СЕРДИТЫЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ ПОСЛЕ ПОСЕЩЕНИЯ ВЫСТАВКИ «КИЕВ ПОДЗЕМНЫЙ»

8 сентября, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №36, 8 сентября-15 сентября

«Как добраться до Музея истории Киева?», - недавно спросил меня приятель. Объяснив ему, как попасть на улицу Пилипа Орлика, 8, я поинтересовался, что ему там нужно...

«Как добраться до Музея истории Киева?», - недавно спросил меня приятель. Объяснив ему, как попасть на улицу Пилипа Орлика, 8, я поинтересовался, что ему там нужно. «Хочу посмотреть выставку «Киев подземный», - ответил он и отправился по указанному адресу. «Как впечатления?», - спросил я его после визита в музей. «Тебе, пожалуй, понравится», - пожал приятель плечами. С детства увлекаюсь историей родного города, я интересуюсь и романтическими киевскими подземельями. Кроме широко известных и всем доступных Ближних и Дальних пещер Лавры, мне посчастливилось побывать в Китаевских и Гнилецких пещерах, в подземельях Михайловского Златоверхого монастыря и в одной из потерн (подземном ходе) Печерской крепости. Поэтому при первой возможности я поспешил в Музей истории Киева.

Поднявшись на третий этаж, я вошел в небольшой зал, в котором расположена выставка. Ее тематика оказалась несколько более узкой, чем название: она посвящена одному из видов подземных сооружений Киева - пещерам, связанным с монашеской жизнью. Киевские пещеры долгое время оставались одним из наименее изученных видов археологических памятников. Около двадцати лет их исследуют ученые специального отдела при Музее истории Киева, а также сотрудники Киево-Печерского заповедника. За это время сделаны интереснейшие открытия в Ближних и Дальних пещерах, на Зверинце, в Китаево, в урочище Церковщина. В результате стало намного больше известно о жизни подвижников, которые «оставиша грады и села, богатство и домы, и вселишася в горы и в вертепы и в пещеры земныа». Находки археологов-«пещерников» легли в основу экспозиции. Я с интересом разглядывал планы пещерных лабиринтов, найденные в них при раскопках бронзовые кресты-энколпионы и кипарисовые нагрудные кресты, керамический светильник и железные кресала, вериги и старинные монеты...

Но почему не выражал восторга от выставки мой приятель? Дело в том, что она, как и большинство экспозиций в краеведческих, археологических и других музеях на территории бывшего СССР, не рассчитана на «среднего» посетителя. Что могут сказать человеку, не читавшему «Киево-Печерский патерик» и даже не слыхавшему о святых Антонии и Феодосии, невзрачная глиняная и деревянная посуда, обломки кирпичей и жерновов, железные цепи и ржавые инструменты непонятного назначения? Что могут сказать скульптурные портреты (реконструкции по черепу) двух монахов, похороненных в лаврских Ближних пещерах? Об одном из них - Несторе знают многие, но кто знает архимандрита Поликарпа? А он был известным церковно-политическим деятелем второй половины XII века и, по мнению специалистов, вел, как и Нестор, летопись.

Пояснения, вывешенные рядом с витринами, не спасают: рядом с каждым экспонатом есть только трудно различимый номер, а расшифровку этого номера надо искать в тексте, помещенном рядом с витриной: чтобы понять, что есть что, надо водить головой от текста к витрине и обратно; при этом текст тоже трудно читаемый, так как напечатан на машинке со старой лентой. Конечно, при нынешней нищете у музея вряд ли есть средства на лазерный принтер. Но что стоило поместить таблички рядом с каждым предметом?

Но и прочитав некоторые пояснения, посетитель может остаться в недоумении. Откуда ему знать, что плетенные из кожи кресты-параманы, найденные в Зверинецких пещерах, - непременная деталь монашеского костюма, которая носилась на спине и символизировала тот крест, который инок брал на себя, чтобы следовать за Христом. Откуда знать посетителю, что «рогалие» (так обозначен в экспозиции один из железных предметов, напоминающий мотыгу) - это орудие, упоминаемое Нестором в уникальном рассказе о переносе останков святого Феодосия из Дальних пещер в Успенский собор. В этом рассказе летописец пишет от первого лица о том, как он по поручению игумена рогалием откапывал мощи Феодосия, погребенные в подземной келье. Археологические исследования полностью подтвердили достоверность рассказа: на стенах недавно найденной кельи Феодосия видны следы от рогалия, оставленные Нестором.

Не спасают положение и цитаты из упомянутого «Киево-Печерского патерика», - они хоть и написаны большими буквами, но прочитают их немногие посетители, которые понимают старославянский язык и смогут разобрать стилизованный шрифт. Видимо, рядом надо было поместить перевод. Вряд ли что-то скажут большинству стоящие под другими цитатами фамилии Эртеля и Каманина - ученых, начинавших на рубеже XIX-ХХ веков изучение киевских пещер...

Я невольно сравнивал выставку с другими, тоже на исторические темы, о которых когда-то читал в журнале «Англия» (они были посвящены «Книге страшного суда» и королю Генриху VIII). Судя по тексту статей и фотографиям, английские выставки делаются так, чтобы заставить каждый экспонат говорить, чтобы передать даже невежественному посетителю дух эпохи. Почему у нас таких выставок мало? Дело не только в бедности. Главная причина - та же, из-за которой неинтересно читать советские учебники: выработанная социализмом традиция не думать о потребителе. Но это - отдельная тема.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно