МЕЛЬНИЧЕНКО. УРОК ЧИСТОПИСАНИЯ - Архив - zn.ua

МЕЛЬНИЧЕНКО. УРОК ЧИСТОПИСАНИЯ

8 февраля, 2002, 00:00 Распечатать

Это правда. И у майора Мельниченко теперь есть все основания чувствовать себя победителем. Повержены те, кто утверждал, будто его фонотека — дело рук искусного монтажера...

Это правда. И у майора Мельниченко теперь есть все основания чувствовать себя победителем. Повержены те, кто утверждал, будто его фонотека — дело рук искусного монтажера. Посрамлены обвинявшие его в самом страшном для офицера предательстве — измене родине. Он так и не подчинился решению суда Северного округа штата Калифорния, обязавшего Николая Мельниченко передать все записи, сделанные им в кабинете Президента Украины, министерству юстиции США. А в лабораторном отчете американских экспертов сделан однозначный вывод: «Образцы записи, которые были переданы для экспертизы, являются клонами оригиналов и цельными записями, в которых нет никаких признаков изменения или редактирования звуковой информации в пяти указанных отрезках двух файлов. Поток речи в пяти указанных отрезках свидетельствует о том, что никакие обрывки фраз или предложений не состыковывались друг с другом при помощи отдельных звуков, слов или коротких фраз».

Отрывок из документа был процитирован в прямом эфире радио «Свобода» главой парламентской следственной комиссии Александром Жиром. И засвидетельствовал падение второй линии обороны Президента, выстроенной им категорическими утверждениями о фальсификации приписываемых ему разговоров в отношении Георгия Гонгадзе. Первая, как известно, пала после того, как была доказана бесспорность самого факта прослушивания. Именно эпизод мельниченковских аудиозаписей связанный с судьбой пропавшего журналиста, продолжительностью около шести минут, по словам Александра Жира, и стал предметом пристального изучения специалистами американской фирмы «Бэк Тэк», возглавляемой Брюсом Кенигом.

Верить никому нельзя. Кенигу можно?

Это далеко не первая попытка проанализировать ключевые документы грандиозного политического скандала на предмет их подлинности. Однако ни выводы американского детективного агентства «Кролл», ни результаты Международного института прессы в Вене так и не запечатлелись в памяти наблюдающих за развитием событий в качестве сколь-нибудь однозначных и бесспорных доказательств аутентичности (не аутентичности) записей майора. В первом случае превалировал явно выраженный политический заказ на проведение и, соответственно, результат анализа. Во втором — формулировка вынесенного «приговора» предоставляла неограниченный диапазон ее интерпретаций, от полного признания аутентичности записей до полного опровержения искренности их «производителя». Более того, ни для первой, ни для второй экспертизы не были привлечены орудия майорского труда. В то время как ФБР, куда через посла США в Украине обратились члены парламентской комиссии по расследованию дела Гонгадзе, заявило, что экспертный анализ пленок невозможен без приобщения к процессу приспособлений и периферийных устройств, которые использовал Мельниченко, а также без его личных разъяснений, каким образом он ими пользовался.

Как заявил Александр Жир, на сей раз все рекомендации ФБР были учтены. Вплоть до кандидатуры самого эксперта. Брюс Кениг, в течение 20 лет работавший в Бюро в качестве ведущего специалиста по анализу аудио- и видеоматериалов, и нынче числится в консультантах ФБР. Его внушительный послужной список уже успел обойти украинские интернет-издания. Среди наиболее известных дел, к которым имел отношение эксперт, называется даже «Уотергейт». Кроме того, г-н Кениг исследовал акустические аспекты дел по убийству президента Кеннеди и покушению на Рейгана, участвовал в расследовании уголовного дела против одного из министров администрации Билла Клинтона, а также анализировал пленки, положившие начало «Моникагейту». Характеристика, данная Брюсу Кенигу Александром Жиром, звучит так: «Он неоднократно выступал в качестве эксперта в разных уголовных делах, в том числе в вопросах, связанных с импичментом президентов. И ни один суд не поставил под сомнение те экспертизы, которые были сделаны им». Звучит! Особенно в свете принятого пару дней назад Верховной Радой постановления (282 голоса) о внесении в повестку дня сессии вопроса об импичменте украинскому президенту.

Кое-что, правда, вызывает недоумение. Экспертиза, судя по всему, отвечает лишь на вопрос, была в записях компиляция или нет. На вопрос Тараса Чорновила, не считает ли он целесообразным дополнить этот вывод как свидетельствами тех, кто узнал свой голос на пленках, так и экспертными оценками принадлежности звучащих на них голосов, глава парламентской комиссии ответил отрицательно. По его словам, г-н Кениг заявил, что такой необходимости нет: «Когда отсутствует монтаж, проводить дополнительные расследования не нужно». Но любые сомнения в правомерности и безупречности выводов эксперта разбиваются о такой железный аргумент, как его готовность свидетельствовать на любом судебном заседании, «вплоть до уголовного трибунала ООН», о подлинности записей. Тем более что пока речь идет только о деле Гонгадзе. Если, к примеру, говорить об эпизодах, в которых звучит голос того же Тараса Чорновила, то там вряд ли содержатся элементы криминала. И потому его помощь в дополнительной экспертизе не нужна.

Не пропадет их скорбный труд

Какие последствия, кроме морального удовлетворения Николая Мельниченко и морального же осуждения поведения тех, чьи голоса запечатлены им в записях, влечет за собой обнародование заключения американских экспертов? Александр Жир почти не надеется на то, что полученные результаты экспертизы, по крайней мере, в обозримом будущем, станут предметом судебного расследования в Украине. Потому-то, наверное, и упоминаются столь грозные международные инстанции, навевающие параллели между судьбами украинских высоких должностных лиц и участью югославского президента Милошевича. Если в Украине на экспертизу не отреагируют должным образом, г-н Жир будет инициировать рассмотрение этого вопроса в зарубежных инстанциях. Что такое «должным образом»? Ответ на этот вопрос следует искать, судя по всему, в словах Мирославы Гонгадзе, которая во время того же радиоэфира очень четко сформулировала сценарий развития событий. Во-первых, Генеральная прокуратура Украины должна приобщить результаты работы Брюса Кенига к уголовному делу об убийстве Георгия Гонгадзе. Во-вторых, этот документ обязательно будет использован в работе международной комиссии по расследованию дела пропавшего украинского журналиста, решение о создании которой принято в Совете Европы. В-третьих, экспертиза должна послужить поводом для того, чтобы Генпрокуратуре была предоставлена возможность допросить Николая Мельниченко на территории США. Ну, и в-четвертых, Мирослава теперь имеет достаточно оснований для подачи гражданского иска в американский суд. Этот иск будет касаться как нарушений прав человека в связи с убийством Георгия, так и нарушений прав потерпевшей стороны в результате недостаточного расследования этого преступления.

Однако выяснением подлинности записей, способных фигурировать в деле Гонгадзе, экспертная работа над пленками не закончится. По словам г-на Жира, уже начата проверка записанных разговоров, касающихся избиения депутата Ельяшкевича. Причем дело должно теперь пойти гораздо быстрее. Поскольку перед тем, как была начата проверка предыдущего эпизода, огромное количество времени и усилий было «убито» на разработку методики анализа. Александр Жир пообещал, что будет настаивать на принятии возглавляемой им комиссией решения провести экспертизу всех разговоров, касающихся дел, которые эта комиссия расследует, а также разговоров, темой которых был апрельский референдум и последние президентские выборы.

Победителей судят

Но почему-то победителем Николай Мельниченко, участвовавший в пресс-конференции на Радио «Свобода» вместе с Александром Жиром, не казался. Его стиль поведения и тактика ухода от журналистских вопросов побудили глубоко усомниться в скорой счастливой развязке всей этой истории, по крайней мере, для самого майора. На львиную долю вопросов бывший президентский охранник предоставлял возможность ответить своему партнеру, в ответах же на остальные присутствовала изрядная доля агрессии и явной недоговоренности. Впрочем, объяснение этому искать долго не приходится. В последнее время желающих заполучить ценное имущество Николая Мельниченко становится все больше, а их попытки завладеть его пленками — все настойчивее. Как уже вспоминалось, американский суд постановил обязать майора расстаться со своей нелегкой ношей. Номер этого решения — CR 01-0304 MISC SI. Исходя из той логики, что раз есть решение, значит, было какое-то судопрооизводство, один из наших коллег, связавшись с помощником судьи Сюзан Илстон (подписавшей документ), назвал приведенный номер и спросил, было ли подобное дело? На том конце провода ответили, что дело такое есть, но, под предлогом на нем грифа «секретно» что-либо больше сообщить отказались.

В ответ на вопрос «ЗН» по этому поводу Николай Мельниченко заявил, что слышит об этом впервые. А Александр Жир сообщил, что по приезде в Америку он также услышал о подобном, однако в результате собственных расследований узнал, что американское уголовное дело против Мельниченко — липа.

Но поводов ощущать дискомфорт у Николая Мельниченко предостаточно и без того. На пресс-конференции он обмолвился об определенных юридических трудностях, испытываемых им. Они де не позволяют ему заниматься расшифровкой записей, на распечатку новых порций которых сохраняется стабильный спрос. Потом была фраза о том, что все пленки находятся в распоряжении парламентской следственной комиссии. Г-ну Мельниченко сегодня действительно нелегко. По некоторым сведениям, предложения отдать записи поступают ему и от спецслужб разных государств, и от олигархов. Опасность лишиться своей фонотеки далеко не в добровольном порядке заставляет майора держать записи в тайнике, а самому постоянно менять места обитания, ведя, по сути, кочевую жизнь. Есть информация, что через адвокатов Николая ему неоднократно передавались угрозы физического устранения. Источником информации якобы выступало ФБР. Кстати, нынешний глава Бюро Роберт С. Мюллер ІІІ до недавнего времени работал главным прокурором штата Калифорния и по долгу службы имел непосредственное отношение к возбуждению и началу ведения дела экс-премьер-министра Украины Павла Лазаренко. И именно калифорнийский суд принял решение о передаче пленок Мельниченко американскому минюсту.

Упорству, с которым, подвергая свою жизнь опасности, бывший президентский охранник не желает расставаться с пленками, есть свое объяснение. Мало того, что Мельниченко официально закрепит за собой статус предателя, поскольку в записях действительно содержатся сведения, подпадающие под категорию государственной тайны. Отдав записи американским властям, он окончательно потеряет свою независимость, поскольку такой шаг — прямой путь к попаданию под программу защиты свидетелей. И свою дорогую тещу, замечательные качества которой он с таким воодушевлением описывал на той же пресс-конференции, он уже точно никогда не увидит.

…а в ответ — тишина

Реакция же на новость, прилетевшую в Украину из-за океана, пока очень похожа на ту, которой сопровождались первые аккорды «тейпгейта». Ни одно из облеченных соответствующими полномочиями лиц ни словом не нарушило общую картину игнорирования события. Все попытки «ЗН» получить хоть какой-то комментарий у представителей правоохранительных органов, Министерства юстиции, МИДа оказались тщетными. По мнению специалистов в области международного права, юридические последствия получения положительного результата экспертизы записей Мельниченко сегодня не возьмется спрогнозировать даже Конституционный суд. И главная причина — неурегулированность подобных вещей украинским законодательством. Однако, что подтверждают те же эксперты, вопрос этот в большей мере политический, нежели правовой. А в таких делах выяснению истины может способствовать только одно — стремление к этому всех участников процесса. Есть ли способ вызвать подобное стремление у тех, кто до сих пор таковое, мягко говоря, не проявлял? Разве что под угрозой уголовного трибунала ООН.

P.S. Верховный суд Украины не удовлетворил жалобу Соцпартии на решение Центральной избирательной комиссии об отказе в регистрации Николая Мельниченко кандидатом в депутаты.

Такое решение было оглашено по окончании рассмотрения жалобы судьей ВС Андреем Гнатенко.

В частности, говорится в решении, в ходе судебного заседания было установлено, что данные, указанные Н.Мельниченко о фактическом месте проживания в течение последних 5 лет, существенно недостоверны. «Поэтому пункт 2 постановления ЦИКа (отказ в регистрации. — ИФ) соответствует Закону о выборах народных депутатов Украины», — сказал судья.

Решение ВС окончательное и обжалованию не подлежит.

Как сообщалось ранее, 5 февраля Верховный суд Украины приступил к рассмотрению жалобы Соцпартии Украины на решение ЦИКа об отказе в регистрации Н.Мельниченко кандидатом в народные депутаты.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №14, 14 апреля-20 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно