Операцию делает робот, или Станет ли Украина страной доступной роботохирургии?

21 октября, 13:00 Распечатать Выпуск №39, 20 октября-26 октября

Что такое роботохирургия и о перспективе ее доступности для украинских пациентов.

© robotrends.ru

Роботы-хирурги, перекочевавшие два десятилетия назад с голливудских фантастических лент в ведущие мировые медицинские клиники, для Украины по-прежнему остаются атрибутикой научной фантастики.

Хотя в ЕС, Израиле или США счет на операции, сделанные с помощью хирургических роботов Да Винчи, идет на тысячи.

Да Винчи — это изобретение специалистов из Американского космического агентства NASA. В свое время они озадачились проблемой оказания срочной хирургической помощи астронавтам на орбите с помощью врачей, находящихся на земле. 

Задача была решена с помощью технологий, наработанных в военной сфере, и в итоге появился прототип того, что сегодня известно как робот-хирург Да Винчи.

Аппарат массой полтонны состоит из двух блоков. Первый предназначен для хирурга-оператора, а второй — четырехрукий робот-манипулятор — является непосредственно исполнительным устройством.

Одна из "рук" робота держит видеокамеру, передающую изображение оперируемого участка, две другие в режиме реального времени воспроизводят совершаемые хирургом движения, а четвертая "рука" выполняет функции ассистента хирурга.

Врач-хирург садится за пульт, управляя "руками" робота, оснащенными скальпелями. Видеокамера дает возможность видеть оперируемый участок в формате 3D с многократным увеличением и использует специальные джойстики для управления инструментами, напоминая со стороны пользователя игровой приставки PlayStation.

Плюсов немало. Во-первых, хирург не устает, зависая в неудобной позе над оперируемым участком. Во-вторых, слова из песни Цоя "дрогнет рука молодого хирурга" теряют свою роковую актуальность, потому что "рука" робота не дрожит…

О том, что такое роботохирургия, и о перспективе ее доступности для украинских пациентов — в эксклюзивном интервью ZN.UA рассказывает один из ведущих израильских специалистов в области робот-ассистируемой хирургии, онкоуролог Давид Какиашвили.

давид какиашвили
themarker.com

— Давид, насколько, на ваш взгляд, сегодня роботохирургия начинает замещать хирургию классическую? Недавно прошла информация о том, что в США уже выросло поколение хирургов, которые проводят операции исключительно с помощью хирургического робота Да Винчи. И практически не знают, что такое оперировать по старинке — вручную скальпелем… Сфера деятельности роботохирургов с каждым днем расширяется. Это уже не только ставшие привычными на Западе операции на мочевом пузыре или простате, но и операции на сердце, легких или головном мозге.

— Робот Да Винчи был внедрен в хирургическую практику где-то 20 лет тому назад. 

Первыми активно освоили Да Винчи онкоурологи, которые показали, что применение Да Винчи при лечении рака простаты имеет очень много преимуществ перед обычными операциями. Это касается как гораздо меньшей кровопотери во время операции по удалению простаты, меньшего употребления обезболивающих препаратов, намного меньшей травматичности, так и более быстрого выздоровления. На фоне этих успехов на возможности роботохирургии обратили внимание онкогинекологи. И на сегодня именно два этих направления — урология-онкоурология и гинекология-онкогинекология — являются лидерами в использовании Да Винчи. После этого роботохирургию начали использовать общие хирурги, отоларингологи, торакальные хирурги и так далее. В США подавляющее большинство операций в онкоурологии и гинекологии сегодня проводятся с использованием робота-хирурга. И, соответственно, новое поколение врачей, которые специализируются в этих направлениях, намного лучше владеет именно этими методиками, нежели теми, к которым мы привыкли.

— Вы приехали в Израиль в 1994 году, окончив Тбилисский медицинский институт. То есть вы попали в страну без знания языка (а медицинский иврит — это вообще отдельный очень непростой пласт), с образованием, которое было получено в бывшем СССР. Но вам как-то быстро удалось подтвердить свой диплом и стать врачом. Потом каким-то образом попасть на стажировку в США и Канаду. И в итоге вы стали одним из немногих роботохирургов, имеющих лицензии и США, и Канады. Хотя в любой стране медицина — это, несмотря на демократию и социальные лифты, конкуренция и корпоративность. Вы же не имели здесь больших связей и лоббистов? Как вам удалось достичь такого успеха? Есть какой-то секрет?

— Секрета нет. Я окончил Тбилисский мединститут в 1994 году. Время, если вы помните, было очень непростое. В Грузии все рушилось. В том числе и медицина, и медицинские школы. И мы решили репатриироваться в Израиль. Здесь мне пришлось сначала освоить язык. Потом пройти экзамен министерства здравоохранения, чтобы получить лицензию. После чего была годичная стажировка в одной из ведущих израильских больниц. Затем я получил место в резидентуре в больнице "Рамбам" в Хайфе, где проработал шесть лет. Что стало для меня большим профессиональным прорывом. После этого я понял, что нужно двигаться дальше. Поэтому поехал сначала в США, а потом в Канаду, чтобы освоить новые урологические методики. Потому что Штаты в этом направлении опережают остальной мир на пять—десять лет. Так совпало, что я попал в разгар бума роботизированной хирургии. И понял, что, овладев этими технологиями, я совершу большой профессиональный рывок. В США и Канаде я провел пять лет, работая в ведущих университетских центрах. А вернувшись в Израиль, стал одним из родоначальников внедрения и развития роботохирургии в израильское здравоохранение. Так что никакого секрета нет. Обычная работа и стремление постоянно повышать свой уровень.

— А вы помните свою первую операцию с помощью Да Винчи?

— Конечно. Это было после длительных тренировок. Операцию я провел в Toronto General Hospital при университете Торонто.

— Вы волновались? Вас контролировали?

— Думаю, что нет. Потому что в Канаде явходил в группу врачей, которые строили роботизированную программу с нуля. Так что учиться было особо не у кого.

— Вы сказали, что разрыв между медицинскими достижениями и новациями в Штатах и остальным миром — это где-то пять лет. Как быстро роботохирургия вошла в медицинскую жизнь Израиля?

— В Штатах, как я говорил, все началось в 2000-х годах. Если быть точным, то старт был дан в 1999-м. В Израиле первый робот Да Винчи появился в 2008-м. Но более широкое применение роботизированная хирургия приобрела два—три года спустя, когда роботов-хирургов закупили несколько центральных клиник. То есть между началом внедрения роботохирургии в Штатах и в Израиле прошло приблизительно десять лет.

— А как именно проходило это внедрение в Израиле? Чтобы роботохирургия получила развитие и стала неотъемлемой частью системы здравоохранения, наверное, нужна широкая программа подготовки специалистов. Создание учебных программ в университетах. Нужно отправлять на стажировку врачей и анестезиологов…

— Я вам скажу, что в Израиле, когда стали понятны все преимущества и перспективы роботохирургии, сроки внедрения этих технологий оказались короче, чем в Штатах. У нас не было времени на раскачку. Не было времени ждать, пока появится новое поколение хирургов. Так что те, кто прошел стажировку в Штатах и Канаде, начали обучение и тренинг израильских специалистов. Начинали мы с тренировки команд в тех центрах, где сами работали. Постепенно стали подтягиваться и другие. При этом помощь оказывалась и кардиохирургам, и торакальным хирургам, и гинекологам, и ЛОР-специалистам. Программа была чуть короче, чем в Штатах, но мы все равно добились успеха, сэкономив время. 

— Курс роботохирургии уже введен в медицинских университетах Израиля?

— Как обязательная часть — еще нет. Но, скажем, в рамках курса урологии, такой курс читается. Особенно для тех студентов и резидентов, которые хотят продолжить специализироваться в роботохирургии по части онкоурологии.

— И насколько высок интерес к такой специализации?

— Интерес очень большой. Кстати, мы читаем лекции не только в Израиле. Мы читаем лекции и делимся нашим опытом и в США, и в Канаде, и в Европе. Включая и Украину…

— Вы сняли вопрос об Украине, как говорится, с языка. На сегодня уважающие себя страны считают нужным внедрять у себя роботохирургию. В том числе и потому, что наличие своих роботов пусть медленно, но все же делает эти далеко не дешевые операции доступными более широким слоям населения. Поскольку иначе речь идет лишь о состоятельных пациентах, которые готовы оплатить лечение за границей. В той же России имеется 23—25 роботов Да Винчи. В Беларуси тоже. Но в Украине — ни одного. А у нас сейчас проходит как бы реформа системы здравоохранения. И я не зря спрашивал насчет того, как быстро внедрялась роботохирургия в Израиле. Каким путем нужно, на ваш взгляд, идти Украине? Нужно ли, допустим, начать с того, чтобы закупить одного—двух роботов? Два миллиона долларов за Да Винчи для государства — цена вполне подъемная.

— На самом деле, программа по внедрению роботизированной хирургии в новой стране куда серьезнее, чем просто найти деньги и купить роботов. И это, кстати, не сильно зависит и от проведения базовых реформ в здравоохранении. Поскольку вопросы продажи в ту или иную страну роботов в первую очередь решает фирма-производитель Intuitive Surgical. Именно Intuitive Surgical (а они являются монополистами на рынке) решает — давать ли той или иной стране лицензию на пользование Да Винчи или не давать. Какими критериями они руководствуются, не совсем понятно. Но они считают, что просто купить робота недостаточно. Потому что в стране должна быть система, которая поддерживает безопасное и профессиональное использование Да Винчи. Чтобы не было дискредитации бренда из-за плохих результатов. Ведь сам по себе робот не обеспечивает хороший результат. Нужны врачи. Нужны пилоты. Поэтому наличие денег еще не означает то, что Украине робота продадут. Да, есть вторичный рынок. Но у вас не будет расходных материалов. И, главное, не будет поддержки фирмы-изготовителя, которая при продаже обязуется помогать в эксплуатации робота. Поэтому вопрос этот комплексный, он не решается за день-два. Этим должно заниматься Министерство здравоохранения, которое должно не только показать программу развития на несколько лет вперед, но и доказать эффективность от внедрения такой программы. Кстати, вы сказали о том, что в России имеется более 20 роботов. Но вы должны знать, что далеко не все они эксплуатируются. Да, ряду клиник и центров роботы были проданы. Но при этом на них некому работать. Не хватает ни опытных специалистов, ни опытного персонала. И пациенты, не доверяя местным больницам, по-прежнему едут оперироваться в Израиль, Германию или Северную Америку. Так что еще раз повторю — это не решается за день, и в начале пути обязательно нужна поддержка ведущих специалистов и убедительная программа. 

— Если вдруг такая программа все же появится, будет одобрена Intuitive Surgical, и Украине таки продадут одного-двух роботов, вы, например, готовы участвовать в реализации программы? Приезжать лично? Или с командой? Оперировать, проводя попутно мастер-классы для украинских врачей?

— Конечно. Во-первых, у меня, у моих коллег есть много друзей в Украине. Мы, кстати, такие перспективы обсуждали. И если Украине удастся доказать свою состоятельность, то мы были бы рады оказывать максимальную помощь местным хирургам, пока они не достигнут соответствующего уровня. И это будет полезно не только для врачей, но и для граждан, у которых нет средств на операцию за границей. 

— Кстати, о доступности операций с помощью Да Винчи для широких слоев населения. Как вы считаете, по мере все более широкого внедрения роботохирургии в медицинскую практику, будет ли снижаться стоимость операций?

— Это зависит от устройства системы здравоохранения в стране. Если Министерство здравоохранения выделяет достаточное финансирование для развития той или иной программы, то проблем вообще не должно быть. Если финансирование не выделяется, программа не будет рентабельна. Есть, правда, еще один фактор. В ближайшее время мы ожидаем, что свои конкурентные наработки в области роботохирургии представят и другие фирмы. И по прогнозам экспертов, появление конкурентных Да Винчи роботов-хирургов должно резко снизить цену и себестоимость операций. 

— Как быстро этот рывок может произойти?

— В ближайшие год-два…

— А могут ли украинские специалисты приезжать на стажировку в Израиль? Где, помимо высокого профессионального уровня, во многих клиниках есть еще и важный фактор отсутствия языкового барьера?

— Если такая возможность и желание есть, пожалуйста. Причем стажировки не только врачей, но и медсестер, и анестезиологов, чья роль в проведении операции также очень важна.

Чем быстрее Украина начнет подготовку к реализации этой программы, тем раньше у вас появится своя роботохирургия.

P.S. Подтверждением прогнозов доктора Какиашвили насчет скорого изменения рынка в области робот-ассистируемой хирургии стала и информация о том, что мировой лидер в области медицинских технологий американская компания Medtronic за 1,7 миллиарда долларов купила в конце сентября израильскую компанию Mazor Robotics, специализирующуюся на роботизированных системах управления при проведении операций на позвоночнике и головном мозге. Поскольку Mazor Robotics разработала своеобразный навигатор Renaissance, помогающий ортопедам и нейрохирургам при операциях на позвоночнике и головном мозге. Еще одна система Mazor X позволяет проводить точечные операции на позвоночнике. Агентство Bloomberg, сообщив о сделке, выразило мнение, что приобретение израильской компании позволит Medtronic ускорить переход к роботизированным системам в хирургии и восстановительной терапии.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно