КВАРТИРА ПО-КИЕВСКИ, ИЛИ ЧТО НАМ СТОИТ ДОМ ПОСТРОИТЬ

14 февраля, 2003, 00:00 Распечатать

«Да что его возносят на щит! — раздраженно воскликнул один из знакомых, чиновник среднего звена. — Это очередная пирамида, слегка закамуфлированная...

«Да что его возносят на щит! — раздраженно воскликнул один из знакомых, чиновник среднего звена. — Это очередная пирамида, слегка закамуфлированная. Качают себе денежки, а люди наши все равно норовят наступить на грабли. Вот увидите — еще год-два и будут эти все его вкладчики рыдать!..»

«О, это мужик с головой! — отозвался другой собеседник. — Такое придумать в нашей экономической чехарде — и не прогореть! Насколько я знаю, к ним очереди на кредиты и на квартиры не уменьшаются, а наоборот».

Мнения эти — об одном и том же человеке, президенте холдинговой компании «Киевгорстрой» Владимире Аврумовиче Поляченко, и об эксперименте (а фактически — перевороте) в постсоветском, нынче украинском строительстве.

Итак, что же здесь правда, а что — плод фантазии недругов? И не поторопиться ли это выяснить, а то вдруг в самом деле сие «пирамида», да не ровен час и обвалится?

50 тысяч и один детский дом

Холл здания, в котором разместился холдинг «Киевгорстрой», не совсем похож на учреждение. Здесь в застекленных витринах — яркие вышивки, рисунки, аппликации, да такие, что могут украсить любой дом… И надпись: «Работы воспитанников детского дома «Малятко».

«Детская» тема оказалась сквозной во время нашей встречи. Только мы расположились в конференц-зале, как на экране (который обычно демонстрирует графики, цифры, диаграммы) вдруг засияло улыбчивое личико очаровательной девчушки. И такая же улыбка озарила лицо хозяина.

— Вот посмотрите — это наши девочки. Уже в жизнь выходят. Вузы выбирают. Раньше воспитанники детского дома и мечтать об этом не могли. А теперь мы даем им такую возможность. Ведь мы их всех удочерили, усыновили, стипендии выплачиваем, счета пополняем — для взрослой жизни. Планируем и квартирами обеспечить. Свадьбы сыграем....

— У вас, кажется, тоже есть приемная дочь из детдомовских?

— Так это же она на экране! Аленка. Хочет иностранные языки изучать. А как она великолепно поет!

Не с показателей, не с проектов начал беседу один из крупнейших столичных строителей. И был удивителен в эту минуту, потому что открылся перед нами не столько деловой человек, сколько человек Дела, знающий, для кого его бессонные ночи и испорченные нервы, понимающий, что человечество начинается с человека… И, как человек, был он в эти минуты похож на многих типичных родителей: ему хотелось прежде всего продемонстрировать своих детей. А уж потом — свое детище.

Наверняка кому-то это покажется сентиментальным. Но кому-то — и естественным. Вот только типичным это явление не назовешь: не так у нас много детских домов (единицы), которым шефы действительно заменили родителей, не просто приезжая с дежурным набором вещей, а усыновив и удочерив воспитанников, уже сегодня обеспечив их будущее. И в нашем с Владимиром Аврумовичем разговоре тема «его детей» постоянно всплывала, перемежаясь с производственными проблемами, иногда как бы развивая или аргументируя их.

Кстати, через несколько дней после нашей встречи стало известно, что глава Киевской городской администрации Александр Омельченко присвоил президенту ХК «Киевгорстрой» Владимиру Поляченко звание «Меценат Киева».

— Владимир Аврумович, и все-таки ваш скачок в «передовики капиталистического производства» остается некой загадкой. Ведь вы — человек и руководитель, формировавшийся при социализме. После полного развала системы этот опыт мог бы служить разве что камнем, тянущим на дно. Однако вы сумели выплыть. Что давало вам уверенность, что направление выбрано правильно? Ведь риск был большой…

— Не то слово… Это сейчас весь Киев в новостройках. А я помню восемь лет назад глаза моих управляющих, в которых немой вопрос — что завтра? Отрасль практически «легла», приходят телефонограммы: прекращать строительство на объектах, которые не имеют финансирования. А его уже практически нигде не было. Наши объемы строительства упали с миллиона квадратных метров до трехсот тысяч, и впереди — никакого просвета. У меня бессонные ночи, у людей отчаяние. Тогда стоял вопрос — быть или не быть «Киевгорстрою».

Вот мы и решили попробовать новый способ: привлечь деньги людей для строительства жилья.

Была ли у нас уверенность? Нет, конечно. Скорее, это было озарение, но озарение, основанное на понимании происходящего процесса. Поиск выхода из, казалось бы, безнадёжного тупика заставил работать мысль. И была команда, состоящая из единомышленников, готовых трудиться денно и нощно, но найти решение. Первый вице-президент корпорации Станислав Сташевский, только-только ставший главой правления банка «Аркада» Константин Палывода, вице-президенты, управляющие, аппарат управления – интеллект и способности всех были напряжены до предела. Нас поддерживал, прекрасно понимая, что значит для города строительный комплекс «Киевсгорстроя», тогдашний куратор отрасли – нынешний Киевский городской голова Александр Александрович Омельченко.

И мы нашли выход. Миллионы людей до Ньютона видели, как с деревьев падают яблоки. Но только Ньютон был готов к тому, чтобы на основании этого обыденного явления сформулировать великий Закон.

Мы, конечно, не гении, но тоже оказались готовыми понять, что кризис в жилищном строительстве имеет принципиально иные корни, чем кризис в любой другой отрасли. Потребность в жилье осталась, мощности для его строительства сохранились. Нужен был механизм, способный объединить усилия одних и желания других.

Своя квартира — это один из животрепещущих для человека вопросов. Какие были самые памятные обещания времен социализма? Хрущев гарантировал построить коммунизм, а Горбачев — каждой семье отдельную квартиру к 2000 году.

Но специалистам давно было понятно, что жилье, которое при социализме давалось бесплатно, — это сыр в мышеловке. Тогда существовала строгая норма: две комнаты — на семью из трех человек, три комнаты — на четверых. И не больше! Но это же тупиковая схема, не решающая проблемы. В семье снова появляется ребенок, приезжает мать, еще что-то... И человек, получивший квартиру, становился потенциальным очередником на улучшение жилищных условий.

Нет ничего более естественного, чем стремление человека иметь свою крышу над головой. Да, грянула перестройка, государство оказалось не в состоянии дать бесплатное жилье. Но нуждающиеся-то остались! Вот отсюда вырастала наша уверенность: можно попытаться привлечь средства граждан.

Времена не выбирают, говорил поэт, но все-таки время нам досталось ужасное: 1994—1995 годы. Это был период трастов, которые лопались как мыльные пузыри, обкрадывая вкладчиков. Они посеяли в народе такое недоверие, что человек уже десять раз думал, прежде чем отдать кому-то хоть червонец. Нужно было убедить людей, что мы не очередной траст. Что получить квартиру, вкладывая деньги в строительство, — вполне реально.

К тому же на мне лежала огромнейшая ответственность за коллектив. Пятьдесят тысяч человек за спиной… Заказы на строительство, как я говорил, почти прекратились, а это ведь живые люди, им нужно дать работу, зарплату. Менталитет строителей таков, что в подавляющем большинстве они своё дело не бросят и «на вольные хлеба» не уйдут, просто не смогут… Вот мы и пошли на риск. Делали ставку на авторитет «Киевгорстроя», на мой авторитет. Многие не понимали нас. Даже люди, которые хорошо меня знали, говорили: « Не может такого быть в наше время, чтобы тебе поверили и давали деньги на строительство квадратных метров. Не купят непостроенное…» Поэтому мы форсировали строительство первого дома.

Первую десятиэтажку — панельную, на Осокорках, на намытом песке — мы построили за полгода. Очень торопились — нам нужно было показать, что деньги, которые нам доверили люди, пущены в настоящее дело.

Считаю, нам повезло, что на сдачу того первого дома приехал Президент Украины. Потому что самыми яростными противниками нашей идеи были чиновники, а после этого события нас перестали «склонять». Вместе с Президентом приехали многие руководители министерств, глава Национального банка, председатель Госстроя. И они увидели людей, которые купили жилье: большинство составляли те, кто использовал единственную возможность получить квартиру. Я помню женщину из Чернобыля, которая принесла последние деньги, она рассказывала, как родственники ей говорили: «Опомнись! Что ты делаешь?». То есть дело даже не в чиновниках, а вот что бы я ответил этой женщине, если бы ничего не получилось?!

Когда первый дом пошел, потом второй, ледок недоверия начал таять. Схема заработала.

— А что для вас по-человечески было самым трудным в то время?

— Самые тяжелые моменты — это задержки заработной платы людям. Когда приходили ко мне рабочие и просили хотя бы по сто гривен выплатить. И надо было найти эти деньги.

А еще — реорганизация сугубо строительной компании в строительно-инвестиционную. Получится или нет, ведь и оглянуться не на кого, мы были первыми. Как этим грамотно заняться? И мы решили создать банк. Так появилась наша «Аркада».

Заметьте, что у банка не было и нет никакой другой программы, кроме жилищной. Нет ни энергоносителей, ни бензина... Вся его интеллектуальная энергия направлена на совершенствование идеи и механизмов привлечения финансовых средств киевлян на строительство жилья. Поэтому это не «жирующий» банк, а финансовая структура, работающая на решение социальных проблем, существующих в обществе.

Нам говорили, что очень скоро иссякнет тот пласт людей, которые в состоянии платить 50 процентов стоимости квартиры сразу, а в течении срока строительства выплатить её полностью. Но прошло уже 8 лет и желающие иметь дело с «Киевгорстроем» не иссякли. Только прибавляется этих желающих. Потому что мы за восемь лет здорово усовершенствовали эту программу. Сначала взнос был 50% от стоимости квартиры, потом 40, далее — 30. Пошел кредит на три года, на пять, сейчас уже на тридцать.

— И под какой процент?

— Как и с самого начала, под 10,5%. Но у нас своя гарантия стабильности вкладов и кредитов — ОдИн. Это условно-рассчетная единица инвестирования, об этом механизме уже рассказывалось, не хочу повторяться. Замечу только, что за эти годы схема себя полностью оправдала — благодаря нашему ОдИну инфляция не съела ни одной гривни наших инвесторов, все вложенные деньги работают с полной отдачей. Кстати, такая же схема у нас работает и на пенсионных взносах: они тоже насчитываются в ОдИнах, и человек знает, что никогда его деньги не обесценятся…

— Вот здесь, пожалуйста, подробнее. О пенсионном фонде «Аркады» тоже немало разговоров, и далеко не все они доброжелательные...

— Да знаю я о них очень хорошо! К нам пару лет назад приехал народный депутат Валерий Михайлович Сушкевич (мы и сейчас с ним дружим), председатель парламентского комитета по социальным вопросам, и говорит: «Владимир Аврумович, знаете, почему у вас так много оппонентов? Потому что пенсионные деньги — это огромнейшие суммы, с ними очень выгодно работать, и вы стремитесь эту нишу занять». Я спрашиваю: «А как вы считаете, сколько у нас денег?» Он отвечает: «114 миллиардов». Представьте, что на самом деле в тот момент у нас было на пенсионных счетах… 6 миллионов гривен. Чувствуете разницу? И ведь он же не человек с улицы, а государственный муж, но кто-то ему эту цифру внес в уши. И наверняка не ему одному. У нас за три года работы эксперимента собрано 18 миллионов. Начинали в 1999 году со 138 тысяч гривен, а сейчас 22 тысячи клиентов по этой системе и 18 миллионов гривен. То есть средний вклад человека — 800—900 гривен. А «доброжелатели» уже увеличили цифру в 20 тысяч раз...

Да, холдинг вместе с банком создали негосударственный пенсионный фонд, привлекаем средства людей на пенсионные вклады с дальнейшим их использованием для долгосрочного кредитования строительства жилья. Любой работающий человек может открыть у нас пенсионный счет, положить деньги, на которые будут насчитываться проценты. Тем самым он обеспечивает себе достойную жизнь после выхода на заслуженный отдых, весомую добавку к обычной пенсии. И средства надёжно защищены. Кем и чем? Эти деньги берёт в виде кредита на строительство жилья другой человек. И выплачивает кредит, тем самым обеспечивая себя квартирой, строителя работой. А вкладчик спокоен и уверен – его деньги защищены и работают. Не только на его благо, но и на благо общества и государства. Кстати, среди «пенсионных» вкладчиков есть даже студенты. Представляете — им еще до пенсии лет по сорок, а они уже думают о ее приличном размере. Не только не хотят жить на мизер, но и понимают — до пенсии далеко, а вложения на длительный срок возрастают в геометрической прогрессии.

Вообще же мы вовлекаем в оборот финансовые ресурсы, которые раньше в своем большинстве либо крутились в теневом секторе экономики, либо лежали у людей «в чулках». Выгодно это людям и государству? Я считаю, что бесспорно.

— То есть не удалось «доброжелателям» вам помешать, дезинформируя органы власти?

— Да слава богу, нет. Ведь это государственная социальная программа. В декабре 1999 года был издан указ Президента, в апреле 2000 года вышел Закон Украины «О проведении эксперимента в жилищном строительстве на базе холдинговой компании «Киевгорстрой». А в прошлом году — новый закон, о внесении изменений и дополнений в первый. Так вот, в последнем документе значительно упрощен порядок открытия пенсионных счетов предприятиями и организациями для своих сотрудников, разрешено также открывать пенсионные счета на других лиц. Будь у нас что-то «накручено» — кто бы позволил продолжать программы, да еще и упрощать схемы? Учтите, что за нами неусыпно следит Наблюдательный совет по мониторингу за ходом эксперимента. Он, собственно, является гарантом интересов вкладчиков: контролирует, чтобы их деньги были инвестированы в наиболее надежные финансовые инструменты — ипотечные ценные бумаги, обеспеченные кредитами, выданными под залог строящегося жилья. Как раз председатель этого совета Павел Иванович Гайдуцкий нас в свое время очень поддержал, опроверг «утку» о пенсионных миллиардах.

— Правда ли, что ваш опыт переняли россияне?

— Да. На празднование 10-летия независимости Украины из Москвы приехала делегация, возглавляемая первым заместителем Лужкова Владимиром Ресиным. Удивить его, в общем, трудно, потому что когда Киев строил 600—700 тысяч квадратных метров жилья в год, Москва легко брала барьер в четыре миллиона. Но когда Владимир Иосифович увидел, как работает банк «Аркада», то ровно через десять дней к нам приехала делегация из его департамента изучать опыт. И когда они познакомились с нашей работой, то признали, что да, сегодня во многих вопросах мы их обгоняем. Особенно в выпуске ценных бумаг и в том, что работаем непосредственно с населением, а не с посредниками в лице различных компаний.

По модели рефинансирования, которая внедрена у нас, начал работать Иркутск. А вот у москвичей эта схема не пошла, потому что у них не было специализированного банка, который бы занимался привлечением средств населения. Разумеется, у них мощные, огромные банки, не чета нашим. Но они начали прорабатывать проект с «Инкомбанком». А «Инкомбанк» не будет работать на двух-трех процентах прибыли. Ему нужно 10 процентов.

Кстати, по поводу банка. По большому счету, не обязательно только «Аркада» может работать по привлечению средств населения для инвестирования строительства. Мы можем сотрудничать с любым другим, и стремимся к этому. К нам приходили другие банки, предлагали свое партнерство. Но мы им поставили условие: для инвестора и вкладчика должно быть безразлично, какой банк, то есть условия для людей должны быть одинаковыми. «Аркада» дает кредит под 10,5 процента — и вы под такой же. Увы — как приходят, так и уходят. Невыгодно им.

— Почему же выгодно вам?

— Я уже говорил — за большими барышами не гонимся. Выдерживаем такое соотношение, чтобы от нас не ушел инвестор (то есть гражданин) со средним достатком. Формируем долговременный пакет заказов. Вот смотрите — начинали мы с кредита на один год, при условии первого взноса не менее 50% стоимости квартиры. А сейчас банк «Аркада» предлагает людям уже несколько целевых программ. Пенсионная — понятно. Далее — депозитные вклады, то есть на конкретный срок, когда человек может просто положить деньги под проценты для получения дохода. Далее — новая схема кредитования: целевые жилищные вклады на конкретный срок с обязательным пополнением и последующим получением долгосрочного кредита на льготных условиях. Это, кстати, очень важно, потому что рассчитано на тех людей, которые не могут сразу уплатить первый взнос, который сегодня для кредитных программ составляет 35 % от стоимости квартиры. По этой программе люди кладут свои деньги, начиная со 100 ОдИнов, под небольшой процент депозита, и подписывают с банком график пополнения своего депозитного счёта в течении определённого срока. А по истечению этого срока банк предоставляет им возможность взять льготный, под 4 % (вместо 10,5) долгосрочный кредит на строительство жилья в размере половины стоимости квартиры. То есть, создана система накопления средств на первый взнос, которая предусматривает льготное кредитование. И человеку выгодно, и банку.

Наконец, есть у нас и целевые детские страховые вклады. Это когда родители или бабушка с дедушкой копят для ребенка деньги на квартиру или получение образования. И вы загляните в наш банк — там всегда люди.

Прокладывая лыжню

— Может, вам выгодно работать еще и потому, что «Киевгорстрою» в столице — зеленая улица? Поговаривают, что вы легко получаете площадки под строительство...

— Да не в площадках дело. А в том, что мы с каждой площадки делаем инвестиционный проект. Получаем места для застройки на общих основаниях, причем, не в центре – там нам как раз, к сожалению, мало площадок достается.

Начав с пяти застроечных площадей, сегодня мы строим в столице 79 домов, и примерно столько же находится в стадии проектирования. В каждом доме 5% квартир передаём городу для распределения среди семей, стоящих на льготной городской очереди получения жилья. Кстати, 18 процентов наших клиентов – те, кто стоит в городской очереди на квартиру. Это ещё одно свидетельство тому, что необходимо как можно быстрее принимать Жилищный кодекс и чётко определить в нём те категории населения, которые имеют право на получение безоплатного жилья. А само такое жильё должно иметь статус «социального». Но это тема совсем другого разговора.

Практически возле всех строящихся домов уже сразу предусматриваются помещения под размещение различных социальных объектов: магазины, парикмахерские, пиццерии, пункты приёма химчисток…

Возвращаясь к теме земельных площадок, скажу своё мнение: каждый владелец земельного участка и застройщик должен принимать участие в развитии инфраструктуры города и отчислять на эти цели определённые средства. Отчисления эти должны быть пропорциональны тому, в каком месте размещен дом-новостройка. Такой порядок утверждён и действует, но нормы отчислений необходимо пересмотреть с тем, чтобы условия работы для каждого застройщика были по-настоящему равными – строит кто-то на «Троещине», где рентабельность строительства 2-3%, - отчисления минимальные, строит в центре, где доходность значительная – и городу отдай гораздо (на порядки) больше.

Вот хотя бы последний пример, уже этого года: именно холдинговой компании «Киевгорстрой» городская власть предоставила право осуществлять комплексную застройку проспекта академика Николая Бажана (в районе жилого массива «Позняки»). Потому что мы предложили проект, который обеспечит единство архитектурного ансамбля, мы хотим, чтобы это был красивый, стильный комплекс — это же европейская столица! Плюс к тому две школы в этом районе обязались построить.

И дома у нас не «инкубаторские», а различные по дизайну и «содержанию». Мы строим квартиры, исходя из менеджмента и маркетинга как собственного, так и специалистов банка «Аркада». К примеру, на Троещине квартира имеет одни параметры, достаточно скромные, а вот на Осокорках, где рядом метро, проект уже другой. Но там и цена закладывается другая. А на Правом берегу или в центре — своя специфика. В каждом случае это разные проекты. Поэтому, получив площадку, мы объявляем тендер внутри своей компании, и выигрывает тот, кто может предложить лучший проект. Таков закон рынка — привлечь покупателя.

Заметьте также, что благодаря принятому закону об эксперименте по распространению опыта «Киевгорстроя», мы вышли и за пределы столицы. Не сразу, правда, но нашим опытом заинтересовались, и уже семь домов строятся в разных областях. То есть заняты работой местные строители, работает областная строительная индустрия. Недавно сдали дом в Виннице. Приятно, что на стройке у них все же висит флаг «Киевгорстроя». Начала продвигаться наша схема в Днепропетровске — строительная фирма «Созидатель» ее подхватила. В Одессе мы помогли реанимировать ДСК-1, он уже практически на лопатках лежал, а сегодня работает. В Запорожье тоже.

Как-то Мхитарян, сейчас он народный депутат, почетный президент «Познякижилстроя», сказал мне: «Владимир Аврумович! Вы для нас, как тот лыжник — по снегу, по льду без палок идете, прокладываете лыжню. А нам сзади уже легче». Это, заметьте, оценка от конкурента. Да, мы первыми и испытываем на себе все новации, и набиваем шишки. Кто с цифрами и расчетами убеждал в том, что налог на добавленную стоимость со строительства жилья необходимо снять? Наш холдинг. Сейчас опять идут разговоры, чтобы ввести НДС на жилье. Может, действительно тот, кто приобретает дорогое, элитное жилье, в состоянии и НДС заплатить. Но заказчики квартир на Осокорках, Позняках, Троещине — это люди очень небогатые, многие отдают последние деньги, влезают в долги. Навешивать на них еще и НДС — это оставить людей без жилья. Впрочем, мое мнение — ни с кого не нужно брать этот налог. Это будет стимул для того, чтобы поступали новые инвестиции.

Я уверен, что строительство — это та отрасль, которая при разумном менеджменте может вывести экономику из затора и поднять страну. Во-первых, деньги, которые раньше не работали, люди сейчас вынимают из загашников. Эти деньги легализировались. Во-вторых, поднимутся другие отрасли. Вот посмотрите: мы строим пять-шесть тысяч квартир, для каждой из них нужно еще как минимум 10—20 тысяч гривен на мебель, светильники, шторы... А это все рабочие места.

И следующий аспект. В прошлом году мы уплатили налогов в бюджет почти 300 миллионов гривен. В позапрошлом — 271 миллион. А начинали с 75 миллионов. Это же средства на школы, детские сады, зарплаты бюджетникам. А если бы мы стояли?

И все-таки о цене

— Картина ясна: Киев строится, строительство дает десяткам тысяч людей работу, квартиры... Вы работаете не «жируя», как выражаетесь сами. И тем не менее новые квартиры в Киеве очень дорогие. Некоторые специалисты считают, что их цена даже выше, чем в европейских столицах. В чем тут дело? Есть размах, недорогая рабочая сила, а цена на квартиру зашкаливает...

— За весь Киев отвечать не могу. Скажу только, что, кроме нас, в Киеве новое жилье реализуют более 20 застройщиков и инвесторов. Но квартиры, возводимые «Киевгорстроем», самые дешевые. За эти слова я отвечаю.

Я вам сейчас покажу еще одну цифру из наших социологических исследований — мы их проводим, кстати, каждый месяц. 70% столичных жителей связывают свою надежду на новое жилье с «Киевгорстроем». А вообще на условия кредитной схемы «Киевгорстроя» согласны 33-35 процентов киевлян. И это объяснимо. Давайте посмотрим на примере наших работников. Средняя зарплата «киевгорстроевца» — 652 гривни. В семье три человека. Пусть еще один кто-то работает, это еще гривен четыреста. Мы посчитали, что если кредит разделить на 30 лет, то около 400 гривен нужно платить ежемесячно. Да, ограничивая себя во всем. Но мы специально в рамках опроса интересовались у молодых людей: что выберешь — три раза питаться и жить без квартиры, или есть два раза в день, но иметь свое жилье? Практически все ответили: согласны питаться даже один раз, но иметь отдельную квартиру. Вы же понимаете — не будет нормальной жизни у молодой семьи, если она ютится с родителями, с дедушками, бабушками, пусть они даже золотые.

— А какой процент киевлян из общего количества покупающих у вас квартиры?

— 85 процентов. Потому что цены приемлемы. Верьте или нет, но я приезжаю на работу в семь часов утра и часто вижу очередь человек сто, как раньше за дефицитными товарами. Это означает, что мы продаем дешевый дом, где-то на Троещине или другом массиве. Люди выкупают одно- и двухкомнатные квартиры. С вечера приходят и занимают очередь.

Это ответ на ваше замечание по поводу «зашкаливания». Да если бы мы держали цену выше, чем на вторичном рынке, то разве шли бы к нам массово? Массовое сознание – сложная штука. Мы все понимаем, что новый автомобиль лучше и надёжнее старого. То же относится к телевизорам, холодильникам… А вот по отношению к жилью стереотипы ломаются очень непросто. И из-за этого тоже мы постоянно оглядываемся на вторичный рынок.

Сегодня средняя стоимость инвестирования одного квадратного метра жилья в «Киевгорстрое» составляет около 300 долларов США. Если сравнивать эту цифру со средним уровнем доходов населения (500—600 гривен в месяц), то это дорого. Вот вы использовали сравнение с другими странами. Я это тоже сделаю. В США, например, средняя стоимость одного квадратного метра жилья составляет 1000—1200 долларов, а среднемесячный доход американца — три-пять тысяч долларов. Соотношение, понятно, другое. Но этот перекос задаем не мы, а наша экономика.

А дом можно построить за столько, сколько он стоит. И цемент имеет свою цену, и металл, и щебень. Труд, наконец. За прошлый год, к примеру, стоимость инвестирования одного квадратного метра нашего жилья выросла в среднем на 20—25%. Этому есть целый ряд причин: подорожали основные строительные материалы, особенно арматура, стекло, поднялась стоимость топлива, потянуло цену применение новейших технологий и материалов, повышение комфортности.

Вообще хочу заметить, что механически сравнивать цены на старые и новые квартиры не совсем корректно. Надо сравнивать не стоимость квартир разного метража, а цену квадратного метра. К примеру, на вторичном рынке двухкомнатная квартира стоит, условно говоря, 15 тысяч долларов. Но ведь раньше строили какие квартиры? Двухкомнатная умещалась в 40—50 квадратных метров. Сегодня же это 60—80—100 квадратов. Да и уровень комфортности нельзя сравнить. Так что квартира квартире рознь. И мы при этом фактически работаем в диапазоне цен вторичного рынка: на Троещине в панельном доме наша цена 1636 гривен за квадратный метр, а вторичного рынка — 1668 гривен, на Харьковском массиве кирпичный дом — соответственно 1872 гривни наших против 1943 гривен вторичного. Ну, в центре соотношение другое, там наши цены немного выше. Но это, считаю, объяснимо.

— Сейчас дискутируется вопрос, нужен ли городу миллион квадратных метров ежегодно.

— Киеву очень нужен этот миллион. Во-первых, спрос есть, раз покупают. Во-вторых, повторюсь, холдинг за каждую площадку отдает городу 5% жилья бесплатно, плюс 2% служебных — уже 7%. Это в дополнение к бюджетному жилью, которое идет врачам, инвалидам, чернобыльцам. Это еще одна привлекательная сторона нашего эксперимента. Кстати, Киев – единственный город в Украине, где сегодня, благодаря усилиям нашего мэра Александра Александровича Омельченко, строится бюджетное жильё. А в третьих, и основное – если в Европе средняя обеспеченность жильём одного человека находится на уровне 30 и более метров, то у нас едва дотягивает до 20. Для того, чтобы выйти на уровень, к примеру, Польши, нужно дать каждому жителю около 9 метров дополнительно. Считайте сами, нужно построить ещё более 20 миллионов квадратных метров жилья. А мы же интегрируемся в Европу. Вот и решайте, нужен ли миллион в год.

— Ходят слухи, что на наш киевский рынок недвижимости положил глаз зарубежный инвестор. Его пока что сдерживает несовершенство законодательства — отсутствуют гарантии. Но это дело времени. В ваши двери звонят?

— Да, конечно. Мы уже несколько лет тесно сотрудничаем с заграничными партнерами в промышленно-торговой сфере: это и сеть супермаркетов «Билла», и реконструкция универмага «Украина», сейчас компания «Кока-Кола» предлагает совместный проект. Выходит, мы неплохо себя зарекомендовали на рынке, если нас уважают, с нами работают на равных. В прошлом году мы заработали у зарубежного инвестора 64 миллиона гривен. Само собой, они и жильем интересуются. Наверное, это тоже было бы нам выгодно, но пока спрос небогатых людей на жилье не будет удовлетворен, мы на такое партнерство не пойдем. А зарубежному инвестору интересно строить элитное жилье...

Бизнес с человеческим лицом

— Возникает ли у вас внутренний конфликт между бизнесменом, которым вы являетесь по роду деятельности, и депутатом, то есть представителем своих избирателей? Среди них, кстати, есть и такие люди, которые никогда не смогут купить квартиру в доме «Киевгорстроя».

— А почему должен возникать такой конфликт? Суть-то слова бизнесмен в том, что дело, которому человек служит, стало смыслом его жизни. У меня есть дело, которое я люблю и которому безгранично предан. И есть цель – сделать всё, чтобы плодами деятельности строителей могли воспользоваться максимально большее число людей.

И люди это понимают, потому что мы искренни перед ними, открыты для диалога, не прячемся от прямых вопросов и не уходим от ответов.

Предвыборная компания стала для меня серьёзным уроком жизни. У меня во время избирательной кампании было много помощников, люди шли добровольно, агитировали за меня. Я однажды увидел, что в воскресенье добровольные помощники стоят с агитацией под дождем, разговаривают с прохожими. Я просил их уйти, не мокнуть – отказались! И я ёще раз убедился – купить уважение и доверие невозможно.

Снова хочу процитировать строки, на этот раз Евгения Евтушенко, в которых сконцентрировано то, чему меня учили мои родители: «Нет маленьких страданий, нет маленьких людей!». Мои избиратели доверяют мне, потому что я понимаю их. И деятельность моя на депутатской ниве была и будет направлена на то, чтобы в государстве, в Киеве, в районе, в округе было как можно больше людей, которые смогут покупать жильё. Неважно где, в «Киевгорстрое», «Житло-Инвесте», на вторичном рынке. Это, извините за тавтологию – вторично. Главное, чтобы этих людей становилось больше.

— Если бы ваш сегодняшний опыт наложить на прошлое, многое вы сделали бы иначе?

— К сожалению, а может быть, к счастью – история не терпит сослагательного наклонения. Вернуть время невозможно, как невозможно дважды войти в одну и ту же реку.

Ну, а если помечтать. Направления действий, стратегия остались бы неизменными. А тактика – наверное, что-то изменили бы в плане взаимной ответственности нашей и инвесторов. Мы ответственны за сроки и качество, но ведь и люди ответственны и перед нами и перед своими соседями за условия жизни. Мы, например, не предусмотрели на первом этапе ответственность инвестора вселиться в квартиру, сделать в ней ремонт в срок, планировать изменение проектных решений так, чтобы не ущемлять интересы других. Проблема? Ещё какая!

Не могу спокойно думать и говорить о судьбе многих промышленных предприятий отрасли. Когда - то я с сарказмом и иронией смотрел на женщин, которые стояли возле гастрономов и скупали ваучеры, и не мог представить, что за эти бумажки можно будет приобрести заводы. А оказывается, можно. Сколько наших коллег стали банкротами из-за таких «пост-прихватизационных» хозяев, и былого уже не вернёшь!

И главное-то во всём этом – не железо. Люди оставались без работы, без дела. За это душа болит до сих пор.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно