Поддержать
Повышение тарифа на электроэнергию для населения: депутат рассказал, к чему готовиться с 1 мая
Из ТГ-канала первого вице-премьер-министра — министра энергетики Дениса Шмыгаля: «Президент Украины также поставил задачу местной власти подготовить планы защиты энергетической инфраструктуры к следующему отопительному сезону. Ожидаем от глав городов и областей соответствующие планы до 1 сентября».
На самом деле задача намного шире и сложнее, чем ее формулируют в таких сообщениях. Эта зима доказала, что существующая «система защиты» имеет критические пробелы, а сама инфраструктура в нынешнем виде плохо приспособлена для работы в условиях войны. Поэтому, как говорят сантехники, «заменить прокладку» не поможет. Вопрос в другом: как заменить всю систему и сделать ее такой, чтобы она не падала от каждого сильного удара?
«Все хорошо, прекрасная маркиза!»
Во-первых, с формулировкой о «планах от глав городов» есть юридическая и управленческая путаница. Президент, безусловно, может ставить задачу главам ОВА/РВА, то есть местной исполнительной власти. Но городские головы — это местное самоуправление, и в прямой «вертикали поручений» они не стоят. Поэтому или в публичной коммуникации некорректно упростили содержание, или кто-то решил, что в условиях войны можно не различать, кто за что отвечает.
Во-вторых, «планы защиты энергетической инфраструктуры» — это не одна компетенция и не один документ. Есть то, что касается военных рисков (ПВО/РЭБ, охрана, режимные вопросы), — здесь ключевая роль за военными и военными администрациями. Есть то, что касается устойчивости города (резервы, теплоснабжение, генераторы, сети, укрытия критических узлов, топливные запасы, логистика ремонта), — и это уже зона ответственности местной власти. То есть мэр может и должен делать много, но называть все это одним словом «защита» и перекладывать ответственность в одну сторону — удобная упрощенная картина, работающая потом как алиби.
В-третьих, даже если «планы» появятся до 1 сентября, не мало ли времени остается для реализации? До отопительного сезона — месяц-полтора, максимум два. А энергетика и тепло — это не та сфера, где за шесть недель можно сделать то, что не делали годами.
ВАС ЗАИНТЕРЕСУЕТ
Почему здесь необходимо четко расставить точки над «і»? Потому что при любых провалах центральная власть часто начинает искать виновных на местах. Об этом мы уже не один раз писали.
Сегодня прима-акторы власти наперегонки расхваливают перед публикой свой вклад в героическое преодоление последствий атак. Президент сообщает о создании штаба по координации ситуации в Киеве и введении режима чрезвычайной ситуации (не слишком ли поздно?).
Денис Шмыгаль говорит, что ситуация в энергосистеме самая сложная с начала полномасштабной войны, что задействованы десятки тысяч специалистов, а государство усиливает защиту критической инфраструктуры средствами ПВО и РЭБ (а разве министр энергетики планирует применение РЭБ и сил ПВО?).
Юлия Свириденко в тот же день сообщает о намерении партнеров прислать новые пакеты помощи, включительно с большим энергооборудованием для стабилизации системы (и тут нужно честно добавить: его еще нужно получить, довезти, смонтировать, подключить).
МИД поручает дипучреждениям инициировать срочный сбор средств в поддержку энергетики (вероятно, это надо делать постоянно, не только «срочно»).
Минэнерго рапортует: «Установка и запуск когенерационных газовых установок продолжается по графику… ожидается запуск 9 МВт и 18 МВт». Здесь становится немного смешно и грустно, поскольку суммарная мощность ТЭЦ-5 и ТЭЦ-6 составляет 1450 МВт, и «запуск по графику» этих установок — это стакан теплой воды в Ледовитом океане. Это не решение уровня системы.
На этом фоне диссонансом выглядит пост мэра Киева Виталия Кличко о ситуации с Дарницкой ТЭЦ: «Объект получил критические повреждения и на восстановление… понадобится не менее двух месяцев». Это честная и откровенная позиция, без «все хорошо».
На одном из заседаний штаба по энергетике, 2026 г.
Денис Шмыгаль/Telegram
Чем план отличается от стратегии
Следовательно, видим: надвигавшуюся опасность государство встретило неготовым, а затраты на «защиту» во многих случаях не дали ожидаемого эффекта. Теперь под бравурные сообщения власть пытается лихорадочно латать дыры, через которые вытекают свет и тепло из жилищ украинцев. Хорошо в этой ситуации только одно — наконец заговорили о следующей зиме, хотя дай нам Бог еще эту пережить…
Первое, что приходит в голову: о каких «планах защиты» может идти речь, если часть ключевых объектов уже серьезно повреждены или выведены из нормального режима? Понятно, что о степени повреждений не все можно говорить публично — и не надо. Но очевидно другое: восстановленные объекты могут быть поражены во второй раз, в третий и снова. В мире не существует систем, дающих 100% гарантию отражения всех атак.
Именно поэтому логично говорить не о «планах защиты» в старой конфигурации, а о новой стратегии энергетики в условиях войны. Причем отдельно — для генерации/передачи/распределения электроэнергии и отдельно — для теплоснабжения городов.
И здесь принципиальное отличие.
План — это перечень задач к определенной дате, когда более-менее известно, что делать и как.
Стратегия — это определение целей и принципов, куда двигаться, что является приоритетом, что приемлемо, а что нет. Способы реализации могут меняться, но направление остается.
В нашем случае необходимо определить две модели:
1) какой должна быть система генерации/передачи/распределения электроэнергии, чтобы быть наиболее устойчивой в военное время;
2) какой должна быть система теплоснабжения городов, особенно больших.
ВАС ЗАИНТЕРЕСУЕТ
Кто должен это сделать? Очевидно, что не один чиновник «в кабинете». Стратегию должны наработать профессиональные эксперты (энергетики, инженеры, экономисты, сектор безопасности), а государство — утвердить, обеспечить ресурс, принять нормативную рамку и выполнить. И не в стиле «дать поручение до 1 сентября», а в стиле «взять на себя ответственность».
Электрификация страны во время войны
Из Википедии: «Объединенная энергетическая система (ОЭС) Украины — это целостная сеть… под централизованным диспетчерским управлением НЭК «Укрэнерго».
Во время войны ОЭС показала, с одной стороны, свои преимущества — возможность перебрасывать электричество между регионами. А с другой — свои недостатки: зависимость от больших узлов, риски каскадных отказов при авариях, потребность в дорогом импорте в пиковые моменты, потери на транспортировке и распределении.
Поэтому, вероятно, необходимо двигаться к модели локальных контуров устойчивости — «энергетических островов», когда критическая инфраструктура (вода, больницы, тепловые узлы, связь) и часть города могут жить в режиме автономии, даже если магистральная система обеспечения электричеством в стрессе. Это означает не разрыв ОЭС, а возможность временной автономной работы на отдельных территориях.
Одна из ТЭЦ Киева после обстрела, 2026 г.
Денис Шмыгаль/Telegram
Но для этого нужно увеличивать количество источников генерации, и не только больших. Надо открыть дорогу для среднего и малого бизнеса, который может развивать генерацию электроэнергии. И здесь мы упираемся в силу монополий и во «входной фейс-контроль» через операторов систем распределения (ОСР), то есть бывших облэнерго.
Для входа в сеть новому игроку необходимы не только оборудование, но и условия присоединения к электросети. На бумаге все логично: ОСР должны модернизировать сеть, поставить трансформаторы, проложить линии. Но на практике это часто выглядит как зона непрозрачности: бизнес платит, а какие именно работы выполнены и выполнены ли вообще, проверяется слабо или формально. Плюс земля, разрешения, бюрократия.
Верховная Рада заявляла об упрощении процедур (закон №4213-ІХ), но для бизнеса барьеры все равно остаются высокими. И за прошедшее время мы не увидели массового входа малых/средних производителей в систему.
Вывод первый: для устойчивости энергосистемы нужна максимальная либерализация входа малой и средней генерации, но не вообще, а с механизмами контроля над ОСР.
Что именно необходимо:
- прозрачный цифровой трекинг присоединения (что просили, что сделали, что сдали);
- независимая техническая верификация выполнения работ;
- жесткие сроки и штрафы для ОСР за невыполнение;
- типовой набор техусловий без «творчества» на местах;
- отдельный режим подключения для критической инфраструктуры.
Также очевидно: относительно небольшие генераторы проще спрятать и защитить, чем гигантские станции. А разбросанную по территории сеть труднее уничтожить «одним ударом».
Как согреть город
В предыдущих материалах мы писали, что большие ТЭЦ, АЭС, ГЭС экономически самые выгодные: они вырабатывают более дешевое электричество и тепло. Но из-за габаритов они же и самые уязвимые.
Поэтому центральная власть в последнее время все чаще говорит о «децентрализации» теплоснабжения. Точнее сказать, о распределенной теплогенерации. На практике это часто означает ставку на мобильные котельные, когенерационные установки, генераторы тепла — на то, что мы получаем от партнеров (и за это им искренняя благодарность).
Но здесь нужно трезво объяснить: в отличие от обычных электрогенераторов, тепловые и когенерационные установки нуждаются в сложных подготовительных работах. Если электрический генератор иногда действительно можно подключить к узлу ввода, то для теплового необходима врезка во внутреннюю систему отопления, трубы, арматура, узлы учета, согласования. Для газовых когенерационных — еще и газовая сеть, технические условия, безопасность. Поэтому когда министры рапортуют, сколько установок приехало, не раскатывайте губу: между «приехало» и «греет город» пролегает длинный путь. Возможно, до лета.
А теперь представим «картину маслом»: каждый двор, каждая многоэтажка имеют когенерационную установку. Это означает постоянный шум, выхлопные газы под окнами, сервис, топливо/газ, безопасность. Недаром же трубы ТЭЦ высотой в сотни метров: выбросы должны подниматься высоко, а не идти в спальню на третьем этаже.
ВАС ЗАИНТЕРЕСУЕТ
Следовательно, установки, которые везут нам из-за границы, — это чаще всего аварийный инструмент или решение для объектов вне жилой плотности. И теперь — о деньгах. Даже если брать очень грубо, установка на 1 МВт — это очень дорогая история, около 1 млн евро. А замена мегамощностей тысячами малых агрегатов — это не только купить, а еще привезти, установить, подвести газ/топливо, обеспечить обслуживание, то есть стоимость может вырасти вдвое.
Вывод второй: между несколькими мега-ТЭЦ и тысячами дворовых миниустановок есть, по моему мнению, золотая середина — тепловые станции средней мощности и современные котельные, обслуживающие микрорайоны/массивы и отдельные жилые комплексы. На первый взгляд, это будет стоить дороже, чем восстановление киевских ТЭЦ, но, если принять во внимание, сколько раз их нужно будет восстанавливать после атак и разрушений, то они точно потеряют это преимущество. Что касается мытарств людей, которые будут оказываться без тепла каждый раз, то их вообще никакими деньгами измерить невозможно.
В Киеве уже работают десятки и сотни котельных, некоторым уже около 40–50 лет. За это время настроено много нового жилья, нагрузка на эти котельные выросла кардинально, поэтому их можно и нужно модернизировать и еще достроить новые. Если связать их в умную сеть и обеспечить резервы, уничтожить такую систему одномоментно будет практически невозможно.
Сколько таких тепловых систем (ТС) необходимо, сказать наперед сложно, это зависит от многих факторов. Если у ТЭЦ-6 тепловая мощность 2000 Гкал/ч, то нужно 20 ТС по 100 Гкал/ч, а если строить ТС на 200 Гкал/ч, то всего десять. Это задача — не до 1 сентября, но реалистическая для обозримого будущего.
Что именно государство должно успеть до 1 сентября?
Итак, до 1 сентября правительство вместе с Верховной Радой должно было бы принять не очередной «план мероприятий», а пакет решений, изменяющих правила игры.
Заседание в министерстве энергетики, 2026 г.Денис Шмыгаль/Telegram
Во-первых, ввести упрощенную и полностью прозрачную процедуру присоединения малой и средней генерации к сетям с жестким контролем действий операторов систем распределения и ответственностью за срыв сроков.
Во-вторых, принять программу создания локальных энергетических контуров устойчивости для критической инфраструктуры больших городов — с четким финансированием и сроками.
В-третьих, предусмотреть отдельную государственную программу модернизации и строительства тепловых станций средней мощности вместо декларативной «децентрализации».
В-четвертых, обеспечить гарантированный ресурс на топливо, резервные трансформаторы и мобильные ремонтные бригады еще до начала пиковых нагрузок.
И, наконец, публично принять энергетическую стратегию военного времени, чтобы страна понимала не только что делать завтра, но и куда в принципе нужно двигаться.
Post scriptum
Общий недостаток любых моделей устойчивости — это «игра в защите». Но война показывает: лучшая защита — это не только бетон и укрытия, а активное сдерживание. Противник должен понимать, что атаки на энергетику не бесплатные и не остаются без ответа — «ответка» прилетит на уровне военных способностей ВСУ, санкционной политики, международного давления и системного подрыва его логистики и экономики.
И тут ключевое: параллельно с перестройкой энергосистемы Украина должна построить такую конфигурацию действий, при которой атаки по нашей гражданской инфраструктуре будут становиться для врага не выигрышной стратегией, а дорогой ошибкой.
Следить в Телеграмме
Войти с помощью Facebook
Войти с помощью Twitter
Войти с помощью Google