Идеи Бендукидзе и "правительство камикадзе"

10 июля, 2015, 00:00 Распечатать Выпуск №25, 10 июля-17 июля

Есть у нас достижение, достойное книги рекордов: за 24 года в независимой Украине поменяли 18 министров здравоохранения. Девятнадцатый — Александр Квиташвили — не дожидаясь, пока его снимут, сам написал заявление об отставке. Что вызвало значительное оживление не только в медицинских и фармацевтических, но и в политических кругах.

 

Есть у нас достижение, достойное книги рекордов: за 24 года в независимой Украине поменяли 18 министров здравоохранения. Девятнадцатый — Александр Квиташвили — не дожидаясь, пока его снимут, сам написал заявление об отставке. Что вызвало значительное оживление не только в медицинских и фармацевтических, но и в политических кругах. 

То, что кресло под министром сильно расшатано, было заметно давно. Но почему он решил уйти именно сейчас? Ведь премьер-министр дал ему время до осени, надеясь в сентябре увидеть первые реальные достижения на пути реформирования медицинского ведомства. Может, подтолкнули выступления представителей фракции БПП, которые не просто критиковали министра, а ссылались на результаты какого-то "внутреннего аудита"? 

Или подсуетились акулы фармбизнеса, недовольные тем, как идет подготовка к освоению 4 млрд бюджетных гривен, предназначенных на закупки лекарственных препаратов и вакцин?

Причины называют разные. Но одно известно точно — министра предлагают уволить вовсе не за то, что здравоохранение разрушается как система, а качественная медицинская помощь переходит в разряд недоступной роскоши для миллионов обедневших граждан нашей страны. За такое с должности министра у нас не снимают.

Калиф — на час, министр — на полгода

Семь месяцев Александр Квиташвили руководил Минздравом. В прошлом декабре, когда его представляли как члена новой правительственной команды, не жалели красок, акцентируя внимание на успехах грузинских реформ. Как известно, историк по образованию, Сандро Квиташвили возглавлял министерство труда, здравоохранения и социальной политики Грузии в 2008—2010 гг. (После отставки был назначен и.о. ректора Тбилисского университета.)

Судя по резюме, с медициной он больше не сталкивался. Но это не помешало ему стать одним из 12 экспертов, которые в прошлом году разрабатывали стратегию реформирования системы здравоохранения Украины. Разрекламированный документ критиковали все — врачи, юристы, пациентские организации, не найдя в нем ни стратегии, ни тактики. Когда закончились деньги на проведение презентаций, о стратегии благополучно забыли.

Но участие в рабочей группе принесло А.Квиташвили дополнительные баллы — пиарщики всякий раз подчеркивали, что министр-иностранец отлично изучил украинскую медицину и готов ее реформировать.

По словам идеолога грузинских реформ Каха Бендукидзе, медицину к лучшему можно изменить лет за пять. "Правительство камикадзе" обещало справиться с этим гораздо быстрее.

Мягко говоря, непростую задачу поставили перед министром здравоохранения. Знал ли он, на что шел?

Первые встречи общественности с министром-иностранцем, честно говоря, озадачили. Врачи, ревностно относящиеся к закрытости круга посвященных в секреты нозологий, анамнезов, эпикризов и пр., не признали в министре своего, называя за глаза учителем истории. Министр не остался в долгу — в одном из интервью он обозвал медиков инертным салом. Выражение настолько обидело врачей, что о нем вспоминали даже в День медицинского работника. Стоит ли говорить о том, как будут воспринимать идеи реформирования те, кто их должен осуществлять на практике.

Поездки в регионы, пресс-конференции министра всегда сопровождались представителями одной из общественных организаций, которая вначале всеми силами поддерживала и пиарила А.Квиташвили, а позже устраивала акции, добиваясь его отставки. 

Новоиспеченный министр был уверен, что реформы нужно начинать с сокращения койко-мест и приватизации больниц. Как в Грузии. Принцип предлагался простой: то, что осталось от старых больниц, отдать инвесторам, чтобы они построили на том месте новые. На вопрос, что делать с хорошо оборудованными бюджетными клиниками, где проводятся сложнейшие операции, министр удивленно воскликнул: "А разве у вас есть такие?! Если есть — пусть работают, потом видно будет".

То, что он не знал украинской системы здравоохранения — полбеды. Гораздо хуже то, что руководитель отрасли, на которого возлагали неимоверные надежды, не видел ни стратегии, ни тактики ее даже не развития, а хотя бы стабилизации в условиях кризиса и войны. Но надо отдать должное — Квиташвили отвечал на вопросы искренне, не прятался за бумажками. 

По его словам, Минздрав готов передать медицинские университеты в подчинение Министерства образования и науки, повторив опыт Грузии. Больницы, после сокращения коечного фонда и лишнего медперсонала, получат автономный статус, смогут зарабатывать деньги самостоятельно, а благотворительные взносы, гонорары врачам и прочие денежные потоки будут легализованы — все пойдет через кассу. Когда его попросили уточнить, что же получит страна после реализации планов, изложенных в стратегии, он ответил как в Одессе, вопросом на вопрос: "А как можно прогнозировать сегодня, что будет через десять лет? Разве вы могли сказать в 2004 году, какая ситуация будет в Украине в 2014?!" 

В медицинских кругах любят не только цитировать, но и комментировать высказывания министра, тщетно пытаясь понять, почему при формировании правительства выбор пал именно на него.

Не в свои сани

Официальная версия — А.Квиташвили успешно проводил реформы в грузинском здравоохранении и готов повторить трудовой подвиг в Украине.

Но подготовка программы реформ затянулась, обещанные презентации и обсуждение первоочередных задач каждый раз переносились. Задержка дыхания на старте (в условиях войны и нарастающего кризиса) грозила параличом всей системе. Пришлось прибегнуть к искусственной вентиляции застоявшихся популистских обещаний. Официальную версию подсластили новыми идеями и упаковали в модный фантик, который должен понравиться электорату — министр-иностранец устоял перед соблазнами фармации, что поможет ему изжить коррупцию в стенах Минздрава. Главный упор сделали на проведение закупок через международные фонды и организации — ВОЗ, ЮНИСЕФ и т.д. 

Идею приписывали себе все, кто мог, — правительство, министр, дружественная к нему пациентская организация. Никого не смущал тот факт, что анонсированные закупки всего 4 из полутора десятка необходимых вакцин проблему обеспечения ни вакцинами, ни тем более лекарствами не решают. Время ушло. Вряд ли удастся нормально разрулить ситуацию с закупками, запланированными на 2015 год. 

Очень хотелось верить министру, когда он пообещал, что после принятия законопроекта уже через 6 недель начнутся поставки вакцин. И верили бы, если бы знали, на что или на кого он надеялся. 

Наконец, случилось — и депутаты проголосовали, и Президент Украины поставил свою подпись. Через месяц после принятия закона в парламенте. 

Эксперты загибают пальцы на всех руках, перечисляя причины, из-за которых невозможно выполнение обещаний министра. Фармкомпании, которым по силам такой заказ, работают по предварительным заявкам. Говорят, еще не поздно сделать заказ, правда, не на текущий, а на следующий год. Если, конечно, поторопиться.

Знающие толк в нюансах утверждают, что нормы закона выписаны так, что далеко не каждый зарубежный производитель лекарств и вакцин сможет предложить свою продукцию Украине. К тому же наивно было полагать, что коррупция и лоббирование фармацевтических корпораций присутствуют только в Украине. Эксперты напоминают, что международные организации, фонды, многочисленные пациентские организации живут в том числе и за счет благотворительной помощи от фармацевтической индустрии.

Не секрет, что Минздрав не готов принимать фармацевтическую продукцию, закупленную через международные организации. И, похоже, ничего для этого не делает.

По предварительным подсчетам экспертов, на логистику, перевозку, хранение вакцин и лекарств понадобится примерно 100 тыс. долларов в год. Что значительно уменьшает сумму обещанной экономии. Цифру можно оспорить, пересчитать. Но факт остается фактом — товар доставляется только до границы. Дальше — забота Минздрава.

Специалисты приводят в пример историю с поставкой 1,5 млн доз вакцины против полиомиелита (гуманитарная помощь от Канады, реализованная при помощи ЮНИСЕФ), которая продемонстрировала "готовность" ведомства к таким операциям. Принципиальный вопрос: при какой температуре нужно хранить фармпрепараты? Оптимальный вариант хранения вакцины против полиомиелита — минус 20 градусов. Ее доставили в режиме минус 2 — минус 8 градусов, что значительно сокращает сроки хранения. После консультаций чиновники Минздрава отдали приказ заморозить вакцину до минус 20 градусов, хотя повторная заморозка запрещена инструкцией производителя. После этого вопрос о безопасности и эффективности вакцины остается открытым. 

Готов ли Минздрав принять на хранение (строго следуя инструкции) не одну, а несколько партий препаратов? Обеспечить холодовую цепочку на всем пути следования и хранения?..

Похоже, после принятия закона там считают свою миссию выполненной. Убеждая общество в том, что договорившись о закупках 4 вакцин через международные организации, Минздрав победил коррупционную гидру фармации, там скромно умалчивают о том, что из бюджета выделены средства не только на прививки, но и на закупки лекарств в рамках почти двух десятков госпрограмм. От своевременности этих закупок зависит здоровье, а зачастую и жизнь миллионов украинцев. Когда закончится подготовка к тендерам и станут известны предложения участников торгов, условия и сроки поставок — сегодня не скажет никто. Претендентов на самый большой кусок бюджетного пирога немного, но победителя определить сложно — все зависит от того, какую группу поддержки он простимулирует. 

Не звони мне, не звони

Годовой оборот на фармацевтическом рынке Украины — от 38 до 40 млрд гривен. Неудивительно, что на отставки министров здравоохранения очень часто и очень конкретно влияют фармацевтические группы, готовые временно объединить свои усилия, если требуется дружить против очередного руководителя ведомства. 

Не стал исключением и нынешний министр, который считает, что его отставки добивается именно фармация, чтобы сорвать прозрачные, честные тендеры, которые он готовил. Говорят, продолжает готовить даже после заявления об уходе. 

Десять лет назад в подобной ситуации оказался министр здравоохранения, профессор Николай Полищук. Тогда, после Майдана, мы надеялись на кардинальные перемены во всех сферах жизни. 

"Когда я стал министром, мне сказали, что буду работать 5 лет — нужно время, чтобы сломать действующую систему, — вспоминает Николай Полищук. — Но в условиях, когда все руководят — администрация президента, правительство, парламент — и никто не хочет нести ответственность за ситуацию, это невозможно.

Прошло десять лет — ситуация повторилась. Квиташвили не дали сформировать свою команду — везде квоты, кулуарные решения. Никакой поддержки от Верховной Рады, сплошное противостояние.

— Николай Ефремович, может, вы в курсе, почему вдруг дело дошло до отставки?

— Наверное, потому, что он был один в поле воин. Ему не дали подобрать свою команду, по квотному принципу назначили замов.

— А как он мог их подобрать, если он чужой в системе? Он ведь не врач. 

— Врач, по моему мнению, никогда не сделает реформы здравоохранения, особенно если он практикующий. Потому что он заложник системы. Когда я стал министром, мне был 61 год, я знал, что уже не вернусь на работу в клинику. 

Напомню, что работать над концепцией реформы здравоохранения начали еще в 1999 году. Мы начали ее внедрять в 2005 году. Но у депутатов свое видение — каждый созыв начинает разрабатывать свою концепцию, подает свои предложения. Получается, за счет международных грантов финансируются эти предложения, а КПД — ноль. Огромная проблема, что у нас нет последовательности действий, каждая команда начинает все с нуля. 

Вечная головная боль — тендеры. 

Я пришел в министерство в феврале, все закупки на тот момент уже прошли. Тогда, как и сейчас, на них побеждают не производители, а посредники, которых называют "прокладками". Они диктуют свою политику, не только ценовую, но и кадровую.

— Знаете, кто из них решил обойтись без Квиташвили?

— Снятия министра добивается общественная организация, объединяющая ВИЧ-инфицированных больных. Она подняла шум по поводу закупок препаратов для лечения ВИЧ/СПИД. А это особые больные — т.н. поведенческие. Все знают, что к заражению приводит употребление наркотиков, беспорядочные половые связи, асоциальный образ жизни и т.п. Они получают лечение за счет Глобального фонда, за счет госбюджета, при этом требуют, чтобы препараты были самые дорогие, новейших разработок. Говорят, таких больных около
30 тыс. Кто их поддерживает, почему они диктуют, навязывают всем свои правила?

В Украине 12 млн гипертоников, большинство которых всю жизнь работали, развивали нашу страну, но о них не вспоминают. Никто не говорит, что их необходимо обеспечить медикаментами. Когда ввели реимбурсацию, были недостатки, бюрократическая волокита. Но программа работала, для многих больных она стала хорошим подспорьем. Я знаю, что в Киеве значительно уменьшилось количество вызовов скорой помощи по поводу гипертонических кризов. А сейчас программы нет, лекарства подорожали в разы, для многих стали просто недоступными. За сутки только в Киеве скорая помощь забирает от 30 до 40 больных с инсультами. Это трагедия. Но о ней никто не хочет знать.

А фармбизнес, наживающийся на тендерах, нашел себе рупор, при помощи которого и диктует свои условия и министру, и всему обществу. 

— Почему вам не удалось провести намеченные реформы?

— Не хватило времени — я работал всего 8 месяцев, потом все правительство ушло в отставку.

Но кое-что успели. Привели к европейским нормам количество специальностей в медицине. Правда, потом пришел потом новый министр и этот приказ отменил.

Приняли решение о том, что медпрепараты — сильнодействующие, в первую очередь наркосодержащие, должны отпускаться по рецепту врача, как это делается в цивилизованных странах. Потом и это отменили. 

Утвердили госпрограммы по сердечно-сосудистым и онкологическим заболеваниям. Было много разработок, касающихся лицензирования, ввоза лекарственных препаратов, разрабатывали и утверждали протоколы лечения и т.д. Наверное, единственное, чего не отменили — положение о партнерских родах. Правда, теперь в некоторых роддомах за это стали брать дополнительные деньги. 

— А что тормозило реформы?

— Звонки. Как только заговорили о подготовке к тендерам — начали звонить, рекомендовать, кто должен заниматься в Минздраве фармацией. Кабмин тогда не давил, каждый занимался своими вопросами. Но из парламента, из высоких кабинетов не ленились звонить. Банковая постоянно советовала, кого куда назначить, кого оставить в покое, кому что подписать…

— Часто приходилось прислушиваться?

— Если бы выполнял все пожелания, то вошел бы и в новый состав правительства. Мне было обещано кресло министра, планировалось, что реформы будут продолжаться. Но в самый последний момент все переиграли. Основная претензия — я не назначал тех людей, которых мне "рекомендовали". Об этом открыто говорили в парламенте. 

У меня была поддержка в правительстве, и президент вначале поддерживал. Но на Банковой рулит не только Президент. Поэтому в кресло министра здравоохранения стараются посадить человека, удобного для ручного управления.

— Кто будет следующим министром здравоохранения?

— Не знаю. Но считаю, что министром должен быть человек с экономическим образованием.

— Без медицинского диплома?

— Однозначно — не врач. Необходимо поставить четкое условие — чтобы ни Кабинет министров, ни администрация президента, ни парламент не вмешивались в деятельность министра. И этого правила должны придерживаться, если действительно нужны реформы, нужен результат, а не пиар на теме здоровья людей".

Список претендентов на должность министра здравоохранения большой. На некоторых сайтах даже предлагают голосовать — каждый желающий может выбрать себе министра. Среди персон, вписанных ради прикола, есть и реальные кандидатуры.

Например, Сергей Рыженко, главный врач Днепропетровской больницы им. Мечникова, которая уже второй год спасает раненых бойцов АТО. В свое время он был заместителем министра здравоохранения, так что опыт и связи имеются.

Министра Квиташвили чаще всего критикуют за его отношение к теме АТО. Как бы это поточнее назвать — спокойное, безразличное или непрофессиональное? Невозможно понять, почему ведомство самоустранилось от проблем, связанных с оказанием медицинской помощи как раненым бойцам, так и мирным жителям в зоне АТО. 

В свое время мы направляли информационный запрос в Минздрав, чтобы узнать, кто именно занимается организацией медицинской помощи и реабилитации бойцов. Ответа так и не получили. Так же, как и родственники сотни раненых, которым нужна высококвалифицированная помощь в Украине или за рубежом. Минздрав, как правило, переводит стрелки на Министерство обороны. 

Председатель комитета О.Богомолец не раз критиковала министра за его бездеятельность, в том числе и по зоне АТО. 

О.Богомолец является внештатным советником президента по вопросам медицины, она подготовила программу реформ "25 шагов к счастью", организовала ее обсуждение с депутатами и общественностью. Одни эксперты говорят, что она метит в кресло министра, и статус советника ей поможет. Другие утверждают, что она не собирается менять комфортное кресло в парламенте на пороховую бочку в министерстве. Удастся ли реализовать свои планы — большой вопрос, а подмочить репутацию и получить черную метку об отставке можно в любой момент.

Среди претендентов также называют кардиохирурга Бориса Тодурова, экс-министров Василия Князевича и Зиновия Мытника.

Эксперты не берутся прогнозировать, кто из кандидатов имеет реальные шансы занять стильно оформленный кабинет в обшарпанном министерстве. Это уравнение, в котором слишком много неизвестных — закулисных игроков, смотрящих, приставленных к министру в виде замов, щедрых спонсоров, которых нельзя злить накануне выборов.

Но кто бы ни пришел, он будет ориентироваться на уровень обеспеченности и медицинской помощи в больнице в Феофании. В другие они уже давно не ходят. Некоторые экс-министры полагали, что и в остальных больницах ситуация не хуже. 

Знаете, почему начал реформу здравоохранения Каха Бендукидзе? Сам-то он лечился в лучших зарубежных клиниках и не интересовался проблемами грузинских. До тех пор, пока его мама не попала с сердечным приступом в больницу. Когда позвонила сестра, он прервал заседание и поехал к матери. Увиденное его шокировало. Вернувшись в кабинет, он с порога заявил, что дальше "так жить нельзя".

Реформу здравоохранения, по словам Бендукидзе, пришлось обдумывать дольше, чем все остальные — слишком сложная, слишком болезненная отрасль, касается каждой семьи, каждого человека. Невзирая на миллион проблем, здравоохранение Грузии изменилось кардинально, работает страховая медицина. 

А мы почти четверть века топчемся на месте, говорим о реформах и меняем министров. На очереди — двадцатый, юбилейный.

 
Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 2
  • elbrus0@ukr.net elbrus0@ukr.net 11 липня, 14:08 Було б добре, якщо б О. Квіташвілі прислухався до порад Міністра Поліщука М.Є., який також сміливо взявся за реформи, зазнав зради своїх прихильників та Президента, але встиг залишити свій слід в суспільстві. Я пам’ятаю, як в Будинку офіцерів на Зборах головних лікарів всієї України Міністр Поліщук звинуватив їх в саботажі реформ, назвавши їх основним та єдиним гальмом в цьому процесі. Головні лікарі так згуртовано погодилися с цим звинувачення, що мовчазно дружно затупали ногами, що призвело до ураганного гулу в залі. Тому Міністру Квіташвілі О. потрібно уявити супротив який його чекає серед прибічників, які працюють здебільшого в цій системі. согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно