СКОЛЬКО ПАМЯТНИКУ СТОЯТЬ?

6 февраля, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск №5, 6 февраля-13 февраля

У нас памятники выдающимся событиям и историческим деятелям всегда имели огромное значение. Вспо...

Памятник Алексею Бобринскому
Памятник Алексею Бобринскому

У нас памятники выдающимся событиям и историческим деятелям всегда имели огромное значение. Вспомним хотя бы, какого масштаба достигли ритуалы с использованием памятников в советское время (митинги, торжественные линейки, возложение венков). И как стихийно развивались контрритуалы (например, возложение цветов к памятнику Тарасу Шевченко без официальной санкции считалось антисоветским, «буржуазно-националистическим» действием, а на первый взгляд абсолютно аполитическое чествование мемориального знака 1500-летия Киева молодоженами после ЗАГСа фактически стало символом причастности к киевской государственнической традиции).

Памятник Петру Столыпину
Памятник Петру Столыпину

До революции в Киеве было не много памятников, но каждый из них много значил для города, стал его своеобразной визитной карточкой, украшением. Какими были эти памятники? И кому ставились?

Один из «первенцев» — памятник графу Алексею Алексеевичу Бобринскому. Он — в числе самых просвещенных и деятельных людей своего времени. Когда австрийский инженер Франц Герстнер предложил в 1835 году построить железную дорогу между Петербургом, Царским Селом и Павловском, то именно граф Алексей Бобринский возглавил это дело, создав акционерную компанию по строительству дороги. И двадцатипятиверстовая трасса была сооружена в кратчайшие сроки.

Граф Бобринский сыграл ведущую роль и в развитии свеклосахарной промышленности всей Российской империи и в первую очередь — Юго-Западного края. Дело в том, что в 1838 году граф по наследству получил местечко Смелу Черкасского уезда Киевской губернии и в считанные годы построил там шесть сахарных заводов и один головной — рафинадный. Заводы графа в Смеле, Грушевке, Яблонивке, Балаклее и Капитоновке являлись не только образцами научно-технической мысли того времени, но и отличались хорошими социально-бытовыми условиями для работающих: при заводах строились больницы, школы для рабочих, библиотеки…

Газета «Киевлянин» писала: «Смелянские заводы — дворцы промышленности, но дворцы, рассчитанные не на внешний эффект, а на удобства выполнения работ. Великая заслуга Бобринского состоит в том, что он горячо был предан делу».

Граф Бобринский прославился еще и тем, что изобрел и усовершенствовал ряд сельскохозяйственных орудий — во всех справочниках по земледелию ХIХ века описаны «плуги Бобринского», «сеялки и распашники Бобринского»…

В 1856 году Бобринский издал «Статистические материалы для истории свеклосахарной промышленности в России», а спустя 12 лет — капитальный труд «О применении системы охранительной и свободной торговли в России». Эта работа цитировалась Фридрихом Энгельсом в «Анти-Дюринге», Карл Маркс в «Капитале» тоже ссылается на труд Бобринского.

Умер граф Бобринский в Смеле 4 октября 1868 года, и через три с половиной года в Киеве ему был поставлен памятник. Его соорудили на пожертвования — вся Россия собирала деньги, чтоб увековечить память выдающегося промышленника и экономиста. Бронзовую статую, на подножии которой были изображены земледельческие орудия и рельсы железной дороги, венчала надпись: «Полезной деятельности графа Алексея Алексеевича Бобринского». Памятник освятили и открыли 6 февраля 1872 года.

А в начале апреля 1919 года вышло постановление горсовета рабочих депутатов: «Не позднее пролетарского праздника 1 Мая снести долой памятники контрреволюции, которые так поганят наш город, передать их на заводы для переплавки на гильзы к снарядам для Красной Армии». В этот страшный список вошла и бронзовая фигура Бобринского. А в 1932 году разобрали и постамент.

Это место пустовало долго, и только 30 апреля 1954 года, в дни празднования 300-летия воссоединения Украины с Россией, здесь был открыт памятник Николаю Щорсу.

Щорс — весьма загадочная фигура, ведь до 1935 года имя его почти не упоминалось. А потом оказалось, что «Вторая бригада в составе Богунского и Таращанского полков под командованием Щорса 5 февраля 1919 года освободила Киев от войск буржуазно-националистической Директории», что в марте того же года Щорс «командовал Первой Украинской советской дивизией, а затем — 44-й стрелковой дивизией, оборонявшей Коростенский железнодорожный узел».

Почему только в 1935 году вспомнили о Щорсе? Историки считают, что причиной этому явилась состоявшаяся осенью того года известная встреча Сталина с деятелями культуры. На ней вождь неожиданно обратился к Александру Довженко: «А почему у русского народа есть герой Чапаев и фильм про героя, а вот у украинского народа такого героя нет?» В результате появился фильм «Щорс». К нему была написана песня о том, как «след кровавый стелется по сырой земле». На самом деле никакой след за Щорсом не стелился, никаких особых подвигов он не совершал, к ордену Красной Звезды не представлялся. «Отличился» Щорс тем, что был замечен в махинациях с продовольствием («оприходовал» вагон с хлебом, адресованный голодающему Петрограду). Погиб он, как и сказано в энциклопедиях, 30 августа 1919 года, но вовсе не в бою, а получил пулю в живот от своего же боевого товарища, у которого увел жену. Историки располагают на этот счет неопровержимыми документами.

После 1939 года о Щорсе писали много и взахлеб. Видимо, фильм Александра Довженко был воспринят как подлинно биографический и произвел такое огромное впечатление, что сразу же после выхода картины на экраны многие улицы, фабрики и училища страны были названы именем Щорса. В том числе и киевскую улицу Сурикова переименовали в улицу Щорса. В распоряжении Киевсовета значилось: «Назвать улицу именем Н.Н. Щорса, героя Гражданской войны и полюбившегося всеми трудящимися персонажа фильма «Щорс» режиссера-орденоносца А.П. Довженко».

Памятник Александру II
Памятник Александру II

В эти годы были репрессированы многие подлинные герои Гражданской войны и «появление» Щорса оказалось очень кстати.

В 1940 году начались работы по созданию памятника Щорсу, но помешала война. После войны было окончательно решено его воздвигнуть, но о конной статуе речь тогда еще не шла — рассматривался только пеший вариант (его тогда планировали установить на площади Л. Толстого). Наконец, в 1949 году была утверждена конная статуя Щорса, которую решили установить именно на бульваре Шевченко.

Памятник Щорсу стоит и сегодня, хотя периодически в печати поднимается вопрос о его демонтаже.

Памятник Николаю I
Памятник Николаю I

История, изучаемая в советские годы, гласила, что царь Николай I — «вешатель», подавивший восстание декабристов, создавший политическую полицию для борьбы с революционным движением, жестоко преследовавший свободомыслие, разгромивший польское восстание и революцию в Венгрии...

Но город Киев в период его правления (1825—1855 годы) неузнаваемо преобразился. По прямой инициативе Николая I в городе были построены Университет, Институт благородных девиц, первая в Украине женская гимназия, кадетский корпус, Цепной мост через Днепр, открыт Ботанический сад...

Вот что написано в справочнике «Киев» (1900 год): «Императору Николаю I наш Киев столь многим обязан, ибо благодаря его гению и доброте добился большого своего развития и процветания. Вот почему киевляне уже давно желали достойным образом увековечить память Государя. Уже в начале 70-х годов было сделано первое пожертвование на сооружение памятника. И киевские купцы, и городское управление, и военное ведомство, и Юго-Западные железные дороги — все внесли свою лепту, и вот в Николаевском сквере, с Божьей помощью, выросла бронзовая величественная фигура императора Николая Павловича во весь рост, в сюртуке военного покроя с открытой мудрой головой, лицом к фасаду Университета. Государь опирается державной рукой на план г. Киева, лежащий на невысокой драпированной тумбе. Фигура самодержца возвышается на пьедестале из темного гранита. По бокам пьедестала помещены барельефные изображения зданий и сооружений, воздвигнутых в Киеве в царствование и по воле Императора Николая Павловича. С лицевой стороны пьедестала укреплена фигура двуглавого орла, а под ней надпись: «Императору Николаю I благодарный Киев». С противоположной стороны другая надпись: «Сооружен в царствование Императора Александра III. Открыт в царствование Императора Николая II». Сооружение памятника обошлось в 160 тыс. руб., но ни копейки не было взято из казны. Открытие памятника прошло особенно торжественно, в присутствии Их Императорских Величеств, и состоялось в 1896 году».

В 1918 году статуя Николая I была снята, позже уничтожен и постамент.

В 1939 году Украина праздновала 125-летие со дня рождения Кобзаря. 5 марта Киевскому университету было присвоено имя Тараса Шевченко. 4 мая в Киеве открылся пленум правления Союза писателей СССР, посвященный 125-летию со дня рождения Тараса Шевченко. 18 июня в Каневе состоялось открытие Мемориального музея и нового памятника на могиле поэта. В рамках этих юбилейных мероприятий 6 марта и был открыт в Киеве, в парке напротив университета, памятник Кобзарю (бронзовая фигура высотой 6,45 метра была отлита на Ленинградском заводе художественного литья, постамент из красного гранита). На памятнике надпись: «Т.Г. Шевченко. 1814—1861». И слова из его «Заповіта»:

«І мене в сім’ї великій,

В сім’ї вольній, новій,

Не забудьте пом’янути

Незлим, тихим словом».

Памятника в Киеве был удостоен и другой самодержец всероссийский — Александр II, старший сын Николая I. Памятник этот сооружался тоже на пожертвования (Всероссийская подписка собрала 220 тыс. рублей) и был установлен на Царской площади (ныне — Европейская площадь). Открыт в 1911 году.

В связи с открытием памятника Александру II, Лев Троцкий писал 15 сентября 1911 года в газете «Звезда»: «Сколько замечательных слов печаталось и произносилось в адрес Александра II, который, мол, «стал для крестьян отцом и государем-реформатором», освободившим их от крепостного ига. А ведь вранье чистейшее! Ибо после поражения в Крымской кампании революционная ситуация дошла до такого кипения, что царь, испугавшись народного гнева и народного же топора, пошел на судебную, военную и земскую реформы, а в первую очередь, на отмену ненавистного крепостничества. Царя наш народ тоже ненавидел и поэтому очень долго был недоволен революционерами, которые много раз покушались на господина Романова, но довести дело до ума, вернее, до гроба, не могли. Особенно обижались на Дмитрия Владимировича Каракозова, который первым промахнулся. И только 1 марта 1881 года, когда удалось бросить бомбу прямо под ноги Романову, славная и благородная затея Каракозова увенчалась успехом».

Кстати, летом 1869 года на площади, которая тогда называлась Европейской (по названию гостиницы, здесь построенной), была заложена часовня «в память спасения жизни императора Александра II 4 апреля 1866 года» (как раз тогда, когда на него покушался Каракозов). Через несколько дней Александр II «высочайше дозволил наименовать» площадь, где стоит часовня, Царской.

Пьедестал памятника Александру II 20 сентября 1912 был облит черной краской. «Злоумышленный студент университета Св. Владимира, подвергший оскорблению памятник государю-императору, уже арестован и начинает называть своих подельников» — гласила телеграмма, отправленная из Киева в главное управление политической полиции.

Памятник Александру II был сброшен с пьедестала 8 апреля 1919 года, а 26 июня в клубе юных коммунаров (в 1964 году на месте клуба построена гостиница «Днепр») проходил Первый Всеукраинский съезд комсомола. Его делегаты собрались на площади, где состоялось торжественное открытие памятника «Красноармейцу — защитнику народных масс». Восьмиметровая фанерная фигура красноармейца в буденовке, шинели и с винтовкой в руке стояла на постаменте, ранее принадлежащему памятнику Александру II.

Через четыре года фанеру убрали и на этом месте планировали соорудить монумент в честь Великого Октября. Не сложилось.

В 1944 году на этой площади, которой дали имя Сталина, соорудили памятник «вождю всех времен и народов». Журнал «Огонек» писал: «И первое, что делают люди, освободив свои дома, улицы и города от фашистских извергов, это возводят памятник самому великому полководцу в истории человечества, самому мудрому учителю, самому родному и любимому человеку на Земле — товарищу Сталину. Вот почему одновременно в Киеве, Одессе, Минске, Харькове и многих других городах возвысились величественные памятники вождю».

В 1956 году, после ХХ съезда, памятник Сталину снесли. Когда это происходило, то в толпе киевлян, наблюдавших за этим событием, был и писатель Виктор Некрасов. Видя, как нелегко поддавался Сталин разрушению, как несколько раз обрывался трос, которым трактор пытался стащить памятник с пьедестала, Виктор Платонович сказал замечательные слова: «Политические покойники бывают удивительно живучи».

Больше на этом месте памятников не было. И, видимо, не будет, ибо начинающаяся сейчас полная реконструкция Европейской площади не предусматривает сооружение здесь памятников.

Вернемся к памятнику Александру II. Его открытие было приурочено к торжествам, посвященным 50-летию отмены крепостного права, и состоялось 30 августа 1911 года в присутствии Николая II, болгарского царя Фердинанда I Кобургского, премьер-министра России Петра Столыпина, а также обер-прокурора Св. Синода, шефа жандармов, министров, генералов и прочая, прочая, прочая...

Торжества продолжались. А вечером 1 сентября в городском театре шла опера «Царь Салтан», и во время антракта Петр Столыпин был смертельно ранен. На следующий день «Петербургские ведомости» писали: «Неизвестный во фраке, приблизившись на расстояние до двух шагов, выхватил браунинг. Раздались два сухих выстрела. Статс-секретарь П.А. Столыпин, схватившись рукой за правую сторону груди, опустился в кресло. Лицо было бледным. Окружающие подхватили раненого и понесли к выходу. Публика в страшном напряжении нервов и эмоций потребовала исполнения гимна и заняла свои места. Открылся занавес. Государь Император приблизился к барьеру ложи. На сцене вся труппа исполнила гимн и затем опустилась на колени. К небу понеслась мольба «Боже, Царя храни!» И публика волновалась и дрожала до тех пор, пока Государь не покинул ложу. А раненого тем временем перевезли в лечебницу Маковского на Мало-Владимирской улице. Пуля попала ниже правого соска, застряла в позвоночнике. Из лечебницы П.А.Столыпин просил передать Государю Императору, что он готов умереть за Него, просил успокоить жену и пригласить священника». Далее сообщалось, что «преступник назвался помощником присяжного поверенного Богровым» и что «одна из пуль попала в ногу скрипачу оркестра Берглеру». 5 сентября Петр Столыпин умер.

Хотелось бы отметить, что Киев был излюбленным местом террористов. Именно здесь служил действительный статский советник Судейкин, убитый Сергеем Дегаевым. В Гортеатре в жандармского полковника Новицкого стреляла Дора (Фанни) Каплан, которая впоследствии ранила Ленина. Киевлянин Григорий Гершуни (его именем после революции была названа Столыпинская улица) подготовил убийство Харьковского губернатора князя Оболенского. Эсеры организовали покушение на начальника киевской полиции Спиридовича. После революции выстрелы и взрывы продолжались. Так, 30 июля 1918 года на Институтской улице гранатой, брошенной эсером Борисом Донским, был смертельно ранен главнокомандующий немецкими оккупационными войсками в Украине фельдмаршал Эйхгорн — один из выдающихся полководцев Первой мировой войны, не знавший поражений и нанесший русским армиям наибольший урон...

Городская дума, посмертно избрав Столыпина почетным гражданином Киева, решила установить памятник «великому реформатору, верному слуге Царя и Отечества». Сперва памятник хотели поставить напротив Гортеатра, но вдова была категорически против («Нельзя, чтобы незабвенный Петр Аркадьевич стоял подле места, где злодей покусился на него», — писала она киевскому губернатору). И было принято окончательное решение: поставить памятник перед зданием городской думы на Думской площади (сейчас — площадь Независимости). Само здание думы находилось на месте нынешнего Дома профсоюзов.

Проект памятника Столыпину выполнил известный итальянский скульптор Этторе Ксименес (это он создавал памятник Александру II) и сделал это бесплатно. В письме царю скульптор писал: «Хочу бескорыстно послужить Вашей России и сделать все надлежащее, чтобы память о ее выдающемся сыне и Вашем верном слуге жила века и тысячелетия».

Было собрано пожертвований более чем 200 тысяч рублей (сам царь внес 20 тысяч ассигнациями), из них 100 тысяч рублей ушло на сам памятник, остальные деньги — на помощь вдовам и сиротам. Летом 1912 года состоялась закладка памятника, и уже в сентябре 1913 года он был освящен и торжественно открыт.

Столыпин был изображен во весь рост (газеты писали: «красавец-трибун», «вдохновенный и убедительный оратор обращается через наши головы к потомкам»), а на лицевой стороне памятника была надпись: «Петру Аркадьевичу Столыпину — русские люди». Рядом — цитаты из речей премьера: «Твердо верю, что затеплившийся на Западе России свет русской национальной идеи не погаснет и вскоре озарит всю Россию», «Вам нужны великие потрясения, нам нужна Великая Россия».

Памятник Столыпину простоял до 16 марта 1917 года. То был «День праздника революции» и на Крещатике прошла массовая манифестация. Памятник стал кульминацией праздника. Была построена импровизированная виселица, выступали «адвокаты» и «обвинители». Когда же «народный суд» был окончен и зачитан «приговор», то фигуру Столыпина при помощи металлических лебедок сперва подвесили над постаментом, а потом, под восторженные крики толпы, сбросили на землю.

Уже 20 февраля 1919 года (спустя две недели после провозглашения Советской власти в Киеве!), там, где стоял Столыпин, водрузили гипсовый памятник Карлу Марксу, выполненный скульптором Иосифом Чайковым. Он, кстати, был также автором многих других скульптур и памятников, установленных в городе в это время — Энгельсу, Троцкому, Карлу Либкнехту, Победе Октября, Мировой Революции, Всеобучу. Вот как писал сам скульптор в «Объяснении к наградному листу»: «Композиция «Всеобуч» задумана в 4 метра и с четырьмя фигурами. Они представляют собой рабочего с неукротимым порывом устремленного вперед. Рядом женщину, со знаменем борьбы и свободы, вдохновляющую это движение. К данной группе снизу поднимаются крестьянин с винтовкой и мальчик, подносящий ему патроны. Материал — гипс, пакля, провод, старый картон и революционное вдохновение художника».

В сентябре 1919 года (с приходом в город деникинцев) все советские памятники (в том числе и Марксу) были разрушены. Но в 1922 году памятник основоположнику научного коммунизма возродился на том же месте, и уже в бронзе. Газета «Правда» писала: «Это — единственный в Киеве, а скорее всего, во всей республике образец монумента, исполненного в формах, переходных от кубизма к конструктивизму, но с натуралистическим трактованием Марксовой фигуры, идеи и ученья».

Вот как воспринял памятник Михаил Булгаков: «Слов для описания черного бюста Карла Маркса, поставленного перед Думой в обрамлении белой арки, у меня нет. Я не знаю, какой художник сотворил его, но это недопустимо. Необходимо отказаться от мысли, что изображение германского ученого может вылепить всякий, кому не лень. Трехлетняя племянница моя, указав на памятник, нежно говорила: дядя Карла Черный».

И тем не менее памятник Марксу простоял до 1933 года, когда в одну весеннюю ночь он был снесен и увезен на завод «Арсенал» для переплавки.

Долгое время на площади памятников не было, и только в 1977 году (на противоположной стороне Крещатика) в глубине площади возвысился монумент в честь Великой Октябрьской социалистической революции. Торжественное открытие состоялось 22 октября и было приурочено к 60-й годовщине Великого Октября. Монумент представлял собой пилон высотой 18,4 метра с фигурой В. Ленина из красного гранита. Перед пилоном были четыре бронзовые фигуры героев революции: рабочего, крестьянина, работницы и матроса.

Когда же Советский Союз распался, то был демонтирован и этот монумент — 84 гранитных блока, из которых он состоял, переданы Акционерному обществу «Укрреставрация» для повторного применения.

Сегодня на Майдане Незалежности возвышается монумент, посвященный независимости и свободе нашего государства. Хорошо бы этому памятнику простоять века!

Новые памятники — это замечательно. Но жаль, что нет у Киева старых памятников — ведь история города начинается не с Октября. Жаль, что советских людей учили отказывать себе в праве на историческую жизнь до революционному периоду. Дескать, прошлое — черно-белое, как старое немое кино. И все люди из прошлого делятся только на своих и чужих. Своим — все прощалось, чужим — прощения не было. Жаль...

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно