ДОМ, КОТОРЫЙ ПОСТРОИЛ ПРЕЗИДЕНТ

9 июня, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №23, 9 июня-16 июня

А вам известно, что Виктор Медведчук на днях мог потерять кресло первого вице-спикера, а президентский проект, предусматривающий изменения в Основной Закон, — найти неожиданную поддержку у оппозиционной фракции КПУ?..

А вам известно, что Виктор Медведчук на днях мог потерять кресло первого вице-спикера, а президентский проект, предусматривающий изменения в Основной Закон, — найти неожиданную поддержку у оппозиционной фракции КПУ? Не верите? Автор этих строк к описанной ниже сенсационной версии поначалу также отнесся довольно скептически. Но истинная политика тем и прекрасна, что в ней порой случаются вещи совершенно невероятные. Которые по прошествии времени кажутся абсолютно логичными.

ДЕРЕВЯННЫЙ КОНЬ В ЗАКОНОДАТЕЛЬНОМ ПОЛЕ

Для начала — бородатый анекдот. Молодой ковбой ищет способ познакомиться с понравившейся ему молодой леди. «Проедусь-ка я мимо нее пару раз на коне, она обязательно обратит на меня внимание и скажет: «Какой у вас красивый конь!» А я ей отвечу: «Да что там конь… Лучше пойдем погуляем!» Так решает начинающий обольститель и приступает к немедленному воплощению своего плана в жизнь. Погарцевав пару минут возле прелестницы, он добивается неожиданного эффекта — барышня ворчливо заявляет: «Чего ты тут разъездился! Лучше пойдем погуляем!» На что уязвленный ковбой раздраженно ответствует: «Да что там гулять… Ты лучше посмотри, какой конь!»

Примерно так и в политике — не всегда можно верить тому, что слышишь. Не всегда можно отличить основную цель от побочной. Не всегда можно просчитать реакцию того или иного политика на то или иное развитие событий.

То, что «троянского жеребчика» по имени Референдум вывел «селекционер» Юрий Левенец и вскормил «конезаводчик» Александр Волков, знают сегодня все, кто посвящен в тайны «политической зоологии». Но вот какую именно «Трою» намеревались покорить при помощи всенародного опроса, думается, абсолютно точно вам не смогут ответить ни в администрации Президента, ни в фонде «Соціальний захист».

Давайте вместе вспомним, как родилась деревянная «троянская» лошадка, превратившаяся в белого коня для Верховного главнокомандующего. Сегодня практически не вызывает сомнений, что, например, идея о лишении депутатской неприкосновенности была чистой воды пиаровским ходом. Лозунгом, призванным максимально приблизить Президента к народу. Один из коллег не так давно вспомнил, как его юная дщерь, размышляя на тему, могут ли мужчины пользоваться услугами педикюрного кабинета, изрекла: «Наверное, могут… Депутаты, например. Им все равно больше делать нечего…» Постулат о бесполезности и безнаказанности народных избранников уже витал в воздухе — его просто поймали и аккуратно вложили в сознание народа, дослали как патрон в патронник. Этот «боеприпас» не был единственным в патронташе президентских технологов. Более того — насколько можно судить, он не предназначался для нанесения главного удара. В арсенале советников Главковерха наличествовало и более высокоточное оружие.

Но случилось так, как случилось. Идея обрела форму подписного листа с шестью вопросами. Шесть положительных ответов подразумевали окончательное и бесповоротное изменение конфигурации власти: после 16 апреля в стране должен был остаться один-единственный центр влияния — Президент. Некоторое недоумение вызывало только предложение сделать «двухкамерным» высший законотворческий орган. Не до конца понятно было не только то, кто именно предложил это главе государства, но и то, зачем ему это. Авторство «референдумного бикамерализма» некоторые лица, претендующие на звание информированных, приписывают Владимиру Литвину. Возможно это и так, но тем, кто запамятовал, предлагаю вернуться в 96-й, когда влияние Владимира Михайловича на Леонида Даниловича еще не было так значительно. В преддверии принятия Конституции, Президент, выступая перед парламентом и представляя проект Основного Закона, называл двухпалатный парламент одним из основных условий стабильности власти. Так что желание «обустроить» отечественный Дом Советов посетило гаранта не вчера.

Что касается обстоятельств, заставивших «нового» Кучму достать из запасников старую идею, то их наберется целый ворох. Одни считают, что Президент хотел использовать верхнюю палату в качестве «буфера» между собой и Верховной Радой — при любой избирательной системе и при любом развитии событий там оказывалось слишком много левых и слишком мало абсолютно ручных. Другие полагают, что главе государства понадобился лишний рычаг давления на премьера. Третьи не исключают, что при помощи верхней палаты лидер страны намеревался серьезно поумерить амбиции и аппетиты некоторых региональных лидеров, обросших крупными коммерческими структурами и проявлявших плохо скрываемый интерес к «большой» приватизации. Какими именно соображениями руководствовался Леонид Данилович, знает только он. С куда большей степенью уверенности можно предположить, что до сегодняшнего дня он сам не до конца убежден в необходимости возведения двухэтажного законодательного здания…

До референдума оставались считанные недели, а многие солидные политики все еще увлеченно доказывали со страниц некоторых изданий, что весенний праздник демократии вот-вот отменят, поскольку в нем отпала необходимость — большинство сформировано, исполнительная и законодательная ветви слились в вынужденном экстазе. При этом их нисколько не смущало, что формальным инициатором референдума выступал народ, воля которого — священна. По крайней мере, на бумаге. Сразу после 16 апреля те же политики, но уже с меньшим запалом и при меньшем скоплении народа утверждали, что глава государства подтвердил звание тонкого тактика, а референдум был пусть и сложным, но весьма действенным средством формирования пропрезидентского большинства. Не более. Но отчего-то кажется, что до недавнего времени досрочные парламентские выборы Президенту виделись явлением куда более реальным, чем формирование большинства, готового на любой бюджет, любой план действий правительства, любую программу приватизации. Хорошо вооруженные отряды, возглавляемые опытными полевыми командирами (тайно или явно ненавидящими друг друга) вот так вот просто сдадут оружие и объединятся в «корпус мира», армию «добрых самаритян», готовых сеять в законодательное поле разумное, доброе и вечное? Причем абсолютно бесплатно, за «трудодни»? Да много ли было в государстве нашем чудаков, способных поверить в столь чудесное превращение? Уже к концу 99-го Верховная Рада разделилась на три лагеря — пессимисты искали другую работу, оптимисты — место в будущих партийных списках, реалисты — рекламировали себя. СДПУ(о) напоминала избирателям о своем существовании постоянно, «Демократический союз» — интенсивно, «Батьківщина» — навязчиво. Журналисты живо обсуждали с политиками последние слухи — о будущем предвыборном блоке «Демсоюза», эсдеков, аграриев и либералов, о расколах в рядах КПУ и СПУ, о якобы имевшем место таинственном исчезновении Василия Хмельницкого из предварительного предвыборного списка «зеленых». Страна привычно сжалась в ожидании очередных выборов.

Но то, что крупнейшие политико-финансовые группировки активно готовились к внеочередной схватке за мандаты, отнюдь не означало, что эта схватка была для них такой уж желанной. «Нас это не пугает, потому что мы к этому готовы», — вот стандартный ответ любого олигарха на дежурный вопрос о досрочных выборах. Все мало-мальски «состоятельные кроты» еще перед Новым годом вырыли «норки» соответствующей глубины. Оборудованы «схроны» и ходы сообщения, оговорены системы сигнализации и схемы оповещения, пароли и явки. Изобретены слоганы и лозунги, выписаны тексты агитационных листовок и продумана философия рекламных роликов. Все готовились и все не спешили. Кланы и партии были заинтересованы в паузе. Кто-то нуждался в дополнительной «раскрутке» (прогнозировавшаяся близость выборов стимулировала партийные и фракционные расколы, а новообразованиям требовалось время), кто-то просто не хотел лишних трат. Была и еще одна причина. Наиболее влиятельные бизнесменополитики (по странному стечению обстоятельств, они же — лица, вхожие к Президенту) были в курсе настроений, царящих в администрации. Один из сценариев, якобы вынашивавшихся президентским генштабом, не мог не навевать на них грусть.

Говорят, что схема, о которой идет речь, ее авторам виделась простой, как огурец и эффективной, как цианистый калий. Предполагалось спровоцировать конфликт между левой частью парламента и его правоцентристским крылом — благо повод в лице (точнее, в лицах) Ткаченко— Мартынюка был величиной постоянной. Далее должен был последовать демонстративный исход «революционеров» из родных законодательных пенатов. Как мы можем сегодня судить, все именно так и произошло. С двумя оговорками. Проектировщики исключали возможность избрания компромиссной фигуры на пост спикера и не предусматривали возвращения «раскольников» в здание на Грушевского. Ожидалось, что «друзья-олигархи» перегрызутся, а Медведчук, разбившись о собственное неистребимое желание стать спикером, похоронит не только свою хрупкую мечту, но и еще более хрупкое большинство. Предполагалось, что будет существовать два недееспособных парламента, которые застынут в правовом клинче, спровоцировав внеочередные выборы. У Президента появлялось моральное право легализовать своим указом не только бюджет, но и (в случае необходимости) пакет внеочередных законодательных актов, касающихся экономики. Параллельно был бы реализован проект «Референдум», после которого глава государства получил бы не только абсолютно зависимую Верховную Раду, но и право (с одобрения народа, разумеется) переписывать Конституцию по своему усмотрению.

Расчет (ежели таковой и был) оказался, как мы видим, неверным — «полевые командиры» пожертвовали тактическими интересами ради стратегических планов. Никто не хотел «пролетать». Мимо передела энергорынка, мимо приватизационного процесса. Лоббировать свои интересы при отсутствии фракций (и при наличии вынужденного декларировать свою «новизну» Кучмы, обнаружившего некоторую неуступчивость Ющенко и продемонстрировавшего завидную жесткость Литвина) было бы невероятно сложно. И еще одно — представилась уникальная возможность «попросить» левых из «оккупированных» ими кресел в руководстве парламента, в совете НБУ, в Нацсовете по вопросам телевидения и радиовещания.

Что и было проделано. С коммунистами, правда, обошлись как-то негуманно. Их не только «кинули», но и применили «третью степень устрашения». Медведчук расстался с мечтой о спикерстве ради сохранения мечты о президентстве. Левые расстались с руководящими креслами. Леонид Кучма неожиданно для самого себя обрел искомое лояльное большинство. Но обрел ли он покой?

Позже и президентское окружение, и сами «большевики» зимний парламентский кризис назвали частью дьявольского, изощренного плана главы государства. Это напоминало историю с принятием Конституции-96. Тогда, в утренней «отвальной» речи Леонид Данилович публично извинился перед парламентариями за то, что не совсем корректно стимулировал их законотворческую активность. Таким образом Президент намекал на то, что он не только все предвидел — что он сам все и организовал. Что он и только он подтолкнул народных избранников к исполнению исторической миссии. Но даже сейчас, когда многое позабылось, в это верится с трудом. Потому что только законченный склеротик не вспомнит, как пресса публиковала «письма трудящихся», которые неистово требовали от всенародно избранного вынести проект Конституции на референдум. Как телевидение день за днем методично «размазывало» высший законодательный орган страны. Слишком уж отличался текст принятой 28 июня Конституции от проекта, выписанного под Президента. И можно легко предположить, что в «заначке» Банковой был не только озвученный 27 июня Дмитрием Табачником указ о референдуме, но и «приговор» парламенту.

Четыре года назад Верховная Рада показала, на что способен затравленный зверь. Но и Президент продемонстрировал талант искушенного охотника. Не сумев загнать кабана, он подобрал зайчонка, застреленного другим. А на весь свет протрубили о том, что он голыми руками взял медведя. Леонид Кучма как-то незаметно стал главным организатором и вдохновителем главного закона нашей жизни. Когда восторги поутихли, а ситуация изменилась, Президент столь же незаметно превратился в главного критика Конституции. Выяснилось, что все браконьеры, а он лесничий.

Четыре года спустя история повторилась. В виде фарса.

ЗДЕСЬ МОЖЕТ СПАТЬ ТОЛЬКО ТОТ, КТО МЕРТВ…

Невозможно категорично утверждать, что Президент однозначно одобрял описанный выше полусиловой план усмирения полуоппозиционного парламента. Невозможно документально доказать существование такого плана, допустимо лишь говорить о том, что подобная версия выглядит достаточно правдоподобно. Утверждать можно только одно: украинская внутренняя политика — это увлекательное состязание, с постоянно меняющимися правилами, с невероятным количеством игроков. Состязание, в котором почему-то всегда выигрывает Президент. Всякая оппозиционная личность отыщет вам вагон неловких политических шагов Леонида Кучмы и прибавит к нему эшелон неудачных (мягко говоря) политических высказываний. Но кто вспомнит хотя бы одно его серьезное фиаско на внутренней политической арене? Верховный арбитр нации уступает многим и по многим критериям. Но он, к сожалению, вне конкуренции по одному показателю — по умению удерживать власть и сохранять контроль. К сожалению хотя бы потому, что демократия подразумевает обязательное наличие альтернативы.

Спросите у любого, кто работал с Президентом, и он (в том случае, если ваш собеседник уверен, что вы не пишете его тайком на диктофон) расскажет, какие дикие джунгли растут за каменными фортами Банковой. Как неистово и увлеченно борются за существование разные племена. Почивать на лаврах здесь может только склонный к суициду. Задремавший рискует впасть в вынужденный летаргический сон. Тонкий ли расчет, природная ли интуиция (что более вероятно) помогают Кучме, но при любой смене декораций он оставался режиссером. Фавориты непрестанно воюют между собой, но все скопом удивительно дружно сражаются с врагами престола. От взлета до опалы путь еще более короткий, чем от Верховной Рады до Кабмина. Некоторые экс-соратники дважды всенародно избранного полагают, что секрет непреходящего влияния Президента в том, что он практически не поддается откровенному влиянию. Условно говоря, через пяток «потаенных калиток» его в разное время посещают пятеро доверенных особ. Одно и то же событие подается под пятью разными соусами, на выбор предлагается пять различных сценариев. Тайна непогрешимости Президента, пожалуй, в том, что у него всегда есть выбор. Он не стесняется делать ошибки не только в силу особенностей характера — у него всегда есть в запасе еще пара-тройка вариантов. Никто не знает, чей именно план осчастливит своим вниманием Президент, и одновременно никто не лишен надежды. В этом двойное преимущество — он использует сие для открытой борьбы с амбициозными политическими оппонентами (которые не могут просчитать его ходы с высокой степенью точности) и для тайной борьбы с не менее амбициозными соратниками (которые живут вечным ожиданием превращения Олимпа в Голгофу). Если твоим предложениям (планам, идеям) отдали предпочтение два раза подряд, это еще не повод для самоуспокоения, скорее, наоборот — это тревожный сигнал. Твое влияние выросло, значит ты стал опасен, ты — потенциальная угроза для трона. И придя в условленный час к заветной калитке ты видишь на ней громадный амбарный замок. Если ты высоко взобрался, падать вдвойне обидно. Если ты упал с большой высоты, повторный взлет вдвойне приятен…

Дмитрий Табачник, Владимир Горбулин, Александр Волков, Владимир Литвин — место фаворита никогда не пустовало. Но никогда главный «визирь» не был единственным. Зато Кучма едва ли не единственный из отечественных политиков первой величины, не боящийся потерять ближайшего советчика. У него, в отличие от страны, всегда есть альтернатива.

Большинство реализовалось без досрочных выборов? Чудно. Есть шанс воплотить задуманное в жизнь, не выходя из конституционного поля, не раздражая Запад. Не удалось на время отвлечь олигархов от экономики, «нагрузить» их предвыборными хлопотами? Тоже ничего. Зато у Ющенко не будет повода расслабиться.

Бакая снимают руками Тимошенко. Тимошенко лишают возможности избраться благодаря усилиям Волкова. Влияние Волкова падает пропорционально росту влияния Медведчука и Суркиса. При этом Александр Михайлович и социал-демократический дуэт — в одной политической лодке. Олигархи воюют с Тимошенко. Приговоренная к «пожизненной отставке» Тимошенко самим фактом своего нахождения в правительстве держит в постоянном напряжении олигархов. Каждый день ее пребывания в Кабмине увеличивает будущие проблемы Ющенко. За всеми зорко следит Кравченко. За Кравченко издали наблюдает Деркач. Уже не приближенный к трону, но еще не окончательно удаленный от него. Ющенко на коротком поводке. Пустовойтенко в подвешенном состоянии. Тимошенко под колпаком. Все смешалось. Все при деле. Президент весь в белом.

Когда вокруг столько врагов и столько друзей, всегда есть на кого свалить ошибки и благодаря кому их исправить. Тем более, что президентские «друзья» (к счастью, для Леонида Даниловича) ошибаются не реже, чем его враги.

Я ЕГО СЛЕПИЛА ИЗ ТОГО, ЧТО БЫЛО…

Порою просто изумляет количество промахов, совершаемых соратниками Президента именем Президента и во имя Президента. Проект «Референдум» напоминал «Роллс-Ройс», собранный на АвтоЗАЗе. Пройдемся по списку. Положительный ответ на один из вопросов референдума предполагал роспуск Верховной Рады в случае, если она не сумеет «в течение одного месяца создать постоянно действующее парламентское большинство». С какого дня начнем считать? Приводим некоторые варианты ответа. Упомянутый срок берет свое начало в день проведения выборов. В день утверждения результатов выборов ЦИКом. В день избрания 2/3 конституционного состава ВР (только после этого парламент правомочен принимать решения). В день принятия присяги. В день открытия первой сессии. Если у вас есть свои варианты ответа, можете написать в редакцию. Или в Конституционный суд.

Далее. Что есть «постоянно действующее большинство»? Что означает с юридической точки зрения прилагательное «действующее», какую правовую и смысловую нагрузку несет дивная конструкция «постоянно действующее»? С большинством несколько проще. Существует конституционное большинство — 300 мандатов. Простое — 226 голосов. Большинство, необходимое для отрешения от власти главы государства, — 3/4 от конституционного состава ВР. На каком остановимся? Ни один нормативный акт не дает толкования понятию «парламентское большинство». Подобное явление существует в политической природе. Но для него требуется специальный климат: если не ошибаюсь, парламентское большинство — необходимый аксессуар парламентской республики, на него возлагается обязанность формировать правительство. Но результаты референдума отнюдь не предполагают построение парламентской республики. Скорее, наоборот.

По имеющейся информации, недавно группа депутатов уже озадачила Конституционный суд просьбой растолковать суть термина «постоянно действующее парламентское большинство». Но на то, чтобы ответить на все вопросы, возникшие при внимательном прочтении вопросов референдумного текста, наверное, не хватит жизни. Если мы сокращаем количество депутатов с 450 до 300 и при этом вводим две законодательные палаты, то сколько должно быть в каждой из них? Если 300 в нижней, то сколько в верхней? Если три сотни должны разместиться на двух «этажах» законодательного органа, то в какой пропорции?

Пикантная ситуация вышла с ограничением депутатской неприкосновенности. Процитируем 80-ю статью Конституции: «Народным депутатам Украины гарантируется депутатская неприкосновенность… Народные депутаты Украины не могут быть без согласия Верховной Рады Украины привлечены к уголовной ответственности, задержаны или арестованы». Президентский проект внесения изменений в Конституцию, основанный на результатах референдума предполагал простое решение — оставить заглавное предложение и убрать последнее. С точки зрения обывателя — все верно. С точки зрения юриста — депутатская неприкосновенность из относительной величины превращается в абсолютную.

Не устали? Тогда будем двигаться дальше. Народ милостиво даровал Президенту право распускать парламент в случае, если господа законодатели будут более трех месяцев тянуть с утверждением бюджета. Согласно сложившейся практике, с середины июля и до середины сентября творцы законов отправляются в законный отпуск. Имеет ли Кабмин право направлять проект госбюджета в ВР во время парламентских каникул? Если имеет, то что будет точкой отсчета? День подачи документа? Или же «бикфордов шнур» подожгут во второй вторник сентября (конституционно закрепленный срок начала работы осенней сессии ВР)? Обязаны ли депутаты покидать Крым, Крит и Кипр сразу же после того, как правительство зашлет главный экономический документ страны в главный законодательный орган?

Что будем делать с двухпалатным парламентом — избирать или назначать? Кто там окажется — губернаторы или сенаторы-депутаты? Можно ли считать сокращение количества депутатов ВР ограничением прав избирателей? Меньше народных избранников — меньше округов. Меньше округов — меньше шансов добиться встречи со своим депутатом. И рассказать ему о своих бедах, которых меньше почему-то не становится.

Не будем более утомлять вас дальнейшим перечислением двусмысленностей, заметим лишь, что их было достаточно, дабы спрогнозировать: проблем с имплементацией будет вдоволь. Создавалось впечатление: эту законодательную конструкцию клепал кустарь-одиночка. А где же президентские правоведы, почему они не устранили «неувязки» в процессе подготовки? Четкого ответа нет. Кое-кто выразил сомнение в квалификации юридических консультантов высшего должностного лица страны, иные полагают, что ответственным за процесс гражданам было просто недосуг заниматься подобными мелочами. В итоге появились 304 голоса за альтернативный «проект Мороза–Головатого» .

Но, кажется, многочисленные ошибки Президенту на руку. Кажется, он способен извлечь пользу из этой, формально невыгодной для него ситуации. С одной стороны, Леониду Кучме нужна послушная Верховная Рада. Но в такой же степени он заинтересован в постоянном существовании повода (поводов) объявить парламент врагом. Перманентное нагнетание политической атмосферы — естественная потребность, необходимое условие существования системы, возведенной Леонидом Даниловичем. Системы, девизом которой стало — «Посеявший политический штиль, пожнет политическую бурю».

НАУЧИСЬ ТО БЕЖАТЬ, ТО СЛЕГКА ТОРМОЗИТЬ, ПОДСТАВЛЯЯ СОСЕДА ПОД ВОЖЖИ…

Сказанное выше — отнюдь не попытка кого-то в чем-то обвинить. Это, скорее, попытка объяснить происходящее. Судите сами. Формально досрочные выборы в ВР сейчас не выгодны никому: рискуют абсолютно все — от Президента до коммунистов. Тем не менее тема внеочередной избирательной кампании не сходит со страниц изданий и с уст политиков. Государственные мужи делают прогнозы, сколько будет левых в будущей ВР, государственные СМИ опять взялись за Мороза. Косяком пошли съезды. На очереди — «партайтаги» СДПУ(о) и КПУ. С трибун и в кулуарах звучат одни и те же слова — «выборы» и «осень». Лидеры политико-финансовых группировок говорят о том, что им бы еще годик для полного счастья. Но мобилизация сил и средств идет полным ходом. Леонид Кучма намекает, что парламентские выборы состоятся в установленные Конституцией сроки. Владимир Литвин заявляет, что досрочная кампания не в интересах Украины. Но при этом и Президент, и глава его администрации не препятствуют распространению «произбирательных» настроений. А некоторые их действия можно квалифицировать как их стимуляцию.

Как можно пояснить происходящее? Как желание Президента подольше подержать над ВР «топор» потенциального роспуска? Как нежелание центров влияния оказаться застигнутыми врасплох? Вряд ли кто-то станет спорить, что для Леонида Кучмы Рада является испытанным громоотводом — президентско-парламентские войны неизменно отвлекали внимание общественности от всех остальных политических проблем, внешних и внутренних. И едва ли кто-либо сомневается, что в случае роспуска законодательного собрания стране придется надолго забыть о реформах.

На сегодняшний день легализация результатов референдума как таковая Президента, судя по всему, интересует мало. Трудности с имплементацией ему нужны только как лишний повод обвинить парламент в неконструктивной работе. Но от народной воли просто так не отмахнешься. У Президента есть несколько вариантов, и в каждом присутствует своя загвоздка.

Если бы Леонид Кучма был действительно заинтересован в максимально безболезненном претворении результатов референдума в жизнь, ему почти наверняка пришлось бы пойти на серьезные уступки олигархам. По крайней мере, они могли бы попробовать собрать ему с миру по нитке 300 голосов (хотя очень сомнительно, что в ВР нашлось бы так много желающих, например, добровольно расстаться с иммунитетом). Но даже если бы подобное и произошло, то это означало бы усиление позиций кланов (во-первых), практически неизбежный демонстративный уход Ющенко (во-вторых) и нежелательную реакцию Запада на первое и на второе.

Президент мог бы рискнуть внести поправки к Конституции при помощи указа или столь близкого его сердцу референдума. Но в этом случае он опять-таки встретит откровенное непонимание со стороны Европы и США.

Был и еще один вариант, менее известный и более иезуитский. Конституционный суд никак не может подойти к рассмотрению законопроектов, посвященных внесению «референдумных» поправок в Основной Закон. Потому что вынужден разбираться с вопросом о конституционности «бархатной революции». Президентские «друзья» и в этом деле наломали правовых дров, чем президентские враги не преминули воспользоваться, «нагрузив» судей КС своими претензиями. Много там всякого — и разговоры о двух печатях Верховной Рады, и «поиски» голосов двух десятков депутатов, чьи физические тела вроде бы находились на больничном (в отпусках, в командировках), а тела астральные якобы голосовали в Украинском доме. Есть и загадочное постановление об отстранении Ткаченко и Мартынюка, которое (как заявил Медведчук) было принято 21 февраля, на день раньше, чем проект этого же постановления (как утверждают оппоненты «большевиков») попал в сектор регистрации ВР.

На многочисленных нестыковках и предложено было сыграть Президенту. Суть схемы. Конституционный суд признает нелегитимными решения, принятые в Украинском доме. Верховная Рада проводит повторные выборы руководства (с активным участием фракции КПУ). Плюща и Гавриша оставляют, Медведчука снимают и меняют на Мартынюка. После этого ВР отдельным решением признает законность всех решений, принятых после «бархатной революции». (Подобный прецедент уже был — в 1998 году. Тогда ВР никак не могла избрать спикера, но постановления принимала, и подписывал их временный президиум. Когда парламент определился со своим председателем, все предыдущие решения объединили в один акт и голосованием подтвердили их законность). После утряски кадровых вопросов на голосование ставится имплементационный вопрос. К этому времени, по плану, КС присылает в ВР заключение, в котором дает «добро» президентскому проекту внесения изменений в Конституцию и неодобрительно отзывается о проекте альтернативном, который якобы не имеет непосредственного отношения к результатам референдума. Коммунисты в благодарность за возвращение Мартынюка голосуют за президентские поправки, бизнес-политические фракции (за исключением СДПУ (о), разумеется) после соответствующих «накруток» — тоже.

Смысл плана. Президент ослабляет Медведчука, в последнее время подозрительно «заматеревшего». Президент лишает оппозицию возможности в дальнейшем спекулировать событиями в Украинском доме. Президент возвращает коммунистам один из рычагов влияния на принятие решений и опять получает возможность с ними договариваться. Президент сохраняет лояльного человека во главе парламента.

Сценарий хотя и немного запутанный, но в общем-то дельный. Руководство КПУ, говорят, согласилось на уступки в обмен на возращение Адама Ивановича. План мог сработать, но, говорят, что не далее чем позавчера от него отказались.

Люди, присутствовавшие на обсуждения «бархатного дела» в КС, утверждают, что судьи, попавшие в высший юридический орган страны по президентской квоте, были настроены удивительно жестко по отношению к «большевикам». Это слегка удивляло левых и несколько настораживало СДПУ (о). Но в какой-то момент (как утверждают, с легкой руки Александра Лавриновича) все изменилось. Все вопросы, которые задавались заинтересованным сторонам, формулировались так, чтобы увести дело в иное правовое поле. Показания свидетелей по делу позволяют говорить о возможных уголовных нарушениях «большевиков» — подделке документов, фальсификациях, хулиганстве и т.д. и т.п. Но этими вопросами занимается суд обычной юрисдикции, а не Конституционный. Первым неладное заподозрил Александр Ткаченко. Экс-спикер быстренько мобилизовал группу юристов, которые рьяно взялись за работу, но не успели с ходу войти в курс дела.

По имеющейся информации, в четверг вечером в закрытом режиме судьи КС приняли решение прекратить рассмотрение дела о «бархатной революции» и рекомендовать всем желающим обращаться в обычный суд. Решение это (которое, скорее всего, озвучат на будущей неделе) будет содержать еще один важный момент — КС предупредит всех, что повторное рассмотрение данного дела конституционными судьями исключено. Трудно сказать, зачем Лавриновичу (а может быть, и не только ему) понадобились подобные ухищрения. Вполне возможно, он (они?) против не совсем корректных конституционных поправок? Еще труднее определить роль в этом процессе Президента. Но, думается, подобное развитие событий в его пользу.

Леонид Кучма заинтересован в затягивании имплементации. В «холодной войне» с парламентом. Разброд в стане врагов и неуверенность в душах соратников — залог президентской устойчивости.

Это уже и не хорошо, и не плохо. Это просто данность. Это фундамент нашего политического дома. Дома, который построил Президент.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно