ВО ДНИ СОМНЕНИЙ, ВО ДНИ ТЯГОСТНЫХ РАЗДУМИЙ...

1 декабря, 1995, 00:00 Распечатать Выпуск №48, 1 декабря-8 декабря

187 1 (распространение измышлений, порочащих социалистический строй) Фото Юрия ХРОМУШИНА А якоже ни...

187 1 (распространение измышлений, порочащих социалистический строй) Фото Юрия ХРОМУШИНА

А якоже нива, аще будет не оранна, не возделанна, то, аще бы и посеял кая семенна на ней, не оранной сущей, никоегоже принесет плода: сице и человек..

св. Димитрий (Туптало)

...но должен заметить, впрочем, что некоторое время грешное тело мое находилось вне пределов благословенной земли украинской, и даже несколько как-то вообще вне Европы, к коей вышепоименованная земля, вне всяческих сомнений, имеет честь (возможность? несчастье? наглость?) принадлежать. Однако мятущийся и пытливый разум мой по его обыкновению все пытался познать, паче же всего - дела наши, украинские. Изнуренный дурацкой западной демократией и обилием пабов, я все же честно изучал всяческие не токмо местные, а и международные газеты, вкручивал свои добрые, но усталые от свободы слова глаза в эн-би-си, си-би-эс и прочие си-эн-эны в поисках информации об Украине. Нет ее, господа, нет. То есть информации. Никого мы не интересуем, сирые и убогие. Унылыми осенними вечерами, одиноко сидя у камелька в кингстонской ли, оттавской, торонтской ли гостинице, предавался я милой всякому советскому (sic!) человеку шпиономании. Это ж надо - как нас в информационную блокаду взяли! Окружают. Враги молодого украинского государства. Оно, конечно, слабо верится, что они кишмя кишат в каждой более или менее цивилизованной стране, но получается, кишат, гады. Вот же она, блокада, о которой - так много.

Однако..

Вернувшись же в родные пенаты, покачиваясь - нет, не от того, о чем подумали, а от примитивного jet-feeling, - припал я, как к матери-сырой земле, к источникам, к сожалению, не финансовым, а информационным.

Увы! Увы и ах. Пока меня не было, враги пробрались и в Украину. И заблокировали вообще все. С ужасом листал я некогда насыщенные страницы ежедневных украинских изданий - и медленно, но уверенно седел. Вернее, лысел - теперь, господа, я лысый. Но - в очках. В случае чего, отобьемся. Тем не менее - со страниц наших ежедневных изданий дохнула на меня мертвящим холодом самая что ни на есть информационная блокада. Ведь не может же быть такого, мысленно вскричал я, мысленно же (чтоб враги не догадались) заламывая руки - чтоб ничего, ну, ничегошеньки за довольно-таки продолжительное время моего отсутствия да не произошло. Какая-то мышиная возня в каких-то эшелонах, какие-то мелкие дрязги, легкие голодовки, незаметные стачки и неслышные миру заявления. Параллельно, правда, то там, то сям попадаются глухие упоминания о мафиозных перебранках, ссылки на множество взрывов, расчлененных трупов и случаев казнокрадства, мздоимства и т.д., но как то все - мелко, мелко. Пьем отраву тусклых мелочей, так сказать, а жизнь проходит мимо, скрываемая от нас за завесой пресловутой блокады, чтоб ее!..

Впрочем, вскоре, по зрелом размышлении, сопоставив собственные наблюдения за украинской жизнью, посоветовавшись с народом, решил я, что все это - полнейшая чушь и бред сивой кобылы. Или, если угодно, мерина. Нет никакой такой особой блокады. А есть

Ложка керосина

- ежедневная, привычная и тупая. Привыкли мы испивать ее до дна - и каждая тусклая мелочь в сознании нашем разрастается до небывалых, вселенских масштабов, заслоняя даже само небо. Прямо по Блоку - сплошной ужас, но ужас этот - ужас житейской пошлости и обыденщины. И все плохо и отвратительно, и страна катится в пропасть, и вот уже надо спасать Украину. И устраивать очередной конгресс или комитет, созывать митинг или писать заявление. Или орать благим матом сакраментальное «спасайся, кто может», немедленно отправлять детей учиться за границу, попутно быстренько хапая взятки или просто подворовывая..

А ведь на самом деле - все очень просто. Проще пареной репы, как говорят соседи. Да, мы никому не интересны - у нас не стреляют премьеров, никакое нацменьшинство не выводит на улицы столицы миллион своих представителей и Днепропетровская область не самоопределяется вплоть до отделения. Просто - все нормально. Мы живем нормальной, спокойной, тихой жизнью. Масштаб наших неурядиц не тянет на ихние таймзы.

Норма, вообще-то, - понятие весьма и весьма абстрактное. Измышленное людьми для облегчения собственных попыток ориентироваться в пространственно-временном континууме. Границы между нормальным и ненормальным, ежели таковые вообще наличествуют не только в нашем воображении - предельно размыты, и лишь наша внутренняя убежденность в существовании определенных и четко очерченных контуров нормальной жизни, выход за которые чреват, собственно, и удерживает нас - в них. Кажется, я ясно излагаю? Тут следует вскользь отметить, что редакция «ЗН» никогда, нигде и ни в чем не разделяет взгляды автора.

Да, так вот, ревенон а ну мутон. Что есть в нашем представлении нормальная жизнь? Восемь разноцветных «мерседесов» и фонтан из шампанского во дворе охотничьего домика? Или сто граммов с прицепом плюс двести колбасы по два двадцать, но каждый день и с гарантией на завтра? Да, есть, существует некая международная методика, всякие юнески и ооны постоянно предлагают списки стран с различным уровнем жизни - страны-отличники, страны-двоечники... А где мы? А мы в первой трети. Со всеми нашими прибабахами, с нытьем и тараканами на кухне, с неубранными штабелями трупов умерших от голода на Крещатике, с кризисами и бюджетами... А вот последняя треть - так действительно, там хоть и размножаются как кролики, но тут же и мрут как мухи.

А мы в гибельном восторге вычитываем ставшие уже привычными сообщения про аварии и потасовки, с некоторой даже остервенелостью выискиваем очередной крупный скандал; уподобясь наркоманам припадаем к экранам ТВ в ожидании «резких нападок», не находя - переключаемся на ОРТ - а на поверку вся наша боевая и кипучая выходит обычной серенькой суетой. Наши проблемы - это наши проблемы, и никому они не нужны, кроме нас с вами, ну, разве еще международным авантюристам да спецслужбам на всякий пожарный.

Мы скучны и неинтересны.

Не инфорационная блокада всему виной, а наша самовлюбленность, наше хуторянство, ридна клуня, нежелание посмотреть на мир не из окна своей хаты, которая, как известно, с краю, а с точки зрения гражданина мира - как бы.

Мы сокрушаемся и вопием, что мир не интересуется нами, а мы - мы интересуемся миром? И что мы собственно знаем о нем, окружающем? О его проблемах? задачах? перспективах? - ведь мы все-таки часть человечества, и, кстати, вовсе не крайне необходимая, а так..

Знаем ли мы, представляем ли себе, что подавляющее большинство населения земного шара не просто еле сводит концы с концами, а ежедневно и еженощно борется за простое выживание, что от голода ежегодно в мире умирают миллионы, что десятки, если не сотни миллионов не имеют представления о существовании элементарных моющих средств, не говоря уже о телевизорах и нижнем белье. Волнуют ли нас вопросы перенаселения? Неграмотности, голода в развивающихся странах? Проблемы глобального потепления, озоновых дыр? Даже экология, уж на что, казалось, близкая нам после ЧАЭС тема - ан нет..

Короче, нет у нас собственного представления об окружающем мире, потому и пользуемся чужими наработками в этом вопросе, потому и не стали субъектом мировой политики, а продолжаем быть объектом чужих манипуляций - российских ли, американских... А думать не хочется, хочется, чтобы нами все восхищались. Потому - жалуемся на информационную блокаду. Как же - ведь это наши предки построили египетские пирамиды, только потом враги все переврали и приписали себе.

Даже на свои собственные проблемы мы не желаем посмотреть трезвым взглядом. Вот, к примеру, проблемочка: ведь нет никакой украинской нации, может, будет потом, а сейчас в Украине живет два (квази)- народа, есть две (квази)культуры - и обе, кстати, провинциальные, только одна провинция российская, а другая - германская (или, ежели угодно, центральноевропейская). Одни смотрят на Москву, третий, с позволения сказать, Рим - по определению и по всей извилистой истории своей неисправимо вторичный. Другие - на Львов, который по большому счету вовсе не Львов и даже не Львув, а периферийный Лемберг. Глухая провинция пока что не существующей или, скажем мягче - не вполне пока еще существующей Украины. Третьи же вообще обморочно глядят в пространство, вяло перекатывая во рту пресловутую ежедневную керосинную ложку и тихо - впрочем, кое-кто и громко, прямо в микрофон - ненавидят все, что не имеет отношения к ИХ понятию о норме. Украина, естественно, в круг сих понятий не входит. СССР с Брежневым и колбасой - да, а Украина - нет.

Феномен понятен. Один хороший поэт в прошлом еще веке подметил, как сладостно отчизну ненавидеть... Да только есть ли у них что ненавидеть? Есть ли у них отчизна? Или прямо по классикам - нет у пролетариата отчизны? Классический пролетариат нынче - люмпен. И люмпену по барабану - отчизна - не отчизна, а колбасу давай, и водки поболе. Или хоть пообещай чего - как водится, светлого.

Ну вот, обещают.

Иногда даже достигают определенных жизненных благ. Некоторые утихомириваются и исчезают. А которые властью облечены становятся, как-то сразу начинают то рейтинг терять, то путаться в словах, то забывают, с какой ноги и в какую сторону марш. А все почему? Да потому, что

Хлипкий политик

пошел нынче в Украине. Все нас как-то пытаются убедить в том, что все к лучшему в этом лучшем из миров, сегодня лучше, чем вчера, а завтра будет лучше, чем сегодня. Какая-то сплошная отрыжка развитого социализма. Разлюли-малина. И ведь ясно, и проверено даже - стоит сказать народу правду - любимую им и уважаемую испокон веков правду-матку, которую, всем известно, следует РЕЗАТЬ, причем в глаза начальству (ну а кто ж у нас начальство-то, при нынешнем строевом походе в демократию? не народ ли?), - как тут же народ тебя начинает любить, и даже где-то холить и лелеять. И в обиду не давать.

Началось неплохо - агитация в стиле а-ля юкраиньен, насчет того, что, мол, как только - так и сразу, в смысле - как только вырвемся из братских объятий матушки-России, так и сразу потекут молочные реки в кисельных берегах и прочие паранормальные явления проявятся, типа благорастворения воздухов. Ан не тут-то было. Реки вышеозначенные не текут даже и по сию пору, равно как воздуси не благорастворяются. Потому и не сработала национальная идея - сало в шоколаде может быть только вечной шуткой, а не товаром на реальном рынке. Любую идею можно было продать, и рынок был пуст - народ был готов купить все. И купил. Купил в общем-то вещь неплохую, товар качественный, но уж слишком он не отвечал упаковке. Упаковка же в виде мыслимых и немыслимых благ, проистекающих немедленно в ответ на самоопределение вплоть до отделения, была одним из наиболее отвратительных и вредных видов недобросовестной рекламы. После такой никто уже никогда не купит ничего похожего. Упаковщики перестарались. То ли наивность и недомыслие убеленных сединами мечтателей, прямиком с тюремных нар волею судеб заброшенных на трибуны, заставили их поверить в свои же слова, то ли цель в который раз оправдала средство - обман, однако дело сделано. И звучат везде, где только можно, гневные инвективы в сторону тех, хто поимел некоторое мужество просто констатировать факт - национальная идея не сработала.

К сожалению, мужества не хватает. Как не хватает мужества, скажем, признать разделенность как бы существующего общества по множеству параметров: город - село, восток - запад, прошлое - настоящее, бедные - богатые... Политик нынче хлипкий - он боится. Он боится непонимания, и поэтому затыкает рот тем, кто может чего недопонять и чего неторжественного спросить. Он боится непопулярности и потому лезет с умильной мордашкой во все телеэкраны, вызывая легкую похмельную тошноту у зрителя. Он боится сам себя - и слушает таких же, как он, хлипких консультантов. Он не верит в свои идеи, ежели таковые в его голове случаются, и вынужден закупать СМИ гамузом. А главное - если он вообще политик, а не паяц, не марионетка, за чьи веревочки дергают другие руки, - он подозревает правду, он просекает внечувственным восприятием будущее, но боится народа, боится и не верит в него.

Оно, конечно, народ - дурак, и предназначение его от веку быть одураченным, обманутым и всякое такое. Но, господа, ведь он есть! Имеется в наличии народ, которым можно - и нужно манипулировать. Все равно, если не вы - то кто-то. И я готов, пожалуйста, поманипулируйте мною, извольте-с. Но только ж по-умному, ну, не совсем же мы все как на подбор олигофрены.

И вот был один такой - Марк Аврелий назывался. Он как манипулировал? Просто. Взял да и ляпнул - мужайтесь, говорит, худшее впереди. Ну и полюбили его, естественно. Уважает, значит. Правду РЕЖЕТ. Верит в нас, опять же. Ну и мы - не подведем. Вот и проимператорствовал девятнадцать лет. Не в лучшие годы, заметим - мятеж, наводнение, землетрясение, чума по всей империи, войн - со счету сбиться, Сенат опять же... А умер своей смертью. И фразочка в веках застряла.

А у нас что застряло пока? Маемо тэ, що маемо. В лучшем случае. Се ли убо пресветлая победа и одоление преславно? Вот и возникают закономерные вопросы по всей гамме - от «за что боролись» до «back in USSR». Оба лозунга весьма популярны. Очень их плебс уважает. Длинные и тягучие описания бедствий, свалившихся на голову Украины вследствие независимости, или же, обратно, мускулистые и лапидарные призывы нимало не медля вернуться к стенам потрясенного Кремля, извлекаемые из уст даже и не особо шибко грамотных пролетариев умственного труда, наводят на определенные мысли. Так и хочется ущемить кое-кому свободу слова и самовыражения, предоставленную за счет налогоплательщика.

Ну, а собственно, в чем дело? Кому не нравится - так ведь границы не на замке, границы открыты, они, господа-товарищи - прозрачны донельзя, бери шинель, пошли домой - Бога ради, вперед и с песней. В Россию ли, в Белоруссию... Вот, говорят, на Ямайке еще хорошо, тепло, все поют реггей и курят марихуану. Нет, не хотят на Ямайку, хотят опять строить чего-нибудь светлое и ошеломляющее. Без отрыва от микрофона. И текут скупые мужские слезы по изможденным от выговаривания сложносочиненных предложений щекам - от одной мысли, что приличествовало бы, народному избранничку, может быть, на крайний случай хотя бы поверхностно ознакомиться с государственным языком того государства, которому он как бы служит. Вот раньше ведь - и колбаса была, и язык не нужно было знать

А вообще - какого, извините, лешего, мои кровные денежки идут в карман людям, пытающимся уволочь меня именно туда, откуда я еле-еле, по счастливой случайности ноги унес? Налогоплательщик я или нет? Что с того, что их, содрогающихся в пароксизме от возможности порулить, избрали какие-то полуграмотные, полупьяные избиратели. Да будь у нас хоть минимальный избирательный ценз, скажем, стишок там напамять прочитать или на письме изобразить, чтоб без ошибок - не из трех букв, а, скажем, слово МУНИЦИПАЛИТЕТ - сколько избирателей у нас осталось бы? Ну и депутатов разных уровней поубавилось бы. А уж этих-то, косноязычных ревнителей русского наречия а-ля Штепсель и Тарапунька - этих-то и вовсе...

Увы, хлипкие мы. Да еще с молоком матери впитанная любовь к развитой демократии, просто какая-то страсть неуемная, граничащая с похотью. Ну не можем мы ввести ценз. Или еще как ограничить в правах. Ну пусть избиратель туп и неграмотен, пусть у него делириум тременс через два дня на третий, пусть он из собственности в своей жизни имел разве что кошку - мы его затолкаем в кабинку к урне, нехай скажет свое веское слово. А то и самого его изберем - а чо? Vox, как известно, populi - vox Dei... (Впрочем, так оно и есть на самом деле. Увы.)

Постоянная оглядка на то, что станет говорить западная Марья Алексевна, некоторый даже снобизм заставляют нас оправдываться («не хотим мы диктатуры!» Хотим, хотим. Да вот не можем), врать и изворачиваться. Тем более, что страшно - а ну как кредитов не дадут? Дадут, дадут, им выгодно. И тем больше дадут, чем больше кавардака и колхозов, красных директоров и коррекций курса реформ. А все эти Межпарламентские ассамблеи и ссоры - чушь собачья. Если Президент сказал, что назад дороги нет - назад дороги нет. Нетути. Так что, ежели который читатель мечтает о возврате в уютное лоно СССР с ядовитой, но дешевой колбасой, пустые то мечтанья. А все остальные - ей-же право - могут успокоиться. Назад дороги нет. Успокойтесь, господа - все будет хорошо. Мы все умрем в независимой Украине.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно