Правнук Лысенко: "Меня выбросили на улицу"

23 февраля, 16:47 Распечатать Выпуск №7, 24 февраля-2 марта

Прадед и правнук — исторически и символически — воспринимаются через определенную "омонимическую" призму.

Правнук выдающегося украинского композитора Николая Лысенко — также Николай Лысенко — рассказал о неоднозначной ситуации, сложившейся вокруг Государственного эстрадно-симфонического оркестра Украины, в котором он занимал должность художественного руководителя.

Николай Витальевич Лысенко — украинский дирижер, до последнего времени — художественный руководитель известного оркестра. Он родился в семье хорового дирижера Виталия Лысенко. Его прадед — гениальный украинский композитор Николай Лысенко.

Прадед и правнук — исторически и символически — воспринимаются через определенную "омонимическую" призму.

Правнук Лысенко с 2005 года возглавлял Государственный академический эстрадно-симфонический оркестр Украины как художественный руководитель. 

Впрочем, последние события, связанные с конкурсами (и другими обстоятельствами), оставили известного дирижера — на обочине, за бортом.

Собственно, драматическая ситуация с правнуком Лысенко — словно отражение противоречивых и порой непрозрачных процессов, связанных с конкурсной системой в сфере культуры. Предлагаем читателям версию "музыкальных событий" — от Николая Лысенко.

— Теперь я официально безработный! — признается дирижер Лысенко. — Конкурс на должность художественного руководителя оркестра — состоялся, решение — принято. И меня сняли с должности художественного руководителя оркестра.

На том конкурсе присутствовали художники, которые пришли меня поддержать. Например, Евгений Станкович, Мирослава Которович, Игорь Щербаков, другие. Их сначала вообще не хотели пускать в зал. Но вынуждены были это сделать. И выдающиеся художники высказывались в мою поддержку.

Однако победила иная "политика". Мне начали предъявлять различные "претензии". К тому же создали совещательную комиссию — из эдаких "титушек". И они были настроены против. Хотя на самом деле они защищали свое право доработать до пенсии. Теперь ведь — контрактная система. И директор держит в руке иглу жизни буквально каждого музыканта в оркестре. Поэтому люди и боятся.

Какие ко мне претензии? Например, говорят, что с
2005-го я был художественным руководителем, но ничего не делал, потому что вроде бы за меня все делали другие.

Действительно, в последние годы в оркестр пришло немало дирижеров, и они также вносили свой вклад в развитие коллектива. Директор искал выгодные контракты, дирижеры работали. И я тоже как дирижер работал, причем много. 

Но как у художественного руководителя у меня была определенная стратегия развития коллектива — и я ее реализовал.

На конкурсе я должен был представить стратегический план развития коллектива. Все программы — на год, на 5 лет. И я их предоставил.

Говорю: "Извините, я всю жизнь считал, что миссия художественного руководителя — создавать творческие концепции и качественно их реализовывать, а миссия администрации (продюсера, директора) — искать деньги".

Итак, сейчас меня, отца троих детей, заслуженного деятеля искусств, человека, посвятившего музыкальному коллективу 20 лет своей жизни, буквально выбросили на улицу...

Но для меня было приятным открытием, что многие музыканты открыто меня поддержали. Подошли, пожали руку, сказали, мол, Николай Витальевич, создавайте новый оркестр, а мы пойдем за вами!

Меня поразило, что есть такие люди, как Мирослава Которович, которая сказала, что уйдет из коллектива и не будет здесь работать.

Если есть художники с таким чувством человеческого достоинства, в стране еще не все потеряно.

Сама эта ситуация напоминает даже не предательство, а удар ножом в сердце. 

Я знаю, что со стороны администрации на меня польются потоки грязи. Ведь "кому-то" нужно оправдаться за произвол, который творится...

Буду подавать в суд  —  несправедливость не может оставаться безнаказанной.

Тем не менее, у меня нет желания бороться за "существование" в коллективе. Я только хочу защитить свое имя. И, надеюсь, Министерство культуры скажет свое слово по поводу действа, которое называлось "конкурсом".

— Николай Витальевич, с чего, собственно, началась эта история — то есть попытки отторгнуть вас от оркестра, которому вы отдали 12 лет как художественный руководитель, а 20 лет — как дирижер?

— Все началось с того, что в нашем Государственном эстрадно-симфоническом оркестре сменился директор. Кстати, сейчас оркестр называется Kyiv Fantastic Orchestra и разделен на несколько коллективов. 

Предыдущий директор — Юрий Сергеевич Федоренко — заслуженный работник культуры, в прошлом году он отпраздновал свое 70-летие. 

К его чести, этот оркестр был едва ли не единственным коллективом Министерства культуры, который всегда выполнял или перевыполнял финансовый план. То есть у Юрия Сергеевича был дар музыкального менеджера — он договаривался c продюсерами и при этом не забывал уделять внимание национальному репертуару. 

У нас были такие громкие проекты, как Rock Symphony, Notre Dame de Paris, рок-опера Mozart. С этими проектами мы ездили по всей Украине, также бывали на зарубежных гастролях. 

Появление нового директора не обошлось без "войны". Ведь нужно было сместить с должности предыдущего руководителя. И в этом также "помогла" конкурсная система, ведь предыдущий директор — пожилой человек, а его должность предполагала конкурс. 

Но я встал на сторону предыдущего директора. После чего мне прямым текстом сказали: дескать, Николай Витальевич, вы делаете катастрофическую ошибку и об этом еще пожалеете.

Некоторое время мы еще смогли выстраивать отношения на "вы", я отдал новому директору все свои контакты, к нему перешло много проектов. Продюсеры, прежде работавшие со мной, начали контактировать непосредственно с ним. Он очертил амбициозные планы для коллектива. 

Но получилось, что главные коммерческие проекты отпали. Некоторые продюсеры нашли другие коллективы. Это был первый удар, но мощный, поскольку 60–70% годового плана нам давали именно эти проекты. 

Изменилась локация нашего оркестра с повышением арендной платы за помещение. Раньше базировались в КНЭУ, а теперь нашли помещение в Национальном комплексе "Экспоцентр Украины". Поэтому финансовые показатели в течение года далеко не положительные. 

Кроме того, планировался промоушен оркестра в "Экспоцентре", однако и эта идея провалилась. 

В декабре я проводил генеральную репетицию с Тарьей Турунен, эта певица входит в ТОП-10 оперных певиц мира. Меня вызвали в "кабинет" и заявили, что контракт со мною продлевать не будут. Аргументировали тем, что некоторые оркестранты недовольны, как я дирижирую, как работаю. 

Я чувствовал себя как в дурном сне. У меня репетиция с четвертой оперной певицей мира, а тут такие заявления. Я сказал: "Опомнитесь, давайте в другой раз об этом поговорим, я не понимаю, к чему это…" 

Уже потом узнал: просто так сказать человеку, что с ним не подписан контракт, нельзя, надо обязательно предъявить какие-то претензии. Правда, такие претензии мне может предъявлять только уполномоченный орган — художественный совет. Или профессиональная комиссия, которая будет компетентна оценивать работу дирижера. 

— Поддерживают ли вас коллеги-музыканты? 

— Что такое музыканты и контрактная система? Когда в руках у директора исключительно все контракты, которые он может продлить, а может и не продлить. Уже немало человек из оркестра ушли, включительно с талантливым аранжировщиком Дмитрием Коноваловым. 

— Как часто в последние годы вы стояли за дирижерским пультом? 

— Я не выходил из-за пульта, постоянно вел все программы, а также коммерческие программы. В рок-опере "Моцарт" даже исполнял партию одного из героев. Дирижировал на фестивалях современной музыки "Премьеры сезона", "КиевМузикФест". У меня замечательные отношения с Евгением Станковичем, Игорем Щербаковым, Лесей Дычко. Композитор Валерий Антонюк получил премию Бориса Лятошинского, и именно наш оркестр исполнил его Симфонию №7 "Маскарад неувиденных снов" под моим управлением. Тогда почему-то ни у кого не возникало никакого сомнения по поводу уровня моей компетенции. И я не мог бы дирижировать и десятую часть всех программ, если бы был человеком некомпетентным. По крайней мере, так мне кажется.

— Николай Витальевич, как думаете, магия бренда — Николай Лысенко — сегодня еще способна влиять на чиновников, политиков, музыкантов? 

— Да, это имя еще заставляет считаться со многим и многими... Но сейчас интересное время. Прошлый год был юбилейным — 175 лет со дня рождения композитора. И какие события произошли за этот год? Например, у меня есть бабушка — Рада Остаповна Лысенко, ей 95 лет, она профессор Национальной музыкальной академии. Одна безумная соседка написала на нее жалобу: якобы она круглые сутки играет на рояле, дает частные уроки, и из-за этого невозможно жить. Кончилось тем, что без подробного разбирательства дела у Рады Остаповны конфисковали старенький "Ланос", на котором ее возит дочь. Но, слава Богу, мы нашли нормальных юристов и это дело отстояли. 

А теперь еще одно — уничтожают правнука композитора, т.е. меня, в оркестре, которому отдал 20 лет своей жизни… 

— А вообще, были ли громкие мероприятия к 175-летию со дня рождения Николая Витальевича Лысенко? 

— Было одно-единственное мероприятие. Мы возвращались с гастролей из Молдовы. У нас оставалось три дня до следующих гастролей — в Польшу. Я договорился с Владимиром Ивановичем Рожком, ректором Академии, что 22 марта, именно в день рождения композитора, проведем большой торжественный концерт памяти Николая Витальевича. 

Ректор помог, договорился с хором, нашел солистов, напечатал афиши. Я подготовил оркестр, ноты, программу. 

Но администрация нашего оркестра меня вызвала на "разговор". Сказали, чтобы я поискал для концерта другой коллектив. 

Я тогда ответил, что Николай Лысенко не только мой прадед, он еще и для Украины "много чего" сделал. 

После этого приняли решение: я должен был оплатить лимитную стоимость эстрадно-симфонического оркестра. 

Таким образом, я заплатил за оркестр для концерта памяти своего прадеда Николая Витальевича Лысенко. 

Знаете, мне не было жаль этих денег, я, наоборот, сделал это с радостью. Но сама ситуация абсурдна. 

Лысенко, который работает в оркестре, платит своему оркестру за то, что коллектив участвует в юбилейном концерте памяти Лысенко.

— А какая история, связанная с вашим прадедом, чаще всего вспоминается в семье? 

— История? Их множество. Вот одна из любимых. В доме композитора практически рос Максим Рыльский. Николай Витальевич дружил с его отцом, а когда Тадей умер, Максимчика взяла под опеку наша семья. 

И вот приходит поздно вечером Николай Витальевич — уставший после трудного дня — и садится за партитуры писать музыку. Заходит маленький Максимчик: "Дядя Николай, что вы делаете?" — "Да вот пишу музыку, потому что могу это делать лишь тогда, когда все улягутся". — "Дядя Николай, поиграйте немножко, пожалуйста…" Он сначала не хочет, потом улыбается, садится за рояль и несколько часов импровизирует. А маленький Рыльский все впитывает. И когда я вспоминаю эту историю, то представляю, как это все происходило. 

лысенко композитор
Николай Витальевич Лысенко

Или когда умирает Петр Чайковский, и на сцене Мариинского театра идет постановка оперы "Тарас Бульба"… И требуют перевести "Тараса" на русский. Киевская громада просит Николая Витальевича уступить, чтобы оперу поставили в Петербурге. И тогда композитор гневно бьет кулаком по столу и говорит: "Этого никогда не будет!" Причем удар был такой силы, что все смутились, и повисла пауза, воцарилась мертвая тишина. Потом Николай Витальевич выдохнул и начал разговор на другую тему… 

— Какую музыку Лысенко, на ваш взгляд, незаслуженно забыли и мало исполняют, хотя она и заслуживает внимания?

— Музыку Николая Лысенко мало исполняют. Как правило, только к юбилеям и очень выборочно. Но у него огромный объем музыки — интересной, содержательной, патриотической, лирической, героической — как украинской, так и европейской. 

Почему-то мы не научились ценить своих. А когда научимся, то будем жить как европейцы, которые очень ценят именно свою культуру. Потому что культура — это оружие. 

Много лет подряд я ездил в Донбасс с программами симфонической музыки, играл там Лысенко, Скорика, Станковича, Колодуба. Все восхищались: какая глубокая музыка! 

Но это была инициатива одного человека. А должна быть инициативой государства, чтобы сделать национальную музыку фестивальным движением. 

Усилия отдельных музыкантов должны быть умножены на усилия государства. Если бы музыку Лысенко пропагандировали везде, то, возможно, у нас было бы другое ощущение самих себя, мы бы тогда точнее знали, чего мы достойны. Ведь когда мы играем музыку этого композитора простым людям, солдатам из АТО, — она всегда работает, люди аплодируют нам стоя. 

— Что вообще думаете о дирижерской школе в Украине? 

— Она имеет глубинные корни и традиции. Наши дирижеры не уступают лучшим мастерам мира, поскольку у нас сохранилась уникальная глубинная система обучения дирижера. Особенно в Национальной музыкальной академии им. П.Чайковского. 

Дирижер — штучная профессия. 

Молодой человек учится в классе с двумя концертмейстерами-пианистами, профессором. Таким образом, трое опытных людей учат одного молодого человека. А потом будущий дирижер идет в студенческий оркестр, оперную студию, чтобы учиться на практике работать с певцами, хором, режиссером. 

Наши специалисты успешно работают за рубежом — Оксана Лынив, Кирилл Карабиц. Многие их моих друзей выживают за счет того, что ездят в Польшу, Чехию, Словакию и дают там концерты. 

Я завершаю научную работу своего отца  — "Николай Витальевич Лысенко — один из основателей национальной дирижерской школы", ведь композитор проводил за пультом не меньше времени, чем за партитурами своих произведений. И старался достичь европейского качества. То есть наши традиции глубокие, давние. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 3
  • Максим Ларионов Максим Ларионов 18 березня, 12:43 Был на Рок Симфонии в 2017 и в 2018 году, буквально вчера вернулись с концерта. Был сразу неприятно удивлен новым дирижером и отсутствием Николая Витальевича. Но первые несколько композиций еще теплилась надежда, что это часть шоу и дирижировать по итогу будет Лысенко. Надежды не оправдались. По сравнению с прошлым годом и я сам, и люди вокруг единогласно говорили, что "уже не то". Зал не зажегся. Музыка как всегда потрясающая, но шоу не было. Лысенко действительно зажигал зал. Новый дирижер не смог. Может быть мы, благодарные слушатели, тоже можем как-то помочь возвращению Николая Витальевича на должность? Напишите, как это сделать. Уверен, найдутся еще неравнодушные люди. согласен 8 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно