ИСКУССТВО ТРЕБУЕТ ЖЕРТВ. МАТЕРИАЛЬНЫХ - Новости кино, театра, искусства , музыки, литературы - zn.ua

ИСКУССТВО ТРЕБУЕТ ЖЕРТВ. МАТЕРИАЛЬНЫХ

6 июля, 2001, 00:00 Распечатать

Кураторы Надежда Пригодич и Ольга Жук принудили наиболее расхожее сегодня медиа выступить одновременно в двух противоположных ипостасях — собственного обвинителя и защитника...

«Три сестры»
«Это нормально»
«Три сестры»

Кураторы Надежда Пригодич и Ольга Жук принудили наиболее расхожее сегодня медиа выступить одновременно в двух противоположных ипостасях — собственного обвинителя и защитника. Выставка «Видео против видео. Между зрелищем и зрением» проходила в ЦСМ с 1 по 24 июня в рамках фестиваля «Dreamcatchar». Такое противоречиво-критическое отношение кураторов к предмету своей заинтересованности, пожалуй, гораздо интересней «слепой любви»… Коронный аргумент «обвинения»: ограниченность видеозрелища по сравнению с естественным аудиовизуальным восприятием мира. Однако, как утверждает большинство авторитетов, только это искаженное отражение и доступно нашему ограниченному восприятию…

 

Впрочем, если захотеть, то повод для обвинения, можно найти. Видео, как и все ядовитые и хищные виды, восторжествовавшие в процессе «эволюции» искусства, отмечены яркой окраской, привлекательной зрелищностью. Живые картины, возникающие из темноты, завораживают публику все так же, как и во времена изобретения волшебного фонаря — на подсознательном уровне зрителя ведь мало что меняется. Подчас оно поглощено нарциссическим самолюбованием — об украинском видео, скомпонованном по принципу ассоциативной взаимосвязи цитат из киноклассики, только это и можно сказать. Тогда видео превращается в «видение» неких виртуально-эстетических ландшафтов, и в этом случае, как в кромешной тьме, зрение — излишество, оно перестает существовать вместе с действительностью… Занятно, что этот эффект глубоководного «погружения» в виртуальном пространстве-времени может быть одновременно главным аргументом защиты. Двигаясь дальше по цепочке «за» и «против», обнаруживаем, что он же невольно нарушает порядок основополагающих понятий «экспозиции» и «кинозала», «пространственных» и «временных» искусств, становящихся практически неразличимыми... В связи с чем вновь бурно заговорили о кризисе репрезентационных стратегий современности…

Выставка в ЦСМ вроде бы и предлагает выход из этого самого кризиса, но с такой его простотой все не согласятся. «Видео против видео» воспринимается как пародия на пафосность самое себя уровня сетевых анимационных заставок — благо, не метящих ни в какие психоделические дали. Спрос с них невелик — легкое безумие плоских приколов. Симпатичны анимационные картинки Сесилии Лундквист (Швеция). «Это нормально» — размышления на избитую тему сосуществования двух Я, скованных одной цепью. В своем роде замечателен телевизор-людоед Кьюпи Кьюпи (Япония). Инсталляция состоит из красных фонарей, улучшающих пищеварение, — таких, как в китайских фастфудах, и ритуального «жертвоприношения» на экране — истекающее слюной чудовище непрерывно кого-то заглатывает. Василий Цаголов продолжает игру в насилие, уравнивающую в правах «беспощадное» зрение и «безобидное» зрелище. На полу лицом вниз лежат связанные куклы-«заложники», рядом с ними прокручивается экранная хроника преступления, записанная камерами наблюдения, установленными в каком-то анонимном офисе. С противоположного экрана ребенок умоляет отпустить заложников. Слова мальчика обращены в пустоту, но кажется, что он обращается к каждому входящему, ощущающим себя поневоле террористом и в то же время заложником хитроумного замысла автора…

В этом году Ассоциация арт-галерей Украины отважилась на новшество. Поскольку последний (пятый) Арт-фестиваль в Украинском доме уже отдавал нафталином, его решили реорганизовать в фестиваль некоммерческих проектов и собственно ярмарку галерей — по принципу российских «Арт-Москвы» и «Арт-Манежа». 15—18 июня в Украинском доме и «Совиарте» стартовал новый фестиваль «Проект- 01» — во всей чистоте своего буквально понимаемого «некоммерческого» замысла. Материальная поддержка проектов Ассоциацией арт-галерей на этом этапе выражалась в льготной оплате аренды выставочной площади. Для начала сойдет, но если думать о будущем мероприятия, этого будет недостаточно для того, чтобы избавиться от синдрома «бедного» (подразумевается не стилистика минимализма, но крайняя ограниченность в средствах) искусства. Возможно, стоит начинать задумываться о механизмах привлечения ощутимых спонсорских средств не только для заполнения выставочной площади готовыми проектами, но и для их создания на достойном технологическом уровне, ведь степень поддержки некоммерческих инициатив прямо пропорциональна их качеству. Ну а если судить об искусстве, кодовое название «01» стало роковым: из общей массы проектов, занявших этаж Украинского дома, можно было выделить 0,1 удачных решений, то есть полноценно не прозвучал ни один из них. Не худший вариант — «Хороший, плохой, злой…» (куратор Наталья Филоненко). Да и то, раздающая простейшие роли «детская считалка» выигрывает за счет гастрольного (и потому неприевшегося видео) «Памфлета» с подзаголовком «Три сестры и три составные части современного искусства» Мариана Жунина и «Маши и медведя» Елены Ковылиной. В чеховском тексте, разыгранном в идиотских декорациях, Жунин увидел основные составляющие современного искусства — внутреннюю провинциальность, женскую депрессию и экстатическое служение актуальности. Такая попытка рефлексий по поводу происходящего нам, конечно, в диковинку. Ковылина копирует свою ищущую приключений Машу с Красной Шапочки Берна, которая ходит в лес не проведывать больную бабушку, а встречаться с Волком. На экране разыгрывается момент близкого знакомства Маши и Медведя — детская сказка в порноинтерпретации.

«Это нормально»

Приятно, что положительные отзывы все же звучали — в адрес «Лабиринта» в «Совиарте» (куратор Алексей Титаренко). Стену галереи «пробивало» видео Виктории Денбновецкой с птицами, взмывающими в небо над реально рассыпанными на полу зернами, а находящийся за спиной зрителя проектор отправлял туда же, в небо, силуэт каждого входящего. Автоматически в памяти всплывало: душа — это птица, как утверждали Кастанед или Алексей Толстой). Вороны Денбновецкой, придвигающие к нам некое потустороннее измерение, были явно не тем, чем казались, а залетными магами... В сумраке нижних выставочных залов — «катакомб», мистическая атмосфера сгущалась. Инсталляция «Виват, Мексика!» Глеба Вышеславского мало у кого ассоциировалась с одноименным неоконченным фильмом Ейзенштейна, что огорчало автора. Ведь раскрашенный «веселый» череп, атрибут мексиканских карнавалов смерти, перед которым, как перед иконой, застыла коленопреклоненная фигурка молящегося, выкадрирован именно оттуда. Из той же оперы «memento mori» — ледяные часы Анны Сидоренко и Сергея Якунина. Капли тающего «сталактита» из льда медленно падают на мраморную плиту, отсчитывая мгновенья. Следующая их инсталляция позволяла публике еще при жизни увидеть, а то и окунуться в застывшие «воды забвения», существующие в преданиях. Бассейн — и в нем «остров» из листов стекла, подсвеченных снизу. Красиво и уныло или, если выразиться поделикатней, слишком специфично, не волнует «дневную» душу, равнодушную к таинственному…

В Союзе художников — очередной «привет из прошлой жизни» — Всеукраинская Биеннале живописи. Его члены от мала до велика, кто как смог, отпраздновали тот факт, что живопись еще существует. Рассматривая патриотическое «В моїй хаті козацтво гуляє» Феодосия Гуменюка или что-то еще совершенно придворное, недоумеваешь, неужели живописцы, которых здесь много, действительно почитают за честь выставляться в подобном обществе? Зачем нужны такие огромные и безликие выставки, напоминающие слившуюся в экстазе толпу? То, что решающую роль тут играют номенклатурные соображения, ясно уже из распределения премий. Пока обкатанная система компромиссов и соглашений сбоев не дает. Не успевшие раствориться в общей массе лица, такие, как Анна Криволап (вопреки внешней подражательности живописи отца, ее работа насыщена мощной, «неприрученной» энергетикой), вряд ли могут рассчитывать на поощрение, хотя они-то в нем и нуждаются…

С выставкой «Конец великой утопии» (до 30 июня) в Национальный музей пожаловал Михаил Туровский, эмигрировавший в 1979-м. Конец великой утопии ХХ века, то есть коммунистической идеологии, Холокост — темы избитые и тяжелые, оставим их в покое... А графика Туровского, собранная из частных коллекций Головинской и Резникова, Гильбо, Фельдмана, Ароновых и выставленная в «Тадзио»(с 29 июня) тем и хороша, что лишена идеологического подтекста и объективно свидетельствует о времени великой утопии и одном из поколений ее «строителей». Серия портретов 70-х — Г.Аронова, В.Резникова, В.Дозорца, М.Петровского… — артистизмом исполнения отдаленно напоминает образы интеллектуальной и творческой элиты своего времени довоенного классика Анатоля Петрицкого. Из сего генетического сходства делаем вывод, что на фоне воспевания героев социалистического труда выживала все-таки традиция запечатления скромного обаяния интеллигентности.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №14, 14 апреля-20 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно