Два дня до Победы, или Мир нашему дому

6 мая, 2005, 00:00 Распечатать Выпуск №17, 6 мая-13 мая

Еще два дня. И утром 9 мая мы выйдем на улицы и площади наших сел и городов, к памятникам и обелискам, к могилам и Вечному огню...

Еще два дня. И утром 9 мая мы выйдем на улицы и площади наших сел и городов, к памятникам и обелискам, к могилам и Вечному огню. Выйдем поклониться нашим ветеранам, вспомнить павших и подумать о живых. И будут цветы и невольные слезы, черный хлеб на каменных плитах, военные оркестры и очень долгая минута абсолютной, звенящей тишины. Будет День Победы. День Доблести и Славы. День Памяти и Скорби. По улицам и площадям, большим и малым, пойдут ветераны, солдаты той войны. Медленно.

Они будут искать глазами однополчан, шедших рядом в день прошлого юбилея Победы, шедших рядом еще год назад. И многих не найдут.

И будет чувство щемящей горечи и пронзительная мысль — мы не успели. Мы, обязанные им своей жизнью и жизнью наших детей, не успели дослушать их и досказать им какие-то очень важные слова... Мы не успели сделать жизнь такой, о которой они мечтали в огне той войны, живые и павшие. Сделать такой свою страну, свой дом. Мы не успели их понять, их всех — солдат той страшной войны, в которой так жутко переплелись судьбы, цели, победы и поражения. Так страшно, что и сейчас, через 60 лет, через два дня мы, граждане одной страны, будем отмечать 9 Мая по-разному, с разными чувствами и разной памятью.

По результатам социологического опроса, проведенного Центром Разумкова, 9 Мая будут отмечать 86% граждан Украины. Не намерен отмечать этот День каждый десятый. 4% — не определились.

Для 60% опрошенных 9 Мая — праздник Победы над фашистской Германией (51% считают это победой Советского Союза, 9% — победой стран антигитлеровской коалиции). Для более чем каждого пятого (21%) 9 Мая — День памяти о героях войны; для каждого десятого — День скорби по ее жертвам.

Разный День. Но о разных Украинах сказано достаточно. Быть может, более чем достаточно. И Украина у нас одна. Это наш дом, и нам в нем жить. Это не президентская резиденция, которую, ввиду негативной энергетики, можно перенести куда угодно, если нет иных проблем…

Одна из иных — долгие 14 лет не решаемая проблема взаимоотношений ветеранов Советской армии и ветеранов Украинской повстанческой армии (УПА). В канун годовщины Победы возникла инициатива ветеранов примирить. Возможно ли это? Возможно ли это так, как было предложено? Если обратиться к общественному мнению, однозначного ответа не будет.

Примирение: сторонники…

Посмотрев в глаза прошлому, попросив прощения и получив его, закроем дверь в прошлое.

Но не затем, чтобы забыть о нем, а затем, чтобы не дать ему поработить нас.

Десмон Туту,
епископ Кейптауна
(Доклад Комиссии по правде и примирению в Южной Африке,
предисловие. Ноябрь 1998 г.)

Сегодня граждане страны скорее поддержат примирение ветеранов Советской и немецкой армий, чем ветеранов УПА и ветеранов Советской армии.

К идее примирения ветеранов Советской и немецкой армий положительно относятся 37%; отрицательно — 29%. Остальным 44% — либо безразлично, либо трудно ответить. Более всего сторонников примирения (51%) — на западе страны (противников — 18%), менее всего (21%) — на юге (противников — 53%). В центре — 45% (противников — 23%), на Востоке — поровну, по 30% сторонников и противников. Сторонники примирения превалируют во всех без исключения возрастных группах. Наиболее выразительно — в младших (34—39% сторонников против 24—30% противников), менее — в самой старшей (38% против 35%).

По поводу идеи примирения ветеранов УПА и ветеранов Советской армии — ситуация, которую можно назвать и противостоянием, и очень хрупким равновесием: к этой идее положительно относятся 33% граждан страны; отрицательно — 33%. Оставшейся чуть более трети либо безразлично (15%), либо трудно определиться с ответом (19%). В такой ситуации любое неосторожное движение — и, если это равновесие, то оно нарушится непредсказуемо…

Более всего сторонников примирения на западе страны — 67% (противников — 9%; безразличных — только 7%); менее всего — на юге (19%; противников — 51%; безразличных — 14%). В центре поддержка меньше, но все же число сторонников (35%) превышает число противников (30%). На востоке сторонников — 19%, противников — 42%, и более всего к идее безразличных (18%).

Сторонники примирения превалируют фактически во всех возрастных группах, кроме самой старшей. И наиболее выразительно — в младшей (18—29 лет), где сторонников 31%, противников — 25%. Правда, среди молодых наиболее высока и часть тех, кому эта идея либо безразлична (23%), либо пока не определились (21%).

Только в группе людей старше 60 лет сторонники примирения в меньшинстве — 33% против 40%. Безразличных здесь всего 7%. А ведь примирение впрямую касается именно и прежде всего старших…

…И стороны

Разве можно свести к единому «знаменателю» и «согласовать» то, что опубликовано, скажем, в «Летописи УПА».., и то, что содержится в оперативных сводках карательных отрядов энкаведистов?

Напрасное и бессмысленное это дело. Как и разговоры о жертвах, погибших «от рук украинских буржуазных националистов». Естественно, что были жертвы с обеих сторон. Ведь шла вооруженная борьба.

Из газет, апрель 2005г.

Но ведь если шла вооруженная борьба, если «естественно, были жертвы с обеих сторон», то тем более необходимо свести и согласовать.

И драматизм ситуации как раз и заключается в том, что есть, с одной стороны, «Летопись УПА» в 50 томах, а с другой стороны — «Книга памяти Украины» в 250 томах. И читают эти тома, к сожалению, соответственно люди либо с той, либо с другой, но своей стороны. И пока это не будет сведено и понято как единая история единого народа, иного не будет. Правда с одной стороны, с любой — полуправда. И претензия одной стороны, любой, на владение всей правдой, на право выступать от имени всех, право судить, кто был героем, кто им не был — прямой путь к тоталитаризму. От перемены мест ярлыков «герой»—«преступник» сущность не изменится. Был советский тоталитаризм — будет другой.

Пока есть стороны — это политика. И тоже ничего опасного, если это именно политика, а не политиканство. Политика предполагает диалог и толерантность. Если некто выходит на площадь, чтобы произносить монологи, более того — призывать не слушать другую сторону, и еще более того — просто эту сторону на площадь не пускать — это политиканство. Не страшно, когда лидер КПУ Петр Николаевич Симоненко хорошо поставленным голосом рассказывает о недопустимости примирения. У него должность такая, работа. Страшно, когда седой ветеран в камеру произносит одно только слово «Выгоним». Это он намерен выгонять ветеранов УПА с того Майдана, где мы всего лишь четыре месяца назад стояли все вместе и чувствовали себя в кои веки единой силой единой страны… Страшно, когда такой же седой ветеран спрашивает: «С кем мы должны примириться?.. Разве с теми сытыми энкаведистами?!»…

Когда стороны договариваются — договор, соглашение, договоренность, — они уже одна сторона, во всяком случае, в том, о чем договорились. Когда мы договоримся и согласимся с тем, что это наша общая, единая и неделимая боль, наша общая история, какая есть — тогда мы станем обществом, народом, нацией. А история — историей, а не разменной монетой в руках политиканов с любых сторон. История сама по себе бесстрастна. Страсть и пристрастия привносим мы…

Нет, и не было в истории или черного — или белого, или красного — или белого, или синего — или оранжевого. Было и есть — и то, и другое, и полутона, и смена цветов.

В заключении историков, работавших над документами о деятельности ОУН-УПА, сказано: «Война УПА с советскими силовыми структурами…была войной гражданской;.. наибольшая трагедия исторического момента заключалась в том, что это была братоубийственная война». Выходить из гражданской войны труднее, чем из иной. Здесь боль больнее и обида обиднее. Здесь нет и не может быть победителей и побежденных, здесь надо победить себя самих…

Время собирать камни…

Сделаем решительный шаг!..

Общественная глупота должна быть преодолена уже сейчас, немедленно, к 60-летию Победы над гитлеровским фашизмом во Второй мировой войне. Для этого сначала должен быть издан указ Президента о примирении между ветеранами Советской армии и Украинской повстанческой армии.

Из газет, апрель 2005г.

Это как взять Киев любой ценой, но до 7 ноября. Или запустить космический корабль к очередному съезду партии. Что-то знакомое...

Для того чтобы собрать камни, нужно именно время, а не кампания к годовщине. Кампании ничего, кроме вреда, не приносили и не принесут. Если еще четыре месяца назад мы почувствовали себя гражданами единой страны, да даже в требованиях федерализма — единой страны, то сейчас нам опять с тех же одной и другой сторон расскажут о непримиримых никогда и навсегда двух Украинах…

Это нельзя делать за два дня до Победы. Это вряд ли можно сделать указами Президента, распоряжениями Кабмина и постановлениями парламента.

Банальная, но истина: есть юридические законы и есть законы нравственные. Примирение, понимание, просьба о прощении и прощение — это из области нравственности, данной Богом или совестью, кому как ближе.

Государство в лице всех его представителей, включая Президента, — не Бог, а кесарь. Его дело — юридическим законом предоставление ветеранам надлежащего статуса, надлежащего обеспечения и надлежащих льгот, коль скоро мы не можем платить пенсию, избавляющую человека от унизительной, в сущности, милости государя. И предоставить это все всем ветеранам войны в равной степени. Ибо ветераны УПА — комбатанты, они не преступники. Нюрнбергский трибунал УПА преступной организацией не признал. Ветераны УПА законов Украинского государства 1991 года рождения не нарушали. А если кому-то хочется доказать обратное — пусть подаст в суд и попробует его выиграть.

Нравственный закон — это дело совести нации. Людей, имеющих знания, мудрость, опыт и мужество посмотреть на обе стороны и с обеих сторон. Но если они молчат или столь же разобщены, как и мы, — то это наше дело, дело общества.

Нам трудно — ибо действительно многие из тех, кто по определению должен предупреждать, что «царство, разделенное внутри себя, падет», призывает именно к разделению внутри себя. Не комментируя и не называя автора, только одна цитата из тех же апрельских газет: «К сожалению, сегодня есть некоторые деятели,.. которые хотели бы приравнять бандеровцев и бандитов к Воинам, сложившим свою жизнь в жестокой войне за Веру и Отечество… Не дай Бог, чтобы наши Воины шли с ними в одной колонне… Позор для тех, кто хотел бы такое святотатство сделать. Господь такого не простит ни в нынешнем, ни в будущем веке». Еще раз: ни в нынешнем, ни в будущем веке…

Государство должно обеспечить хотя бы то самое согласование и сведение к единому общему знаменателю единой общей истории страны — через школу и школьный учебник. Именно школа есть первый и важнейший не только образовательный, но образующий институт: образующий общество, народ, нацию, само государство, наконец. И союзы государств, стран и народов, Европейский Союз в частности. Где, кстати, ведется работа по созданию именно школьного учебника и именно по единой и общей истории Европы.

А еще — через информационное пространство и поддержку внутреннего информационного продукта. Чтобы не соседи, любые, даже самые лучшие, рассказывали гражданам страны, живущим в разных ее регионах, свое видение нашей истории, а историки, журналисты и художники страны Украина. Можно только благодарить украинцев Канады, снявших фильм о Второй мировой с украинской точки зрения. Но он снят «для Западного мира, который знает преступления нацизма, но не знает преступлений советского режима». Но мы живем в этом мире и видим его своими глазами, а не глазами Нормана Дэйвиса.

Мир нашему дому

Но, несмотря ни на что, «общественную глупоту» преувеличивать не стоит. Люди в большинстве своем умнее, чем они кажутся кому-то. Уже работают вместе в одной ветеранской организации и те, и другие ветераны. В маленьком селе на Волыни уже стоит памятник, где рядом — два списка погибших за Украину во Второй мировой: воины Красной армии и воины УПА. И если объявить добровольный сбор средств на несколько памятников, то граждане страны изберут, скорее всего, именно такой памятник — всем павшим в 1939—1945 годах (Монумент Примирения).

В ходе социологического опроса респондентам предложили выбрать, на какой из перечисленных памятников они внесли бы средства (в случае их наличия): Воину Советской армии, Воину УПА, Солдатской Матери, Солдатской Вдове, Всем павшим или некий другой.

По результатам опроса, в трех из четырех регионов страны наибольшие шансы быть возведенным — у Монумента Примирения. На западе страны на него готовы внести средства 41% опрошенных, в центре и на юге — 30 и 32% соответственно. На востоке был бы возведен памятник Воину Советской армии — 30%, а Монумент Примирения — после (25%). Что касается двух последующих памятников, то на западе это были бы памятник Солдатской Матери (16%) и Воину УПА (15%). В центре и на юге — Воину Советской армии (по 26%) и Солдатской Матери (21 и 24% соответственно). На востоке памятник Солдатской Матери стал бы третьим (17%).

А если бы на памятники вносили средства различные возрастные группы, то все — младшие и средние от 18 до 59 лет — внесли бы их прежде всего на Монумент Примирения (от 35% в младшей до 31% в группе 50—59 лет). В самой старшей — тоже либо противостояние, либо хрупкое равновесие — и на Монумент Примирения, и на памятник Воину Советской армии готовы пожертвовать средства по 25% опрошенных.

То есть, как и в случае примирения ветеранов — молодежь скорее за примирение. Можно, конечно, по этому поводу вспомнить некоторые комментарии, согласно которым время лечит, вот уйдет поколение старших…

Однако время боль и обиды целого поколения лечит редко. Что засвидетельствовали события минувшего апреля. Массовые волнения в Китае по поводу, казалось бы, безобидного школьного учебника, утвержденного в Японии, показали, что 68 лет — не срок. Годовщина геноцида армян — что и через 90 лет обида и боль не уходят.

У нас взаимные обвинения, обиды, неприятие и непрощение — внутри страны, внутри общего дома (внешние — тема отдельного разговора). Долго выстоит он?

К ветеранам — никаких претензий. Кто не прошел ту войну, для кого она — скорее факт истории, тот перед ветеранами в неоплатном долгу. Потому что живы и потому что живем в своей стране. Быть может, мы справимся…

Но как бы хотелось, чтобы именно они. Они сами. Не к годовщине, не в угоду кампании, не напоказ. Чтобы именно они, умудренные жизненным опытом, вместе с нами посмотрели в глаза прошлому и закрыли эту так долго и холодно распахнутую дверь. Не затем, чтобы забыть о нем, а чтобы не дать ему поработить нас…

Хотелось бы, чтобы прав оказался Карл Стэндберг, сказавший грустно: «Когда-нибудь объявят войну, и никто не придет». Когда-нибудь глашатаи правды с одной стороны, любой, объявят войну. А мы не придем. Мы будем заняты — мы будем строить дом, сажать деревья и растить детей.

Войны начинаются в умах людей.

Устав ЮНЕСКО, преамбула

И если это верно, то верно и то, что заканчиваются они там же — в умах людей. Поэтому войны надолго переживают себя, свое формальное завершение и своих оставшихся в живых участников — и победителей, и побежденных. Они надолго оставляют обоим боль утрат, обиды и горечь. И требуются усилия, чтобы они, наконец, закончились.

История — жестокий учитель. Не усвоивших ее уроки она заставляет повторять. До тех пор, пока мы не поймем: война — последний аргумент, в смысле негодный. И не научимся разговаривать. Слушать и слышать другого. Даже если этот другой — совсем другой. И не велик, и слабее, и видит не то и не так.

Многие усвоили урок, пусть со второго раза. Сегодня более всего победителем во Второй мировой войне выглядит Германия. Она победила нацизм внутри себя самой. Поэтому поражение Германии во Второй мировой стало поражением нацизма, а не немецкого народа. Согласно результатам социологического опроса, проведенного накануне 60-летия окончания Второй мировой войны, для 80% граждан Германии 8 Мая — День освобождения от фашизма. Только 9% немцев считают этот день днем поражения Германии во Второй мировой; еще 6% полагают его одновременно и днем освобождения, и днем поражения их страны в войне...

Отмечать 9 Мая будут не все и не везде одинаково активно. Не надо быть провидцем, чтобы констатировать: на западе страны отмечать будут меньше (65%), на востоке — больше (91%). Не отмечать — наоборот, на западе больше (27%), на востоке — меньше (3%). Граждане старших возрастных групп — больше (до 90% в возрасте от 40 до 60 и старше; и только 9% старших отмечать не будут), младших — меньше (18—29 лет — 79% против 15% тех, кто отмечать не будет).

Для живущих ныне война — скорее факт истории, особенно для тех, кому сегодня 18—29 лет (43%) и менее всего для них — факт жизни семьи (11%). И только для тех, кому больше годовщины Победы, — менее всего исторический факт (20%) и более всего — факт жизни семьи (35%). Региональных отличий в восприятии войны в этом аспекте практически нет: жители всех регионов страны воспринимают ее скорее как факт истории или факт жизни народа (32—42%), как факт жизни семьи — 15—23% опрошенных.

Какой была эта война для Украины? Граждане видят ее, прежде всего, справедливой войной советского народа, который защищался от внешней агрессии (59%). На западе страны так считает почти треть (31%) опрошенных, в других регионах — примерно две трети (от 65% в центре и на востоке до 68% на юге).

Как войну между двумя тоталитарными государствами, которая велась на территории Украины, воспринимают Вторую мировую только 14% опрошенных. На западе страны — 27%, в других регионах — 10—12%.

И справедливой, и ведущейся двумя тоталитарными государствами на территории Украины в равной мере, — 22% опрошенных. На западе страны — 30%; в других регионах — 18—21% жителей.

Менее всего только справедливой, а скорее и таковой, и ведущейся двумя чужаками на территории страны войну считают наиболее молодые (49 и 29% соответственно). Среди этой же возрастной группы наиболее значима часть (16%) тех, кто считает войну только столкновением двух чужих тоталитарных государств на территории Украины. В самой старшей возрастной группе — наоборот: справедливой войной советского народа ее считают 68% опрошенных; в равной степени и справедливой, и войной посторонних на территории Украины — 17%, только войной двух тоталитарных государств на нашей территории — 10%.

Ответственной за развязывание Второй мировой войны граждане Украины всех возрастных групп считают прежде всего фашистскую Германию (67% опрошенных; на западе страны —50%, и от 66% на юге до 74% на востоке); Советский Союз — всего 4%, независимо от возраста (на западе — 7%; в других регионах — 3—4%); страны Запада — менее 1% (и только на юге Украины — 3% опрошенных). Всех участников войны считает ответственными в равной степени почти каждый пятый (19%) гражданин Украины. На западе страны — 30%, в других регионах — от 14% на востоке до 19% на юге.

Опрос проведен с 23 по 28 апреля 2005г. во всех регионах Украины. Опрошены 2010 респондентов в возрасте от 18 лет. Теоретическая ошибка выборки не превышает 2,3%.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно