Адам Мартынюк: «ДЕПУТАТЫ ЗА САМОРОСПУСК НЕ ПРОГОЛОСУЮТ»

26 ноября, 1999, 00:00 Распечатать Выпуск №47, 26 ноября-3 декабря

Адам Мартынюк является ключевой фигурой при любом парламентском раскладе. Потому что, во-первых, входит в тройку руководителей парламента, во-вторых, представляет самую большую фракцию Верховной Рады - компартийную...

Адам Мартынюк является ключевой фигурой при любом парламентском раскладе. Потому что, во-первых, входит в тройку руководителей парламента, во-вторых, представляет самую большую фракцию Верховной Рады - компартийную. Знатоки парламентской жизни утверждают, что он выступает своеобразным посредником в ходе переговоров между левыми и правыми, между Александром Ткаченко и Виктором Медведчуком, так как Адам Иванович умудряется сохранять хорошие отношения и с тем, и с другим. Именно поэтому «ЗН» решило задать первому вице-спикеру несколько вопросов, касающихся будущей судьбы парламента.

- Адам Иванович, возможно ли, по вашему мнению, при нынешнем составе Верховной Рады формирование пропрезидентского, либо левого, но устойчивого большинства.

- Опыт человека, который в определенном смысле смотрит на зал со стороны и, может быть, лучше сидящих в сессионном зале знает его, подсказывает мне, что большинства в парламенте не будет. Свидетельством тому последнее голосование, касающееся места проведения инаугурации Президента. Хотел бы в очередной раз развеять миф: в нынешнем парламенте нет

226-и левых. Ранее мы от силы насчитывали 200 голосов, а сейчас, после проведения перегруппировки политических сил, после раскола «Громады», часть из которой забрала «Батьківщина», левых в парламенте осталось 150-160. Хотя ситуативно мы можем набирать и больше, в зависимости от обсуждаемого вопроса. Большинство все-таки правое, но сумеют ли они объединить и дисциплинировать эти силы - у меня большое сомнение. Там уже существует как минимум четыре группы интересов, и пока они не могут объединиться.

- Не считаете ли вы, что большинство в парламенте может быть не левым и не правым, а оппозиционным Президенту и то при одном единственном условии - если голосование проводится в тайном режиме. Как это было, например, при решении вопроса о месте проведения инаугурации Президента, когда 285 парламентариев высказались за проведение церемонии в зале Верховной Рады, а не во дворце «Украина».

- Меня удивляет то, как определенные фракции, которые заявляют о своей лояльности к нему, после голосования чуть ли не каждый день разражаются заявлениями с обвинениями сессионного зала. Что же они делали в зале в это время? На момент голосования в зале было зарегистрировано 376 карточек. Они распределились следующим образом: 285 проголосовали за проведение инаугурации в стенах Верховной Рады, только 8 проголосовали против этого и 1 воздержался. То есть, вот вам девять человек так называемого пропрезидентского большинства. 82 человека не приняли участия в голосовании вообще. Формируемое президентское большинство раздирают внутренние противоречия, борьба за дележ пирога, о чем справедливо писало «ЗН».

- Леонид Кучма уже определился с кандидатурой премьер-министра, которую он будет выносить на обсуждение парламента. Как вы считаете, при тайном голосовании Валерий Павлович Пустовойтенко может получить поддержку парламента?

- Мне трудно сказать. Сейчас, насколько мне известно, он проводит активные консультации с фракциями. Пока что говорить однозначно очень трудно, потому что, насколько мне известно, даже те фракции, которые мы называем пропрезидентскими, занимают далеко не однозначную позицию по этому вопросу.

- Не исключено, что со стороны Банковой будут предприниматься серьезные шаги по смене председателя Верховной Рады, и в этом плане Леонида Даниловича можно понять, поскольку в ходе предвыборной кампании между Президентом и спикером сложились серьезные конфронтационные отношения. И не Президент был их инициатором. Каково ваше отношение к подобному развитию событий?

- Если хотят дестабилизировать парламент, если хотят его вообще распустить, что по закону очень трудно сделать, то тогда, конечно, будет затеяна операция по переизбранию. Я считаю, что это нереально. Но даже если представить себе, что к руководству парламента пришел правый, то с вероятностью в 90% можно говорить о том, что такой парламент будет недееспособен. Парламент в основном держится на фракции коммунистов, на ее дисциплинированности. Если эта фракция будет находиться в оппозиции к председательствующему на заседаниях сессии, то едва ли парламент будет продуктивно работать.

- А если предложение возглавить парламент поступит вам лично и если после определенной работы вашу кандидатуру согласятся поддержать представители некоторых пропрезидентских фракций, то вы согласитесь?

- Нет. У нас есть твердое намерение и жесткое принципиальное решение о том, что фракция коммунистов Ткаченко сдавать не будет. И не сдаст. Это окончательное решение.

- А поможет ли фракция коммунистов на определенных условиях своими мандатами заполнить Александру Ткаченко депутатскую брешь в Селянской фракции?

- Я думаю, что они и без нашей помощи могут решить свои проблемы. Но в то же время, вариант, о котором вы говорите, возможен.

- Взаимоотношения между парламентом и избранным на второй срок Президентом обострились в первые же дни после выборов. Уже в Стамбуле Леонид Данилович напомнил о том, что обещал во время предвыборной кампании принять к парламенту адекватные меры и заявил о своей готовности это сделать. Обладает ли, по вашему мнению, Президент реальными правовыми возможностями для того, чтобы сократить срок действия ныне действующего парламента?

- Во-первых, отношения на данный момент действительно обострились, но это не значит, что они будут такими же острыми в дальнейшем. Одним из оснований, которые дают мне возможность это предполагать, являются недавние изменения в администрации Президента. Думаю, линия администрации в отношении парламента изменится. Во-вторых, у Президента действительно есть право, оговоренное в 90-й статье Конституции, распустить парламент. Это он может сделать только в одном случае - если в течение одной сессии на протяжении тридцати дней мы не сумеем собрать сессию. Но это практически не-воз-мож-но!

Ведь Конституцией не установлено, сколько депутатов должно находиться в зале или зарегистрироваться, для того, чтобы объявить сессию или заседание открытым и проводить его. 226 - это количество депутатов, необходимых для принятия решения, а для ведения заседаний, их может быть и меньше. Спровоцировать парламент на то, чтобы тридцать дней он не заседал, очень тяжело. А других конституционных путей у Президента нет.

- А вы исключаете возможность самороспуска парламента?

- В принципе это возможно. Но я на 90% уверен, что депутаты за самороспуск не проголосуют. И, насколько я помню, механизм самороспуска в Конституции не описан.

Президент может по воле трудящихся объявить референдум, но для того, чтобы эта воля проявлялась в строгом соответствии с духом закона, надо исполнить закон о референдуме. В соответствии с которым инициативные группы, собирающие подписи, должны быть зарегистрированы Центризбиркомом. Насколько мне известно, эти группы не зарегистрированы.

Пойдем дальше. Согласно Переходным положениям Конституции, а точнее тому разделу, который касается внесений изменений в Конституцию, предложение об изменении вносится либо Президентом, либо двумя третями конституционного состава парламента и утверждается, соответственно, тоже двумя третями. И только после этого решение выносится на референдум. Все остальные пути будут неконституционными, и следовательно - недемократическими.

- А вы допускаете, что Президент может пойти недемократическим путем?

- Ну-у-у... Я все же склоняюсь к тому, что этого не случится.

-В распоряжении главы государства находятся весьма грамотные юристы. И не исключено, что в случае ощущения высочайшей воли, они таки найдут способ сократить дни ныне действующего парламента. Например, путем референдума, инициатором которого выступит не Президент, а народ. В этом случае новые выборы гипотетически могут пройти летом. Как вы считаете, сможет ли тот парламент быть более левым?

- Однозначно. Если исходить из результатов недавно прожитых страной выборов, то будет увеличена не только фракция коммунистов, но и Прогрессивная социалистическая партия Натальи Витренко наберет намного больше четырех процентов, и Социалистическая партия укрупнится и Селянская. Итоги первого тура показали, что 44-45% - за левыми силами. К лету следующего года экономическая и социальная ситуация намного ухудшатся. А это означает, что протестного электората будет намного больше. А значит и парламент будет намного левее.

- Политическая элита страны и в первую очередь ее истеблишмент знают о том, как проводились последние выборы намного больше, чем могут сказать. Вот вы ссылаетесь на результаты минувших выборов, а если сослаться на их технологии, то не считаете ли вы, что при их применении и на парламентских выборах у левых не будет не то что большинства, а подавляющее меньшинство?

- Понимаю, о чем вы говорите, но я с вами не согласен, поскольку очень важно, на основе какого закона будут проводиться парламентские выборы. Я считаю вполне возможным проведение парламентских выборов полностью на пропорциональной основе, поскольку даже если на новый закон будет наложено вето Президента, то у парламента хватит сил его преодолеть. Это первое. И второе: Президент говорил в Стамбуле, что подпишет закон, если будет принят другой закон о политических партиях, и я не исключаю, что закон о политических партиях, который мы должны принять, в том числе и в связи с нашими обязательствами перед Советом Европы, парламентом будет принят.

Есть еще одно препятствие на пути к подписанию Президентом закона о выборах на партийной основе: мы должны согласиться на двухпалатный парламент. Для этого должны быть внесены изменения в Конституцию. Сложность этой процедуры мы с вами оговаривали выше. Я считаю, что вторая палата парламента для унитарного государства не нужна. Если мы, конечно, не хотим его расшатать. Но если даже соглашаться на вторую палату, то по какому принципу ее заполнять: избирать или назначать? Если в нее войдут избранные главы областей, то для этого их нужно избрать, но тогда Президент потеряет существующую вертикаль власти. А если он будет просто назначать губернаторов и они автоматически будут становиться членами верхней палаты, то это не демократия - это шаг назад, и легитимность такого парламента в мире никто не признает.

- Как вы думаете, если Президент пойдет на референдум, то какие вопросы, помимо доверия Верховной Раде, могут быть на него вынесены?

- Наверное те, под которые уже собирали подписи незарегистрированные ЦИКом инициативные группы. Но я не исключаю, что оппозиционные силы в соответствии с законом тоже смогут собрать необходимое и не меньшее, чем пропрезидентские силы, число подписей о проведении другого референдума. О статусе русского языка, о том, торговать или не торговать землей, о целесообразности президентской формы правления.

- Но вернемся к сегодняшнему дню и подытожим наш разговор. Насколько я понимаю, вы считаете, что на сегодняшний день серьезной угрозы сокращения срока действия нынешнего парламента не существует?

- Я надеюсь, что ее не будет. Надеюсь. Хотя в нашей стране все возможно. Но я оптимист.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно