АМБАРЫ ПРОСЯТ ЗЕРНА!

22 августа, 2003, 00:00 Распечатать

Лихие форсажные маневры, совершаемые правительством на трудном зерновом пути, оставляют далеко позади остальных «гонщиков» — операторов этого рынка...

Лихие форсажные маневры, совершаемые правительством на трудном зерновом пути, оставляют далеко позади остальных «гонщиков» — операторов этого рынка. В частности элеваторы. Региональные ограничения на перемещение зерна приводят к тому, что большая часть амбаров пустует. Да и земледельцы не торопятся засыпать во вместительные закрома бедный урожай, опасаясь, что власть инкриминирует им реализацию сыпучего товара «не по тем ценам». Надежды на то, что элеваторы будут наполняться импортным зерном, также пока не оправдываются. Потому зерновые емкости могут остаться в нынешнем году вообще не задействованными, и эта перспектива усугубляется правовыми коллизиями.

С 1 августа 2003 года зернохранилища должны пользоваться новыми складскими документами, навеки позабыв об архаичной приходной накладной на зерно — форме №13. Но МинАП с Минюстом узаконили переход на новую систему документооборота лишь накануне, 16 июля, и владельцы элеваторов оказались в цейтноте. А тут еще внезапный перенос сроков сертификации элеваторов с 2004 года на нынешний август свалился как снег на голову.

Парадокс, но в зерновой Украине нет соответствующего института, который занимался бы элеваторным хозяйством. Хотя оно — едва ли не единственное, которого не постигла разруха. Только и всего, что приобрело новых владельцев. Поиски компетентного источника привели к Николаю Компанцу, «хлебному» министру в советское время, а точнее — председателю Государственного комитета хлебопродуктов, ныне — президенту Украинской зерновой ассоциации (УЗА).

— Ведомство объединяло 565 комбинатов хлебопродуктов, а по народному — элеваторов, 156 мельниц, около 1200 хлебопекарен, 18 макаронных фабрик, три кукурузокалибровочных завода, комбикормовые мощности, семеноводческую отрасль. По значимости, валовой продукции и основным средствам комитет хлебопродуктов занимал четвертое место в народнохозяйственном комплексе, уступая лишь Госагропрому, Министерству легкой промышленности и Министерству энергетики и электрификации. Даже Минуглепром занимал пятую ступеньку в табели о рангах, — вспоминает те времена Николай Прокофьевич. — Приватизация в этой сфере началась с хлебозаводов. И вскоре предприниматели поняли, что чисто пекарский бизнес следует соединить с мукомольным. Так в Украине появилось около четырех тысяч частных мельниц. Энергетическая мощность последних вместе с крупными, каждая из которых могла выдавать на-гора 500—600 тонн муки в сутки, составляет до 15 млн. тонн. Это при том, что до перестройки, при 50-миллионном населении, украинцы съедали 5,5 млн. тонн хлеба. Теперь — до трех миллионов. Людей стало меньше, да надо учитывать и то, что множество хлебобулочных изделий выпекается в частном секторе, пекарнях сельхозпредприятий, которые не являются юридическими лицами. Отсюда и неполная статистическая отчетность о нашем аппетите. Потребление хлеба упало также потому, что теперь его не скармливают скоту, как когда-то, при копеечной стоимости буханки.

Государство цепко держалось за «хлебные места» — элеваторы, считая их стратегическими объектами, а следовательно, очень привлекательными для инвесторов. Но иллюзии рассеялись в 1997 году, когда по требованию МВФ началось их акционирование. На конкурентной основе были проданы акции только немногих ОАО. В госсобственности оставались блокирующие пакеты, но пришло время продавать и их. К этому подтолкнул бюджетный голод 1999 года: 31 августа Кабмин издал постановление №1597 «О перечне открытых акционерных обществ, пакеты акций которых подлежат продаже за деньги». Правда, государство успело отобрать 109 лучших хлебоприемных предприятий, не забыв прихватить и два портовых элеватора — Одесский с Николаевским, и передало их в распоряжение Госрезерва и ГАК «Хлеб Украины». Оставшиеся, несмотря на устаревшее оборудование, не очень удачную дислокацию, коммерческие структуры закольцевали в собственный производственный цикл. Кто-то, не дождавшись милости со стороны госноменклатуры, начал возводить зерновые «сигары» на частных или кооперативных началах.

Первенцем считают комплекс «Киев-Атлантик Украина» в Мироновке на Киевщине, построенный по западному образцу исключительно за средства и под ответственность украинцев из Америки, супругов Свири — Дэвида и Тамары. Акционировавшись с Европейским банком реконструкции и развития, немецкой компанией «В.Нильсен Тор» и 13 украинскими хозяйствами, они создали агротехнический центр, состоящий из зернового элеватора с пропускной способностью 200 тыс. тонн зерна в год, линии экстракции масла, рассчитанной на переработку 50 тыс. тонн семян подсолнечника, рапса и сои, комбикормового цеха... Сказать, что власть в восторге била в ладоши от появления этого технологического оазиса, нельзя. Больше того, тогдашний премьер запретил агрохозяйствам продавать комплексу «Киев-Атлантик Украина» зерно (почти 50 тыс. тонн), которое компания у них покупала в обмен на поставки горючего. И только после вмешательства Гора и Клинтона при встрече с Президентом Кучмой «блокаду» сняли.

А вот землякам Дэвида — американской компании «Каргилл» — не удалось преодолеть чиновничье сопротивление. В ответ на заявленные ею намерения — построить в порту Южном зерновой комплекс мощностью 3 млн. тонн в год, включая элеватор емкостью 250 тыс. тонн., — в конце 1996 года Л.Кучма дал поручение рассмотреть предложения. «Каргилл» подписала протокол о намерениях с Одесской облгосадминистрацией, институт «ЧерноморНИИпроект» разработал технико-экономическое обоснование для строительства элеватора, который утер бы нос Одесскому портовому стотысячнику. Но бюрократическая волокита отбила у американцев желание реализовывать этот проект.

Собственно, если говорить об элеваторном могуществе Украины, то оно прирастает преимущественно в портах с прицелом на активный экспорт. Вскоре Черноморское побережье вообще будет пестреть зерновыми «силосами» и «банками». То, что оказалось не по силам «Каргиллу», удалось компании «Трансинвестсервис», все же построившей в Южном современный зерновой комплекс мощностью 1 млн. тонн в год, где могут одновременно храниться 80 тыс. тонн зерна. В 1997 году вошла в строй первая очередь терминала мощностью 1,7 млн. тонн зерна в год в Ильичевском порту, к которому приложила руки компания «Трансбалктерминал». Но жаркий экспортный сезон, перебои в транспортной цепочке вынудили ильичевцев монтировать вторую очередь. А это — возможность перегружать вдвое большие объемы.

Ильичевский порт привлекает внимание мощных зернотрейдеров прежде всего глубоководным причалом, способным принимать «панамаксы» — крупнотоннажные суда водоизмещением более 50 тыс. тонн. Акватории остальных слишком мелкие для таких великанов. Не отстает от коллег и Одесский порт. Третья очередь зернового комплекса увеличила его мощность до 168 тыс. тонн. Херсонский КХП, расширив склады для хранения зерна до 100 тыс. тонн, после короткой передышки замахнется на очередной 55-тысячник. Можно назвать целый ряд гаваней, где переоборудовали, приспособили, модернизировали под зернохранилища даже бывшие рыбные склады, склады минудобрений.

Но и среди линейных элеваторов, на суше, конкуренция не менее жесткая. Сначала земледельцы оказались меж двух огней — государственным и частным. К кому же обращаться? Чтобы дешевле и надежнее... Обманывали и те, и другие. Как фермеров, так и бывшие колхозы. Если официальная такса за хранение — 12% зерна, то еще 5—7% «накручивали» на манипуляциях с влажностью и классностью принятого урожая. Таким образом, в распоряжении элеваторов оставалась пятая часть собранного — навар, покрывавший владельцу не только затраты. Абсурдность состояла в том, что инспекторы качества — сотрудники самих элеваторов, хотя, по трезвому рассуждению, должны бы быть независимыми. Случалось, зерно из-под амбарных замков вообще исчезало в таинственном направлении. Но подобные случаи в последнее время стали редкостью, поскольку и компании-владельцы зернохранилищ стали серьезнее, и борьба за клиента требует такта.

Линейные элеваторы можно разделить на две категории. Для первой главное — хранение. Поскольку зернопроизводство имеет сезонный цикл, то хлеб покупают на год вперед в период самых низких цен, что требует немалых расходов. Весь мир для проведения подобных операций использует банковские ресурсы. В Украине ставки кредитования опережают ставки за хранение зерна, делая процесс убыточным. Выживают элеваторы, перерабатывающие зерно на собственной мельнице, а из муки выпекающие хлеб в своих же мини-пекарнях. Вторую категорию «амбаров» именуют «накопителями», или сезонными, поскольку владельцы-зернотрейдеры накапливают определенный тоннаж зерна, формируют из него экспортную партию, и, в сущности, на этом миссия подобных элеваторов заканчивается.

Пока портовые элеваторы наращивали мышцы, линейные также не сидели без дела. Некоторые фирмы настолько модернизировали зерновые закрома, что, в сущности, от старой эпохи остались лишь мощные бетонные стены. Затраты немалые, учитывая, что только современная лаборатория по определению качества зерна обходится как минимум в 40 тыс. долл. да плюс замена физически изношенных сушильных агрегатов, весового хозяйства на электронное, позволяющее быстро и точно взвешивать стотонные зерновые автопоезда. Не говоря уж о компьютеризации производственных процессов.

Председатель правления ОАО «Пологовский комбинат хлебопродуктов» Виктор Почапский еще помнит те времена, когда предприятие по разнарядке свыше раздало комбикорма, не получило за это ни копейки и оказалось на грани банкротства. Местным бизнесменам покрыть такую сумму долгов оказалось не по зубам, и только столичная компания с зарубежными инвестициями «Серна» подставила плечо, дала, по словам Виктора Дмитриевича, «не только ложку, но и сошку».

— В 2001 году инвестор предоставил нам финансовую помощь на сумму 2,4 млн. грн., которую будем возвращать в течение четырех лет. В 2001—2002 маркетинговом году киевская компания выделила на закупку зерновых 15 млн. грн. И в этом году взнос не меньше. Ежегодно платим в бюджет 800 тыс. грн. Наладили надежные отношения с агрофирмами «Коммунар», «Заря», которые ежегодно продают 3—4 тыс. тонн сельскохозяйственной продукции. Хорошо зарекомендовавшим себя партнерам предоставляем товарные кредиты, но работаем пока в пределах района. Естественно, с учетом урожая текущего года, емкость элеватора — 125 тыс. тонн — не удастся заполнить лишь отечественным продуктом. Продовольственное зерно будем завозить из Казахстана — около 25 тыс. тонн. Семена озимой пшеницы надеемся импортировать из Краснодарского края, 7 тыс. тонн — это потребность двух—трех районов области. Но, уверен, наш элеватор пустым не останется. Чем мы привлекаем клиентов? Компьютеризированная система оплаты «Клиент-банк» позволяет проводить расчеты за полтора часа. Качество сданного зерна лаборатория определяет в течение дня, и уже на следующий крестьяне получают живые деньги, даже большие, чем предлагают конкуренты...

В связи с удобным географическим расположением на Херсонский КХП хлеб везут даже из Крыма и близлежащих районов Днепропетровской области. Благодаря современному менеджменту, квалифицированному персоналу, постоянному мониторингу со стороны главного инвестора — компании W.J.Export-Import — комбинат хлебопродуктов из степного края известен на международном зерновом рынке.

Побеседовать с председателем правления Херсонского КХП Александром Наконечным удалось урывками, поскольку предприятие по инициативе главы облгосадминистрации «просвечивала» рейдовая бригада из представителей налоговой инспекции, органов внутренних дел, Антимонопольного комитета.

— Комиссии «заели»... Следят, как выполняем решения облгосадминистрации по ограничению уровня рентабельности 10%, а с 4 июля — 5%. Но ведь цены на продукты питания, в частности на хлеб, зависят не от рентабельности производства, а от стоимости сырья и налогов, включаемых в цену. Если на уровне государства решается вопрос о снижении цен, то почему это происходит без помощи государства и участия потребителя, а только за счет производителя? Я не вижу реально тех миллионов тонн зерна, которые декларирует наше правительство. Херсонщина собирает два миллиона. Емкость элеваторов области — 1,6 млн. тонн. Следовательно, 400 тыс. тонн должно оставаться на токах хозяйств?! Так где они? На бумаге? Если бы выросло поголовье скота, то еще можно было бы мотивировать расход зерна. Так нет же, наоборот — поголовье сокращается.

Какими бы оптимистами ни казались мои собеседники — руководители далеко не последних элеваторов Херсонской, Запорожской и Николаевской областей, они обеспокоены зерновым вакуумом. Люди из глубинки считают действия правительства алогичными и даже вредными. Во-первых, нестыковки с введением складских свидетельств, которых элеваторщики еще и в глаза не видели. А поспешность, как известно, может людей лишь насмешить. Вместо галопирования в этом вопросе прежде всего, по мнению специалистов, необходимо позаботиться о создании так называемого Гарантийного фонда, который, в случае невыполнения обязательств зерновыми складами, будет обеспечивать возврат средств. Только тогда система складских свидетельств станет привлекательной для банковских учреждений, которые и без надсадной агитации увеличат кредитование сельскохозяйственного производства.

Во-вторых, дестабилизирующим представляется пункт 26 постановления Кабинета министров №1150 «О недостатках в работе отдельных органов исполнительной власти по обеспечению продовольственной безопасности и мерах по стабилизации рынка основных продовольственных товаров», которым предусмотрено проведение в июле—августе технического регламента сертификации зерновых складов, государственных реестров сертифицированных складов. Даже при наличии регламента, пока не утвержденного, проанализировать финансовое состояние закромов, оценить профессиональный уровень персонала, проверить исправность технологического оборудования, соблюдение экологических требований, что и предусматривает сертификация, за два месяца физически невозможно. Реальный срок — до 31 декабря 2004 года — был определен постановлением Кабинета министров №510 от 11 апреля 2003 года, никем, кстати, не аннулированным. Именно на эту дату и ориентировалось руководство элеваторов, заблаговременно начало переговоры с инвесторами о модернизации, учете расходов в их бизнес-планах на следующий год. Производственники вовсе не надеялись на правительственную формальность...

Иначе, чем профанацией, не назову требование «ввести в трехнедельный срок новый государственный стандарт на пшеницу, гармонизированный с международными требованиями, в частности, предусмотрев отказ от ее деления по классам», содержащееся в пункте 27 постановления №1150 от 24 июля с.г. Чиновники-аграрии, готовившие и подсунувшие на подпись Виктору Януковичу этот документ, должны знать (и знают!), что дискуссии вокруг этого вопроса с участием чиновников, ученых и практиков ведутся более двух лет. Национальный стандарт на эту культуру разработан и действует. Главная проблема — внедрение единой системы определения показателей качества зерна: экспресс-анализ, естественно, требует немалых средств и квалификации. Поспешность, с которой мы стремимся ввести стандарт на содержание в пшенице белка вместо клейковины, заменить шесть классов зерна двумя — продовольственное и фуражное, не увеличит автоматически долю продовольственного зерна в общей массе. Более того, ошибочность подобного шага загоняет в пятый угол мельников и пекарей: как им придерживаться ранее принятых стандартов и технических условий на муку и хлеб? Из муки «универсальной» выпекать хлеб, который будут называть «универсальным»?!

Обо всем этом шла речь на заседании совета представителей УЗА, члены которой владеют 120 элеваторами.

— Никто не против сертификации, но проводить ее следует в реальные сроки, — выражает мнение коллег Николай Компанец. — На мой взгляд, по ее результатам отсеется около 20% зернохранилищ, преимущественно неприспособленных, устаревших. Но это вовсе не ослабит элеваторный потенциал Украины, способный одновременно хранить 35 млн. тонн зерна. Было бы оно!

Продолжу мысль визави. Невыполнение хотя бы одного пункта постановления №1150 — правовое основание для признания деятельности элеваторов, прежде всего частных, незаконной. Поэтому их отсев может начаться уже в текущем году, и государству будет легче направить зерновой поток в чисто государственные закрома.

В поисках зерна гонцы ГАК «Хлеб Украины» поощряют сдатчиков самыми низкими тарифами на хранение: четыре гривни в месяц за тонну пшеницы. Почти даром... Вслед за глашатаями, как анекдот, из уст в уста передается слух о том, что компания — банкрот и зерно могут изъять в счет долгов. У частников расценки выше — шесть гривен. Но и к ним не толпятся. Разве что привезут зерно, просушат и обратно, в хлев: под собственной крышей надежнее! На элитных элеваторах — портовых — такса за экспедирование, приемку, обработку и отгрузку вдвое выше, но в долларовом эквиваленте. Ильичевский за тонну требует 12 долл., Одесский — 10,5, Николаевский — 8,5 и Херсонский портовый элеватор — 8 долл. «За одни и те же услуги? — сетуют незнайки. — Грабители!» Не совсем... Если загрузить 50-тысячный «панамакс» и отправить получателю, то перевалка тонны пшеницы обойдется в 10—12 долл. Намного более дорогой будет эта же операция, но на малотоннажном судне (25 тыс. тонн) — до 40 долл. Все зависит от объемов.

Пока и гривни, и доллары — виртуальные. Портовые элеваторы высматривают, не прибило ли волной какую-то заблудшую иноземную баржу с зерном. Линейные элеваторы также пока не потеряли надежду на «большой хлеб». Все они помнят годы, когда одновременно хранили до 20 млн. тонн зерна. Тогда в Украине выпекали 365 видов хлебобулочных изделий, сейчас — в десять раз меньше. И даже для этого урезанного ассортимента еще нужно найти зерно.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно