Марианна Вертинская: «ОБЯЗЫВАЕТ НЕ ФАМИЛИЯ, А ПРОФЕССИЯ»

6 мая, 1996, 00:00 Распечатать

В одном из писем Александра Вертинского, написанном по возвращении на родину, есть такие строки: «У меня родилась вторая дочь - Настенька...

В одном из писем Александра Вертинского, написанном по возвращении на родину, есть такие строки: «У меня родилась вторая дочь - Настенька. Ей уже один год и четыре месяца, а старшей Биби (Марианне) - 2 года и девять месяцев. Обе - куклы! Я счастлив». Обе дочки стали актрисами. Старшая - Марианна - больше известна театралам. Уже много лет она - одна из ведущих актрис театра им. Евгения Вахтангова, хотя начинала в кино, ярко заявив о себе в знаменитом фильме Марлена Хуциева «Мне двадцать лет» («Застава Ильича»).

Мы встретились с Марианной Вертинской в день рождения отца, родина которого, кстати, Киев, - это естественно предопределило тему нашего разговора.

- Марианна, тяжело нести крест фамилии?

- Я не считаю, что это крест, - иметь такого отца это большая честь. Он привил нам определенные понятия, взгляды на жизнь, вкусы, в конце концов. Что-то досталось мне генетически, что-то могу вспомнить... Когда отца не стало, мы были маленькими девочками, мне - 13, Насте - 12 лет. Вполне естественно, что мы не все понимали в этом человеке, не понимали, насколько он огромен и талантлив. У нас просто было детское чувство влюбленности в отца. Взрослея, мы обращались к его творчеству, слушали его пластинки, читали рассказы о нем, его воспоминания, и постепенно детская влюбленность выкристаллизовывалась в любовь в него как в личность. Я могу только благодарить Бога за то, что Александр Вертинский - мой отец.

- К профессии актрисы обязывала фамилия?

- Это профессия обязывает, а не фамилия, - она вся на людях. Тяжелая профессия. Тем более если ты - дочь Вертинского. В меру своих способностей и сил мы старались «держать марку». Что из этого вышло - не мне судить, но, думаю, что и я, и Настя выросли в довольно серьезных актрис.

- В отличие от Анастасии вы редко появляетесь на экране. Такая преданность театру или есть другие причины?

- Думаю, здесь много компонентов. Во-первых, я работаю в театре Вахтангова и никогда не меняла место работы. В свое время играла довольно много - до 30 спектаклей в месяц, поэтому для меня «взять картину» означало отказ от какой-то роли в театре. Но дело даже не в этом. Наверняка, особенно в молодости, если бы меня сильно привлекала роль, я бы согласилась. Просто после того, как я снялась в достаточном количестве «средних» картин, при этом работая в театре и имея интересные роли, не было надобности сниматься только ради того, чтобы сниматься. В театре я получала полную творческую сатисфакцию.

- Марианна, но ведь начало у Марлена Хуциева было таким мощным, может быть, это предопределило и человеческую судьбу?

- Наверное, ведь я не была еще даже студенткой Щукинского училища, когда меня выбрал Марлен Хуциев. Потом я уже училась, картина снималась долго. Кроме всего прочего, это была целая жизнь, потому что на картине было огромное количество талантливых людей, с которыми я познакомилась и в последствии дружила, - Андрон Кончаловский, Андрей Тарковский, Юлик Файт, Паша Филин - все они стали моими друзьями на долгие годы. Это, конечно, определило и мою человеческую судьбу, мои привязанности к определенным людям, мое отношение к жизни. Оно, конечно, менялось, расширялось, но первое впечатление было связано именно с этими людьми и с этой картиной.

- Большая удача, когда актер встречает в жизни такого человека, который будет писать «на него» или ставить для него. Не было ли у вас такого?

- Если проследить судьбы актеров, причем актеров достаточно одаренных, очень мало таких «счастливчиков». Это обычно бывает, когда складывается альянс - муж и жена, режиссер и актриса или сценарист и актриса. А так редко кому повезло, чтобы кто-то что-то специально создавал для них - у нас это было как-то не принято. А я начинала в то время, когда были абсолютно другие правила игры в этом мире. Сейчас уже проще - можно заказать сценарий, создать себе имя, если деньги есть. Но это редкие случаи. Такого культа актера, его имени, как на Западе, у нас не существует.

- А вы чувствовали себя звездой?

- У меня нет такой потребности. Интересно работать, обожаю репетиции, очень люблю процесс общения, притирки какой-то. Вообще мое любимое состояние, когда я что-то ищу, особенно если нравится роль, если хорошее сочетание: режиссер - партнер - роль... Но звездой? Я как-то никогда об этом не задумывалась - ведь и понятие «звезда» появилось в нашем лексиконе недавно. У нас теперь каждый - звезда. Это ведь тоже не так, далеко не каждый актер или актриса, имеющие успех на сцене, являются звездой. Вот на сегодняшней эстраде у нас все звезды, хотя, дай Бог, набрать из них полторы. У нас не было культа Женщины. Долгие годы кинематограф наш, опираясь на советскую философию, убирал с экрана лучшие женские качества - женственность, сексуальность, чувственность, умение любить.

- Система актерского ремесла построена на том, чтобы актер поменьше думал, что играть, лишь бы играть, так ли это?

- Актеру, конечно, необходима практика. Люди, которые очень долго выбирают, не появляются на сцене или экране, в результате теряют профессию. Тренинг необходим - умение владеть даром, общение с публикой. Даже в тех спектаклях, которые играешь уже много лет, там тоже можно что-то переделывать - тем-то и интересна профессия театрального актера. Вообще актер должен работать. У нас был такой артист - Николай Гриценко - гениальный артист, влюбленный в свою профессию. Он никогда не отказывался даже от эпизода, а эпизод у него вырастал!.. Конечно, мелькать для мелькания глупо - это ничего не дает, только опустошает душу.

- Марианна, у вас профессия отложила отпечаток на жизнь, на быт?

- Хотим мы этого или нет, она волей-неволей откладывает какой-то отпечаток. У меня много друзей-художников, может быть, именно поэтому моя старшая дочь выбрала профессию художника. Все вместе они ей помогали, подсказывали, подбадривали. Младшая поступила в Щукинское - тоже пошла по стопам родителей.

- У вас оставалось время для воспитания детей?

- Всегда относилась к этому очень серьезно. Для меня было важным - какими они вырастут, старалась уделять им много внимания, вкус развивается в общении.

- В семье существует культ вашего отца?

- Конечно, хотя они его не знали, очень радуются, узнавая что-то новое. Они не так влюблены в него, как мы с Настей, - ведь мы его помним живого, но они с величайшим пиететом относятся к его личности.

- У вас дружная семья?

- Слава Богу, семья дружная. Мы с Настей очень близки, каждый день созваниваемся, что-то вместе делаем, следим за могилой отца. И дети наши дружны между собой, несмотря на разницу в возрасте. Часто по выходным ездим вместе на дачу, устраиваем семейные обеды. В общем, хорошая у нас семья.

Приезжая в Киев, Вертинские всегда приносят цветы к дому, где жил их отец - Александр Николаевич Вертинский. Он очень любил Киев и незадолго до смерти написал о родном городе стихи. Так как книга стихов Александра Вертинского еще не издана, привожу эти стихи по книжке Б.Савченко:

Киев - Родина нежная,

Звучавшая мне во сне,

Юность моя мятежная,

Наконец ты вернулась ко мне!

Я готов целовать твои улицы,

Прижиматься к твоим площадям,

Я уже постарел, ссутулился,

Потерял уже счет годам...

А твои каштаны дремучие -

Паникадила Весны -

Все цветут, как и прежде, могучие,

Берегут мои детские сны.

Я хожу по родному городу,

Как по кладбищу юных дней,

Каждый камень я помню смолоду,

Каждый куст вырастал при мне.

Здесь тогда торговали мороженым,

А направо была каланча!

Пожалей меня,

Господи Боже мой...

Догорает моя свеча.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №24-25, 23 июня-6 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно