Колода преткновения

22 декабря, 2006, 00:00 Распечатать Выпуск № 49, 22 декабря-29 декабря 2006г.
Отправить
Отправить

Буковина со своими лесами переживает классическую «трагедию общего» — так в мировой экономике на...

Буковина со своими лесами переживает классическую «трагедию общего» — так в мировой экономике называют ситуацию, когда общественный ресурс, который является народной собственностью и должен служить обогащению региона, безнаказанно разбазаривается и разворовывается. При этом государственный бюджет еще и оплачивает экономические и экологические убытки от такого, с позволения сказать, хозяйствования.

Что любопытно, ни один из давно испытанных путей решения «трагедии общего» не срабатывает. Государство не хочет отдавать леса в частные руки и вместе с тем не планирует ни вводить в них разумные экономические законы, ни выдворять из лесосек криминал, расцветший там махровым цветом. Об этом свидетельствуют проверки областной прокуратуры.

Там, где господствует беспомощность власти, общество как раз старается навести порядок всеми возможными способами. В частности, воздействуя на власть через выборы. Почти все политические партии и блоки, прошедшие в областной совет, в числе других «движущих сил экономического развития края» называли «эффективное ведение лесного хозяйства и переработки». В случае своей победы они обещали проявлять заботу о нем, а для наполнения местных бюджетов территориальных общин клялись разработать областную комплексную программу развития лесной, заготовительной и деревообрабатывающей отрасли на 2006—2016 годы.

Завершается 2006 год, но своих обещаний депутаты выполнять не спешат — программы нет и ее не готовят. Между тем лес на Буковине используют действительно варварски. Он гниет на корню и на складах. Причем ценные породы — черешня, явор, за кубометр которых итальянские мебельщики дают 3 тыс. грн. О чем с болью говорят лесоводы, вкладывающие немало сил и денег в уход за лесом и разработку лесосечного фонда. Как это ни странно, но гослесхозы не знают, куда девать продукцию лесозаготовок. Областной рынок лесоматериалов способен взять только 20% от того, что они рубят, а это вообще десятая часть от того, что могут рубить.

Однако и эта древесина не работает на отечественного товаропроизводителя. «В результате заготовленную нами древесину получают различные предпринимательские структуры, работающие преимущественно полулегально, используя наше несовершенное налоговое законодательство, уклоняются от уплаты налогов, — отмечает заместитель начальника областного управления лесного хозяйства Валерий Кашпор. — Они перерабатывают сырье поверхностно, в основном перепродают лесосырье за границы области и на экспорт». Какие именно структуры и кто ими руководит, господин Кашпор конкретизировать отказался.

Деревообрабатывающая отрасль области приходит в упадок. По крайней мере, ее официальный сектор. Чтобы как-то спасти ситуацию, гослесхозы, если послушать их руководителей, буквально вынуждены выполнять не свойственную им работу и наращивать на своих, в большинстве своем примитивных, энергозатратных мощностях переработку древесины. На минувшей неделе зампред Государственного комитета лесного хозяйства Алексей Пристая, проехавшись по Буковине, посмотрел на эту переработку и пришел в ужас: «Это страшный суд!» О современных технологиях, соответствующего уровня менеджменте и маркетинге говорить, к сожалению, не приходится. Только в двух гослесхозах из пяти придерживаются технологического процесса.

— Кто же бракованную заготовку купит, кому она нужна? — спрашивал на рабочем совещании с директорами гослесхозов Алексей Дмитриевич. — Это ведь перевод древесины. А гослесхозы, нужно честно об этом говорить, берут на свои производственные мощности самый лучший лес. Качество же продукции низкое. Потом удивляемся, почему они убыточные.

Несмотря на все эти недостатки (которые, откровенно говоря, должны рассматриваться и мгновенно устраняться на производственных совещаниях — скажем, Красноильского деревообрабатывающего участка, — а не на уровне зампреда высшего отраслевого органа исполнительной власти страны), Алексей Пристая, а также областное лесное руководство убеждено, что гослесхозы буквально обречены на переработку, поскольку никогда не смогут продать всей заготовленной ими древесины. Сейчас вне производства остается 400 тыс. кубов в год, почти столько же область еще может заготовлять без какого-либо вреда для леса. Однако на Буковине нет предприятий, которые бы работали с ценным фансырьем из бука и дуба, производя из него шпон строганый, а также с техсырьем (250 тыс. кубов которого каждый год гослесхозы не знают куда сплавить), перерабатывая его на такую нужную мебельщикам и строителям ДСП.

— Я лично везде, где мог, искал покупателей на заготовленные нами лесоматериалы, — рассказывал на упомянутом совещании директор Черновицкого гослесхоза Александр Тимофеев. — Едва нашел двух предпринимателей-деревообработчиков и уговорил их заключить с нами договора на очень выгодных им давальческих условиях. На аукционы по продаже продукции лесозаготовок, которые мы объявляем, никто не приходит. На нижних складах лежат 4 тыс. кубов. Поэтому мы обязаны развивать у себя глубокую переработку древесины. Это единственный разумный выход.

Тем не менее есть и другой, намного лучший: соответственно сырьевой базе создать в области развитую производственную базу, где проблем, на которые нарекал Алексей Пристая, не было бы и близко. И пусть бы тогда гослесхозы и госспецлесхозы, скинув с шеи тяжелую колоду (не только, между прочим, переработки, но и лесозаготовки), занимались исключительно своей прямой задачей — ухаживали за лесом и охраняли его, готовя его к промышленному использованию, вместе с тем выжигая на лесосеках древесный уголь, принимая в своих зеленых владениях туристов, охотников, собирая и перерабатывая, как раньше, грибы, ягоды, березовый сок и лекарственные травы. Для того их и создавали десять лет назад. Переработка древесины, тем более углубленная, — не их дело. А учитывая то, как гослесхозы проводят эту переработку, им вообще нужно строго запретить брать на свои допотопные производства лесосырье (они его, кстати, не покупают), чтобы не портили народное добро. В тепличных условиях производства, имея дешевое и самое лучшее сырье, безраздельно господствуя на лесосеках, гослесхозы в прошлом году получили всего 160 тыс. грн. чистой прибыли.

Создание в области производственной инфраструктуры для возможно наиболее эффективного промышленного использования лесосырьевого ресурса путем привлечения внутренних и внешних инвестиций — задача органов власти. Как исполнительской, так и представительской. Непосредственно — управления промышленности облгосадминистрации и его начальника Александра Соломко, в функции которого входят, в частности, разработка и внедрение экономических механизмов рационального использования природных ресурсов. Его заместитель Любовь Луценко (Александр Иванович до разговора не снизошел) долго и пространно пересказывала статистические данные о деревообрабатывающих и мебельных предприятиях области. О том, что объемы производства промышленной продукции из древесины сравнительно с минувшим годом уменьшились на 21 процент (парадоксально, но главное управление экономики уверяет, что спад произошел из-за... отсутствия сырья!), численность работников — на 20%. Удельный вес продукции мебельщиков в общем объеме промышленного производства области составляет каких-то два процента (некоторые из них при этом работают на импортном сырье), а за полгода инвестиций здесь освоили аж 648 тыс. грн. Однако так и не сказала, какие же мероприятия принимает управление промышленности для наиболее эффективного использования лесопользователями лесоматериалов, чтобы экономика Буковины обогащалась благодаря углублению переработки древесины на производственных мощностях ее предприятий, что создавало бы новые рабочие места и давало бы дополнительные бюджетные поступления. Или это государственная тайна, или сказать нечего.

Ничего не может сообщить и председатель постоянной комиссии облсовета по вопросам промышленной политики и развития предпринимательства, депутат облсовета от «Регионов» Франц Федорович. Хотя эта тема ему очень близка — он давно занимается деревообрабатывающим бизнесом, на мольбертах Франца Карловича пишут картины едва ли не все современные большие и малые голландцы. Нарушить властное молчание, а точнее — властную бездеятельность, должно бы было главное управление экономики облгосадминистрации, для того и созданное, чтобы проявлять заботу о доходной части бюджета, новых рабочих местах и инвестициях. Однако его начальник Игорь Сидляр убежден, что не причастен ни к лесу, ни к деревоперерабатывающей и мебельной отраслям, ни к разработке областной программы их развития. «Этими вопросами должно заниматься управление промышленности и лесного хозяйства, обращайтесь к ним», — как отрезал Игорь Анатольевич.

Но, похоже, скоро все проблемы и спорные вопросы в лесной и деревообрабатывающей отраслях будут сведены до минимума. Если вообще не исчезнут — вместе с самим лесным хозяйством и лесозаготовкой. Активизировались экологи и приверженцы преобразования Буковины в сплошную рекреацию. Все идет к тому, что буковинские леса станут одним большим заповедником, тишину которого не будет нарушать визжание бензопил. Деревья там, безусловно, будут рубить, как рубят их время от времени (в частности, и с нарушением закона) в Вижницком национальном парке. Однако до посторонних ушей это не будет доходить.

До бюджета также. Как сообщили в областном управлении лесного хозяйства, с созданием национальных природных парков Черемошского в Путиле, Хотинского, Сторожинецкого, с расширением Вижницкого уплата налогов и платежей только через систему гослесхозов уменьшится на 4 млн. грн. в год, на 13,5 млн. уменьшатся объемы реализованной продукции, 426 работников потеряют работу, заготовка древесины от рубок главного пользования недосчитается 100 тыс. кубов, а лесное хозяйство — 7 млн. грн. на свое развитие. С ним тогда вообще можно будет попрощаться.

Однако среди всех бед буковинского леса едва ли не самая большая — кража древесины. Как говорят правоохранители, воруют по-разному. Гослесхозы занижают официальную кубомассу на лесосеках, кое-где — на треть. А потери от самовольных рубок этого года составляют 1300 кубов. Из них нашли лишь 200 кубов. Остальное исчезло в неизвестном направлении.

В справке областной прокуратуры о 25 уголовных делах, возбужденных по фактам совершения природоохранных преступлений, «не установленные лица» попадаются подозрительно часто. Ясно как божий день, что налево рубят лес целые бригады черных лесорубов с бензопилами и лесовозами. Причем правоохранители прекрасно знают, куда идет краденая древесина: на нелегальные пилорамы по поддельным документам. Однако среди виновных всегда почему-то оказываются «стрелочники» — рядовые лесники и лесничие. Всю подпольную производственную цепь никто устанавливать не спешит.

Похоже, прав был бывший губернатор Буковины Теофил Бауэр, когда говорил, что самым почетным видом транспорта в области является лесовоз: ни одну другую машину не сопровождает такой большой милицейский эскорт...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК