ПОДВАЛ «НЕВСКОГО ФРАНТА»

17 января, 2003, 00:00 Распечатать Выпуск № 2, 17 января-24 января 2003г.
Отправить
Отправить

Гуселюб Паниковский называл Остапа Бендера «невским франтом». Случайная, ничего не значащая фраза?..

Гуселюб Паниковский называл Остапа Бендера «невским франтом». Случайная, ничего не значащая фраза? Простое совпадение? Ни в коем случае, считает Анатолий Котов, основатель и хранитель народного литературного музея Бендера в Петербурге. Командор не только бывал в городе на Неве, он и сам — отчасти петербуржец.

Конечно, в такое утверждение трудно поверить. Для нас, украинцев, Великий Комбинатор неразрывно связан с Одессой и Черным морем, но отнюдь не с Невой. Впрочем, в Одессе до открытия музея Командора не додумались, а в Петербурге — нате, пожалуйста. В восьмиметровом подвальчике в Певческом переулке находится один из самых причудливых и мистификаторских музеев мира. Здесь все, как у Ильфа и Петрова: «та самая» шляпа, в которую Ипполит Матвеевич собирал милостыню, «тот самый» никелированный самовар Паниковского, рога и копыта, полыхаевская печать с мудрой надписью: «Тише едешь — дальше будешь», 500 тысяч из миллиона Корейко, наполовину распиленная посетителями гиря и многое-многое другое.

На дверях соседней с музеем квартиры мелом выведена фраза: «Музей — в подвале. В квартиру не звонить», но звонок заливается беспрерывно. В результате гневные соседи уже привыкли к бесконечной веренице посетителей, позывным «Антилопы-гну» за окном и, конечно, к самому основателю музея — «человеку-фейерверку» Анатолию Васильевичу Котову.

Впрочем, музей намерен расширяться. Котов мечтает о «дворницкой Тихона», как в «Двенадцати стульях». Помещение площадью
40 кв.м, предназначенное для дворницкой, расположено в том же доме, но на его ремонт пока нет средств. Государственные структуры не помогают музею, так что его хранителю приходится разоряться в одиночку.

Во время беседы хранитель музея то и дело сворачивал на петербургский слой романов Ильфа и Петрова и, главное, на питерскую «подкладку» образа Командора. Пошла в ход и частушка, которую Остап Бендер — уже миллионер — пел студентам в поезде («У Петра Великого близких нету никого. Только лошадь и змея — вот и вся его семья»), и, конечно, меткая характеристика Паниковского, обозвавшего Остапа Ибрагимовича «невским франтом», и многое другое.

Я и не подозревала, к примеру, что питерское «двойное дно» есть у знаменитого эпизода с почвоведами, вконец измотавшими Остапа в «Золотом теленке». Есть в романе такой эпизод: едет Бендер в поезде с миллионом Корейко и думает: нужно сойти, чтобы не получить поездную болезнь. Ступить на землю, посидеть в ресторане, сходить в театр, а для начала — поселиться в гостинице. Но в гостиницу Бендера не пускают и объясняют такую дискриминацию проведением Конгресса почвоведов. Мол, разобрали почвоведы все места, так что устроиться абсолютно негде. Конгресс почвоведов проходил в Питере в 1930 году («Золотой теленок» вышел в 1931-м), а делегаты жили в «Астории». Делегатов на конгрессе оказалось немало, и они буквально заполонили гостиницы, рестораны и театры города. Такой вот питерский подтекст…

Создается ощущение, что Остапа Бендера ожидает судьба Гоголя: скоро его начнут делить Россия и Украина. То ли дело Шура Балаганов — он-то свой, и бабушка в Мариуполе имеется, милая старушка! Кстати, балагановская бабушка тоже, вероятно, войдет в историю. Существует проект, по которому ей с внучком воздвигнут памятник, — в Мариуполе, конечно. Есть же монумент отцу Федору на харьковском вокзале! Чем, спрашивается, Шура с бабушкой хуже?! И им, сердечным, памятник полагается.

Впрочем, в Петербурге есть не только музей Остапа Бендера, но и памятник Командору. При ближайшем рассмотрении чеканные черты бронзового Остапа обнаруживают явное сходство с Анатолием Котовым — «человеком-праздником», лауреатом «Золотого Остапа» и создателем музея. Намеренное это сходство или случайность — непонятно, но лучшего бендероведа, чем Котов, в Питере не найти. Оба романа он знает буквально наизусть и мастерски интерпретирует — впору защищать диссертацию. «А зачем мне диссертация — я лучше Бендерленд устрою», — рассуждает Анатолий Васильевич.

Бендерленд — это еще один проект лучшего бендероведа невской столицы. Представлять он будет центр семейного отдыха, подчиненный идее прославления Командора. Правда, пока блестящему замыслу не хватает материального подкрепления, то бишь презренного металла. А жаль… Какой был бы царский подарок к 300-летию Петербурга!

Наверное, одесситам пора перенимать опыт питерского музея. Или, к примеру, основать музей Кисы Воробьянинова — благо, музей Остапа уже существует. А пока Командор прописался в Петербурге. Наверное, это не случайно. Ведь в «Двенадцати стульях» Остап приходит в Старгород с северо-запада. А столицей Северо-западного региона всегда был Петербург.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК