Россия после Немцова

6 марта, 2015, 20:57 Распечатать Выпуск №8, 6 марта-13 марта

В любом случае, так, как было до убийства Немцова, уже точно не будет. Мой прогноз — будет хуже. Признаком улучшения были бы самые простые, очевидные действия российской власти. Немедленное расследование, прекращение запутывания следов и рассказов о выключенных на кремлевских башнях камерах, посещение похорон. Как просто — прямо как прекратить войну на Востоке. Ничего этого не происходит. 

 

 

По состоянию на 27 февраля 2015 года в российском политическом сословии существовал негласный закон: министров правительства России, чиновников высшего федерального уровня, такого, какой в иерархии власти занимал Борис Немцов, не добивать. Какие бы они ни были — они свои. В одних стенах сидели, одинаково назывались: министры, вице-премьеры, премьеры. Этой номенклатурной солидарностью высшее руководство России сохраняло стабильность и видимость преемственности. Правило отнюдь не распространялось на депутатов и власти региональные. Совсем ни во что не ставилась жизнь журналиста. Но чиновник федерального уровня — иное. Это джентльменское соглашение в свое время спасло и бывшего премьера Михаила Касьянова, и многих других от мстительной окончательной расправы. Члены кабинета министров, даже если и отправлялись в тюрьму, оттуда выходили, порой вновь занимали кабинеты в правительстве. Для Бориса Немцова правило это было если не гарантией, то, по крайней мере, надеждой, что уж с ним чего-то окончательно плохого не случится. 

Правило это было жестоко нарушено убийством российского вице-премьера в отставке. Его убили демонстративно, напоказ — у самого порога российской власти, у самого хозяйского порога — у кремлевских стен. Такая близость к сакральному для власти объекту столицы придает убийству едва ли не ритуальный характер. Таким же пугающим символизмом (только не географическим, а хронологическим), был день гибели Анны Политковской — ее убили в день рождения Путина. И тогда, в 2007-м, и сейчас в 2015-м, — разговоры о провокациях извне, о попытках расшатать страну, навредить России. И тогда, и сейчас убитые — раздражители царственного спокойствия. Особенно кремлевскую тишину возмущают неутомимые расследователи и обличители. Депутат Юрий Щекочихин (отравлен в 2003-м), бывший сотрудник спецслужб Александр Литвиненко (отравлен в 2006-м), Борис Немцов. Немцов власть раздражал, Немцов мешал, Немцов путался под ногами и не стеснялся в выражениях.

Крайняя неприязнь к нему со стороны власти достигла таких размеров, что никто из высшего руководства страны на прощание с Немцовым не пришел. Побрезговали. Он — совсем не их человек, совсем чужой. 

Причин раздражаться именно на Немцова было много. Будучи настоящим политиком высшего звена управленцев, он обладал опытом уникальным. Ни Навальный, которого затаскали по судам и держат под разного рода арестами, ни Ходорковский, находящийся в эмиграции, таким ресурсом прикладных знаний не обладали. Будучи человеком 90-х, Немцов знал все политические тонкости той, допутинской России, прекрасно понимал, где корни нынешнего политического режима, где его рождение и в чем его смерть. Потому так последовательно интересовался и занимался Украиной. За последний год Путин и его продолжение — российская власть — недвусмысленно дали понять: украинский вопрос для них — ключевой. Майдан так напугал Кремль, что тот вынужден был дойти до крайности — разделить русских и украинцев этнически, возвести стену пропаганды и разжечь войну на Востоке. 

Борис Немцов — самый майданный оппозиционный политик России. Задиристый, гордый, готовый идти до конца через поражения и многолетнюю борьбу. Стилистика, дух и искренность Майдана были ему совсем не чужды. Впервые биение украинской революции Немцов почувствовал еще в 2004 году. Без надменного, снисходительного чувства стоял и радовался вместе с Ющенко и другими на площади, стал помогать новой украинской команде. В 2014-м Немцов снова поддерживает Майдан и всерьез занимается Украиной на всем протяжении войны. Последнее, неоконченное дело Немцова — доклад по Украине. Последний живой человек, оказавшийся рядом с ним, — гражданка Украины. На прощании с Немцовым, на митинге в Москве в его память, люди скандировали знакомое, вдруг зазвучавшее по-русски: "Герои не умирают", парафраз украинского патриотического клича: "Слава Героям — Героям Слава". О нем пишут как о герое Небесной сотни. 

Да, Майдан — штука заразная. Чтобы бороться с этой "заразой" российская власть сделала все. Даже создала движение "Антимайдан" во главе с байкером, бывшим депутатом Верховной Рады и прочими виками цыгановыми. Движение Антимайдан — это уже не беззубые дети сурковской пропаганды, не "нашисты" и прочие идущие вместе. Это — непотешные войска Кремля, отряды так знакомых нам "титушек". "Титушек", цель которых — физическое недопущение Майдана. Любой ценой, в любом месте необъятной родины. После гибели Немцова "Антимайдан" и его руководители тут же заговорили об убийстве политиков, как о механизме Майдана. Вновь заговорили о "цветных" революциях. Такова первая реакция нового российского Политбюро — Совета Безопасности РФ. Научный совет этого коллегиального органа рекомендовал "пресекать сетевую активность и бороться с формированием в обществе революционно-романтического стереотипа". Что у нас самое революционно-романтическое? Майдан. Кто из российских оппозиционеров самый майданный? Немцов.

Не могла российскую власть не раздражать и последовательная позиция Немцова по Крыму. Когда его коллеги по российской оппозиции (Навальный и Ходорковский) предпочли позицию государственную, Немцов никак не отступал, говорил: "Крым — не наш". Что произошло с Крымом и как вернуть полуостров — вот главные немцовские пункты, никакого виляния, никакой казуистики из серии "возвращение Крыма — долгий процесс, де-факто Крым российский, отдать будет непросто". У Немцова все просто и понятно. Не наш. Была ли украинская тема, Майдан, Крым, единственным, чем он раздражал власть? Конечно, нет. Была ли украинская тема решающей? Определенно да. Повторюсь, ничего страшнее Майдана, для нынешней российской власти нет. Если продолжить аналогию Петра Порошенко, в соболезновании назвавшего Бориса Немцова "мостом между Украиной и Россией", этот мост решили сжечь. На Замоскворецком мосту. Кто принял решение — останется загадкой надолго. Сейчас ясно одно: выстрелы в Немцова, как залп из града, попали во многих. Оппозиция, люди протеста, друзья Украины в России имеют все основания беспокоиться за свои жизни и жизни своих близких. Нет больше в этой гигантской стране ни одного безопасного места. Нет в ней неприкасаемых. Широкие народные массы тоже свое получили. Для большинства Немцов — человек забытого ими ельцинского прошлого, кто-то из лихих девяностых, позже — оппозиционер из "болотных", "пятая колонна", "Америка". Умелое владение телевизором давно позволяет власти объяснить таким людям все, ничего, в сущности, не объясняя. Так и произошло. 

А что же сама власть? Тут самое интересное. Гибель Немцова — это уничтожение одного из самых перспективных политиков, убийство конкурента. Если попытаться представить, что Виктор Янукович зимой прошлого года решился бы пойти на убийство конкурента в условиях незавершенной революции, то гибель Немцова — это гибель не кого-то со сцены, а того, кто не ходил на переговоры в администрацию президента, того, кто власть знал и ждал нужного момента. Это убийство на опережение. Гибель Бориса Немцова — сигнал всему политическому классу России. Какому-нибудь действующему российскому вице-премьеру впору задуматься о своей безопасности после ухода в отставку. Для самого президента России гибель оппозиционера тоже своеобразный водораздел и, как модно говорить, вызов. Теперь он должен либо окончательно ослабить давление на собственную страну, и как следствие на Украину, либо — вперед, только вперед. Кто поставил Путина перед этим выбором — вопрос отдельный. Мог сам себя поставить, сам озадачиться. Могли поставить его. Вопрос такой же как в деле Гонгадзе. Давал ли Кучма непосредственный приказ убивать надоевшего журналиста? Или его просто не так поняли, решили предвосхитить желание хозяина, сделать ему приятно? 

А может, использовали начальственный гнев, чтобы подтолкнуть самого начальника к пропасти, подвести к такому решению, после которого — никакого пространства для маневра? Ведь ровно как в случае с Гонгадзе, говорившем об угрозах его жизни на фоне записей майора Мельниченко, так и Немцов говорил о своей смерти, о возможном убийстве, а Путину на днях припомнили слова о сакральной жертве: "Сами грохнут, извините, а потом будут власти обвинять". Чем не записи из кабинета на Банковой? К чему эта жертва сейчас? Ее могли принести те, кто слишком опасается любого намека на политику умиротворения, покой и ослабление режима. Это — та самая воинственная башня Кремля. (Как символично, что на Москворецкой башне — ближайшей к месту убийства — все камеры в ночь преступления не работали). Не исключено, что теперь Путин окончательно окажется в этой башне — в списке последствий: репрессии, гонения, продолжение масштабной войны. 

В любом случае, так, как было до убийства Немцова, уже точно не будет. Мой прогноз — будет хуже. Признаком улучшения были бы самые простые, очевидные действия российской власти. Немедленное расследование, прекращение запутывания следов и рассказов о выключенных на кремлевских башнях камерах, посещение похорон. Как просто — прямо как прекратить войну на Востоке. Ничего этого не происходит. Значит мы на пороге нового витка жестокой неопределенности, опять в цепких лапах логики спецслужб, монополизировавших в России национальные интересы, интересы геополитики и безопасности. 

Но чтобы не отчаиваться, давайте вспомним Бориса Немцова — очередную жертву тайного ордена российских государственников, создавших все условия для смерти в современной России, начавших экспортировать смерть по "братской" цене в соседнюю страну. Немцов удивительно доказывал, что существует такой редкий, эндемичный вид россиянина, которому ничто не мешает любить Россию и желать ей и ее соседям Европейского будущего, россиянина цивилизации мира, а не войны, россиянина — друга и брата Украины. Да, таким россиянам сейчас трудно. Они лишены доступа к управлению страной, ее богатствами и армией. Они готовы уехать депутатами в региональные парламенты и раздавать листовки в метро. Эти россияне выходят с украинскими и российскими флагами, значками "нет войне", хотят лучшего себе и своей стране. Да, таких россиян убивают. Кого-то быстро, кого-то годами. 

Но мы-то с вами знаем, что герои — не умирают.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 12
Выпуск №39, 19 октября-25 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно