Как правильно не… помогать

5 июня, 2015, 00:00 Распечатать

Д о недавнего времени в Украине профессия специалиста по физической реабилитации (реабилитолога) сводилась к… обязанностям инструктора по лечебной физкультуре и массажиста. И только военные действия на Востоке Украины заставили посмотреть на проблему значительно шире.

Ежегодно сотни людей теряют возможность нормально жить и работать вследствие различных травм. Это люди, которым необходима постоянная поддерживающая реабилитация. Их состояние могли бы коренным образом изменить своевременный подбор и обучение специализированным физическим упражнениям. Но до недавнего времени в Украине профессия специалиста по физической реабилитации (реабилитолога) сводилась к… обязанностям инструктора по лечебной физкультуре и массажиста. И только военные действия на Востоке Украины заставили посмотреть на проблему значительно шире. 

Сочувствовать или помогать?

"Ранение — это миг, которого даже не заметишь. Секунда — и ты уже в другом мире. Ты живой, но двигаться не можешь. Лишь вспоминаешь, как ходил, общался, и понимаешь, что этого уже не будет, — объясняет ректор Львовского государственного университета внутренних дел, координатор батальона "Львов" Валерий Середа. — Их пример свидетельствует, что при любых условиях нельзя терять веру. За жизнь нужно бороться. Да, случилась беда, трагедия. Но это не конец жизни". По словам В.Середы, сегодня в Украине много таких людей. 

По приблизительным оценкам, только в результате военных действий на Востоке Украины были серьезно ранены сотни военных. И зачастую, получив в военных госпиталях квалифицированную помощь, в дальнейшем они остаются один на один со своей бедой. Немаловажную роль в жизни этой категории людей играют близкие. Именно на них сваливается все бремя ухода за таким больным. Но, как правило, у них нет необходимых знаний и навыков. Они просто жалеют родного человека. 

А этого, считает В.Середа, делать нельзя. Искалеченных необходимо подготовить к жизни, чтобы они могли обслуживать себя самостоятельно. К сожалению, в нашем обществе существует некий психологический барьер в отношении к этим людям. Каждый думает, что его это не касается. А мог бы реально помочь. Хотя бы пообщаться... 

Однако общаться с ними можно будет лишь погодя. Когда всевозможные специалисты соберутся на "поликонсилиум" и совместно предложат индивидуальную программу реабилитации для каждого отдельного пациента. А уже потом под руководством реабилитологов в течение продолжительного времени (от нескольких недель до нескольких лет) будут помогать этим людям приспосабливаться к суровым реалиям новой жизни. Это возможно лишь в специализированных реабилитационных центрах, где есть специалисты различного профиля. Но таких центров, как, кстати, и специалистов, в Украине единицы. 

22-летнему Сергею, получившему тяжелое ранение на войне, можно сказать, невероятно повезло. Он остался живым, а после госпиталя среди немногих счастливчиков попал в только что открытый реабилитационный центр "Модричи" близ Трускавца. Когда мы с ним встретились, он изо всех сил молотил боксерскую грушу в тренажерном зале. 

— Хотите стать боксером?

— Нет. После ранения у меня есть такие мышцы, которые работают, но я их не чувствую. И этими движениями, по совету реабилитолога, пробую их включить. Это нужно, чтобы потом не было осложнений. 

Как рассказала реабилитолог Марьяна Гординская, здесь проходят реабилитацию люди со сложными травмами. За последнее время немало из них побывали в Германии, Польше, Чехии. Но пребывание в течение нескольких недель за рубежом не спасает ситуацию. По ее мнению, таких людей не нужно посылать за рубеж. Надо посылать туда наших специалистов учиться, а иностранных приглашать сюда. Мы должны развивать такие центры в Украине. Это принесет намного больше пользы. 

"Главная наша цель — научить этих людей бытовым навыкам, чтобы в дальнейшей жизни они были самостоятельными. Мы хотим, чтобы слово "пациент" в их жизни не звучало, чтобы это были активные, полноценные члены общества, которые продолжают ту жизнь, что была до АТО. Наш девиз — нет ничего невозможного. Ребята, с которыми мы работаем, уже активно занимаются спортом, в том числе плавают. Весьма важно научить их быть инструкторами для самих себя. То есть понимать, что делать дома, на улице, как вести себя в обществе. Также мы работаем и с родственниками, ухаживающими за ними. Семья должна знать не только, как правильно помогать при тяжелой травме, но и как правильно НЕ помогать, чтобы ребята учились сами справляться, чтобы чувствовали себя самостоятельными". 

По словам Ростислава Мельника, владельца оздоровительного комплекса "Вернигора", на базе которого открыт реабилитационный центр, учреждение сможет принять по 100 пациентов одновременно, из которых 24 — с травмами головного мозга и позвоночника. Профессиональная команда реабилитологов сформирована так, чтобы провести профессиональную реабилитацию как участников АТО, так и других людей с аналогичными проблемами. А первыми пациентами стали ребята из АТО. 

Медицинская модель

В мире довольно много людей с травмами позвоночника или спинного мозга, но при этом у них есть семья, дети, они работают, занимаются бизнесом и т.п. Есть такие и в Украине. Но, к сожалению, это единичные случаи. Сотни из них гибнут морально — из-за того, что закрыты дома, не имеют возможности находиться среди других людей. К тому же медицинские осложнения. 

Прежняя система предусматривала, что в государстве нет ни инвалидов, ни больных. Они сидели (и сейчас сидят) дома, и никто их не видел, за исключением родных. Война, продолжающаяся сейчас в Украине, заострила проблему, и сразу появилась большая необходимость в специалистах-реабилитологах. Все содержание реабилитации — вернуть человека на костылях или коляске к нормальной жизни, научить его обслуживать себя, ездить в общественном транспорте.   

"Это проблема системная, — говорит председатель правления Украинской ассоциации физической терапии (УАФТ) Степан Кобелев. — Украина унаследовала постсоветскую систему отношения к людям. Если человек получает травму — на поле боя, в дорожно-транспортном приключении, он попадает в больницу. Там ему оказывают первую медпомощь. Когда уже вылечили или остановили заболевание, человек должен пройти следующий этап — реабилитацию: восстановить свою физическую, моральную и другие функции. Один из этапов выздоровления в этой ситуации во всем мире — физическая терапия. Ориентиром сегодня является мультидисциплинарная медицина. После этого человек может вернуться в семью, на работу".

"Основной барьер — психологический, — рассказывает Павел, один из колясочников. — Крайне важно не замыкаться в четырех стенах, не падать духом. Жизнь продолжается. Важно, чтобы рядом был человек, который поможет, подскажет, что делать и как быть. Если психологический барьер преодолен, легче научиться умело управлять коляской. Для людей, плохо владеющих руками, есть тележки с электроприводом". 

По его мнению, актуальным для Украины является вопрос архитектурных преград. Попробуйте сегодня попасть в любое государственное или публичное учреждение. А проехать по тротуару? Не решена проблема и с самими колясками. Их покупают за рубежом — преимущественно польских или китайских производителей. Они долговечнее, практичнее и эргономичнее, да и на вид лучше. Отечественные же несовершенны, не выдерживают нагрузок. Необходимо лоббировать интересы людей на коляске, чтобы заводы выпускали для них коляски из качественных материалов, учитывали пожелания и нужды потребителей. 

Самое сложное — адаптироваться в общество. Дело в том, что в Украине, как ни печально, все еще действует медицинская модель, предусматривающая адаптацию человека к обществу. Но, как известно, не каждую травму, заболевание можно вылечить. За рубежом действует иная модель — социальная. Она предусматривает адаптацию общества под человека. Под эту категорию людей подпадают не только колясочники, но и другие группы маломобильного населения — пожилые люди, мамы с детьми, маленькие дети. Для них создаются все условия комфортного обитания — доступность транспорта, властных и публичных учреждений, заведений торговли и т.п. 

"Если нейрохирурги, травматологи, невропатологи и другие врачи борются за жизнь, то физические терапевты — за ее качество", — говорит С.Кобелев. И действительно, кого из нас хоть раз в жизни не донимала невыносимая головная боль, боль в спине или пояснице? Малоподвижный образ жизни, неадекватная бытовая физическая нагрузка приводят к тому, что эти проблемы становятся моложе. Конечно, все мы обычно стараемся заглушить боль обезболивающими препаратами, откладывая поход к врачу до лучших времен, позволяя болезни тем временем прогрессировать. А нужно обращаться к специалистам, чтобы все-таки решить проблему.

Правильно подобрав комплекс упражнений и научив пациента, как жить после восстановления функций, во избежание рецидива, нам в большинстве случаев удается избавить его от головной боли, вызванной нестабильностью шейного отдела позвоночника, некоторыми видами грыж межпозвонковых дисков, остеохондрозом, всевозможными проблемами, связанными с неправильной осанкой. В основном в не слишком запущенных случаях мы достигаем полного восстановления", — говорит С.Кобелев. 

Непризнанная профессия 

По мнению С.Кобелева, у проблемы реабилитации есть еще один аспект — терминологический. Когда говорят о специалисте по физической реабилитации, каждый понимает это по-своему. Кто-то считает, что это массажист, кто-то — что это инструктор по лечебной физкультуре. Название не отвечает сути профессии. Термина "специалист по физической реабилитации" (с высшим образованием) нигде в мире нет, есть "физический терапевт". 

"Именно физические упражнения являются основным средством восстановления двигательной функции человека. Все иное — вспомогательные средства. На сегодняшний день одна из самых больших проблем заключается в том, что в Украине нет общей программы подготовки специалистов, — продолжает С.Кобелев. — Никак не могут определиться, кого должны готовить. Если считать, что мы физиотерапевты, то их следует готовить по устоявшимся в мире физиотерапевтическим программам. Сегодня наша ассоциация хочет, чтобы государство признало специальность физического терапевта. Министерство здравоохранения считает, что мы не можем так называться, поскольку у нас нет медицинского образования. Это — нонсенс. В странах ЕС физиотерапевт — это специалист, имеющий университетское образование. Не обязательно медицинское. 

Физиотерапевты по своим обязанностям — не врачи. Они не лечат, их роль — в другом. Лет 20 назад в Украине придумали название этой профессии — "специалист по физической реабилитации". Поэтому получается большая путаница. Когда УАФТ вступала во Всемирную конфедерацию физической терапии, нас спросили: "Вы кто?" — "Мы занимаемся физическими упражнениями, учим больных". — "Тогда вы физиотерапевты!". Но украинская система считает, что мы не имеем права так называться", — возмущается С.Кобелев. 

Таким образом, на сегодняшний день реабилитолог в Украине — непризнанная профессия. А нужно, чтобы ее признали на нормативно-правовом уровне. Ведь профессиональных реабилитологов у нас вообще не хватает. И это без привязки к АТО, потому что есть еще производственный и бытовой травматизм. Важно, чтобы государство, наконец, поняло, что среди его граждан есть тысячи людей, закрытых в четырех стенах, и эта проблема никого, кроме их родных, не беспокоит. 

"В Украине есть много хороших мест, где можно было бы устроить такие реабилитационные центры. Государство не обеднеет. Этих людей не нужно жалеть, их надо принять назад в общество, и мы должны создать для них все условия", — убежден В.Середа. 

Дмитрий Олейник, председатель районного отделения Николаевского областного союза ветеранов АТО: 

— После операции, которую мне сделали в военном госпитале, никакую реабилитацию никто не предлагал. Не было даже качественного обследования. Это уже потом я самостоятельно ездил в киевский госпиталь, где у меня обнаружили еще один осколок. Мне еще повезло, потому что я пытаюсь всегда отстаивать свои права. Мне все равно, с кем разговаривать — с сержантом или полковником. Другие же не всегда осмеливаются. У одного из моих коллег, николаевца Дмитрия Дубового, которого ранили в АТО, осколки по всему телу. И никто не собирается вынимать их, инвалидность тоже не дают. Его уволили — и все. 

Проблема реабилитации существует. Те из немногих, кому удается насобирать средства, едут на реабилитацию в Польшу, Германию, Прибалтику. Украинские реабилитологи, возможно, и лучше, но им бы еще оборудование, которое есть за рубежом. Знаю также, что один день пребывания в частном реабилитационном центре стоит около 1–2 тыс. грн. А если учесть, что срок пребывания там может составлять от нескольких недель до многих месяцев, то семье раненого можно лишь посочувствовать. Механизма решения этого вопроса на государственном уровне просто не существует. Средства приходится искать через различные фонды, благотворительные и волонтерские организации.

А денег нужно много. Например, качественный протез стоит от 30 до 40 тыс. долл. Импортная коляска, преимущественно польского или китайского производства, — несколько тысяч долларов. Дорого стоят и сами лекарства, антибиотики, медицинское оборудование. А украинским законодательством эти затраты не предусмотрены. Помогает местная власть. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно