Трамп, Коэн, Коми и все-все-все

16 декабря, 2018, 12:22 Распечатать Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря

Бывший личный юрист Трампа получил три года тюрьмы в качестве наказания за преступления, по которым были открыты два разных дела. 

Одно — нью-йоркскими федеральными следователями о нарушениях при финансировании избирательных кампаний, попросту в использовании денег кампании на оплату молчания женщин, обещавших рассказать широкой общественности о своих интимных отношениях с клиентом Коэна, (в то время кандидатом на должность президента от республиканской партии), а также в банковском мошенничестве. Другое — расследование спецпрокурора Роберта Мюллера, уличившего Коэна во лжи конгрессу США относительно т.н. "Русского проекта" — возможного строительства Трамп-тауэр в Москве, разговоры о котором с представителями Кремля продолжались во время избирательной кампании и сулили немалую выгоду.

За несколько дней до этого бывший руководитель Федерального бюро расследований Джеймс Коми дал шестичасовое интервью представителям комитетов Палаты представителей по вопросам юриспруденции, а также реформ и контроля. Беседа проходила за закрытой дверью, но согласно судебному предписанию, полученному экс-руководителем ФБР за несколько дней до того, ее скрипт был обнародован через 24 часа после окончания. Несмотря на заявленную ранее тему встречи (дело ФБР об электронных письмах Хиллари Клинтон, которое то приостанавливалось, то снова открывалось Бюро в 2016-м) представитель бюро, присутствовавшая на интервью, вскользь и ненароком рассказала миру, а заодно и Трампу о пренеприятном для президента обстоятельстве: в рамках большого расследования Роберта Мюллера вполне возможно открыто дело о противодействии правосудию президента США.

Казалось бы, между двумя этими событиями нет особой связи, а Коэн и Коми — совершенно полярные фигуры, между тем связь между ними есть. И тот, и другой работали на Дональда Трампа—Коми с января по май 2017 г. в должности директора ФБР. Коэн — в качестве личного юриста, представителя, правой руки и "решателя вопросов" — в течение 12 лет, до мая 2018 г. 

Первый неплохо осведомлен о бывшем работодателе в силу профессиональных обязанностей, даже несмотря на то, что вот уже полтора года не работает в ФБР. Второй входил в самый близкий круг Трампа и стал первым его представителем, который был официально осужден. Федеральные следователи в своем заключении напрямую заявили: президент США отдавал Коэну личные директивы, чтобы тот заставил женщин, которые хотели рассказать миру о своих близких отношениях с (на то время) республиканским кандидатом на должность президента, замолчать. 

И Коми, и Коэн — носители высокотоксичной информации для нынешней администрации. Там, впрочем, придерживаются другого мнения: Трамп публично называл бывшего директора ФБР лжецом, а бывшего юриста — слабаком. У федеральных следователей есть свое мнение на этот счет — так, с осени этого года у спецпрокурора Мюллера есть все основания считать показания Коэна правдивыми, даже с учетом того, что до этого времени тот привирал и был пойман с поличным.

Вынесение приговора

Коэн пришел на суд в окружении своей семьи — сына, жены, ее родственников, своих родителей, кузенов. Они уселись у него за спиной и громко всхлипывали во время заключительной речи. 

Бывший юрист Трампа не дал журналистам ни одного комментария, но продолжает постоянно общаться с репортерами с помощью защищенных каналов связи. Вполне возможно, он продолжит делать это вплоть до марта 2019 г. — согласно решению суда, именно в это время он отправится в тюрьму отбывать свое 36-месячное наказание. Он также обязан заплатить без малого 1,4 млн долл. Налоговой администрации в качестве штрафа и выплатить 500 тыс. долл. штрафа. Судья Уильям Поли назвал преступления Коэна "серьезными злодеяниями против Соединенных Штатов".

Сам бывший юрист Трампа заявил, что признает себя виновным за все незаконные действие — как личные, так и те, в которые был вовлечен президент Соединенных Штатов Америки. По его словам, он хочет войти в историю не как участник президентских злодеяний. Коэн в своей речи прокомментировал и недавний твит его бывшего босса, в котором Трамп назвал его "слабаком": "Не так давно президент США написал, что я слабак, и это вполне корректное определение, но впрочем, по другой причине, нежели та, которую он имел в виду. Я был слаб, так как еще и еще раз я чувствовал, что мой долг — покрывать его грязные делишки". По словам Коэна, он был лишен личной и психологической свободы с того самого дня, как принял предложение о работе на воротилу в сфере недвижимости, чьей деловой смекалкой безмерно восхищался. 

Адвокат Коэна, Лэнни Дэвис, который с момента окончания суда больше не будет представлять его юридические интересы, но будет его советником по коммуникациям, выступил с заявлением, отметив: его клиент говорит правду о неправомерных действиях Дональда Трампа, которые тот совершал многие годы. После того как спецпрокурор Роберт Мюллер завершит свое расследование и обнародует финальный доклад, Дэвис готов всецело помогать Коэну в его намерении предать огласке все, что тот знает о Трампе. В том числе — ответить на запросы комитетов Конгресса США. По словам Дэвиса, вся ложь, которую продолжает повторять Трамп, не может противоречить упрямым фактам. 

Юрист Коэна отметил, что его клиент сотрудничает со спецпрокурором Мюллером в его расследовании о российском вмешательстве в американские выборы 2016 г. 

Его слова подтвердила и представитель офиса Мюллера, Дженни Ри: по мнению команды спецпрокурора, Коэн говорит правду. 

Что рассказал Коэн Мюллеру?

За несколько дней до суда Роберт Мюллер обнародовал свое обвинительное заключение, — из его текста следует, что Коэн поделился со следствием важной информацией о связях администрации Белого дома и компании Трампа с Россией. 

Бывший юрист Трампа начал сотрудничать со следствием еще в августе этого года и, как выяснилось, в то время не был достаточно откровенен. Долгое время он настаивал: все бизнес-переговоры относительно проекта строительства Трамп-тауэр в Москве остановились задолго до проведения кокуса в Айове (1 февраля 2016 г., в то время Трамп еще не был выдвинут Республиканской партией на должность кандидата в президенты США). Именно эту версию событий Коэн в свое время рассказал американскому законодательному собранию. 

С осени, после нескольких "продуктивных и продолжительных", по мнению спецпрокурора, бесед с Коэном у того появилась другая версия событий, в которую склонен верить Мюллер. Оговорившись, что ранее бывший юрист Трампа лгал, спецпрокурор утверждает, что теперь Коэн предоставляет "важную и полезную информацию", проверенную офисом Мюллера. 

Эта информация, в частности, касается четырех аспектов, чрезвычайно интересующих спецпрокурора: 

— обстоятельств, в которых юрист Трампа готовился отвечать на вопросы Конгресса; 

— контактов и связей Коэна с представителями избирательного штаба Трампа, касающихся России и проекта Трамп-тауэр в Москве; 

— его контактов в самой компании Трампа; 

 — его встреч и контактов с людьми, связанными с Белым домом в 2017-м и 2018-м гг. 

По данным Мюллера, Коэн "скрывал тот факт, что "Московский проект" был прибыльной возможностью для бизнеса и, наиболее вероятно, предполагал помощь со стороны российского правительства. Если бы проект был завершен, организация, на которую работал Коэн (то есть компания Трампа), получила бы сотни миллионов долларов в качестве оплаты лицензий и других доходов. Бывший юрист Трампа продолжал работать над проектом и регулярно обсуждал его продвижение со своим работодателем, т.е. Дональдом Трампом (обозначенным в документах как Гражданин 1), в то время, когда избирательная кампания того была предметом расследований Конгресса и офиса спецпрокурора еще и потому, что тогда же российское правительство предпринимало постоянные усилия по вмешательству в американские выборы". 

Мюллер таким образом указывает на достаточно точный тайм-лайн: комитеты по вопросам разведки Сената и Палаты представителей США объявили о начале следственных действий зимой 2017 г., спецпрокурор был назначен весной того же года после увольнения директора ФБР Джеймса Коми. Таким образом, разговоры о "Московском проекте" продолжались во время выборов, после избрания Трампа на должность президента США и переезда в Белый дом

Спецпрокурор в своем обвинительном заключении также указывает, что у Коэна (во время избирательной кампании) был продолжительный телефонный разговор о "Московском проекте" с представителем пресс-секретаря президента России. 

Этот же документ проливает свет еще на один интересный факт: Гражданин 1 (глава Белого дома. — Н,П.) и Коэн с момента, когда Трамп решил сражаться за президентский пост, регулярно обсуждали встречу с Владимиром Путиным. Так, еще до начала кампании, в 2015 г., Коэн заявил об идее подобной встречи в рамках Генассамблеи ООН в интервью телеканалу "Фокс", затем отметил, что это была спонтанная идея. Этот тезис, впрочем, противоречит тексту обвинительной записки Мюллера: "Коэн совещался с Трампом относительно того, чтобы связаться с российским правительством, прежде чем будет понятна степень российской заинтересованности в подобной встрече". 

Коэн также рассказал Мюллеру о том, что с избирательным штабом Трампа пытались контактировать и другие россияне. Так, один из них связался с Коэном в ноябре 2015 г., отрекомендовавшись как "доверенное лицо" Российской Федерации. Он предложил штабу Трампа "политическое взаимодействие" и "синергию на правительственном уровне". Он предлагал устроить встречу Путина и Трампа и помощь в "Московском проекте". Впрочем, с неназванным россиянином Коэн решил не работать, — в проект Трамп-тауэр в Москве был вовлечен другой человек со связями в российским правительстве. Согласно сноске, сделанной спецпрокурором, этим человеком, вероятно, являлся Феликс Сатер, бывший партнер экс-народного депутата Андрея Артеменко, который стал первым украинцем, сотрудничающим с офисом Роберта Мюллера. 

Насколько обнародованные сведения токсичны для Трампа?

Гражданин 1, он же президент США, фигурирует в документах обвинения и офиса Роберта Мюллера, и прокуратуры Южного округа Нью-Йорка (документы были обнародованы одновременно). По данным следствия, Коэн координировал свои действия с Трампом, когда по его указанию заставил замолчать двух женщин — актрису из фильмов для взрослых Сторми Дэниэлс и бывшую модель журнала "Плейбой" Карен Макдугал. В 2016 г. обе они готовились опубликовать истории о своих отношениях с на то время республиканским кандидатом Трампом. 

Коэн был личным адвокатом Трампа, он никогда не входил в команду юристов Белого дома. Чтобы уладить деликатные дела патрона, юрист взял несколько займов в разных банках, предоставив им неправдивую информацию о своих доходах, активах и сбережениях, создал компании-пустышки, с помощью которых рассчитывал оплатить молчание Дэниэлс и Макдугал. После окончания избирательной кампании штаб Трампа вернул ему деньги частями, с учетом его премии и налогов, которые нужно было заплатить из этих сумм под видом "расходов на избирательную кампанию".

О бедном бывшем личном юристе Трамп в день вынесения ему приговора не замолвил слово, вернее, не написал и слова. Зато разразился тирадой на следующий день, причем с самого утра:

"Я никогда не подталкивал Майкла Коэна к нарушениям закона. Он был юристом, именно он должен был знать закон. Это называется "консультацией советника", и юрист несет огромную ответственность, если совершает ошибку. Это то, за что им платят (…) Многие юристы, специализирующиеся в вопросах финансов в избирательном процессе, уверенно заявляли, что я не сделал ничего противоречащего избирательному законодательству в части финансов, если это вообще применимо, так как это не были средства кампании. Коэна был виновен, согласно многим другим обвинениям, не связанным со мной, но он признал вину в двух нарушениях по ведению избирательных кампаний, которые вообще не являются уголовными правонарушениями, и в этом он не был виновен даже с точки зрения гражданского права. Эти обвинения были подтверждены им, чтобы опозорить президента и существенно уменьшить тюремный срок, что он и сделал, учитывая факт, что его семья временно освобождена от ответственности. Как юрист, Майкл в огромном долгу передо мной!".

Ранее Трамп заявлял, что Коэн заслуживает полного и всеобъемлющего приговора. Президент США неоднократно отрицал любые внебрачные связи и неоднократно утверждал, что его политические оппоненты акцентируют внимание на финансовых махинациях его кампании, потому что не смогли доказать, что его штаб координировал свои действия с Россией. 

Все оттенки сарказма: Коми vs Конгресс 

Конгрессмен Надлер: "Я не буду спрашивать у вас, целовали и обнимали ли вы (Роберта Мюллера)"?

Коми: "Какое облегчение для моей жены…"

235-страничный текст интервью бывшего руководителя переливается всеми оттенками сардоничности: беседа, продолжавшаяся около шести часов, — образчик особенного вашингтонского политического юмора на пределе дозволенных норм. Вопрос о поцелуях и объятиях неслучаен: президент США публично заявлял, что располагает сотней фотографий, свидетельствующих о близких отношениях бывшего главы ФБР Джеймса Коми и его предшественника, а теперь — специального прокурора Роберта Мюллера. 

Они действительно знают друг друга на протяжении многих лет и тесно работали вместе во времена администрации Джорджа Буша-старшего. Коми был заместителем генпрокурора Джона Эшкрофта, Мюллер — главой Бюро, вместе они выдержали не один бой с Белым домом, в особенности когда президентские юрисконсульты пришли в больницу к тогдашнему главе Минюста, требуя подписать разрешение на всеамериканскую программу слежения. По признанию Коми, в марте 2004 г. он лично позвонил главе ФБР, вместе с которым они примчались в госпиталь и не допустили подписания. 

Коми и Мюллер — оба зарегистрированные республиканцы, как и большинство сотрудников Минюста и нескольких разведывательных агентств, которые находятся в его подчинении. Коми, впрочем, не так давно заявил о том, что теперь не является республиканцем и, более того, агитировал за демократического кандидата в Палату представителей от штата Вирджиния — работал волонтером-агитатором, стучавшимся в двери соседей.

Как заявил экс-глава ФБР представителям законодательного собрания, "он до смерти обожает этого человека (Роберта Мюллера), но не знает его номера телефона, никогда не был у него дома, не знает, как зовут его детей. Я думаю, мы встречались один раз в ресторане. Мы — не друзья в социальном смысле этого слова. Еще раз, я никогда не обнимал и не целовал этого человека, я его почитатель, но другого рода". 

Разговоры о возможном увольнении Мюллера ходят практически с момента начала его работы в качестве спецпрокурора, в Сенате был даже зарегистрирован законопроект, гарантирующий ему иммунитет, но дальше профильного комитета он так и не пошел. Во время слушаний Коми к этому вопросу вернулся конгрессмен-демократ Стив Коэн, спросивший, что произойдет с расследованием российского вмешательства в американские выборы, если президент все-таки уволит Мюллера. 

Коми ответил: он считает, что вместе с Мюллером придется уволить всех сотрудников ФБР и Минюста, дабы пустить под откос важные расследования, но я не знает каким будет эффект от подобных шагов.

Показания Коми выглядят вполне последовательными, не противоречащими друг другу. Более того, — создается впечатление, что он цитировал самого себя, повторяя абзацы из своей автобиографии. Республиканцы, вызвавшие Коми на заседание комитета повесткой, вряд ли получили от него хоть какие-то новые существенные сведения, способные хоть сколько-нибудь повлиять на расследование Мюллера. После заявления представительницы ФБР о том, что президент вполне может являться фигурантом расследования спецпрокурора по противодействию правосудию, надежды на это стремительно тают. 

Позднее сам Коми заявил, что он лично считает: Трамп действительно противодействовал правосудию, когда 14 февраля 2017 г. попросил его спустить на тормозах расследование в отношении уже уволенного советника Белого дома по национальной безопасности Майкла Флинна, который лгал сотрудникам ФБР о своих переговорах с российским послом в США Сергеем Кисляком. 

Коми защищал следователей Мюллера изо всех сил, отметив их профессионализм и полное отсутствие утечек в прессу о том, что именно офис спецпрокурора собирается принести в суд. По словам бывшего директора ФБР, его предшественник в Бюро — человек, на которого он поставил бы свою жизнь, потому что "Боб Мюллер сделает все правильно". 

Республиканцы снова и снова возвращались к встрече Билла Клинтона с тогдашним генпрокурором США Лореттой Линч, могущим иметь отношение к расследованию дела Хиллари Клинтон. В своей книге "Высшая преданность" Коми подробно описывал и беседы с Линч, и свою реакцию на ее просьбы называть расследование по делу бывшей госсекретаря "обстоятельством". Бывший глава ФБР еще раз повторил: встреча генпрокурора и мужа человека, против которого начато расследование, — "крайне необычна", факт того, что они могли обсуждать расследование, — "потенциально неуместен".

Коми пришлось отдуваться за всех, в частности, за бывшего агента ФБР Питера Штрока и юриста ФБР Лизу Пейдж. В своей переписке они обсуждали невозможность победы Трампа на выборах-2016 и называли Клинтон возможным президентом. Штрок, занимавший должность руководителя подразделения контрразведки, впоследствии был отстранен спецпрокурором Мюллером от расследования "российского дела" из-за его критики в адрес Трампа. Хотя, согласно уставу ФБР, сотрудники ведомства имеют право на собственное мнение, политические предпочтения и могут выражать их открыто, если это, конечно, не касается их вовлеченности в дела, предполагающие их полную незаангажированность. 

Конгрессмен Гауди попросил прокомментировать Коми сообщение, отправленное Штроком в марте 2016 г.: мол, Хиллари выиграет 100 миллионов против нуля. Законодатель живо интересовался, есть ли примеры в истории человечества, когда кто-то побеждал на выборах с таким результатом. Коми не полез за словом в карман: "Я не могу говорить о переизбрании Сталина или избирательной кампании Мао Цзэдуна". Но тут же припомнил, что в его студенческие годы на выборах в Советском Союзе за победителей отдавали 99,9%. 

Естественно, не обошли вниманием тему России. Конгрессмен Каммингс интересовался, что произошло бы, будь расследование спецпрокурора Мюллера заблокировано или окончено досрочно. Коми ответил: по его мнению, это бы ослабило национальную безопасность, поскольку люди, осуществлявшие вмешательства в дела США — россияне или те, что работали на них, — не понесли бы ответственности за свои действия. "Это было бы очень скверным месседжем о состоняии верховенства права в нашей стране", — заметил Коми.  

"Цель россиян — поставить под сомнение перед лицом всего мира природу и авторитет американской демократии, замарать ее так, чтобы она не выглядела сияющим городом на холме. Если бы кто-то приказал остановить это расследование, это бы имело схожий эффект". 

Коми  вынужден был комментировал и версию, обретшую популярность с легкой руки Трампа: дескать, президент Обама приказал ФБР шпионить за избирательным штабом кандидата от республиканцев, а в его квартире в нью-йоркском Трамп-тауэр  были установлены "жучки". Это обвинение в разное время неоднократно опровергали руководители различных разведывательных агентств. Подтвердил необоснованность подобной теории и Коми. По его словам, никто даже не посмел заикнуться об этом ни ему, ни кому-либо еще из Бюро. "Поскольку они знали мою реакцию, которая была бы не просто "нет", а "к черту, нет".

Разговор то и дело переходил к заявленной теме дискуссии — делу Хиллари Клинтон. Так, Джон Ретклифф, конгрессмен-республиканец из Техаса, поинтересовался, принимало ли во внимание ФБР во время допроса бывшего госсекретаря тот факт, что она может лгать. 

— Сознательно подавать неправдивые заявления ФБР — это преступление, верно?

— Верно.

— Делать обычные неправдивые заявления публично — не преступление, верно?

— Верно, к счастью для многих людей. 

Коми придется идти в Палату представителей еще раз — 17 декабря. В этот раз — уже на совсем закрытые для посторонних глаз слушания. 

А как там Трамп?

Неизвестно, читал ли президент США все 235 страниц интервью Коми или ознакомился с краткой выжимкой наиболее интересных для него моментов, но его аккаунт в твиттере молчал около полусуток (нехарактерно долго для Трамап) после того, как расшифровка беседы бывшего директора ФБР и конгрессменов была опубликована. 

Смысл последовавшего твита был предсказуемым: "Все ложь! (…) Его пятничные свидетельства были нечестными! Вся эта история — спланированное мошенничество, руководимое нечестными людьми, которые все сделают, чтобы я не стал президентом. Теперь они разоблачены!".

Поименный список "нечестных людей", впрочем, остался за кадром. Как правило, подобным образом Трамп называет представителей оппозиционной ему Демократической партии, поддерживаемой значительную часть своих собственных соотечественников. 

В то же время многие представители окружения Трампа, признанные следствием "нечестными людьми" в соответствии с американским законодательством, — Майк Флинн, Рик Гейтс, Пол Манафорт — могут получить тюремные сроки, предполагающие выход на свободу либо при втором сроке Трампа, либо уже при 46-м президенте США. Окончательное решение их вопроса в ближайшие несколько месяцев вынесет суд. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №1288, 28 марта-3 апреля Архив номеров | Последние статьи < >
Вам также будет интересно