ОБ АТТЕСТАЦИЯХ, ДЕВАЛЬВАЦИЯХ И «ОСЕТРИНЕ ВТОРОЙ СВЕЖЕСТИ»

20 марта, 1998, 00:00 Распечатать Выпуск № 12, 20 марта-27 марта 1998г.
Отправить
Отправить

Наконец Додо произнес: «Победили все! И каждый получит награду!»... Все окружили Алису и наперебой закричали: «Награды, награды, раздавай награды!!!» Л.Кэрролл...

Наконец Додо произнес: «Победили все! И каждый получит награду!»... Все окружили Алису и наперебой закричали: «Награды, награды, раздавай награды!!!»

Л.Кэрролл.

«Алиса в стране чудес»

А есть ли проблема?

И в чем она?

В конце истекшего - начале нынешнего года «ЗН» вновь вернулось к «вечнозеленой» теме - «академомании». Еще в начале 1994 г. группа ученых обратилась с открытым письмом к Президенту Л.Кравчуку «На пользу ли науке академомания?» В письме том высказывалась озабоченность безудержным ростом новоявленных академий, общественных и «альтернативных», что ведет к девальвации всей системы роста ученых. Письмо завершалось обращением к Президенту - «пора определиться». Позже, на общеукраинском форуме ученых разговор на тему академомании был поддержан Президентом Л.Кучмой.

Недавно два уважаемых академика - академик АМН И.Трахтенберг и действительный член МКА Г.Щекин - выступили на страницах «ЗН» с прямо противоположными взглядами по затронутой теме. И.Трахтенберг в статье «На благо ли науке имитация кипучей деятельности?» высказывает озабоченность состоянием дел в нашей науке и количеством академиков, в ней пребывающих и в нее прибывающих. В статье отмечается, что только в Академии инженерных наук насчитывается сегодня более 600 членов, а в экологической - около 500 (не считая всех прочих). А главное - академиками становятся «функционеры различных административных структур, министерств и ведомств, лица, даже не имеющие ученой степени».

Г.Щекин в статье «Академий должно быть много и разных», как это явствует из ее названия, придерживается прямо противоположной точки зрения. Он, в частности, критикует «бюджетные академии» именно за их бюджетность, государственные аттестационные комиссии и прочие «тоталитарные извращения» в области науки и образования. Академик Г.Щекин приводит мировой опыт и практику присуждения степеней и званий различными научными и образовательными учреждениями.

Оба автора, стоящие на полярных позициях, приводят аргументы столь разительные, что впору растеряться. В какой-то момент мне показалось, что я действительно нахожусь у Алисы в стране чудес, где «все победили и каждый заслужил награды». Признавая справедливость многих утверждений, хотел бы поставить проблему в совсем иной плоскости.

Отвечая на первую часть подзаголовка, отметим, что проблема, конечно же, есть и она много глубже, шире и масштабнее, чем означенная «академомания». При всем моем глубочайшем уважении к упомянутым академикам (каждый из них достоин своего звания!), затронули они лишь малую часть верхушки айсберга, девять десятых которого, если верить океанологам, находится под водой. Дело в том, что и названые, и неназваные участники дискуссии, взирая с академических высот на нас, простых смертных (само слово «академик» в одном из значений означает «бессмертный». Так высоко ценили древние сие звание. - Авт.) как-то упускают из виду, что речь-то, при всей важности проблемы «академомании», должна идти не об этом, а обо всей системе аттестации наших научных и преподавательских кадров. А здесь переплетаются многосложные вопросы присуждения научных степеней и присвоения званий, в том числе академических с их многочисленными иерархическими ступенями. Здесь же и всех тревожащая проблема девальвации этих самых степеней-званий, а главное - полная неразбериха с ассортиментом, вернее, их сортностью, то бишь пресловутая проблема «осетрины разных степеней свежести».

Иными словами, проблема выдачи наград, т.е. присуждения степеней-званий, от самых высоких, начиная с академиков и далее, «вниз по лестнице» должна быть четко построена и регламентирована в плоскости - «кому, чего и за какие заслуги» выдавать, награждать, присваивать. В противном случае происходит то, что было в «стране чудес», где все наперебой кричат: «Награды, награды, раздавай награды!» И, что самое любопытное, получают их...

Так кого, за что и почему награждать?

Существо полемики академиков в названых статьях сводится к вопросу - кого считать «академиком», за что и почему? При всей бесспорной важности этого вопроса проблема касается всего разнообразия аттестации научных и преподавательских кадров, всей неразберихи, здесь царящей.

Но начинать нужно все же с наиболее крупных осетров, т.к. рыба, даже если она осетрина, портится с головы. Сразу же заметим, что неразбериха начинается с множества номинаций этих самых академиков. Под привычным понятием «академик» подразумевают и члена-корреспондента Национальной академии наук, «действительного» члена той же НАНУ, «почетных академиков» самых различных научных сообществ (национальных и зарубежных), соответствующих чл.-корров и действительных членов отраслевых академий (аграрных, медицинских, инженерных, педагогических и прочих наук).

И не было бы в том особой беды, ежели б критерии избрания в эти самые «академики» были бы если не однозначными, то хотя бы отдаленно сравнимыми. И.Трахтенберг отмечает, что для «функционеров» продуктивная исследовательская деятельность в сфере науки «отнюдь не обязательное условие их избрания».

Ему возражает Г.Щекин, когда говорит, что в т.н. бюджетных академиях за каждым званием стоит не столько признание «выдающихся заслуг» того или иного ученого, сколько гарантированное государством пожизненное денежное довольствие чл.-корра или академика. «И уже не имеет значения, - пишет Г.Щекин, - их конкретный вклад в развитие науки, важно, чтобы без задержки выплачивалась «академическая пенсия».

Прислушиваясь к мнению Г.Щекина, заметим, что за степени-звания давным-давно не платят, а резко урезанную в сравнении с прежними временами зарплату научных работников временами выплачивают с большими опозданиями. И уж совсем неясным является факт дискриминации пенсий бюджетникам. Известно ведь, что они в 5-10 раз меньше пенсий упоминавшихся выше министерских и прочих бюджетников. Никто и никогда не докажет мне, почему не обремененные ни степенями, ни званиями лица получают многократно более высокие пенсии.

Самое любопытное в полемике уважаемых ученых то, что один из них пишет: «продуктивная деятельность - не обязательное условие избрания», а другой: «не важен конкретный вклад в развитие науки». И ведь оба правы.

А каковы же критерии избрания? - спросит читатель. В том-то и дело, что эти критерии не ясны. Я бы поостерегся в данном случае становиться на чью-либо сторону именно потому, что смещены, смазаны, расплывчаты критерии этих самых избраний-переизбраний. Как говаривал Додо: «Все победили! И каждый заслужил награду!»

Обращаем внимание читателя на тот факт, что академиков именно избирают, ученые степени (скажем, кандидата или доктора наук) - присуждают, а ученые звания (доцента, профессора) - присваивают. Ученые степени удостоверяют, как правило, дипломами, а ученые звания - аттестатами.

И подобные удостоверения, по замыслу, должны быть своего рода сертификатами качества, т.е. дипломами и аттестатами установленного государством образца, удостоверяющими уровень научной квалификации (диплом) или профессионального мастерства (аттестат). Так должно быть, но так перестает быть, поскольку развелось множество учебных и научных учреждений, государственных и коммерческих, крупных, средних и малых, в столичных центрах и на периферии, которые выдают-присваивают-присуждают эти самые сертификаты по своему усмотрению. И беды бы не было, если бы эти самые учебные и научные заведения плодили настоящих докторов-профессоров, а из их числа потом избирали подлинных академиков.

Но ведь это, к сожалению, не так. Всем ведь известно, что великое множество учебных заведений, большинство из которых не располагают ни научной, ни методической, ни кадровой, ни материально-технической базой, плодят-штампуют не только выпускников, но и докторов-профессоров, так сказать местного значения. И появляется великое множество суррогатов дипломов и аттестатов.

Обратим внимание читателя еще на одну тонкость в привычном понятии «доцент», «профессор». Не все знают, что под этим скрывается и должность доцента (профессора), и звание доцента (профессора).

- Ну и какая разница? - спросит настойчивый читатель.

А звание и должность, как говорят в одном из наших южных городов, две большие разницы. Лицо, исполняющее обязанности доцента-профессора, может и не быть таковым и не иметь такого звания, что предполагает общественное признание и удостоверение общества в виде соответствующего документа, сертификата, своего рода паспорта. Здесь мы вновь и вновь возвращаемся к проблеме аттестации и неразрывно связанной с ней проблеме качества этой самой аттестации (опять-таки «осетрине разных степеней свежести»). И неизбежно упираемся в проблему девальвации степеней-званий...

А происходит ли она - девальвация?

Процесс тут более чем противоречивый. Девальвация, т.е. обесценивание, применительно к деньгам происходит тогда, когда этих самых денег печатают больше, чем нужно. Та же участь постигает дипломы-аттестаты, когда их «выдают кому попало» и «кто попало». В силу разных причин в т.ч. перестроечные годы произошло существенное сокращение численности ученых в стране. Секретарь Совета национальной безопасности В.Горбулин, анализируя научно-технический потенциал страны, недавно высказал вполне оправданную озабоченность ухудшением состояния дел в этой важнейшей составляющей национального прогресса. Приводились цифры, что в Украине на 10 тыс. населения - лишь 3-4 ученых. Это намного ниже, чем в развитых странах мира. Выводы из названого процесса могут быть сделаны самые противоречивые. Первый сам собой напрашивается - в стране мало ученых, давайте «настрогаем» их как можно больше. Ну, наподобие институтов «красной профессуры», когда была поставлена задача в исторически кратчайшие сроки создать свою «красную научную интеллигенцию».

Думается, однако, что в век информатизации и научно-технического прогресса выиграет страна, у которой будет не самое большое число научных работников на 10 тыс. населения, а та, которая будет располагать наиболее качественным, т.е. реальным научно-техническим потенциалом.

Так что же для этого требуется? Только одно! Осетрина первой (она же и последняя) свежести!» Суть спора наших уважаемых оппонентов, насколько можно уловить из названых статей: действительный (а главное, действующий!) член Национальной академии наук - звание более высокое (и более весомое!), чем самый почетный член любой из множества «общественных академий» как национального, так и зарубежного происхождения (именно по причине их бездействия). Несравнимыми также являются ученая степень нашего доктора наук (либо звание профессора) с доктором философии (в определенной отрасли наук) и даже самым распочетным профессором одной или нескольких зарубежных академий. Заранее предвижу возражения оппонентов: «Ну, это в каждом конкретном случае зависит от конкретной личности доктора (профессора)». Обозначим позиции - речь не идет о докторах-профессорах, которые к тому же являются лауреатами Нобелевских премий. Речь о «средневзвешенном» кандидате наук (доценте), докторе наук (профессоре) в сравнении со степенями-званиями Запада (бакалавр, магистр, доктор философии). Мне уже доводилось проводить подобные сопоставления (см. «ЗН», 17.VШ.1996 г.) и отмечать, что на подготовку нашего кандидата наук требуется в среднем 8-9 лет против 6-8 лет на «ихнего» доктора.

Здесь я получу еще одно возражение моих незримых оппонентов: «Так было в прежние времена, до всеобщей девальвации степеней и званий, которая случилась почти одновременно с девальвацией денег». С этим доводом трудно не согласиться. Но именно здесь и коренится глубинная проблема, которая требует обязательного решения.

Еще более заострю вопрос, а для этого приведу пример. В конце 60-х, будучи доцентом одного из киевских вузов, я прикрепился для завершения докторской диссертации в Институт мировой экономики и международных отношений АН СССР в Москве. И начали меня «школить»: маститые доктора и академики ИМЭМО вкупе с рядовыми сотрудниками заставляли меня вновь и вновь переделывать-переписывать уже готовую, на мой взгляд, диссертацию. И решил я подать диссертацию на защиту в ученый совет МГУ, полагая, что коллеги-преподаватели отнесутся ко мне терпимее, чем «академисты». До сих пор помню ироничные ухмылки моих коллег по отделу и совершенно недвусмысленное заявление моего научного консультанта (ныне он директор института и академик): «Диссертацию вы, пожалуй, защитите и степень доктора наук получите, но ведь это будет степень «вузовского доктора наук». Так я впервые узнал, что доктора наук бывают «вузовские» и «академические». Совету я внял, переделал работу в очередной раз и защитил ее в ИМЭМО, о чем никогда не жалел.

Пребывая позже в составе ученых советов различных академических и учебных заведений, будучи экспертом ВАК СССР и получая диссертации на отзыв, я не единожды убеждался, что диссертации из сугубо научных учреждений в массе своей выше по уровню, чем вузовские.

Дело в том, что и требования, и критерии в названых учреждениях весьма и весьма разнятся. С большим трудом можно разделить точку зрения, что во всем просвещенном мире наука развивается в лоне вузов, где «исследователь выступает и в роли преподавателя». Да, так бывает. Мне довелось знавать блистательных ученых, которые одновременно были великолепными лекторами. Кстати, самые сильные доктора наук из ИМЭМО являлись по совместительству и преподавателями вузов, в частности МГУ. Но я знавал также превосходных ученых, которые знали почти все обо всем, но могли усыпить любую аудиторию. Примеров же отличных преподавателей-педагогов, которым научная работа просто-напросто противопоказана, - несть числа.

Настоящая наука делается в настоящих научных учреждениях и дорогостоящих лабораториях. В иных-прочих учреждениях также делается наука... второй, третьей и прочих степеней свежести.

Так что же, выдавать дипломы разных степеней свежести? - спросит читатель.

Снова и снова отвечу, что нам в деле аттестации научных и научно-педагогических кадров нужно определиться, во-первых, с «системой координат», а во-вторых, с четкими критериями, сводом правил-принципов, действующих в этой системе. Речь в конечном счете идет о системе правил, подобных правилам дорожного движения. Но тут возникает очередная проблема...

Сколько правил дорожного движения нам потребно?

Когда мы говорим о правилах, принципах и нормах аттестации, подобных правилам дорожного движения, то разумеем, что все участники такового их разделяют и признают. Это касается и водителей авто (причем и грузового, и легкового транспорта), и всех пешеходов (независимо от социального статуса и происхождения, цвета волос и кожи, пола и возраста). И пешеходы, и автомобилисты должны признать, что движение на красный свет - запрещено, а также - не может быть одновременно левостороннего и правостороннего движения.

И снова предвижу возражение: «Так они есть, эти самые правила, в виде постановлений, инструкций и свода положений, требований, предъявляемых к соискателям степеней и званий!» Отвечу: есть-то они есть, но действуют зачастую весьма странным и причудливым образом, вернее, иногда действуют, иногда бездействуют и очень часто применяются избирательно к отдельным участникам движения - Пешеходам и Водителям (с большой буквы). Но что самое главное - множество вновь образованных и реформируемых научных и учебных заведений на своей отдельно взятой территории норовят установить свои «местные» правила дорожного движения. Очень часто доводится слышать, что в таком-то модном коммерческом институте образование построено по «голландской» или «скандинавской» модели, соответственно и дипломы они выдают какие-то особые, отличные от общепринятых.

Всячески приветствуя все системы образования - голландские, скандинавские и прочие, перенимая передовой мировой и зарубежный опыт, заметим все же, что в каждой данной стране в конкретный исторический период может и должна действовать своя национальная система образования, не может быть одновременно и лево-, и правостороннего движения.

Речь идет о том, что в каждой стране, в Украине в частности, должны действовать единые, унифицированные нормы, принципы и требования к соискателям ученых степеней и ученых званий. И при всем нынешнем разнообразии институтов и институций (высшие учебные заведения государственные и негосударственные, магистратуры и докторантуры, бакалаврат, лиценциат и др.) дело сводится, в конечном счете, к сравнимости, сопоставимости, приведению к общему знаменателю этих разнородных степеней-званий. Академик и президент МКА Г.Щекин немало потрудился для международного признания дипломов, выдаваемых в Украине, в частности выпускникам МАУП (бакалавры, магистры, доктора). Помнится, «ЗН» опубликовало обстоятельную статью Г.Щекина «Нострификация», где речь шла о международном признании и сопоставимости наших дипломов с зарубежными. Но в данном случае мы ведем речь о внутренней нострификации, внутренней сравнимости наших дипломов, об унификации и единстве требований к соискателям степеней и званий внутри страны.

И эти единые требования, нормативы и критерии получения звания-степени не должны действовать избирательно, а соблюдаться неукоснительно, независимо от статуса претендента. Скажем, для получения ученого звания профессора лицу, имеющему ученую степень доктора наук, требуется соответствие претендента по пяти позициям, среди которых определенный стаж (5-10 лет) преподавательской работы. В мою бытность завкафедрой одного из институтов, имеющих право представления к ученому званию доцента (профессора), к нам обратился проректор по научной работе одного из областных институтов с просьбой о поддержке в получении звания профессора, минуя доцента. Из пяти позиций требований претендент не отвечал ни единому (а главное, не имел стажа преподавания), но аргументировал свои претензии должностью проректора. Но, позвольте, в инструкции ничего не сказано о должности ректора, проректора или статусе народного депутата.

Для получения звания профессора лицам, не имеющим ученой степени доктора наук, требуется соответствие по шести позициям, главные из которых - представление учебника с грифом Министерства образования, написанного единолично, и подготовка не менее трех аспирантов, защитивших диссертации. Я знавал одного претендента, который, не отвечая этим требованиям по пяти позициям из шести (преподавательский стаж у него был немалый), аргументировал свои претензии многолетним и бессменным заведованием кафедрой. И в одном, и в другом случаях, насколько мне известно, соискатели получили искомые звания. Имена и фамилии здесь, думаю, не имеют значения, поскольку в период всеобщей девальвации (и не только степеней и званий) таковых примеров можно привести не сотни, а тысячи. Массовость этого явления усугубляет положение, т.к. причина рождает следствие и наоборот.

Так чего же добивается автор? - спросит настырный читатель.

Одного-единственного - качества, т.е. «осетрины первой свежести». Все названные и не названные выше степени-звания должны быть сведены в единую систему и отвечать какому-то стандарту, определенным требованиям, нарушать которые никому не дозволено. В этом случае такие понятия, как «Академик», «Доктор наук», «Профессор», пишутся с большой буквы. С них и спрашивать нужно по большому счету, но и зарплаты-пенсии также, очевидно, следует выплачивать. Такие дипломы и аттестаты ценятся и никаким девальвациям не подлежат. В мире будут знать, что имеется страна, где выпекают вкусный хлеб под названием «Украинский», делают отличные самолеты, а степени-звания отличаются знаком качества.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК