Дирижер Ярослав Шемет: "На первой репетиции надо вести себя, как на первом свидании"

16 августа, 16:56 Распечатать Выпуск №30, 17 августа-23 августа

Украинско-польский дирижер Ярослав Шемет родился в 1996 г. в городе Мерефа под Харьковом. 

Критики называют его очень успешным молодым дирижером, ведь,несмотря на свой возраст, он уже сотрудничал со многими оркестрами и солистами из Австрии, Германии, Польши, Украины, Чехии…

Ярослав также преподает в своей alma mater — Познаньской академии музыки и успел сформировать два музыкальных коллектива. Свой первый оркестр Шемет основал еще в тринадцать лет. Он состоял из студентов и выпускников Харьковской школы талантов. Дирижер говорит: "В детстве у меня, как и у каждого юного музыканта, была только одна цель — выступать, а девизом жизни — бетховенское "высекать огонь из человеческих сердец".

Широкой аудитории в Украине музыкант стал известен после совместного выступления на львовском Leopolis Jazz Fest-2018 группы шведского виолончелиста Ларса Даниэльссона с оркестром INSO-Львов, дирижировать которым доверили именно Ярославу Шемету.

В эти дни дирижер вместе с Молодежным симфоническим оркестром Украины — в немецком городе Байройте, где они презентуют три концертных программы на The Festival of Youth Artists.

— Свою музыкальную науку я начал в ДМШ в родном городе Мерефа, — рассказывает Ярослав Шемет. — И уже в трехлетнем возрасте меня взяла к себе в класс Виктория Кудина, учившая вокалу и игре на фортепиано. В этом маленьком городе я делал свои первые шаги на сцене и ездил на конкурсы. Немного погодя начал играть на кларнете и писать музыку, если это можно так назвать. Волей судьбы на одном из конкурсов меня заметил руководитель отдела хорового дирижирования Харьковской средней специализированной музыкальной школы-интерната Алексей Кошман и пригласил на прослушивания, которые я успешно прошел. Собственно, в десятилетке я и получил всю необходимую базу для дальнейшего развития.

После окончания школы я начал ездить на консультации и прослушивания в разные страны в поисках своего ментора, которого и нашел в Познаньской академии музыки. Это был профессор Варчислав Кунц, который не только научил меня дирижировать, но и прежде всего ввел в оперный мир, дал основы музыкального маркетинга. А уже после получения степени бакалавра, благодаря гранту от ERASMUS+, я поехал в Венский университет искусств, где учился у Иоганнеса Вильднера и Конрада Лайтнера. Кроме науки у мастеров дирижерского искусства, которые были ассистентами и играли под руководством Герберта фон Караяна, Карлоса Клайбера, Карла Бема и других известных маэстро, я, можно так сказать, поселился в Венской опере и филармонии. Практически ежедневно меня можно было найти на Steinplatz и в очереди за автографами. Тогда это была единственная возможность пообщаться, например, с Риккардо Мутти и Валерием Гергиевым.

После Венского университета я вернулся в Познань, где получил степень магистра. Сразу после окончания меня пригласили преподавать в родную alma mater.

— Какие у вас в детстве были представления о карьере профессионального музыканта? И что из этого оказалось реальностью, а что нет?

— В детстве у меня, как и у каждого юного музыканта, была только одна цель — выступать, а девизом жизни — бетховенское "высекать огонь из человеческих сердец". Это не изменилось и по сей день. Но у детей подавляющий перевес над взрослыми — они не видят препятствий и проблем для достижения какой-либо цели. Когда нам было по 13 лет, мы собирали оркестр в десятилетке и не задумывались, например, над тем, что у нас нет помещения, пультов или нот… И что на все это нужны деньги. В отличие от взрослых, мы просто действовали, не спрашивая себя "как?". Это правило я пытаюсь соблюдать и сегодня — не видеть препятствий и проблем в достижении цели.

— Вы работали в польском городе Гданьске. Расскажите о тамошнем театре, коллективе, с которым сотрудничали. Можете сравнить подходы к работе дирижера на Западе и в Украине?

— Да, я работал в Балтийской опере в Гданьске в сезоне 2017/2018, еще оканчивая пятый курс в консерватории. Это был мой первый опыт как самостоятельного музыкального руководителя и постановщика такого уровня заведения. До этого я только ассистировал и делал студенческие спектакли. В Гданьске я поставил, между прочим, оперу Жоржа Бизе "Искатели жемчуга" вместе с известным режиссером Томашем Подсядло (Tomasz Podsiadło), которую очень тепло восприняли критики. В этом театре я начал познавать оперную кухню изнутри. Коллектив воспринял меня очень хорошо, несмотря на то, что мне было только 21.

— Кто в большей степени определяет судьбу приглашенного в западный оркестр дирижера — тамошний директор, сам оркестр или какая-то государственная структура?

— На данный момент я дирижер-фрилансер, поэтому получаю контракты по-разному. Главное отличие, по моему мнению, — это наличие импресарио или агентства, которое находит контракты. Если это государственное учреждение, то поиском потенциальных дирижеров и солистов занимается интендант по согласованию с директором. Однажды меня повторно пригласил оркестр, написав письмо в дирекцию. Но чаще всего я получаю приглашение благодаря так называемому сарафанному радио, которое опирается на уже заработанную репутацию.

— Можно ли, по вашему мнению, говорить о принципиальных отличиях украинской и западноевропейской дирижерских школ? Если да — в чем они состоят?

— Трудно говорить о принципиальных отличиях. Мы уже не живем за железным занавесом. Благодаря социально-политическим трендам, а прежде всего Интернету и открытым границам, можно в любой момент посетить мастер-класс или концерт на другом конце мира. С технической стороны, отличия проявляются в самом процессе образования, менталитете и доступе к современным учебникам и партитурам. Последнее, по моему мнению, является основной проблемой образования музыкантов в Украине из-за отсутствия нужных средств. В западном образовании отводится много внимания новым музыкальным трендам, современным интерпретациям, не теряя при этом определенных традиций.

— Сколько в среднем вам надо времени, чтобы разучить концерт или оперный спектакль?

— Это зависит от программы и сложности партитуры. Иногда мне нужна неделя, иногда — месяц, а иногда, как год назад в Мюнхене, у меня было только три дня на подготовку новой программы, да еще и в дороге. Одно из главных правил каждого дирижера — должен быть всегда готов. Поэтому на досуге я пытаюсь изучать как можно больше новых партитур.

— Какие проекты связывают вас с Украиной? Хотели бы вы, чтобы у вас было больше контрактов здесь или все же видите дальнейшее развитие своей карьеры на Западе?

— За последний год с Украиной меня связали несколько проектов: я являюсь приглашенным дирижером в оркестре INSO-Львов, дирижером-ассистентом в Молодежном симфоническом оркестре Украины, время от времени сотрудничаю с Одесским национальным театром оперы и балета, выступаю на разных фестивалях в качестве приглашенного дирижера. Карьера в Украине или на Западе, Китае или США — мне все равно. Я просто хочу нести свою миссию в мир, поэтому знаю, что все двери для развития открываются в правильный момент.

Что вам больше импонирует — дирижировать оркестром во время концерта или принимать участие в подготовке театральной постановки?

— Это тяжелый вопрос. Концерт и репетиция, подготовка театрального спектакля и сам спектакль — это вещи неделимые. На концерте мы показываем результат, но это только вершина айсберга. Аплодисменты после удачного спектакля, положительные рецензии критиков сложно сравнить с наслаждением, которое я чувствую на протяжении создания чего-то нового — концерта или спектакля. Видеть прогресс изо дня в день, наблюдать, как воплощается замысел композитора, — это, наверное, высшее вознаграждение.

— Бывает такое, что вы прямо на сцене импровизируете? Может ли что-то неожиданное и неотрепетированное родиться прямо на сцене?

— Да, но каждая импровизация должна быть подготовлена. Я часто это делаю по двум поводам. Во-первых, как и каждый дирижер, я работаю с живой материей. Во время концерта, а чаще во время спектакля, что-то может пойти не по плану, поэтому надо быть готовым к импровизации, чтобы сохранить целостность спектакля. В ситуациях, когда надо сыграть 10–15 концертов подряд с одинаковой программой (часто это происходит в турне), без импровизации коллектив теряет определенный адреналин и входит в зону комфорта. Из-за этого оркестр теряет желание создавать что-либо уникальное, у музыкантов снижается концентрация, и они начинают просто отыгрывать материал. Каждый концерт тогда превращается в рутину, которая убивает вдохновение. Я пытаюсь этому помочь именно через импровизацию. В турне практически на каждом концерте пытаюсь внести что-либо новое, предложить другую интерпретацию, вдохновить музыкантов, что всегда открывает новые горизонты к созданию чего-то уникального прямо на сцене.

— Чувствуете ли вы, что ваша исполнительская, дирижерская манера как-то меняется — не только со временем, но и в связи с условиями работы в разных коллективах?

— Конечно, потому что музыкант никогда не перестает развиваться. С каждым концертом и репетицией мы набираемся опыта, совершенствуемся, что делает нашу профессию исключительной. Очевидный факт, что манера каждого дирижера меняется в зависимости от коллектива. Каждый оркестр — это уникальный живой организм. Задача дирижера при первом контакте с оркестром — отыскать образ работы с коллективом, ключ, подходящий только к нему. Некоторые дирижеры шутят, что на первой репетиции надо вести себя, как на первом свидании, потому что от этого зависит дальнейшее развитие отношений.

Какие дирижеры современности являются для вас образцами мастерства?

—Это зависит от стиля и эпохи. И в целом самую большую инспирацию я нахожу в роботах Янника Незет-Сегена. Его подход к репетиционному процессу и ощущение музыкальной материи очень мне близки.

В украинской культуре примером для меня является Оксана Лынив. Ее трудолюбие и идеи вдохновляют. То, что она делает для нашей культуры, — это сокровище. Возьмем, например, Молодежный симфонический оркестр Украины или фестиваль Lviv MozArt, которые она создала. В Украине проектов такого масштаба еще не было. Благодаря Оксане Лынив наши талантливые дети впервые в истории представляли Украину на международном фестивале Young Euro Classic в Берлине, а во Львов начали приезжать музыканты мирового класса. Именно по ее примеру я открыл фонд в Польше и также хочу помогать молодым, распространять нашу культуру в мире.

С каким оркестром вы хотели бы сотрудничать?

— Со многими. Каждый оркестр, как и человек, уникален, а я очень люблю познавать интересные личности. В долгосрочных мечтах у меня, как и у каждого дирижера, сотрудничество с Берлинской филармонией, Венской оперой, Чикагским симфоническим оркестром. А нынешние мечты уже осуществляются: в скором времени я выступлю с Молодежным симфоническим оркестром Украины на молодежном фестивале в Байройте, в декабре буду записывать диск в Швеции с Ларсом Даниэльссоном и Гетеборгским симфоническим оркестром, а в январе 2020-го буду выступать в Эльбской филармонии в Гамбурге. Тайно мечтаю, что когда-то наступит время и меня пригласят в филармонию или оперу в родном городе Харькове.

Расскажите о коллективах, которые вы сами сформировали, — оркестр Musique Moderne и Polish Symphony Orchestra. Что этому предшествовало?

— Оркестр Musique Moderne сначала имел другое название — Bardzo Kameralna Orkiestra. Я его создал еще на первом курсе консерватории, это была студенческая инициатива. Через некоторое время нас заметил менеджер, сделал полный ребрендинг, подготовил профессиональную оферту и запустил нас на широкий рынок. Идеей было пропагандировать современную музыку и современных композиторов, выступать на ведущих фестивалях этого направления в Польше. Оркестр успешно просуществовал три года, после чего из-за отсутствия времени я отдал его Союзу композиторов при Музыкальной академии в Познани.

Проект Polish Symphony Orchestra я создал вместе со спонсорами, которые были заинтересованы в развитии молодых польских талантов и популяризации классической музыки. Это конкурсный проектный оркестр, нацеленный на турне за границей и распространение европейской культуры. Образцом для нас был коллектив I, Culture. Из-за определенных финансово-политических трудностей сейчас работа оркестра прекращена.

— Несмотря на ваш молодой возраст, вы также преподаете. Расскажите детальнее об этом опыте. Чем он для вас важен?

— Да, с прошлого года я преподаю в моей alma mater. Веду чтение партитур у симфонических дирижеров, теоретиков и композиторов, постановку мануальной техники и как приглашенный лектор читаю лекции и провожу мастер-классы на кафедре хорового дирижирования. Это уникальный опыт, потому что, как это ни парадоксально, я сам продолжаю учиться у своих студентов. Кроме того, для меня очень важно инспирировать людей, пытаться им прививать любовь к музыке и искусству в целом.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно