ЦИВИЛИЗОВАННОЕ СВЯТОТАТСТВО

11 июля, 2003, 00:00 Распечатать Выпуск № 26, 11 июля-25 июля 2003г.
Отправить
Отправить

Тяжелая земля раздавила десятки тысяч трупов расстрелянных нацистами наших соотечественников. Н...

Тяжелая земля раздавила десятки тысяч трупов расстрелянных нацистами наших соотечественников. На протяжении двух лет здесь изо дня в день звучали выстрелы, крики отчаяния и предсмертные возгласы тех, кого жестокость навсегда вырывала из чувствительной обычной жизни и бросала в пропасть совершенно неизведанной безысходности. Кто-то хотя и спасся от пуль, но задохнулся под гнетом сырой земли и окровавленных тел.

Нацисты навсегда украли у нас наших дедов и бабушек, матерей и отцов, сынов и дочерей, братьев и сестер. Нацисты навсегда украли у нас детей, которых замученные ими жертвы могли бы родить. Но нацисты не смогли украсть у нас нашу память об убиенных, растерзанных ими.

Но сегодня появились другие желающие украсть у нас саму память. А доморощенные услужливые люди согласились помочь им осуществить эту кражу, очевидно, надеясь, что и им что-то от этого перепадет. И если им посчастливится это сделать, то тяжелый камень помпезного здания на этом окровавленном месте не только будет давить на души погибших и захороненных здесь людей, но и раздавит нашу память. А потерявшие память не имеют права на уважение.

Без наших могил нет и нас самих

Общеизвестное историческое событие. В 512 году до н.э. персидский шахиншах Дарьяуш с огромным войском пришел в Большую Скифию, дабы наказать сколотов за их дерзость и поработить их. Сколоты же, количественно уступавшие персам, посоветовавшись, не спешили вступать в бой с персидским войском, а истощали его постоянными нападениями на отдельные отряды, уничтожением продовольствия на пути персов и продолжительными странствованиями по степям современной Украины. Сколоты даже отдали персам несколько поселков и один город, но в бой не вступали — берегли своих воинов.

Дарьяуш, видя, как его войско постепенно тает и деморализуется, направил к сколотскому царю посланника с требованием: или подчиниться ему — Дарьяушу, или же вступить с ним в бой. На это царь прислал шахиншаху пространный ответ, где заверил Дарьяуша, что сколоты никогда не покорятся ему, и объяснил, почему они не торопятся вступать в бой с персами. Были в послании и такие слова: «Но если Ты настаиваешь на том, чтобы этот бой состоялся как можно быстрее, тогда вот что. У нас есть могилы наших предков. Ну-ка найдите их и попробуйте нанести им хоть какой-нибудь ущерб. Вот тогда Ты увидишь, как мы будем биться с вами за наши могилы!»

И, как выяснилось затем, эти слова сколотского царя не были пустым хвастовством. Как только персидское войско приблизилось к местности, где сколоты обычно хоронили своих предков, сколотское войско, хотя было не столь многочисленным, как персидское, сразу же выстроилось перед персами, чтобы вступить с ними в бой. Фактически сколоты шли на неминуемую смерть.

Но бой так и не состоялся: Дарьяуш не отважился биться с воинами, для которых могилы их предков были дороже собственной жизни. А ночью вообще скрылся от них со всем своим огромным войском.

Сколоты не мыслили, не воспринимали себя полноценными людьми без своих могил. И сколот, который не смог похоронить своих родителей надлежащим образом или защитить их могилы от поругания, на всю дальнейшую жизнь был опорочен — он уже не имел права считать себя полноценным гражданином общества. С помощью такой вот жесткой системы самодисциплины сколоты старались хранить и передавать память о себе своим потомкам и другим народам. И, как мы знаем, это им удалось.

Среди украинцев есть немало людей, считающих, что сколоты — наши непосредственные предки. Украинцев привлекает в сколотах их мужество, самобытная культура и господствующий гонор. Они гордятся такими пращурами. Но способны ли украинцы так же, как сколоты, самоотверженно защищать покой своих предков и оберегать их могилы от поругания со стороны чужих и доморощенных цивилизованных вандалов? Способны ли украинцы избавиться от комплекса неполноценности и угодливости перед теми, кто тщеславно считает себя умнее? Наконец, способны ли украинцы сегодня запретить кому-либо посягать на нашу Украинскую Голгофу — Бабий Яр?

Угодливость или примитивное дикарство?

Создается впечатление, что способны. Только бы им не мешала в этом родная власть. Ведь родная власть, несмотря на всю ее активную деятельность в возведении разнообразных культовых сооружений, на самом деле мало проникается духовными потребностями украинцев, а все еще остается угодливо-услужливой перед иностранными денежными мешками. Ибо кроме того, что она согласилась отдать на откуп бизнесменам священные киевские склоны над Днепром под сплошную застройку их отелями и другими коммерческими объектами, она так же согласна разрыть бульдозерами и залить бетоном сотни тысяч трупов наших погибших соотечественников. Ибо как только организация «Джойнт» предложила построить в Бабьем Яру Центр иудейской культуры, выделив для этого 10 млн. долларов США, как некоторые киевские власть предержащие, не задумываясь над последствиями, сразу же начали воплощать эту идею в жизнь. Их мало беспокоит тот факт, что Бабий Яр — это братская могила наших замученных нацистами соотечественников; это место, куда живые люди приходят, чтобы отдать дань памяти погибшим и возложить у памятника цветы; это действительно сакральное место, постоянно напоминающее нам об ужасах войны. Это, наконец, наша память о нас самих и вместе с тем предостережение, что такая трагедия может повториться, если мы утратим бдительность и чувство ответственности за собственные действия.

На все это киевские чиновники мало обращают внимание. Среди них особенно отличился главный архитектор Киева Сергей Бабушкин, известный киевлянам своими действиями на ниве «окультуривания» и осовременивания столицы. Нет желания лишний раз напоминать о том архитектурном паскудстве, которое с благословения господина Бабушкина «разукрасило» много мест нашего Киева, — за это его и так постоянно и справедливо критикуют специалисты-архитекторы.

Поэтому не удивляет, что этот архитектор позволил строить уже упомянутый Центр именно в Бабьем Яру. Но в связи с этим возникает естественный вопрос: разрешил бы господин Бабушкин хоть что-нибудь строить на могилах своих родных — дедов, бабушек и прочих? Думаю, если он морально здоровый человек, то нет — не позволил бы. А почему же тогда он позволяет строительство на братской могиле наших родственников и соотечественников? Большевики гордились тем, что превращали старые кладбища в строительные площадки «светлого будущего». Какими были моральные устои тех творцов «нового мира», мы хорошо знаем. Следовательно, разрешение на строительство Центра иудейской культуры в Бабьем Яру — это не только еще одно подтверждение профессиональной состоятельности главного архитектора Киева господина Бабушкина, но и красноречивый показатель его нравственности.

Неизвестно, правда, чем больше руководствовался Бабушкин и иже с ним — финансовой стороной дела или опасениями быть занесенным в список юдофобов? Ибо здравый смысл подсказывает, что ничто иное не могло бы побудить к такому кощунственному шагу. Если причина этого — деньги, то господин Бабушкин слишком дешево оценил жизни убитых в Бабьем Яру, не говоря уже о том, что даже сама попытка подобной оценки является святотатством. Если же причиной было опасение получить ярлык юдофоба, тогда г.Бабушкину нужно посочувствовать. Как и всем нам. Ибо среди нас очень много тех, кто панически дрожит от самой мысли, что их могут обвинить в антисемитизме лишь за высказывания против строительства Центра иудейской культуры на территории Бабьего Яра.

Легенда об украинском юдоедстве

Так, например, корреспондент газеты «День» Татьяна Хорунжая обеспокоенно спрашивает у своих собеседников: «Если реализацию проекта строительства в Бабьем Яру все-таки удастся прекратить... не будет ли использовано это как свидетельство антисемитизма украинцев?» («Бабий Яр: не нужно монополизировать память о трагедии», «День» №230, 13.12.2002 г.). Или огорченное признание Мирослава Мариновича: «Для того, чтобы воспротивиться идее строительства такого центра, нужно проявить определенное мужество... — словно расписываешься в собственном антисемитизме» («Сакральное перед наступлением профанного», «Зеркало недели» №48, 14.12.2002 г.).

К чести собеседников Т.Хорунжей (Юрий Шаповал и Николай Рябчук), они без комплекса неполноценности уместно ответили, что «при любых условиях не стоит вообще обращать внимания на то, кто и как будет трактовать очевидные факты» (Ю.Шаповал) и что «ни одна статистика, ни один опрос, никакие исследования психологов, этнологов не указывают на то, что существует высокий уровень ксенофобии в Киеве или во Львове», вдобавок, «это все высосанные из пальца пропагандистские лозунги, относительно которых нужно быть осторожными» (Н.Рябчук).

Но за эту легенду еще в те давние времена ухватились слишком ушлые иудейские ультрапатриоты и продолжают использовать ее и поныне. Вместе с тем ни они, ни российские шовинисты не вспоминают, что регулярные иудейские погромы при поддержке имперского правительства были начаты печально известными российскими «черными сотнями»; что антииудейство было необъявленной государственной политикой Российской империи последние сорок лет ее существования; что в Украине во время гражданской войны 1918—1921 годов самыми рьяными и жестокими инициаторами и исполнителями иудейских погромов были офицеры добровольческой армии Деникина; что в годы сталинизма юдофобство было распространено в СССР и поощрялось властями, а сами чекисты-энкаведисты в своих застенках выбивали из людей громкие дела об иудеях-предателях советской родины; что, наконец, до последних лет своего существования советская власть использовала бытовое иудофобство для решения собственных проблем.

Зато они вдохновенно рассказывают, как петлюровцы, махновцы, оуновцы, воины УПА и другие украинские военные соединения едва ли не сотнями вырезали и расстреливали иудеев, а некоторые «хитрые хохлы» — те вообще уничтожали их тысячами в нацистских концлагерях. Следовательно, все преступления против иудеев, совершенные в Украине, они возлагают исключительно на плечи самих украинцев. Даже к нацистским преступлениям украинцев приобщили. И они не только вдохновенно рассказывают обо всем этом, но и организовывают различные физические отмщения (убийство С.Петлюры), показательные судилища над украинцами (дело И.Демьянюка) и поощряют или заставляют других людей выдумывать или поддерживать их антиукраинские сплетни. Например, что в Украине существует государственный антисемитизм.

Но о каком украинском юдофобстве можно говорить, если во время нацистской оккупации тысячи украинцев (от прославленного митрополита Греко-католической церкви Андрея Шептицкого до не менее знаменитых, но не известных широкому кругу обычных надднепрянских и восточноукраинских граждан), рискуя собственной жизнью, спасали от гитлеровского преследования десятки тысяч иудеев и цыган. И даже устроенные оккупантами показательные расстрелы таких украинцев-спасителей не отвадили «упрямых хохлов» и в дальнейшем спасать иудеев.

Да и вообще, о каком украинском юдофобстве можно говорить, если сегодня в Украине верующие иудеи свободно исповедуют свою веру, широко отмечают религиозные праздники, ежегодно Украину посещают тысячи паломников для оказания почестей местам, связанным с выдающимися религиозными деятелями? На начало 2002 года в Украине существовало более 220 иудейских общин, было более ста раввинов, более 100 синагог, функционировали 80 воскресных школ, где иудейские дети изучают Тору, другие священные книги иудеев и историю своего народа («День» №58, 29.03.2002 г.). Активно действуют другие нерелигиозные центры иудейской культуры во многих городах Украины.

Поэтому полностью правы Ю.Шаповал и Н.Рябчук, заявляя об отсутствии юдофобии среди украинцев и призывая осмотрительно относиться к пропагандистским антиукраинским провокациям. Но, к сожалению, сегодня такие незашоренные взгляды единичны. То, что украинцев много лет клеймили как юдофобов, дает о себе знать. Так не устали ли украинцы до сих пор услужливо и угодливо верить в эту украинофобскую легенду о собственном юдоедстве? И не наступило ли время нам обустраивать нашу жизнь без оглядки на то, что о нас будут говорить злопыхатели?

Думаю, наступило. А поэтому относительно Центра в общем — наиболее состоятельным является мнение людей, высказывавшихся против такого строительства именно в Бабьем Яру, и советующих построить Центр в другом месте Киева. Ибо всякая болтовня, будто без построения Центра «через десять лет Бабий Яр потеряет свое значение и будет забыт» («Сакральное перед наступлением профанного»), — лживы и даже обидны для нас. На протяжении шестидесяти лет мы помнили о Бабьем Яре, знали, что он для нас означает, — а сейчас вдруг мгновенно забудем о нем. Предубежденность такой точки зрения самоочевидна.

Как и самоочевидно опасение Дмитрия Затонского, что «многие... будут представлять дело так, словно в этом подаренном «Джойнтом» Центре действительно будут танцевать на костях наших славянских предков» («Бойся данайцев, дары приносящих», «Зеркало недели» №48, 14.12.2002 г.). Именно так и будут представлять. Недаром же многие киевские иудеи высказываются против строительства такого Центра именно в Бабьем Яру, ибо они как никто другой прекрасно понимают, что это строительство — откровенная провокация.

Более того, можно не сомневаться: если на территории Бабьего Яра будет построен любой центр любой культуры — иудейской, российской, польской или украинской, — тогда через десять лет люди действительно забудут, что такое Бабий Яр, какие преступления в нем совершались и какие страдания в нем бурлили, а его символическое значение-предостережение будет навсегда забыто. Ибо культурологически-утилитарное использование такого объекта уничтожит сакрально-духовную сущность самой памяти о трагедии Бабьего Яра.

А создав такой позорный прецедент, можно будет не удивляться, если вскоре у кого-то вдруг возникнет дикарская идея выстроить помпезный центр в Быковне или на склонах Днепра — на месте Мемориала Неизвестному солдату, поддерживаемая и санкционируемая бабушкиными, после чего что-то такое там и построят. Ибо какая же разница между Бабьим Яром, Быковней и Мемориалом Неизвестному солдату? И тогда уже точно будущие поколения будут считать нормой строительство на старых кладбищах, будто бы утративших свое значение, различных культурно-утилитарных комплексов. Ну а со временем наши потомки повыбрасывают и наши кости, если они будут мешать им создавать «источники яркого возрождения общественной жизни». По-видимому, необходимо принять закон, который запрещал бы такие строительства на местах коллективных и индивидуальных погребений.

Единственное, по моему субъективному мнению, что там можно построить, — это памятник жертвам советских голодоморов. И еще, возможно, памятник нашим людям, во время нацистской оккупации спасавших от гитлеровцев иудеев и цыган, а также украинских и российских борцов против нацизма. Этот памятник напоминал бы нам о смельчаках, таким образом боровшихся против нацизма, не утративших чувства собственного достоинства, а следовательно, заслуживающих нашего уважения и памяти. И нужно это, конечно, не им, а прежде всего нам, чтобы мы собственным беспамятством не опозорили самих себя перед всем миром и в глазах наших потомков.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК