ДЕБЮТАНТЫ И ДЕДОВЩИНА

05 апреля, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск № 13, 5 апреля-12 апреля 2002г.
Отправить
Отправить

Недавно новая порция молодежного продукта была выставлена на главной витрине отечественного кинопроизводства — на самом большом в Доме кино экране Красного зала...

Кадр из фильма О.Санина «Рождество»
Кадр из фильма О.Санина «Рождество»
Кадр из фильма О.Санина «Рождество»

Недавно новая порция молодежного продукта была выставлена на главной витрине отечественного кинопроизводства — на самом большом в Доме кино экране Красного зала. Как анонсировалось, все три документальные ленты сняты по заказу Минкульта дебютантами. Стоимость «заказа», видать, скромна — исполнен он на две трети на архаичной черно-белой пленке. Причем без явной творческой нужды в том. Но все равно прекрасно: и что на пленке, и что госзаказ, и что дебютантам. Тут и чистой радости конец. Напрашиваются оговорки, недоумения, критические замечания.

Скажем, ну какой же дебютант из Олеся Санина, показавшего ныне трехчастевку «Рождество»? Дебютировал он, как известно, три года тому назад вместе… с Кирой Муратовой на ХХIХ МКФ «Молодость». То была тоже документальная, тоже пленочная, тоже получасовая лента «Грех». А повторная дебютность однотипного — вещь, понятно, невозможная, как «вторая свежесть» или «новое целомудрие». Дебют был фильмом-мемориалом, посвященным мастеру-наставнику Санина Леониду Осыке и истории съемок его незабываемого «Каменного креста». Ученик приехал на Гуцульщину, чтобы припасть к источнику вдохновения учителя и уловить ток исторического времени в тех местах (как-никак треть века минула). Святая дань уважения к классику и к классике состоялась. Однако заявка дебютанта на собственное авторство, что греха таить, вышла невнятной. Во всяком случае авторитетное жюри «Молодости» во главе с Йосом Стеллингом в упор ее не заметило. Триумфатором тогда оказалась ныне международная величина — Сергей Дворцевой с его «Хлебным днем». О.Санин, увы, не проявил аналогичного умения извлекать из документальной картинки её собственное образно-обобщающее качество. На помощь он выкликал инсценизацию, а явно постановочные включения всегда профанируют документ. Мне в той работе запомнился только один по эстетике подлинно «флагрантный», как говорили во времена Вертова, кадр: движение коровы, уходящей за рамку экрана, можно было проследить по волочащейся за ней веревкой-привязью. Но вот духовная динамика современного гуцула — самое интересное для художества — так и осталась тайной.

И вот — «Рождество». И в замысле, и в качестве исполнения налицо самоповтор с трехлетним интервалом. Те же заповедные карпатские места, тот же уникальный этнос, та же всецелая основанность ленты на реминисценциях и чуть ли не цитатах из классических образцов украинского «поэтического кино». На сей раз — преимущественно из «Теней забытых предков». В сходных мизансценических решениях воспроизведена всем знакомая этно-вещественная и ритуальная фактура. Идентичны новеллистическое построение фильма и типы персонажей (в частности, акцентированно подан местный юродивый). Аналогичен прием асинхронии, обыгрывающий экзотику подлинной речи гуцулов (в «Тенях» были закадровые пересуды местных сплетниц об Иване, здесь — чтение молитв). Несомненная аллюзия из другого, «постпоэтического» фильма — «Фуджоу» М.Ильенко — эпизод с украинским «автохтоном» на фоне рисованных пальм. В общем, почтительно повторяя учителей, молодой автор повторил и себя, притом опять от первого лица ничего нового не сказав. Да и уроки монтажа ему стоит продолжить, ибо и здесь достаточно нефункциональных повторов.

Надо отдать должное Олесю Санину — он явно обладает даром «живописного» видения и пластическим вкусом. Это было заметно еще по его совсем ранним видеоработам — «Зимно» (1995) и «Пустынь» (1996). Остается только дождаться, когда «видение» дополнится ОСМЫСЛЕНИЕМ. Пока же дебютант предпочитает артикулировать смыслы многословными титровыми врезками, которые иронически (?) комментируют действие вербально. Примерно так: «Гуцули ближчі до Бога, бо вони походять від тих вівчарів, які вітали у Різдво Діву Марію».

В документальных дебютах того вечера вообще, на мой взгляд, обозначилась своего рода ретрозависимость молодых. Фильм-памятник О.Санина соседствовал с фильмом-памятником Валентина и Максима Васяновичей, которые так и назвали свою двухчастевку — «Старые люди». Здесь речь идет об оттоке молодежи из сел, что превращает их в поселения стариков. Сельская культура как особый феномен грозит исчезнуть. Ностальгический этюд о том и сняли дебютанты. Тут есть ноты сочувствия уходящему поколению дедов и психологически точное портретирование героев. Это свидетельствует о наличии у авторов ценного стартового капитала — гражданского неравнодушия, социальных сантиментов. Но стиль подкачал: снова-таки в реалистичную «сырую» среду вносятся демонстративные, искусственные построения. То накроют старикам «поляну» во чистом полюшке и запечатлеют их фронтально, аки да Винчи тайную вечерю. А то предложат по очереди усаживаться перед камерой на табурете. Так в годы молодости этих натурщиков их снимали «на карточку», а позже «поэтическое кино» подобным образом будет ритуализировать мизансцены. Получилось о дедах — по-дедовски.

Третья лента вовсе не о былом и не о престарелых, но киноязык и киномышление все те же, музейно-хрестоматийные. «Томен. Цвета жизни» Максима Суркова — о молодой и талантливой художнице, чья фамилия в названии фильма, а весьма тривиальные сентенции о времени и о себе — в закадровых монологах. В частности, изящество замыслов живописца режиссер с люмьеровской наивностью проиллюстрировал хореографической миниатюрой на фоне еще чистого холста. А чтобы никто из зрителей не усомнился в творческом уровне художницы, он привлек череду её авторитетных «рекомендателей». Меня лично растрогал искусствоведческий анализ из уст такого метра в живописи, как Тарас Чорновил. Да и юношеские воспоминания о сборе обязательных «характеристик» разбередили душу…

Есть опасная изнанка в ключевых оппозициях «учитель и ученик», «классика и современность». Нормативное, классическое, учительное прошлое так и норовит поработить будущее — своих не в меру покладистых юных питомцев — и уподобить их себе. Такая вот существует «дедовщина» традиции. Судя по всему, молодому украинскому кино срочно требуются сорванцы, неслухи, хулиганы.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter или Отправить ошибку
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Текст содержит недопустимые символы
ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Осталось символов: 2000
Отправить комментарий
Последний Первый Популярный Всего комментариев: 0
Показать больше комментариев
Пожалуйста выберите один или несколько пунктов (до 3 шт.) которые по Вашему мнению определяет этот коментарий.
Пожалуйста выберите один или больше пунктов
Нецензурная лексика, ругань Флуд Нарушение действующего законодательства Украины Оскорбление участников дискуссии Реклама Разжигание розни Признаки троллинга и провокации Другая причина Отмена Отправить жалобу ОК