ДОМ С ХИМЕРАМИ

26 марта, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск № 12, 26 марта-2 апреля 2004г.
Отправить
Отправить

Легко сказать — «суды продаются». В дрожь бросает, когда узнаёшь — кому и за сколько… Складывается впечатление, что нашим землякам само слово «правосудие» можно вычёркивать из словарей...

Легко сказать — «суды продаются». В дрожь бросает, когда узнаёшь — кому и за сколько… Складывается впечатление, что нашим землякам само слово «правосудие» можно вычёркивать из словарей. Оно превратилось в ничто. В пыль. В иллюзию. В храм, возведённый жульём во славу свою. В дом с химерами. Или — если угодно — призраками почивших надежд на беспристрастность и справедливость. Символом подобной метаморфозы стала реконструкция черниговского Дворца правосудия. Чтобы оценить по достоинству этот созидательный подвиг, есть смысл рассказать об одной загадке, разгадать которую недавно нам удалось.

Тайна, от которой кругом шла голова у лучших следователей и адвокатов Черниговщины, раскрылась.

Каким образом деловому человеку, незаконно приватизировавшему многоэтажки в престижных районах и выбросившему оттуда жильцов, удалось мобилизовать правосудие себе в поддержку, более не секрет.

Ясно теперь, почему его ложь сходила за правду, а грубо подделанные документы подшивались к делам как подлинные.

Этот деятель настолько уверовал в полную неуязвимость, что позволяет себе воспитывать в зале суда сотрудников прокуратуры:

— Вы плохо в школе учились!

Он до такой степени на всех наплевал, что публично демонстрирует свой «роман» с местной Фемидой (явился, например, в профессиональный судейский праздник на банкет в ресторан «Градецкий». Знающие его по конкретным делам рядовые юристы оцепенели, а начальство — обрадовалось и приветило).

И у него есть все основания вести себя так. Юстиция не только «крышует» его, но и хлеб насущный даёт. Именно его фирме обломился выгоднейший строительный подряд — ремонт здания Черниговского апелляционного суда (кстати, памятника архитектуры, требующего не ремонта, а реставрации).

За что такая любовь? Вы не поверите, как просто открывается ларчик…

Ведь в одну из квартир дома, из которого железная пята правосудия вышибала (и продолжает вышибать) законных обитателей, вселился со своим семейством г-н Литвиненко. Сын председателя Черниговского апелляционного суда. Тоже, кстати, юрист. Как папа.

По имеющимся у нас сведениям, все услуги личного свойства, оказанные в судах всех уровней (и не только в судах) центральному персонажу нашей статьи Виктору Демшевскому, оплачивались примерно по тому же тарифу.

Строительство дачи. Евроремонт квартиры. И т. д.

Омерзительно в этой истории не то, что наша богиня правосудия оказалась продажной (кто бы верил в её целомудрие!). А мизерная такса, по которой её ангажировали. Плата, по сути, за кровь бралась. Ведь доведенные до отчаяния люди, которых лишали жилища, не выдерживали драки без правил и умирали…То, что до сих пор воспринималось как череда личных бед, обернулось жутким и безнадёжным обобщением. В этой стране не обязательно нанимать киллера, чтобы человека убить. Люди в мантиях и сработают чище, и возьмут дешевле…

Реплика в сторону. Готовя эту публикацию, мы не прибегали к помощи органов охраны правопорядка и воспринимали любые сведения из официальных источников лишь как повод к самостоятельному расследованию, но не как заслуживающие доверия факты. Причин тому три. Во-первых, чудовищное сопротивление органов любым попыткам что-либо выяснить (вплоть до прямой лжи в официальных ответах. Скажем, прокурор отвечает, что проверка осуществлялась при участии таких-то специалистов, а они об этом от нас узнают). Во-вторых, откровенное нежелание услышать — хотя бы от нас — что-то новое о вскрываемой коррупционной сети. Даже со стороны честных служащих силовых ведомств, схлестнувшихся с ней по конкретным делам. Есть ещё третья причина. По некоторым данным, кров в освобождаемых от жильцов квартирах получали также сотрудники прокуратуры, милиции, прочих силовых ведомств. И если бы только кров… Существовали другие формы расчёта, доказать которые очень непросто. Будем реалистами. Сама по себе газетная статья в сложившейся ситуации ничего не изменит. Либо она инспирирует тщательное официальное расследование с участием столичных специалистов, либо концы будут спрятаны в воду. Прятать их будут оперативно и профессионально.

Разоблачение черной магии. Никто из юристов, впервые знакомящихся с ситуацией, поначалу не верит, будто подобное вообще может быть. Да что там, самим не верится... Ведь не Аль Капоне, а простой завстройтрестом! И таких людей купил, к которым, казалось бы, иностранной разведке не подступиться. А других — запугал. Крепкие мужики, прошедшие Афган и Чернобыль, ломались как щепки.

— В нём что-то нечеловеческое есть! — говорила нам женщина, так и не сумевшая отстоять свои законные права на жильё. И в глазах у неё светился самый настоящий страх.

Семьдесят первую квартиру по ул. Гетмана Полуботка, 120, в которой на момент написания статьи проживает сын председателя Черниговского апелляционного суда Литвиненко, её прежний обитатель тоже не отстоял. Сдался, плюнул, всё бросил. А перед этим — боролся, и не только за себя. По доверенности представлял интересы соседа-чернобыльца по фамилии Дорошенко. Судьба этого одинокого человека чем-то напоминает участь крепостных после отмены Юрьева дня. Справляя новоселье, он не подозревал, что горисполкомовский ордер на квартиру в государственном доме (кстати, сохранившийся) станет для него путёвкой в ад. Как-то Дорошенко проснулся — и узнал, что дом, куда он вселился по обмену, мутировал. Превратился в ведомственный объект, приватизированный ЗАО «Облстрой». И руководитель (считай, хозяин и барин) «Облстроя» Виктор Демшевский предлагает очистить помещение. А обосновывает своё предложение листком бумаги, на котором слова «жилой дом» стёрты и поверх впечатано слово «общежитие». Вот они, перед нами, копии этих документов — оригинала и сработанной на его основе фальшивки.

Поначалу ситуация казалась смешной. Ведь именно как жилой дом многоэтажка фигурировала в добром десятке документов за подписями различных должностных лиц (вплоть до губернатора и мэра). Потом стало не до смеха. Все словно избирательной слепотой заболели — и прокуратура, и суды. Если судья суда первой инстанции вдруг отказывался говорить на чёрное белое — апелляционный суд «зачищал» недоработку. Если в процессе тяжбы ушами лезла какая-то уголовщина со стороны «Облстроя» — прокуратура тут же подмахивала бумагу: «всё законно, состава преступления нет». А суд подтверждал: «раз прокуратура дело отказывается возбуждать — значит, всё по понятиям». Мы не шутим. Именно таким путём сходили Демшевскому с рук эпизоды подделки документов. Прокуратура и сейчас подобными отписками от депутатских запросов отстреливается. До полной шизофрении доходит.

В общем, чернобылец Дорошенко не выдержал. Его больше нет. На пожитки одинокого ликвидатора, по словам соседей, никто не польстился — летели они из окна. Приехала сестра из села, увезла тело брата — похоронить подальше от Чернигова. Вступить в наследование квартирой даже не попыталась, ибо предупредили её:

— Бесполезно.

Это не единственная подобная смерть. Нам рассказывали о женщине, умершей в день очередного судебного процесса. (Девочку-подростка, дочь этой женщины, Виктор Фёдорович Демшевский всё равно в покое не оставил.)

Кстати. В официальных ответах облпрокуратуры на депутатские запросы утверждается, что факты выселения людей на улицу без предоставления хоть какого-то жилья взамен «…проведеною перевіркою не підтвердилися». Это неправда. Надо сказать, что документы, подписанные нынешним областным прокурором Николаем Лисовым, содержат и другую недостоверную информацию. Поскольку Лисового тогда, когда происходили столь произвольно трактуемые им события, на Черниговщине ещё не было, значит, его просто подставили. Пусть сам выясняет, кто и зачем.

Когда доведенные до отчаяния жильцы в который раз принялись собирать подписи под очередным безнадёжным прошением, то обратились и к новым соседям. Воспитанный молодой человек выслушал их. Посочувствовал. Пообещал помощь:

— Я сам юрист…

Правда, ничего не подписал. О том, что это сын судьи Литвиненко, они не знали…

Реплика в сторону. В этой истории возможны любые выверты. Не стоит забывать, что в ней фальшивые документы запросто сходили за подлинные, наспех состряпанные акты без печатей и с не полным набором подписей — за копии с несуществующих оригиналов. (У нас есть достаточное количество образчиков подобного «творчества», постыдно проигнорированных правоохранительными органами. Хотя проверить, что это стопроцентная «липа», можно в течение часа.) Мы излагаем здесь лишь те факты, которые считаем неопровержимыми. Но в черниговском суде опровергнуть возможно всё. Даже теорему Пифагора (если на то найдётся заказчик, располагающий связями и соответствующими ресурсами). Приходится принимать это во внимание и работать по принципу «айсберга» — приберегая в резерве некоторые важные подробности.

Разоблачение черной магии (продолжение). Жильцы ловко приватизированных Виктором Демшевским жилых домов (уже упоминавшегося по улице Гетмана Полуботка, 120 и другого, по улице Рокоссовского, 6а), конечно, не правы, когда почти всерьёз говорят о нечеловеческой сущности своего обидчика. Масштаб у этого деятеля провинциален. Но будем честными: выкачал он из несчастной провинции всё, что мог. То, что ему сошло, не сошло бы никому другому. Тут уже не в Демшевском дело. А в тех механизмах и чиновниках, что его защищают. Вот они действительно бесчеловечны и очень опасны.

Мы вышли на след нескольких попыток разобраться в делах «Облстроя». Все они были нейтрализованы в зародыше. Вот одна из них.

Когда-то Виктор Фёдорович Демшевский был скромным горкомовским функционером, а «Облстрой» — мощнейшей на Черниговщине строительной организацией. Сейчас фирма съёжилась как шагреневая кожа. Возник естественный вопрос: куда же делась мощная и очень дорогая строительная техника, использовавшаяся этим строительным гигантом? Точнее, не вопрос, а оперативная информация, содержащая ответ на него. И не у нас, а у некоторых сотрудников милицейского управления по борьбе с экономической преступностью, а также у работников прокуратуры. (Ответ был таким: предположительно — за рубежи Отчизны, противозаконным путём.) Месяца не прошло, как включился реверс. Дескать, история судебной перспективы не имеет, разбираться в ней нет резона.

Уже после того как служащим правоохранительных органов стало ясно: посягать на святое никто не даст, из управления жилищно-коммунального хозяйства пришёл не нужный более милиционерам ответ на запрос. Он содержал любопытный документ — «Договор об условиях организации производства и материального стимулирования между облжилкоммунуправлением Черниговского облисполкома и коллективом Черниговского ремонтно-строительного треста в условиях аренды имущества государственного предприятия». Из последнего следует, что основные фонды «Облстроя», оказывается, арендованы у государства и срок аренды истекает аж в 2010 году! Выходит, если бы оперативная информация подтвердилась, это означало бы, что за границу было продано государственное имущество на колоссальные суммы, а суммы растаяли неизвестно где. Но — ни подтвердить, ни опровергнуть полученные сведения УБЭПу не позволили.

— Гиблое дело! — сказал нам офицер, пытавшийся понять, что к чему в этой истории. — Второй раз в ту же реку не войдёшь. Демшевский теперь предупреждён. Заготовит бумаги о том, что списал свои автокраны и экскаваторы в металлолом. А в суде ему, конечно, поверят.

…В доме по улице Гетмана Полуботка ,120 господин Литвиненко-младший появился не сразу. До этого квартировал в другом жилом доме, по улице Рокоссовского, 6а (в квартире 123). Дом этот тоже в настоящее время признан облстроевским общежитием и приватизирован. Только в отличие от дома по улице Полуботка дело с приватизацией там несколько чище сработано. Жильцы проиграли все судебные процессы в судах всех инстанций. Сейчас их выселяют как не имеющих отношения к «Облстрою». (Здание это к нему тоже чисто условное отношение имеет, так как состоит из трёх секций. Две действительно сдавались в эксплуатацию как общежития; третья, спорная — и это документально подтверждается — как государственный жилой дом. Каким образом она вдруг стала общагой, одному Демшевскому известно.) Люди, которых переселяют в жуткий барак, доведены до отчаяния. Помещение, предоставляемое им, абсолютно не пригодно для жилья. С сортиром на улице еще можно смириться, с деревянными гнилыми перекрытиями, которые в любой момент могут рухнуть на голову, — нет. В этом строении невозможно согреться и приготовить пищу. Нам доводилось видеть тюрьмы. В тюрьме куда как уютнее… Тем не менее — все инстанции, от санэпидслужбы до Деснянского райисполкома, подмахивают Демшевскому бумаги, что всё о’кей. Жить можно. Особенно райисполком усердствует. Его руководитель Сенькович до полного неприличия дошёл, устно и письменно отстаивая право Демшевского на беспредел. (Вообще-то отношения Сеньковича и Демшевского — тема особого разговора.)

Чернигов — город безработных. О том, чтобы скопить деньги на новую квартиру, большинству горожан не приходится и мечтать. (Потому, кстати, жильё в нём практически и не строится.) Стать в таких условиях бездомным — полная катастрофа. Те из выселяемых, с кем мы общались, производят впечатление людей, находящихся на грани психического расстройства.

Отвлечёмся от их судеб. Отметим один парадокс. Допустим, закон ослеп, оглох, впал в летаргию и признал фальшивки подлинными документами. Однако из этих фальшивок вытекает, что спорные дома — это общежития строительного предприятия. (На самом деле — и близко не похожи; обычные многоэтажки с квартирами улучшенной планировки. Но — допустим.)

Жильцов вышвыривают оттуда под тем предлогом, что они не имеют служебного отношения к «Облстрою». Каким образом и на каком основании тогда поселяется там Литвиненко-младший? Нашли тоже строителя! При вселении в графе «место работы» у него предприятие «Укрспиртгорілка» значилось.

— Возможно, каким-то путём дом на улице Полуботка снова тайно мутировал и стал жилым… — предположили в прокуратуре.

— А что, и такое может быть?

— У нас может быть всё.

— Ну так возьмите в жэке ордера и посмотрите.

— А кто нам их даст?

Это верно. Прокуратура как институция господину Демшевскому не указ. Да и с чего бы ему ссориться с учреждением, которое столько лет его «отмазывало» и крышевало? С кем надо давно найдено взаимопонимание, на остальных плевать. Подчеркнём одно обстоятельство. Не следует думать, что прокуратура в Чернигове — образование несчастное и бессильное. Когда приходит команда «фас», её челюсти превращаются в железный капкан.

Реплика в сторону. Депутату Черниговского городского совета, ведущему специалисту по охране труда и заместителю председателя наблюдательного совета ОАО «Черниговпродтовары» Олегу Перкуну было непонятно, почему его предприятие вдруг практически перестало приносить городу прибыль. По его расчётам выходило: сеть розничной торговли (каковой «Продтовары» являются) может «закоротить» на жалких нескольких сотнях гривен ежегодной прибыли только в том случае, если её разворовывают и ведут к искусственному банкротству. (Хронологически финансовый кризис предприятия совпал с появлением в его наблюдательном совете заместителя черниговского мэра Олега Белоусова.) Не понимал Перкун также, почему реестр продтоваровских акционеров перекочевал вдруг в банк «Демарк» (прежнее место службы заместителя мэра Белоусова) и зачем городская власть навязывает бюджетным организациям сотрудничество с «Демарком». (Было по сему поводу расследование антимонопольного комитета, но кончилось пшиком.) Олег Перкун инициировал создание депутатской контрольной комиссии с целью проверки финансово-хозяйственной деятельности «Продтоваров», обратился к прессе… Следующим шагом неуправляемого депутата стало обнародование подоплёки знаменитой аферы с подземным торговым центром — черниговским «метроградом». («Крестным отцом» — главным лоббистом сомнительного проекта — был мэр города Соколов. Крест же на махинации поставил в конце концов губернатор.) Оказывается, банковская гарантия под кредит на его постройку не была подтверждена, а реализация проекта объективно привела бы к эскалации безработицы и бюджетным потерям... В общем, достал всех, правдолюб. Кончилось тем, что Перкуна обвинили в получении ряда взяток от группы лиц на общую сумму… в 120 гривен (по червонцу с носа). Отправной точкой расследования послужила анонимка... Городская прокуратура «разрабатывает» дело, не гнушаясь подделками следственных документов. (Такими же бездарными, как и сам «наезд»: какой смысл, например, «редактировать» расшифровку магнитофонной записи, выбрасывая угрозы в адрес обвиняемого — «не уймёшься — посадим!», — если оригинал фонограммы сохранился?) Но цель — независимо от судебной перспективы расследования — достигнута: пока Перкун доказывает, что ста двадцати гривен не брал, «Продтовары» валятся. Уже четыре магазина от предприятия отторгнуто, транспорт практически полностью распродан. Город несёт колоссальные убытки, кто-то получает аналогичную прибыль…

Мы раз десять писали, наверное, что если местные власти будут обращаться с городской казной так, как они это делают, то скоро денег даже на водопроводную воду не хватит… Так и вышло. Недавнее повышение коммунальных тарифов буквально взорвало Чернигов. Таких многочисленных акций протеста город давно не видел. Кроме милиции, участникам митинга противостояли «качки», одетые в униформу местного рэкета: кожанки, спортивные штаны, навороченные «мобилы». Они развалили импровизированную трибуну и растащили материал, из которого она была сложена. Разрушать её и резать микрофонный шнур правоохранительные органы не мешали. А вот по факту массовых беспорядков — то есть против митингующих — городская прокуратура уже возбудила уголовное дело. Нужно быть очень наивным человеком, чтобы поверить жалобам прокурорских работников на немощь этой структуры. Просто и агрессивность, и толерантность её — избирательны.

Разоблачение чёрной магии (продолжение) …Интересно, сколько человеку в этой жизни надо? В документах, которыми мы располагаем, указано первоначальное место жительства сына главного черниговского судьи Литвиненко. Прежде чем переселиться на отвоёванную правосудием у земляков территорию, он обитал в Александровке. Александровка — суперэлитный район, эдакий провинциальный Печерск. Ну допустим — было ему там тесно. Но ведь и отцу его, похоже, тесно по жизни было и воли не хватало. Совместная с Виктором Демшевским квартирная авантюра в жизни судьи Литвиненко не первая… Предыдущая его операция по улучшению жилищных условий столичной квалификационной комиссией рассматривалась. Впрочем, без всяких вредных для него последствий.

Глава ЗАО «Облстрой» Виктор Демшевский тоже от жилищной стеснённости не страдает. В зале суда называет городской адрес. Кроме того, располагает целым поместьем в райском уголке на берегу Десны (по Чернигову легенды о зимнем саде и личном лифте его особняка ходят).

И вот на виду всего города ведут эти люди войну без правил против тех, у кого, кроме одной-двух комнат, вообще ничего нет. Порой даже мелочи на проезд в общественном транспорте. Ведут, нисколечко не боясь огласки, милиции, прокуратуры, Минюста и — само собой — суда… Очевидно, понимая: коррупционная сеть, к которой они принадлежат, не даст их в обиду ни при каких обстоятельствах.

Мы не можем раскрыть все её составляющие. По понятным причинам ограничиваемся изложением лишь тех сведений, оспорить которые не удастся даже правосудию по-черниговски. Но если эта статья вызовет хоть какой-то профессиональный интерес, скажем, в Генеральной прокуратуре, то просим принять во внимание следующее обстоятельство. Нелепые решения, принятые сперва Деснянским районным судом, а затем Черниговским апелляционным судом в пользу Демшевского, оставил в силе также Верховный суд Украины.

Не будем утомлять читателя юридическими подробностями, дающими нам право называть эти вердикты абсурдными. Анализом их — не по своей воле, а в силу огромного шума, поднявшегося вокруг выселений, — сейчас областная прокуратура занимается. Подчеркнём главное. Демшевский, конечно, народ запугал до крайней степени и о документах позаботился. Но разобраться — кому он что из киевлян строил — можно, при желании, в течение нескольких дней. Сколько бы раз он бухгалтерию ни переиначивал. Мы без особых усилий собрали сведения о тех деятелях черниговского правосудия и сотрудниках правоохранительных органов, которым оказывались различные сомнительные услуги. Знаем, например, что к председателю Деснянского районного суда В. Добрянскому обращаться по упомянутым выше вопросам в поисках истины совершенно бессмысленно. Косвенно это подтверждается решениями, которые в Деснянском суде принимались. (И не стоит напоминать нам о процессуальной независимости судей, о присяге судьи и т. д. Кто не забыл о присяге, тот судил по совести. А в остальных случаях отнюдь не официальная вертикаль подчинения срабатывала.) Но есть ещё прямая причина — почему имя Добрянского уместно упомянуть в контексте этой нехорошей истории. Впрочем, серьёзное расследование и без нас легко до неё докопается…

Конечно, сам по себе руководитель «Облстроя» — ничто. И деяния его — пустяк по сравнению с криминально-коррупционным шквалом, разносящим остатки благосостояния Украины.

Точнее, были бы пустяком. Если бы на крючок этих пустяков не клевали те, в чьих руках — закон, власть, человеческие судьбы…Те, кто бросается в паутину коррупции очертя голову, покупается за ничтожную мелочь — но, будучи «засвеченным», остаётся при полномочиях и при власти… Разве случайно это? Скомпрометированными людьми в любой ситуации ведь легко управлять…

Мы не в полемическом задоре охарактеризовали позицию Черниговской областной прокуратуры применительно к начинаниям ЗАО «Облстрой» как шизофреническую. Шизофрения — болезнь, симптомом которой является раздвоение личности. Много лет прокурорские чиновники делали всё от них зависящее, чтобы прикрыть Виктора Демшевского от любых возможных неприятностей. Однако настал день, когда обеспечивать его безопасность стало весьма и весьма рискованным делом: скандал вышел на парламентский уровень. Причём объединил в попытках восстановить справедливость правых и левых. Выплеснулся на страницы изданий диаметрально противоположной политической ориентации. К тому времени — как мы уже говорили — выселяемые жильцы проиграли процесс в Верховном суде Украины. Но реальное-то положение дел от этого не изменилось. И фальшивые документы подлинными не стали.

Тут прокуратура и впала в состояние амбивалентности. Оперативно собрав необходимые материалы, обратилась в хозяйственный суд на предмет отчуждения у «Облстроя» незаконно приватизированного здания по улице Гетмана Полуботка (ситуация до предела осложнилась тем, что прежде дело было уже решено в пользу Демшевского судом высшей инстанции; и тем не менее — вновь открывшихся обстоятельств хватило для того, чтобы процесс состоялся). И в то же самое время продолжала рассылать всюду бумаги, что к Демшевскому никаких претензий они не имеют и дело его — правое.

Уже были затребованы сотрудником облпрокуратуры Лилией Федорченко все документальные материалы (надо сказать, что произвели они на неё впечатление шоковое). Уже был назначен день рассмотрения дела в суде и приостановлен процесс выселения тех жильцов, которых местная Фемида ещё не успела выкурить.

А заместитель областного прокурора Ходыко, не краснея, сообщал нам:

— Какое дело Демшевского? Гражданское? Уголовное? Нет никакого дела.

Мы запросили копии ответов, присланных прокуратурой народным депутатам. Депутатам отвечали приблизительно в том же стиле.

…Ну что такое хозяйственный суд? В его зале не берут под стражу и не сажают в железную клетку. Уголовное преследование коррупционеров и казнокрадов не в его компетенции. Но даже и такое мягкое прикосновение к сокровенному заставило Демшевского потерять лицо. Сам факт, что правоохранительные органы и правосудие могут вдруг отвлечься от расписанной им партитуры, он воспринял как личное оскорбление. В сердцах наговорил прокурорским работникам лишнего. (Кое-что мы в начале статьи процитировали.) Его можно понять. Обычно защитные механизмы, подобные тем, что страхуют его, ни при каких обстоятельствах не дают сбоев.

Реплика в сторону. Надо сказать — квартирный вопрос (почти по Булгакову) испортил черниговских должностных лиц до невозможности. В статье «Зубы дракона» нам доводилось писать, как управление охраны памятников попыталось спасти древние реликвии, найденные на месте строительства элитного дома. На археологов спустили и милицию, и прокуратуру. Мы располагаем редчайшим по своему цинизму документом: представлением всё того же заместителя областного прокурора Евгения Ходыко (№07/1 — 2001), где он настаивает на наказании тех, кто всеми силами пытался предотвратить вандализм — якобы за то, что не предотвратили… Местные чиновники до того ошалели от безнаказанности, что никакого риска в самых скандальных аферах для себя не видят. Впрочем, на Черниговщине сейчас такое творится, что подкуп высокопоставленных госслужащих и продажность правосудия на этом фоне едва ли не как проявление нормы воспринимается…

Разоблачение черной магии (продолжение). Такого Черниговщина ещё не знала. Выгоднейший подряд на реконструкцию здания Черниговского апелляционного суда поручили человеку, чьё благополучие в течение ряда лет находилось (и находится) в прямой зависимости от благорасположения местной Фемиды. Человеку, погрязшему в добром десятке судебных процессов и приспособившемуся использовать правосудие в качестве вышибалы. Человеку, хвастающемуся в телевизионном интервью своим умением найти лазейку в законе (у нас есть запись этой программы). В общем, герою нашей статьи Виктору Демшевскому и его ЗАО «Облстрой».

Оставим за рамками разговора дискуссию на тему: может ли тот, кто судится, оказывать какие-либо услуги тем, кто взялся разбирать его дело. И если имеет, то насколько это дискредитирует правосудие как таковое.

Поговорим о другом. Подряд такого рода является невероятно выгодным и завидным. Он предполагает очень солидную смету и государственное финансирование. То, о чём любой строитель может только мечтать. На таких условиях заказчик может выбрать лучшего из исполнителей — не только не вмазанного ни в какие аферы, но и способного добросовестно выполнять все работы, не тратясь на субподрядчиков. По закону, определять такого исполнителя следует на основании тендера..

Как мы уже писали, ЗАО «Облстрой» утратило свои созидательные ресурсы. Растеряло и технику, и людей. Сфера его возможностей в настоящий момент — утепление и евроремонты квартир «новых украинцев», но никак не реставрация памятников архитектуры (каковым здание суда является). Кстати, лицензии на реставрационные работы у «Облстроя» нет и быть не может.

С вопросами по этому поводу один из нас обратился к председателю апелляционного суда Владимиру Литвиненко.

Из его очень вежливых ответов следовало, что судья не в курсе интересующих нас подробностей.

Тогда мы ещё не знали, что деньги из Киева Демшевскому поступают не прямо, а по какой-то замысловатой синусоиде — через областное управление капстроительства. Что вовсю развернувшиеся работы происходят как бы отдельно от оформляемой задним числом проектно-сметной документации. (В этом воочию убедился заместитель председателя Госстроя Украины Юрий Казмирук, посетивший в те дни Чернигов с целью проверки творящегося здесь строительного беспредела. Впрочем, никакого интереса Госстрой к тому, как расходуются перечисленные на ремонт Дома правосудия средства, не проявил.) И о квартире, пожалованной Демшевским сыну судьи Литвиненко, не знали тоже.

Мы не располагаем возможностью проверить информацию о том, что итогом деятельности «Облстроя» в настоящее время являются закрытые процентовки на невыполненные работы. Но источник этой информации не вызывает у нас сомнений. Ещё раз подчеркнём: если эта публикация станет толчком для оперативного честного расследования, от черниговской юстиции (равно как и правоохранительных органов) останутся одни руины. Сродни тем, в которых сейчас Дом правосудия пребывает. Если не станет, все концы спрятать заинтересованным лицам всё равно не удастся. Но развернутся они во всю силу, как никогда раньше. Потому что игнорирование этой статьи будет означать гибель последнего источника их дискомфорта: боязни огласки.

Реплика в сторону. Аналитики спецслужб давно пришли к выводу: самый опасный и самый неуязвимый вид организованной экономической преступности — не мафиозный клан с «засвеченным» авторитетом во главе, а коррупционная сеть, состоящая из самодостаточных звеньев. Её невозможно уничтожить с помощью полицейской операции. Она виртуозно использует в своих интересах закон и механизмы исполнительной власти. Не вовлечённые в неё должностные лица либо вытесняются из сферы интересов сети, либо втягиваются в круговую поруку со скоростью торнадо.

Разоблачение черной магии: (последний штрих). …Заместитель председателя Госстроя Юрий Казмирук был прислан на Черниговщину не просто так. Его прислали по двум причинам. В Госстрое он человек новый. На Полесье никогда не работал. А следовательно, не находится в коррупционной зависимости от тех, кто наживается на уничтожении древнего города. Он своими глазами увидел то, что у нас творится. (Изуродованный городской центр, частные дворцы на месте пионерлагерей, вырубленный под коттеджную застройку школьный сад, автозаправку во дворе единственной городской бани…) Самостоятельно — перепроверяя сведения по разным источникам — собрал достаточный материал. Кто бы мог подумать, что результат проверки не просто окажется нулевым, а подстегнёт расправу с теми, кто позволял себе излишнюю откровенность? Городской архитектор Т. Мазур их сейчас весьма грамотно со свету сживает.

…Прокурор Черниговской области старший советник юстиции Николай Лисовой был переведен на малую родину Президента совсем недавно. Как бы ни зарекомендовал он себя по прежнему месту службы, но в местные коррупционные отношения врасти вряд ли успел. Именно с его приходом совпало вялое пробуждение интереса прокуратуры к делам Демшевского. Но угасает оно прямо на глазах. Недавно Лисовой подписал ответ на депутатский запрос по поводу незаконного строительства элитных особняков возле школы № 16. Фактически индульгенцию, позволяющую застройщикам что угодно. Об этом строительстве мы уже писали. Мало того, что земля эта была бессовестно отчуждена у детского учреждения. Мало того, что работы ведутся без проекта, с нарушением всех возможных нормативов и правил техники безопасности (школьники играют на неограждённых площадках). Мало того, что строительством уничтожена перспектива развития технологического университета, представляющего со школой-лицеем единый архитектурный комплекс. Строить что бы то ни было в этом месте, не нарушая закон, физически невозможно. Прокурор этого не может не знать. С одной стороны — пешеходные тропинки студенческого городка. С другой — лишенная тротуаров улица Федоровского, по которой движение грузовиков запрещено. Дамба, отделяющая эту улицу от канализационного коллектора. И главное — сам коллектор, залегающий в мягком грунте на глубине всего 70 сантиметров. Если грузовики провалят его (а к тому идёт, дамбу и покрытие улицы Федоровского они уже развалили), произойдёт локальная экологическая катастрофа, за которую всему Чернигову придётся расплачиваться. (На ремонт другого городского коллектора, рассыпавшегося от старости, денег в казне так и не нашлось. Необходимость замены его выдвигали как один из мотивов повышения городских коммунальных тарифов.) Всё вышеописанное подтверждается таким количеством документов, что ними можно протопить буржуйку. Любой из этих бумаг хватило бы для приостановления строительства космодрома или железной дороги. Строители коттеджей наплевали на всё. Уничтожили технические заграждения у коллектора. Снесли запрещающие знаки. (Начальник городского ГАИ Левченко все обращения по этому поводу проигнорировал. С чего бы такая терпимость?) Стройка продолжается. Только не следует думать, будто ведётся она втихаря и с оглядкой. Бумажная канитель, поднявшаяся вокруг неё, нужна лишь для самооправдания чиновникам. На самом деле они с происходящим совершенно согласны. Показательный пример: дамбу, снесённую тяжелыми грузовиками, быстренько восстановили за государственный счёт. (Даром что в бюджете средств на самое необходимое нет — на шприцы для «скорой» и ремонт школьных крыш.) Позаботился об этом председатель Деснянского райисполкома Сенькович. Он же и произнёс впервые: «Там строится Демшевский!» В полемическом задоре произнёс, защищая незаконную стройку. Нам поначалу не поверилось. В бумагах ведь значились совсем другие фамилии… Всё стало на свои места после нескольких депутатских запросов.

Действительно Демшевский!

Когда управление госкомохраны труда попыталось опечатать технику, используемую с грубыми нарушениями строительного законодательства, его служащим пригрозили… судом.

Под колесами сверхтяжелых грузовиков земля у разрушенной дамбы снова просела. Самосвал высыпал туда кучу строительного мусора, очень напоминающего по цвету бывший фасад Дома правосудия. И по ней вновь, вопреки всем запретам, пошли панелевозы с перекрытиями для сооружаемых особняков.

…В нашей статье нет точки. А её и не может быть. История не закончена. И это как раз тот случай, когда не в компетенции журналистов произносить последнее слово.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК