ВЫХОДЯ ИЗ КОМНАТЫ, ГАСИТЕ СВЕТ! НО СПАСЕТ ЛИ ТОЛЬКО ЭТО ЭКОНОМИКУ УКРАИНЫ? На вопросы корреспондента «ЗН» отвечает председатель Государственного комитета Украины по энергосбережению Виктор Меркушов

27 октября, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №42, 27 октября-3 ноября

Приходит октябрь, и во всех городах можно услышать один и тот же до боли знакомый вопрос: «Когда вк...

Приходит октябрь, и во всех городах можно услышать один и тот же до боли знакомый вопрос: «Когда включат отопление?» Сторона, производящая тепло, старается всеми правдами и неправдами этот знаменательный день отодвинуть как можно дальше. А потребители тепла, то есть мы с вами, зная, что счастья, то бишь нагретых батарей, подчас приходится ждать ой как долго, тоже не сидят сложа руки. В магазинах, торгующих электротоварами, начинается бум. Горожане приобретают десятки тысяч отопительных приборов. Расход электричества взмывает до небес. Вот уж поистине не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Мне кажется, в учебнике по основам коммунального хозяйства эта задачка — с правильным ответом — должна быть приведена на первой странице. Но либо подобной книги нет, либо специалисты-энергетики ее игнорируют. Во всяком случае они каждый год, оттягивая до последней возможности отопительный сезон, по-моему, повторяют одну и ту же ошибку.

Осенний марафон

— Не получается ли, что такая экономия хуже расточительства и ежегодный «осенний марафон» выходит нам боком?

— Именно так и происходит. По всем канонам коэффициент полезного действия прямого преобразования топлива в тепло намного больший, чем при получении сначала электроэнергии, а затем снова тепла. С точки зрения экономики, подобный процесс — нонсенс, абсурд. Кроме того, тут в явном проигрыше оказывается потребитель. Во-первых, резко возрастает плата за электроэнергию. Во-вторых, обогреватель, как правило, поднимает температуру в одной комнате, а в других-то по-прежнему холодно. К тому же не будем забывать о больших перерасходах газа. Масляный электрообогреватель стоит недешево. Многие приобрести его просто не в состоянии, а поэтому, когда становится холодно, не долго думая, включают газовую плиту либо духовку, что, как вы знаете, чревато многими неприятностями…

— Лет семь назад в Украине начали вводить квоты на потребление населением электроэнергии. Но может ли подобная мера спасти страну от энергетического кризиса? Ведь мы с нашими лампочками, стиральными машинами и утюгами отнюдь не главные потребители электроэнергии. Значит, если даже мы все как один последуем призыву уходя гасить свет, наш единый порыв проблему энергосбережения с мертвой точки, пожалуй, не сдвинет.

— Введение квот какое-то количество электроэнергии сберечь, конечно, позволило. Свет гасить тоже надо. Это важный резерв. Кстати, за границей — и в гостиничных номерах, и в квартирах вы не увидите люстры с четырьмя-шестью, а то и с восемью рожками (разве что в некоторых гостиных). Светильники там, как правило, локальные, точечные, что при меньшем потреблении электричества позволяет добиться лучшей освещенности. У нас вы тоже можете их встретить — в частных коттеджах. А вот в многоэтажных домах, построенных по типовым проектам, предусмотрены люстры (хорошо, если с раздельным включателем). Еще один пример — свет в парадных, как правило, горит всю ночь, даже когда на лестничных площадках ни души. За границей (в Украине подобное «чудо» пока, увы, встречается редко), выходя из квартиры или кабины лифта, человек нажимает светящуюся кнопку, и на 5—8 секунд загорается лампочка. Этого вполне достаточно, чтобы открыть или закрыть дверные запоры. Мелочь? Не скажите. Даже если за сутки подобным образом удается сэкономить лишь несколько киловатт, суммируясь во многих тысячах зданий, они составят внушительную цифру — река сливается из многих мелких ручейков.

Однако одними призывами и лозунгами дело с мертвой точки не сдвинешь. Чтобы переоборудовать парадные и квартиры, нужны деньги. Сделать что-то из ничего невозможно. Это было бы чудом, а чудес, к сожалению, не бывает. Сегодня есть соответствующие разработки, позволяющие экономить электричество при освещении парадных и других мест общего пользования. Однако жэки, скажем прямо, внедрять их не спешат. Причин тому несколько. Главная — плачевное финансовое состояние, отсутствие стартового капитала. С другой стороны, до того момента, пока не будет полного расчета за энергоносители, ни население, ни жэки, ни коммунальные предприятия не станут бороться за энергосбережение. И наконец, третья, самая тривиальная причина. Я имею в виду отношение к такому оборудованию населения (детей и взрослых). Коль оно общее, значит, по мнению многих, ничейное. А раз так, что его жалеть? Через несколько месяцев все оказывается разрушенным и разворованным. Да что там говорить о высоких материях, если мы не можем сегодня даже добиться, чтобы зимой двери парадных были закрыты и не терялось тепло.

— Квоты, наверно, необходимы, и уходя гасить свет — дело очень нужное. Но спасет ли это экономику Украины? Может быть, следует начинать с другого конца. У нас семь десятилетий превозносили до небес тяжелую индустрию. Начинает ли она сейчас занимать в стране более скромное место? Ведь, по мнению специалистов, случается, что стоимость электроэнергии, которую затрачивают на производство тонны чугуна, равна выручке от его продажи. Так стоит ли овчинка выделки?

— Ответить на ваш вопрос непросто. Для этого нужно иметь на руках результаты анализа финансово-экономической деятельности конкретных предприятий. Тем не менее можно смело утверждать, что структура нашей экономики за последнее десятилетие изменилась, но, увы, не в лучшую сторону. Например, если в 1990 году доля черной металлургии в общей структуре промышленного производства составляла около 11 процентов, то в 1998 году — уже почти 22; топливно-энергетической отрасли — соответственно 8,9 процента и 23,8. С другой стороны, удельный вес машиностроения с 30,7 процента уменьшился до 16,1, легкой промышленности — с 10,8 процента снизился до 1,7, а пищевой — с 21 до 18,8. Совсем не обязательно быть большим знатоком экономики, чтобы увидеть явный уклон в сторону энергоемких ресурсодобывающих отраслей. И это, понятно, не может не волновать Президента и правительство, которые сегодня прилагают большие усилия, чтобы реструктуризировать промышленность Украины. Планомерно выводятся из эксплуатации энергоемкие, неэффективные производства, предприятия и оборудование. В то же время реанимируются отрасли, дающие готовый продукт.

Энергетическая независимость — миф или реальность?

— Одно из направлений энергосбережения — новые технологии. «В чертежах» их в стране предостаточно. Ученые Национальной академии наук выдали на-гора немало перспективных разработок. А что толку? Какова практическая отдача подобных исследований?

— Мне кажется, вы неправы. Определенные сдвиги есть. За 2—3 года вырос объем продукции, производство которой отличается эффективным использованием энергии. Что я имею в виду? За последние годы украинские предприятия освоили и выпускают практически все необходимые приборы учета газа, воды, электричества и тепла. Сейчас в продаже появилось много разной бытовой техники. Преобладает, конечно, импортная, но и отечественная теперь тоже не редкость. В частности, в магазинах большой выбор водогрейных котлов. В коттеджах их используют для отопления и получения горячей воды. Такую продукцию выпускают в Белой Церкви, Луганске и других городах. Подобные изделия включают комплектующие детали и узлы лучших зарубежных фирм. Тем не менее основной объем — более половины всех трудозатрат — наша украинская продукция. И примечательно, что по эффективности использования энергоносителей она не уступает заграничным аналогам. Отрадно и то, что перечень таких изделий растет.

Что же касается использования разработок украинских ученых, то применение новых, оригинальных технологий зависит от многих факторов. Это и проблема финансов, и возможность (а вернее, невозможность) получения дешевых кредитов на модернизацию оборудования, и многое другое. Иначе говоря, прежде чем активно использовать отечественный интеллектуальный продукт, нам предстоит решить ряд проблем. Но ведь в целом-то эта задача вполне выполнима. И лед, как говорится, уже тронулся. Год назад заключен договор с Европейским банком развития и реконструкции, который выделил нам кредит — 30 миллионов долларов. Эти деньги да еще 6 миллионов — грант от Европейской комиссии ООН — должны быть использованы только на энергосберегающие технологии. Таким образом, речь идет о первых зарубежных инвестициях, направленных именно в энергосбережение.

Данный проект осуществляется по принципу так называемого перформанс-контракта. Например, энергосберегающая компания предлагает предприятию выполнение определенных услуг и в результате гарантирует значительное уменьшение потребления энергоносителей. Деньги, затраченные на модернизацию и замену оборудования, предприятие возвращает за счет полученной экономии. Если эффекта не будет, то и выплаты не состоятся. За границей подобных сервисных компаний тысячи. Есть они и у нас. Но энергосберегающими большинство лишь называется. Фактически у них нет ни достаточных капиталов, ни доступа к кредитным ресурсам, а главное — нет серьезного опыта работы в этой сфере. По большому счету, с зарубежными фирмами можно сравнить только Украинскую энергосервисную компанию, созданную благодаря содействию Европейской комиссии ООН. Фактически компания прогнозирует и управляет юридическим, техническим и финансовым риском по каждому отдельному проекту. Иностранцы выступают здесь в качестве консультантов, но многое из того, что практикуется на Западе, наши специалисты уже умеют делать и сами.

Такие энергосберегающие компании, как правило, не обладают большим собственным капиталом. Но, готовя проект для какого-то предприятия, они выполняют его на таком уровне — техническом, экономическом и юридическом, что в их предложениях весьма заинтересованы банки и другие финансовые организации, дающие кредиты и осуществляющие инвестиции. Уверен, что именно такой компанией станет и УкрЭСКО. Сегодня уже готовы около десяти энергосберегающих проектов. Инвестиции идут главным образом в промышленность. Закупаются более совершенные компрессорные установки, печи, котлы, мощные прессы. Таким образом внедряются энергоэффективные технологии, машины и оборудование. Кстати, продукция украинских предприятий при проведении тендеров не уступает зарубежной.

— Хочу задать вам вопрос, больше касающийся энергетики. Сейчас нередко можно услышать, что государство нельзя считать по-настоящему суверенным, если оно не может обойтись без зарубежных поставок нефти и газа. Мол, энергетическая независимость страны почти эквивалентна ее национальной безопасности. И все же так ли уж безнадежно наше положение с энергоносителями, нет ли тут сознательного перехлеста? Ведь при таком подходе к числу независимых не отнесешь Японию, Данию, Венгрию и еще добрый десяток государств, что, понятно, чистой воды абсурд.

— Стран, у которых нет собственных энергоносителей, в мире довольно много. Чтобы быть независимым, государство должно иметь эффективную экономику, а значит средства, на которые можно приобрести нефть, газ или уголь, и грубо говоря, не пользоваться одной «трубой». Если у вас лишь один «продавец» — не имеет значения кто, — то вам, безусловно, станут диктовать, как вести себя в тех либо иных экономических и политических ситуациях. Сегодня для Украины иметь возможность выбирать поставщика в значительной степени эквивалентна энергетической независимости.

Мы постоянно говорим о необходимости приобретать за рубежом энергоносители и в то же время имеем потенциал энергосбережения более сорока процентов. Так вот, если бы вдруг на минуту представить, что мы используем полностью весь свой потенциал энергосбережения, то при сегодняшних объемах производства государство практически могло бы обойтись собственными газом, нефтью и углем. К сожалению, как вы понимаете, такие вещи не делаются за один год. Согласитесь, потенциальные возможности у нас очень солидные.

— Многие специалисты считают, что серьезной альтернативы углю у нас нет. Поэтому нужно активнее браться за тепловую энергетику. Но разве нельзя уголь не сжигать, а использовать более рационально? Например, превращать в жидкое или газообразное топливо. Ведь в мире существуют самые современные технологии. Кроме того, качество нашего угля, как известно, оставляет желать много лучшего…

— Утверждать, что подобные технологии — панацея, я бы не стал. Да, заниматься такими вещами стоит. Однако перед нами сейчас стоят более насущные проблемы — реструктуризация угольной отрасли, введение в строй новых высокопроизводительных лав, закрытие нерентабельных шахт. А вот вопрос качества угля, действительно, архиважен. Его зольность в Украине на 10—20 процентов больше допустимой. Значит, мы впустую перевозим миллионы тонн породы. Из-за повышенной зольности уменьшается эффективность работы тепловых электростанций. Приходится удалять лишние тысячи тонн золы. Увеличивается износ оборудования. Вы только представьте на минутку: бесполезную породу грузят, везут, размельчают, вдувают, сжигают. Впустую тратится масса энергии. Возникают серьезнейшие экологические проблемы. Так что качество угля — актуальнейшая проблема, решение которой нельзя откладывать ни на день.

Мини или макси?

— Еще недавно и в Национальной академии наук, и в ряде министерств немало говорилось о возобновляемых источниках энергии. Сейчас складывается впечатление, что о них почему-то забыли.

— Я бы так не сказал. Согласно комплексной государственной программе энергосбережения, к 2010 году Украина должна выйти на 8-процентный рубеж получения альтернативной энергии, что было бы очень даже неплохо (в разных странах такие цифры колеблются от 2 до 60 процентов). В Крыму сегодня действует несколько ветровых станций. Актуальна подобная проблема для Карпат и других районов страны. Это, пожалуй, единственное направление, где работа ведется более-менее стабильно. Но финансирование строительства ветровых станций следует непременно поставить на конкурсную, тендерную основу. И обязательно при этом учитывать наши возможности. А в Украине имеются очень интересные разработки, начиная от совсем небольших агрегатов мощностью в несколько киловатт для фермерских хозяйств, до промышленных станций в 100, 200 и более киловатт. И нельзя зацикливаться на какой-то одной модели, например американской, которую мы упорно продолжаем тиражировать, хотя она устарела. Нужно смелее выбирать более современные разработки — отечественные или зарубежные.

В южных регионах Украины можно с успехом использовать солнечную энергию. Но в области фотоэлементов, превращающих ее в электрическую, у нас сегодня практически никаких сдвигов нет. К счастью, с использованием солнечных коллекторов для получения тепловой энергии дело обстоит лучше. Такие установки уже работают во многих крымских здравницах.

То, о чем я собираюсь говорить дальше, возможно, у кое-кого вызовет лишь скептическую улыбку. Тем не менее замечу, что многие страны с успехом используют в энергетическом плане биоресурсы, и нам отставать в столь важном деле негоже. В Украине сейчас пропадают многие тысячи тонн соломы. Она либо сгнивает, либо греет небо, когда ее сжигают просто так — без малейшей пользы. А ведь и солому можно пустить в дело. Например, в Киевской области для этого совместно с датчанами строят специальную котельную. Солома способна дать нам, по сути, дармовую энергию. Причем в стране таких ресурсов сколько угодно — бери — не хочу.

Другой важный вопрос — получение биогаза из отходов, сточных вод, мусора. А в сельском хозяйстве, когда используется навоз, такие установки дают и прекрасное органическое удобрение. Причем абсолютно обезвреженное. Да и с точки зрения экологии выгоды налицо — нет отстойников зловонной жижи и зараженных стоками водоемов. Недавно в Сумах мне довелось познакомиться с работой подобной биоустановки, изготовленной на одном из местных заводов. В черте этого города расположен свинооткормочный комплекс, но, как мне объяснили, сан-эпидемстанцию теперь сие обстоятельство не беспокоит. Благодаря биоустановке тут нет ни грязи, ни запаха.

Расскажу еще об одном интересном замысле. Вернее, с успехом внедренной разработке. В Украине более 80 спиртзаводов. Учитывая сегодняшние проблемы с сырьем и рынками сбыта, нетрудно понять, что они не загружены. Но в последние несколько лет часть таких предприятий переориентирована на выпуск биодобавки к бензину — этанола. Его получают из меляса, остающегося после производства сахара. Как свидетельствуют проведенные в Украине эксплуатационные и стендовые испытания, в результате добавки в бензин 8 процентов этанола повышается его октановое число. Проще говоря, из бензина АИ 92 вполне можно сделать АИ 95. Причем такое горючее отвечает всем требованиям. К тому же вдвое, а то и втрое снижаются вредные выбросы. В минувшем году спиртзаводы произвели более 15 тысяч тонн этанола. На этой основе выпущено около 200 тысяч тонн бензина. В стране используются и другие технологии, например получение тепла из геотермальных скважин.

— У нас в Украине есть источник энергии, лежащий, в буквальном смысле, под ногами — шахтный метан. Он не относится к разряду возобновляемых, тем не менее представляет собой богатейший резерв. По разным оценкам, запасы такого газа составляют от 1 до 20 триллионов кубических метров (в зависимости от глубины бурения). Каковы перспективы его использования?

— Это вполне реально. Причем одновременно снижается риск аварий в подземных выработках: метан — причина многих трагедий. И все же давайте говорить откровенно. Такие технологии относятся к числу затратных. Недавно мне пришлось познакомиться с тем, как промышленная добыча шахтного метана организована в Америке. Там, чтобы такое производство оказалось жизнеспособным, введены определенные льготы. У нас же «пробить» их через финансовые и налоговые органы — дело почти безнадежное. Все прекрасно понимают, что эти технологии нужны Украине, но на них быстро не заработаешь. Без определенных льгот организация, которая решит заниматься добычей такого газа, просто не выживет. Разве нельзя в данном случае снять, скажем, налог на прибыль? К сожалению, убедить в этом Министерство финансов и налоговую администрацию практически невозможно. Если не будет льгот, никто у нас добывать шахтный метан не станет. Так почему бы их не предоставить хотя бы на несколько лет? Ведь потом бюджет свое получит сполна.

— Виктор Тимофеевич, не кажется ли вам, что особого разговора заслуживает малая энергетика? Энергоносителей здесь расходуется в полтора раза больше, чем на предприятиях «основной». Всевозможные мелкие котельные для получения тепла (а их многие тысячи) сплошь и рядом находятся в самом запущенном состоянии. Может быть, от них вообще стоит постепенно избавиться?

— Существуют две точки зрения на данную проблему. Одни призывают: уйдем от централизованного отопления. Ведь это десятки километров теплотрасс, в которых теряется 30—40 процентов тепла. Сторонники подобной точки зрения убеждены, что следует использовать эффективные мини-котельные, которые не требуют никаких газопроводов и легко управляемы: нужно — включил, не нужно — выключил. Обслуживать же их практически можно в автоматическом режиме. Однако, например, опыт Дании и других стран свидетельствует, что сегодня может быть чрезвычайно эффективным и централизованное теплоснабжение. Но добавлю: только при современной технологии получения и транспортировки тепла. И непременно с использованием принципа когенерации — комбинированной выработки тепла и электроэнергии. Понимаю, подобное для нас звучит как фантастика, но это наше будущее.

В 1996 году датский парламент принял решение построить новую ТЭЦ. Через два года она уже работала. Подъезжая к ней, мы увидели прямо-таки «космическое» сооружение. Все, начиная с дизайна, здесь поражало. Вокруг никель, хром, идеальная чистота, нигде ни одного лишнего предмета. Обслуживают это чудо техники всего семь человек. На смене — один дежурный. В субботу и воскресенье здесь вообще нет никого. Оператор находится в зоне пейджерной связи. Если что-либо произошло, автоматика сигнализирует: надо вмешаться.

Станцией управляет компьютер. Он получает прогноз метеоусловий на три дня и определяет, сколько ТЭЦ должна выработать тепла. Станция находится от города на расстоянии пяти километров. Потери тепла при передаче практически отсутствуют. Работой агрегатов ТЭЦ компьютер управляет по специальной программе. Наиболее интенсивно котлы работают в часы электрического максимума, скажем, вечером, когда полученную электроэнергию можно продать по самым высоким ценам и таким образом компенсировать часть затрат на покупку газа. Одновременно греется вода. Компьютер рассчитывает, сколько тепла потребуется на следующие сутки в зависимости от прогноза погоды…

Кто же прав — сторонники мини-котельных или те, кто ратует за централизованное теплоснабжение? На мой взгляд, истина лежит посередине. А точнее, все зависит от ситуации. Если расстояние большое, теплотрасса, как говорится, дышит на ладан, а агрегаты не столько дают тепло, сколько тратят топливо, то в таких условиях, конечно, более рационально использовать мини-котельную. Кстати, более-менее солидные фирмы, вкладывающие средства в гостиничные комплексы в Украине, стараются не связываться с централизованным отоплением. Я не говорю о Киеве. Здесь в этом деле относительный порядок. Если же взять другие города, то прежде чем принять решение, нужно все тщательно и многократно взвесить. Добавлю, что экономные мини-котельные сегодня широко используются при коттеджном строительстве. Но, повторяю, отказываться от централизованного теплоснабжения нельзя. Мы должны разумно сочетать оба принципа в зависимости от конкретных условий. Никаких шаблонов тут быть не может.

Проблема с тысячью лиц

— Наша экономика пока, к сожалению, находится в штопоре. Но длиться бесконечно кризис не может. В его преодолении важнейшую роль призваны сыграть новые технологии энергосбережения. Каковы здесь, по вашему мнению, главные направления?

— Насчет штопора я с вами не соглашусь. Если проанализировать динамику получения внутреннего валового продукта в прошлом году и в нынешнем, то сейчас мы все-таки ожидаем, хоть и небольшого, но тем не менее четко наметившегося прироста. Такое оживление еще, возможно, и не заметно, но во внутренних процессах оно уже проявляется. А вот насчет энергосбережения вы совершенно правы. Предприятие сегодня не выживет, а уж тем более не сможет выпускать конкурентоспособной продукции, если на нем не заботятся об эффективном использовании энергоресурсов.

Недавно я побывал на одном из заводов, где ведутся работы по проекту УкрЭСКО. «Вы понимаете, нас заставляют платить за электроэнергию! В прошлом месяце завод выложил 200 тысяч гривен. А ведь раньше мы рассчитывались бартером, — сообщил мне директор предприятия, едва успев пожать руку. — Спрашивается, на какие же шиши хозяйствовать?» Чисто по-человечески я ему, конечно, вполне сочувствовал, но, побывав на этом заводе, лишний раз убедился, что только расчеты живыми деньгами заставят администрацию предприятий по-настоящему думать об экономии. У завода, о котором идет речь, много сопотребителей, здесь большое хозяйство, сотни различных приборов. Поэтому сегодня тут совершенствуется (а вернее сказать, как следует налаживается) система учета газа и электроэнергии. Обойдется эта работа недорого и, что самое важное, даст реальную экономию.

Начинать нужно с учета. Такой путь пройдут все, кто надеется добиться успеха, а главное, не намерен бросать деньги на ветер. Необходимость расплачиваться живыми деньгами заставит руководителей предприятий относиться к энергосбережению как к важнейшему, актуальнейшему делу. И вот тут-то полная (и совершенно объективная!) картина расходования энергоносителей станет для директора завода и его заместителей поистине бесценной.

Что же касается главных направлений энергоснабжения, то в каждой отрасли они свои. Если взять энергетику, это прежде всего технология сжигания топлива, повышение КПД тепловых и электрических станций. Если говорить о жилищно-коммунальном хозяйстве — тут и морально, и в буквальном, чисто физическом плане устарели котлы. Зачастую они без необходимой автоматики. У них невысокие КПД, нет утилизаторов. Температура выбрасываемого газа несколько сот градусов. Такой газ можно еще с успехом использовать. Следует также отметить большие потери в теплотрассах и непосредственно в жилых домах. Из-за разбитых окон и настежь раскрытых дверей в парадных, а также отсутствия приборов регулирования коммунальное хозяйство Украины теряет миллионы гривен.

Несколько лет назад у нас, наконец, ужесточили нормативы ограждающих конструкций. Еще недавно они были такими, будто дома мы строим в Африке либо, в крайнем случае, в условиях Южного берега Крыма. Согласно подсчетам, улучшение термоизоляции ограждающих конструкций и окон позволяет сэкономить 30—40 процентов тепла. Но если все ограничится одними нормативными документами, экономия, понятное дело, тоже останется лишь на бумаге. К слову заметить, в частном секторе к экономии тепла относятся как к делу первостепенной важности. Недавно вместе с нашей инспекцией мне довелось побывать в районе Кончи-Заспы, где состоятельные киевляне строят свои загородные коттеджи. Так вот, я не увидел тут ни одной стены без внутренней полиэтиленовой «прокладки» или наружного утепления. Стеклопакеты здесь устанавливают непременно с тройным остеклением. Хозяева коттеджей знают: строить нужно так, чтобы потом много лет жить с полным комфортом.

— Для нашей страны сегодня имеет большое значение международное сотрудничество в области энергоснабжения. Налажены ли такие контакты? Что можно сказать об инвестировании в новые проекты и технологии?

— Мы успешно сотрудничаем с департаментом энергетики Соединенных Штатов. Он профинансировал работы, связанные с предварительным технико-экономическим обоснованием ряда интересных замыслов. Например, проекта энергосбережения в административных зданиях Киева. Тут обязательным условием было софинансирование, и городская администрация, не дожидаясь, пока проект будет утвержден, начала вкладывать в него деньги. Сейчас работы идут, и уверен, что многомиллионные вложения окупятся с лихвой. Аналогичный проект (опять-таки вместе с департаментом энергетики США) разрабатывается для Харькова. Когда он будет готов, мы презентуем его зарубежным финансовым организациям, в случае же положительной реакции, надеюсь, получим необходимые средства.

Как я уже говорил, новым направлением в энергосбережении является создание Украинской энергосервисной компании. Здесь главное — показать тем, кто мог бы пользоваться ее услугами, что они ничего не теряют. Ведь средства в модернизацию оборудования вкладывает компания. И вы не должны уже на следующий день, оплачивая услуги, отстегивать ей деньги, уменьшая прибыль или оборотный капитал. Возвращают их из средств, сэкономленных на энергоносителях. Это совершенно новое направление, и, вне всякого сомнения, оно у нас приживется.

Серьезный проект выполняется под эгидой Глобального экологического фонда ООН. Речь идет о модернизации и централизованного теплоснабжения в городе Ривне. На первом этапе фонд выделил средства для предварительного технико-экономического обоснования и определения барьеров, препятствующих инвестированию в эту сферу. До конца года необходимо подготовить сам проект — определить, что нужно сделать, где заменить котельную, где трубопровод, где установить приборы регулирования и т.д. В конце года будет рассмотрен вопрос о втором этапе. Если проект продлится, до 25 процентов необходимых средств мы можем получить в виде гранта от Глобального экологического фонда — в рамках мероприятий, направленных на уменьшение парникового эффекта. Под эгидой ООН в Украине реализуется еще один проект, в котором, кроме нашей страны, участвуют Россия, Болгария, Беларусь и Казахстан. Намечено в каждом государстве создать по нескольку зон высокой энергетической эффективности. Эта работа касается централизованного отопления, а также наружного освещения.

— Как я понял, представителям Государственного комитета Украины по энергосбережению, сотрудникам УкрЭССКО и других наших фирм часто приходится контактировать с зарубежными финансистами, представителями различных компаний и фондов. Насколько гладко проходят такие переговоры, особенно когда дело касается крупных контрактов, сулящих большую прибыль?

— Честно говоря, это занятие не из самых приятных. Когда готовится какое-то соглашение, приходится вчитываться в каждую строчку, ибо в ней может быть заложена «мина». Упаси Бог, я не хочу обвинить наших партнеров в недобросовестности. Но каждая сторона старается поставить себя в более выигрышное положение. Иногда, согласившись предоставить Украине кредит, заемщики выдвигают совершенно неприемлемые условия. Случается, иностранные организации пытаются диктовать, какой проект мы должны выбрать, кого пригласить для его осуществления, где закупать оборудование и т.д. В таких случаях, даже рискуя осложнить отношения с партнерами, стараюсь сразу расставить все точки над «і»: «Коль кредит предназначен нам, давайте договоримся, чтобы последнее слово оставалось тоже за нами. Подсказывайте, консультируйте, советуйте — будем только благодарны. Но не навязывайте своих решений…» И вы знаете, взаимоприемлемые решения мы всегда находим. Подобный подход многим даже импонирует. В результате откровенных дискуссий появляются и уважение, и взаимное доверие. Именно такие отношения у нас, например, сложились с сотрудниками Европейского банка развития и реконструкции.

— Проблема энергосбережения продолжает у нас относиться к числу наиболее острых. Она на сегодняшний день еще очень далека от решения. И все же, можно ли говорить о каких-то сдвигах в положительную сторону?

— Думаю, да. С 1990-го по 1998 год энергоемкость внутреннего валового продукта в Украине увеличилась с 1,39 килограмма условного топлива на одну гривню до 1,93. Мы проигрываем Японии по данному показателю в 5—6 раз, а Германии — вдвое-втрое. Однако в нынешнем году уже можно ожидать уменьшения энергоемкости ВВП до 1,91 килограмма условного топлива на гривню. Эти цифры свидетельствуют: перелом наступил.

— Чтобы предприятия и население старались сберечь как можно больше энергии, одних призывов недостаточно. Нужны какие-то стимулы. Вы с этим согласны?

— Безусловно. Если говорить о промышленности, это обязательные (и в полном объеме!) расчеты живыми деньгами. Второе условие — доступ к финансовым ресурсам. Иначе сказать, чтобы кредит можно было взять на разумных условиях и не выплачивать за него потом заоблачных процентов. Но предприятия необходимо стимулировать и, так сказать, в прямом смысле слова. Комитетом подготовлен пакет законопроектов, стимулирующих энергосбережение.

— Это все «пряник», но, по-моему, здесь не помешал бы и «кнут».

— Недавними постановлениями Кабинета министров определены экономические санкции, которые накладываются на предприятия, неэффективно использующие энергоносители. Кроме того, в Верховную Раду внесен законопроект об административной ответственности лиц, неэффективно использующих энергию. Ведь, скажем, бесхозяйственность руководителя любого ранга в итоге ложится дополнительным грузом на госбюджет.

Нельзя не сказать хоть кратко о мерах, стимулирующих население экономить энергоресурсы и быть заинтересованным в установке приборов учета. Проанализировав ситуацию, сложившуюся с теплоснабжением, мы выяснили, что фактическое потребление тепла в одном подъезде пяти- или девятиэтажного дома в полтора, а иногда и в два раза меньше, чем рассчитывают, исходя из норм. А значит, мы с вами платим за неполученное тепло. Нужно заинтересовать людей, добиться, чтобы в квартирах как можно скорее появились приборы учета. Они заставят энергоснабжающие организации быть более бережливыми и не перекладывать на наши плечи свои проблемы, а часто и свою бесхозяйственность. Проблема энергосбережения имеет тысячу лиц. И подход к ней должен быть непременно комплексным.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно