Война войной, а миротворчество — по плану?

15 августа, 2014, 20:20 Распечатать Выпуск №28, 15 августа-22 августа

У Киева есть резервы для усиления технических возможностей сил АТО. И ими необходимо воспользоваться: миротворчество и бизнес не должны осуществляться за счет обороноспособности страны.

Когда на Востоке Украины идут ожесточенные бои, вправе ли подразделения нашей армии участвовать в международных миротворческих миссиях? Сегодня 652 украинских солдата участвуют в 11 миротворческих операциях по поддержанию мира и стабильности в восьми странах. В трех из них — Либерии, Кот-д'Ивуаре, Демократической Республике Конго — задействованы вертолетные отряды. Согласно данным украинского оборонного ведомства, в их составе — боевые и военно-транспортные вертолеты: семь — Ми-24 и десять — Ми-8МТ.

Они были бы нелишними в зоне боевых действий — пилоты, имеющие богатый опыт выполнения заданий в боевых условиях, солдаты, получившие навыки проведения операций на территории с враждебно настроенным населением. И если у сил АТО постепенно появляются подразделения, готовые эффективно выполнять поставленные боевые задачи, то с техникой — сущая беда.

У нас катастрофически не хватает ресурсов для перевозок грузов, эвакуации раненых, поддержки с воздуха боевых операций. А потери нашей авиации за время проведения АТО велики. По данным правительственного уполномоченного по вопросам антикоррупционной политики Татьяны Черновол, в начале июня на вооружении украинской армии осталось всего 10 вертолетов, в то время как в начале АТО было 19 машин. И даже если часть из сбитых и поломанных вертолетов была отремонтирована, все равно, этого количества крайне мало.

Поэтому украинские политики и эксперты призывают Киев отозвать наши подразделения из миротворческих миссий ООН и НАТО и направить их в район АТО, усилив нашу группировку столь необходимой техникой. Так, например, поступили грузины во время российско-грузинской войны 2008 г., приняв решение о досрочном выводе своего контингента из Ирака. 

Для возвращения наших солдат есть и другая уважительная причина: в западноафриканских странах — Гвинее, Либерии, Сьерре-Леоне — эпидемия лихорадки Эбола, жертвами которой стали более тысячи человек. 

Но Киев пока не собирается выводить миротворцев. В правительственных кабинетах верх берут сторонники продолжения участия в миротворческих операциях под эгидой ООН, ЕС, НАТО. Аргументируя необходимость продолжения пребывания наших контингентов в миссиях по поддержанию мира и стабильности, они говорят о проблеме времени и денег, репутации страны. Замсекретаря СНБО Михаил Коваль даже уверяет, что если Украина захочет в одностороннем порядке вывести свои подразделения, то возможны санкции со стороны ООН.

Сказанное генералом не отвечает действительности: санкций не будет. Украина имеет полное право досрочно вывести свои контингенты. Что и прописано в ст. 7 Закона "Об участии Украины в международных операциях по поддержке мира и стабильности": миротворческий контингент и персонал может быть досрочно отозван в случае, если их дальнейшее участие "становится нецелесообразным из-за существенного изменения военно-политической обстановки или обстоятельств в регионе пребывания, прекращения финансирования или по другим причинам". 

Да и в меморандумах, подписанных украинским правительством с ООН, сказано о форс-мажорных обстоятельствах, позволяющих досрочно вывести наших солдат из миротворческих миссий. Иное дело, что в соответствии с процедурами ООН, Киев должен предупредить международный секретариат ООН за три месяца до даты отзыва своих миротворцев о решении досрочно их возвратить. Это время необходимо для того, чтобы Организация могла найти замену уходящему контингенту в миротворческой миссии. 

Безусловно, в ООН не будут осчастливлены решением о досрочном выводе наших миротворческих подразделений. Крайне трудно найти страны, готовые отправить солдат в Африку. Еще меньше тех, кто готов отправить туда вертолетные подразделения. В результате, миротворческие миссии в западноафриканских странах столкнутся с дополнительными проблемами, которые осложнят работу по поддержанию мира в "горячих точках". Вполне вероятно, что пострадает репутация Киева, и это может негативно сказаться на амбициозных планах Украины стать непостоянным членом Совета Безопасности ООН в 2016 г.: участие наших вертолетных подразделений в миротворческих операциях — один из основных аргументов украинской дипломатии. Поэтому Киев должен ежедневно, ежечасно проводить с партнерами разъяснительную работу: на Востоке Украины идет война, а не обычная полицейская операция.

Но, повторимся, с юридической точки зрения ничто не мешает Киеву отозвать наши контингенты в форс-мажорных обстоятельствах, каковыми, безусловно, являются ведение Россией "гибридной войны" против Украины и эпидемия лихорадки Эбола. Иное дело — возникающие дополнительные финансовые нагрузки на украинское государство: деньги и время играют против принятия решения о досрочном возврате наших миротворческих контингентов.

В отличие от миротворческих миссий под эгидой НАТО (в Косово, Афганистане, а также операциях "Активные усилия" и "Океанский щит"), ООН возмещает странам-контрибьюторам затраты за участие их контингентов в миротворческих операциях под ее руководством. Организация оплачивает транспортировку солдат и техники в район дислокации, их проживание, возмещает наши затраты на топливо и эксплуатацию техники и боеприпасов. За последние 10 лет за участие в международных операциях по поддержке мира Украина получила от ООН 353 млн долл.

Но если Киев принимает решение о досрочном выводе своих контингентов, он должен сам оплатить возвращение в Украину миротворцев и их техники. По предварительным подсчетам военных, для возвращения всех национальных контингентов необходимо 40–60 млн долл. Основную часть этих средств необходимо будет потратить на наши самые большие контингенты, дислоцированные в Либерии и Кот-д'Ивуаре (в этих двух странах находятся 205 чел.), Демократической Республике Конго (250 чел.) и Косово (142 чел.). Вывод же контингентов по организационно-техническим причинам может затянуться от трех до шести месяцев.

Дополнительные финансовые затраты — один из основных аргументов противников вывода наших контингентов, прежде всего, из Африки. И ратуя за продолжение участия в операциях ООН и НАТО, они говорят о том, что это позволит украинскому бюджету ежемесячно получать около 2,6 млн долл. По мнению сторонников сохранения украинского присутствия в миротворческих операциях, это также благотворно скажется на технической готовности авиационной техники и профессиональной подготовке пилотов. Притом, что важно, без дополнительных затрат со стороны Украины.

Таковы аргументы противников вывода наших миротворцев из Африки. Но в условиях "гибридной войны", которую ведет Россия против нашей страны, действует другая логика. И отсутствие достаточного количества вертолетов с опытными экипажами в зоне АТО для нашей армии — серьезная проблема. Это во-первых.

Во-вторых, Киеву уже сегодня сложно проводить ротацию военнослужащих миротворческих миссий. Не проблема заменить 12 офицеров, участвующих в качестве миротворческого персонала в миссии ООН в Судане, Южном Судане и на Кипре. Не сложно будет и со сменой 29 военнослужащих — врачей и офицеров связи, находящихся в составе Международных сил содействия безопасности в Афганистане. Но как быть с ротацией 597 чел., проходящих службу в Демократической Республике Конго, Косово, Либерии и Кот-д'Ивуаре? Неужели для того, чтобы отправить в эти африканские страны опытных пилотов, их будут отзывать из зоны АТО? Где найти достаточное количество высокопрофессиональных солдат для участия в миротворческих миссиях, если они нужны для участия в боевых и полицейских операциях на Востоке страны?

Очевидно, что в условиях проведения АТО велика вероятность снижения уровня подготовки ротации миротворцев, проходящей раз в год. Проблема ротации стала одной из причин, по которой Минобороны приняло решение о сокращении численности военнослужащих в наших миротворческих подразделениях. Оборонное ведомство уже уменьшит их количество на 65 чел. К концу августа планируется сократить численность нашего контингента в Косово на 103 чел. В составе сил KFOR останется инженерная рота численностью в 40 чел.

Но армию интересуют не столько солдаты с подготовкой по патрулированию на территории с враждебно настроенным населением, сколько боевая техника и опытные пилоты. И было бы правильно в ситуации "гибридной войны" использовать и 28 вертолетов Ми-8МТВ-1, отданных в аренду частной компании "Украинские вертолеты". Эти вертолеты используются в миротворческих и гуманитарных миссиях в Афганистане, Судане, Кот-д'Ивуаре, Демократической Республике Конго. В случае форс-мажора компания обязана была немедленно вернуть арендованные вертолеты. Однако она этого так и не сделала, что послужило поводом для начала расследования данного факта прокуратурой.

У Киева есть резервы для усиления технических возможностей сил АТО. И ими необходимо воспользоваться: миротворчество и бизнес не должны осуществляться за счет обороноспособности страны.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно