КОЛУМБИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

5 января, 1995, 00:00 Распечатать

Первый в Нью-Йорке, пятый в стране, частный, свободного вероисповедания. 19800 студентов, в том числе 9400 женщин...

Первый в Нью-Йорке, пятый в стране, частный, свободного вероисповедания. 19800 студентов, в том числе 9400 женщин. 54 лауреата Нобелевской премии, включая бывших сотрудников и студентов.

(Из официальной справки отдела общественных связей Колумбийского университета)

В начале XVIII века население Нью-Йорка достигло 5 тыс. человек. Сыновья местных адвокатов и купцов хотели учиться. Самолюбивые ньюйоркцы, не считавшие себя хуже жителей соседнего Коннектикута, уже имевших Йельский университет, стали поговаривать о необходимости создания высшего учебного заведения в своем штате. В основном споры о нем сосредоточились вокруг двух тем: следует ли открывать колледж в городе и какова будет религиозная принадлежность этого учебного заведения.

Здесь необходимы некоторые пояснения. До тех пор колледжи открывались только в небольших городках (Кембридже, Нью-Хейвене, Принстоне). Создание колледжа в крупном городе было «опасным нововведением». Колден так обосновывал свою позицию: «Учащиеся должны быть свободны от многих искушений безделия и некоторых худших пороков, с которыми они столкнутся в городе...»

Что же касается религиозной принадлежности, то следует помнить, что это была эпоха соперничества не только между приверженцами различных вероисповеданий, но и между сектами одной религии. Большинство населения колоний составляли протестанты, однако они были раздроблены на множество сект. Йельский (Нью-Хейвен) и Гарвардский университеты были конгрегационалистскими, Принстонский - пресвитерианским. Англиканцы собирались доминировать в Нью-Йоркском университете.

В Нью-Йорке шли жаркие дебаты. В Лондоне последняя королева Англии (и Америки) из династии Стюартов - Анна I, недалекая толстушка, правившая с 1702 по 1714 год, не принимала решений сама и не прислушивалась к советникам. Дело сдвинулось с мертвой точки только в 1746 году. Колониальная ассамблея провела лотерею, доход от которой предназначался «для развития обучения и учреждения колледжа», а через пять лет был создан Совет попечителей будущего учебного заведения. И, наконец, 1754 год стал важным годом в культурной жизни города - король Георг Второй подписал хартию об учреждении в Нью-Йорке Нью-Йоркской общественной библиотеки и Королевского колледжа (King’s Kollege). Колледж разместился вблизи Англиканской (Епископальной) церкви Тринити Черч в нижнем Манхэттене (не будем забывать, что северная граница города проходила тогда примерно по нынешней Кэнал-стрит). Новое учебное заведение сразу же получило известность как престижное, готовящее будущую политическую элиту. Достаточно сказать, что половину студентов в течение первых шести лет работы составляли сыновья и племянники членов Попечительского совета. Правда, это не помешало находящемуся на их попечении учебному заведению попасть в затруднительное материальное положение. Необходимо было 10 тыс. фунтов стерлингов. Почти половину из них внесли Франки, члены могущественного клана еврейских коммерсантов: Фила (жившая в то время в Англии) и ее брат - Мозес.

Любопытно, что в молодом университете обязательным предметом был интенсивный курс иврита; первый президент университета Сэмюэль Джонсон в совершенстве владел этим языком.

После обретения Америкой независимости в наименовании колледжа слово «Королевский» было заменено на «Колумбийский» (с 1896 года это учебное заведение стало именоваться «Колумбийский университет»).В 1849 году Совет попечителей приобрел для университета здание в квартале, ограниченном Мэдисон- и Парк-авеню, 49-й и 50-й улицами. В дополнение к юридическому и медицинскому факультетам (колледжам) открылся горный. К тому времени колледж не только выкарабкался из долговой ямы, но и стал одним из крупнейших в городе владельцев недвижимости, стоимость которой уже в те годы измерялась миллионами долларов. Достаточно сказать, что Колумбийскому университету принадлежит земля, на которой сегодня высится Рокфеллер-центр. Внимательный читатель не мог не заметить, что, говоря о контингенте студентов, я употреблял слова только мужского рода - «сын», «племянник». В 1888 году Анна Натан Мейер (родственница Эммы Лазарус, чьи стихи начертаны на пьедестале Статуи Свободы) начала кампанию за открытие женского колледжа в Колумбийском университете. Открытие Барнард-колледжа покончило с дискриминацией женщин в этом учебном заведении. Портрет Анны Мейер висит в приемной Барнард-колледжа; ее имя носит библиотека, которая в этом же здании на третьем этаже.

В самом конце XIX века Чарльз Фоллен Мак-Ким (из знаменитого трио архитекторов Мак-Ким, Мид и Уайт) разработал генеральный план нового кампуса Колумбийского университета на огромной территории между Бродвеем и Амстердам-авеню, 114-й и 120-й улицами. Архитектор учел, что, в отличие от свободно раскинувшихся кампусов Пристонского и Йельского университетов, вокруг которых концентрируется жизнь маленьких городков, Колумбийский университет находится в городе с населением (на то время) в три с половиной миллиона человек. Если взглянуть на комплекс с высоты птичьего полета, видно, каким образом Мак-Ким решил эту задачу. По обе стороны от центральной аллеи находится главная площадь, на которой проводятся общеуниверситетские мероприятия - от музыкальных фестивалей до митингов феминисток. Вокруг площади расположены здания факультета журналистики (построенные при финансовой помощи Джозефа Пулитцера) и юридического факультета. Остальные здания должны были окружать небольшие внутренние дворики, что как бы повторяло в меньшем масштабе решение главной площади. Однако затянувшееся на долгие годы строительство исказило первоначальный замысел автора. Своевольно расползаясь, застройка «забила» каждый клочок земли. Кроме того, здания, построенные по проектам архитекторов разных школ, принадлежат к разным строительным эпохам. Здесь строения из красного кирпича в стиле Итальянского Ренессанса соседствуют с напоминающим здание аэропорта «стеклянным» корпусом Юрис-холла.

Не удержавшись в границах первоначально отведенной территории, «многонациональная толпа» зданий прорвала кордоны и хлынула через Амстердам-авеню, образовав на «той стороне» Восточный кампус из 69-ти зданий. Главные его объекты спроектированы знаменитым Харрисоном и Абрамовичем и явно напоминают уменьшенный вариант здания секретариата Организации Объединенных Наций. Или комплеск Нельсон - Рокфеллер-Плаза в Олбани.

Первым появилось на этой площадке здание Библиотеки юридического факультета (Low Library). Оно построено по проекту Мак-Кима, Мида и Уайта, объединившихся для создания центрального объекта комплекса, громко заявляющего о себе на главной площади. С противоположной стороны площадь замыкается прямоугольной с длинной парадной колоннадой библиотекой Баттлера (Buttler Library).

Облицованная серым индианским известняком, Библиотека юридического колледжа стоит на возвышении. Чтобы подойти к ней, нужно подняться по трем широченным маршам гранитных ступеней. С первыми весенними лучами эти ступени тесно заполняет молодежь. Но эта «фамильярность» не снижает торжественность восприятия, а просто оживляет библиотеку.

Построенная в стиле бью-артс (стиль, выработавшийся в недрах Парижской школы изящных искусств), библиотека имеет в плане форму греческого креста. Обе перекладины этого креста равны, и колоннада на всех четырех фасадах выглядит одинаково. Высокий холл в пересечении «перекладин» перекрыт куполом, что подчеркивает полную симметрию здания. В интерьере по периметру холл окружен ионическими колоннами с такими же, что и у наружных колонн, капителями в виде свитков папируса, только внутренние колонны - из полированного мрамора. Пространство холла насыщено мраморными бюстами и фигурами античных богов и героев; на уровне второго этажа холл окружает беломраморная резная балюстрада.

Совсем рядом с библиотекой часовня Святого Павла - духовный центр Колумбийской общины. Она выстроена, как говорили в старину, тщанием Оливии и Каролины Фелпс Стокс в 1904 году и освящена через три года.

Свое создание из коричневого кирпича архитекторы Халлоу и Стокс выполнили в стиле раннего Итальянского Возрождения. В плане здание представляет собой также крест, но не греческий, а католический - с «перекладинами» разной длины. Центральный неф (зал) часовни перекрыт шатром диаметром 14,5 метра с высотой внутреннего пространства 27,5 метра. Архитекторам удалось придать часовне совершенно другой облик, хотя она и библиотека выстроены по одному планировочному принципу. В отличие от внушительной торжественности библиотеки, часовня сочитает в своем облике скромность и достоинство.

Традиционно впечатляет в ней внутреннее убранство, выполненное под влиянием флорентийской церкви Санта-Кроче. В мраморный мозаичный пол искусно вставлены фрагменты разрушенных первых христианских храмов в Риме. В витражах северного нефа - сцены из Ветхого Завета. Витражи апсиды (заалтарной части) выполнены знаменитым Джоном Ла Фарже; на них представлены сцены из проповеди Святого Павла на Марсовой горе в Риме.

Ежегодно в часовне проходит около 600 богослужений для представителей всех верований кампуса (так благополучно решился предшествовавший открытию университета диспут о его конфессиональной принадлежности).

Если учесть специфику паствы, не вызовет удивления тот факт, что здесь ежегодно совершается 200 свадебных церемоний.

Обойдя часовню, мы выйдем на очень широкий крытый переход над Амстердам-авеню, соединяющий главный и восточный кампусы университета. Его можно смело назвать мостом-музеем - столько здесь прекрасных скульптур. В какой-то мере они облегчают наш переход из одной архитектурной среды в другую. Но эта их роль, безусловно, вспомогательная.

На ближнем к часовне конце моста стоит скульптура Кееса Веркаде «Канатоходцы» (1973-1979 гг.). Эта скульптура - дань памяти однокашников и коллег генералу Уильяму Доновану, выпускнику Колумбийского университета и храброму командиру 69-го полка нью-йоркских стрелков, воевавших во время Первой мировой войны.

На противоположном конце путепровода - скульптура Жака Липшица «Беллерофон укрощает Пегаса» (1964-1967 гг.).

Жак Липшиц (1891-1973 гг.) - мастер, проживший долгую и сложную жизнь в искусстве. Родившийся в России, скульптор прошел творческие и жизненные университеты в 20-е годы в Париже в эпоху расцвета исканий Пикассо, Жоржа Брака, Фернана Леже. В сороковых годах он переехал в США. Творческий поиск мастера продолжался буквально до последних дней, в чем нетрудно убедиться, сопоставив даты его жизни со временем создания «Беллерофона»...

В этой необычной по форме скульптуре в каком-то выходящем за пределы человеческого понимания клубке сплелись конская голова, копыта, крылья и где-то среди всего этого - небольшая человеческая фигура, пытающаяся взнуздать этот комок безумия.

Сам Липшиц так объяснял суть своего творения: «Пегас - это дикие силы природы. Беллерофон - человек, взнуздавший их для своей пользы. В иносказательной форме это обретение человеком власти над дикими силами».

За рамками нашего рассказа остается множество прекрасных скульптур: от «Мыслителя» с подписью «Огюст Роден» до абстрактной композиции Генри Мура.

* * *

В студенческих списках Колумбийского университета в разные годы числились Роберт Ливингстон - канцлер штата Нью-Йорк, принявший первую президентскую клятву Джорджа Вашингтона; Александр Гамильтон; Джон Дэй - первый председатель Верховного суда США; Де Витт Клинтон - один из самых выдающихся губернаторов штата Нью-Йорк; президенты страны Теодор и Франклин Рузвельты (правда, Франклин оставил университет ради политической карьеры). Президентом университета до избрания на пост президента США был генерал Дуайт Эйзенхауэр.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №27, 14 июля-20 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно