Комфортное онемение

9 апреля, 08:30 Распечатать

Карантинные правительственные ограничения фактически можно было ввести законным путем, не расшатывая конституционного строя - Указом президента о чрезвычайном положении.

© vgorode.ua

Comfortably Numb (Комфортное онемение) — именно этот хит английской группы Pink Floyd должен звучать в правительственном квартале на улицах Банковой и Садовой после того, как, нарушив Конституцию, правительство утвердило 2 апреля новые ограничительные меры по борьбе с коронавирусом.

Нежелание президента пойти на некомфортное, с точки зрения популярности, решение — ограничить права и свободы граждан конституционным путем и издать указ о чрезвычайном положении привело к тому, что это сделало правительство, не имея на это законных оснований. Конечно, можно предположить, что Указ президента Украины о введении чрезвычайного положения мог банально не набрать нужного количества голосов в Верховной Раде, но даже в такой ситуации гарант Конституции по крайней мере попытался бы поступить законно, а следовательно, правильно.

Судя по тотальному молчанию большинства парламентариев в ответ на действия правительства, для них эта ситуация тоже комфортная. Ведь если бы они проголосовали за чрезвычайное положение, они понесли бы электоральные потери из-за непопулярного решения вместе с президентом, а если бы голосов не хватило, то электоральные потери все равно были бы, поскольку тогда президент имел бы возможность обвинить Верховную Раду в саботаже противодействию коронавирусу. А так решение остается на совести правительства. Но это не отменяет того факта, что депутаты должны были едва ли не самыми первыми выступить против такого решения. Как минимум, потому что принцип сдерживаний и противовесов, заложенный в Основном законе Украины, не предусматривает посягательство исполнительной ветви власти на полномочия законодательной. Именно на Верховную Раду возложена функция контроля над деятельностью Кабмина. Молчание парламента создает критический прецедент, когда нарушением Конституции под прикрытием благих намерений вымощена дорога в авторитарный ад.

Конечно, можно говорить, что и общество, и политики оказались неготовы к мировому пандемическому кризису, вызванному COVID-19. Но это не означает, что к этому не была готова Конституция Украины. Ведь статья 64 говорит, что конституционные права и свободы человека и гражданина не могут быть ограничены, кроме случаев, предусмотренных Конституцией Украины, в частности в условиях военного или чрезвычайного положения, с исчерпывающим перечнем прав и свобод, которые не могут быть ограничены ни при каких условиях. Эту норму законодатель закладывал именно для таких случаев, как демократический указатель, позволяющий осуществить все необходимые действия для защиты страны, но при этом не допустить установление диктатуры.

Чрезвычайное положение давало достаточные сроки для преодоления последствий коронавируса: 30 суток и не более 60 суток в отдельных местностях, с возможностью продления еще на 30 суток, — разве этого мало?

При этом не обязательно ограничивать права и свободы максимально, в частности вводить комендантский час, ведь Закон Украины "О правовом режиме чрезвычайного положения" за исключением прав, которые ни при каких обстоятельствах ограничивать нельзя, предусматривает возможность обозначить перечень и границы чрезвычайных мер; исчерпывающий перечень конституционных прав и свобод человека и гражданина, которые временно ограничиваются в связи с введением чрезвычайного положения, а также перечень временных ограничений прав и законных интересов юридических лиц с указанием срока действия этих ограничений. Фактически, можно было заложить те же правительственные ограничения, введя их законным путем, — Указом президента о чрезвычайном положении, не расшатывая конституционного порядка. Кроме того, исключить предписания, угрожающие жизни граждан: в частности не запрещать людям преклонного возраста носить респираторы с клапаном выдоха. Также можно было избежать ограничений, не имеюших под собой логики, как, например, посещение парков и скверов.

Кроме того, можно было воспользоваться опытом предшественников, вводивших военное положение в отдельных областях в конце 2018 года, в соответствие со всеми процедурами и без драконовских запретов.

Принципиально ли для простых граждан, как власть борется с вирусом, если эта борьба эффективна? На первый взгляд, может показаться, что нет, но в этом и скрыта ловушка. Общественный страх перед опасностью выключает инстинкты свободы, вместо этого включает инстинкт поиска сильной руки, которая "спасет" или "наведет порядок" (в зависимости от того, каковы кризисные обстоятельства). Но любая опасность рано или поздно заканчивается, а права, легкомысленно отданные власти, вернуть намного сложнее. Вспомним португальского диктатора Салазара, который пришел к власти министром финансов, а потом стал премьер-министром под лозунгом спасения страны от экономического кризиса и получил неограниченные права, установив таким образом самый длительный в истории Европы авторитарный режим — 41 год.

Рейхсканцлер (глава правительства) Адольф Гитлер стал диктатором в стране, где законы мог принимать только рейхстаг (парламент), а главой государства был президент. Но, прикрываясь спасением страны от политического и экономического кризисов, он смог прибрать к своим рукам всю полноту законодательной и исполнительной власти и установить самый страшный тоталитарный режим в истории человечества.

Именно для предотвращения таких случаев общество должно требовать сурового соблюдения Основного Закона со стороны власти и не позволять ограничивать свои права вопреки ему. Ведь если его воспринимать не по советскому клише — как "основной закон, определяющей принципы государственного и общественного порядка", а с позиции сформированного в США классического конституционализма, то Конституция — это источник свободы, очерчивающий красные линии между гражданином и государством, которые последнее переступать не вправе. Большинство поправок к Конституции США, за отдельными исключениями, были приняты для того, чтобы очертить эти линии или укрепить их. В украинских реалиях это означает, что если часть власти в лице правительства, по молчаливому согласию президента и парламента, готова ограничить права граждан в обход Конституции, — то это не обход скучных сложных правил ради спасения, а конкретные посягательства на свободу под маской спасателей, и эти посягательства могут и будут повторяться, независимо от того, есть в стране эпидемия или нет. Стабильность, о которой мечтает большинство населения, никогда не наступит в стране, где правящая верхушка нарушает общеобязательные правила игры, а пойманная на этом, — защищает новые правила, угрожая пистолетом из кармана.

Конечно, уже слышны апелляции, что, дескать, наблюдается общемировой тренд по ограничению прав и свобод в условиях пандемии, ведь с кризисными ситуациями можно справиться лишь в авторитарных условиях, поэтому сейчас "не до прав человека". Но это утверждение ошибочно по нескольким причинам. Вспышка COVID-19 произошла в абсолютно авторитарном Китае, и именно действия его руководства, направленные на утаивание факта эпидемии и ее масштабов, а также неприменение своевременных мер и преследования тех, кто пытался донести до людей правду, привели к тяжелым последствиям для всего мира. В демократических странах ограничения вводятся исключительно в суровых рамках национальных конституций, то есть запрещается лишь то, что разрешено запрещать, с соблюдением всех процедур. Более того, само соблюдение этих процедур позволяет власти быть гибкой в принятии решений таким образом, чтобы учитывать интересы всех слоев населения даже в кризисной ситуации.

В Украине же ситуация иная: президент и парламент находятся в комфортном оцепении от того, что непопулярные решения принимает правительство, хотя и вопреки Конституции, надеясь, что и политическую ответственность, если что, тоже можно будет переложить на него. Возможно, это оцепенение объясняется еще и банальной растерянностью и страхом политиков перед болезнью, против которой еще нет вакцины. Но тогда это еще хуже. Политик не имеет права цепенеть от страха, если его страна в опасности. Представьте, скажем, что было бы с Великобританией, если бы во время Второй мировой войны Уинстон Черчилль испугался ответственности и запаниковал вместе с народом? Задача политиков в кризисный для страны момент — не впадать в общую панику, а наоборот, сглаживать ее уверенностью своих действий и решений, что позволит успокоить народ и мобилизовать все человеческие силы и материальные ресурсы для противодействия угрозе. Для этого достаточно трех компонентов: Ответственности, Уверенности и соблюдения Конституции.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 2
Выпуск №1288, 28 марта-3 апреля Архив номеров | Последние статьи < >
Вам также будет интересно