ способен обнаружить любую утаиваемую информацию — связи, прошлое, способности, роль тестируемого в тех или иных событиях.... А можно ли ему стопроцентно верить? Стопроцентно нет, а на 95%, как показывает мировая практика (ДЛ сегодня успешно работает в 57 странах), можно! Правда, у нас пока процедура детектирования процессуально не определена. Законодательство не предусматривает использования заключений, полученных посредством ДЛ, в суде.

В качестве доказательства в суде результаты проверок на ДЛ рассматриваются в Индии, Японии, США. В одних американских штатах результаты тестирования на ДЛ используются в судах в качестве прямого доказательства вины, в других штатах — в качестве непрямого доказательства. В некоторых штатах отказ от тестирования на ДЛ расценивается как непрямое доказательство вины.

Впрочем, полиграфом можно пользоваться, не рассчитывая на получение непосредственного судебного доказательства. Достаточно того, что он существенно помогает в следственном процессе. Результаты тестирования позволяют не терять времени на разрабатывание непродуктивных версий. В тех же США федеральный закон относительно ДЛ появился только в 1988 году, после более чем семидесятилетнего массового применения. В России ДЛ эксплуатируется с 1992 года — соответствующие ведомственные акты там появились в 1994 году. (А раз Россия создала нормативную базу по ДЛ, то и Украина не пожелает отставать. Наши в большинстве случаев к новациям прибегают, копируя северо-западного соседа. Взять хотя бы модель экономических реформ или попытку ввести нечто наподобие чрезвычайного положения после взрывов в Москве.) В Израиле полиграфом широко пользуются с 1959 года, до сих пор не имея ни законов, ни ведомственных актов, регулирующих этот вопрос.

Кроме того, в мире при использовании ДЛ не делается акцент на криминальном аспекте. Главное достоинство ДЛ — профилактика правонарушений. Максимальный опыт на этом поприще достигнут в США, где ДЛ получил самое широкое распространение. Основными потребителями услуг полиграфа там являются госучреждения, банки, коммерческие структуры, корпорации, небольшие частные работодатели и даже отдельные граждане. В Штатах, например, обратившиеся с заявлением об изнасиловании обязательно проходят через ДЛ. Поскольку некоторые представительницы слабого пола научились на «сексуальном домогательстве» зарабатывать немалые деньги.

Тамошний руководитель, серьезно заботящийся о рентабельности и конкурентоспособности своей фирмы, не будет экономить на проверке достоверности данных нанимаемых работников. ДЛ помогает выявить случаи исправления анкетных данных, поддельных справок о состоянии здоровья, пристрастия к наркотикам или алкоголю, криминального прошлого и т. д.

Частные фирмы широко используют ДЛ в кадровых проверках. Как правило, в трудовом контракте указывается об обязательстве работников ежегодно проходить подобную проверку. При помощи ДЛ устанавливают нарушения правил, факты краж, определяют непосредственных участников инцидентов. В отдельных случаях, таких, как совершение преступления на предприятии, проверку могут проводить и внепланово.

Существует не лишенное оснований убеждение, что в Штатах удается предупреждать резкий рост преступлений, к которым предрасположены «белые» и «серые воротнички», именно благодаря широкому распространению ДЛ. Не этим ли объясняется эффективность американской управленческой машины?

Пожалуй, можно не сомневаться, что в деле применения ДЛ отечественный бизнес постарается воспользоваться передовым опытом лидеров капиталистического труда. Войдет ДЛ и в арсенал силовых структур, которые уже проявляют готовность использовать его в борьбе, если можно так выразиться, с внешней преступностью. А вот захотят ли применять ДЛ наши госучреждения в борьбе с «внутренней преступностью» — коррупцией и государственной изменой?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно