Бедный голодного не накормит

13 июня, 2014, 00:00 Распечатать Выпуск №21, 13 июня-20 июня

То, чем хвастал предыдущий министр, — сверхрекордными урожаями, невиданными объемами экспорта зерновых, — больно било по земледельцам. Остановит ли эту словесную молотьбу новая власть и обратится наконец к реалиям? 

То, чем хвастал предыдущий министр, — сверхрекордными урожаями, невиданными объемами экспорта зерновых, — больно било по земледельцам. Низкой рентабельностью и недополученной выгодой. Несколькими автолавками, известными еще с советских времен, нас пытались убедить в развитии сельской кооперации. Разрекламированные единичные оптовые рынки сельскохозяйственной продукции не заменили архаических базаров, где доминируют импортные овощи и фрукты. 

Остановит ли эту словесную молотьбу новая власть и обратится наконец к реалиям? Сумеет ли в утрамбованном десятилетиями монолите проблем выделить главные? Связанные со вступлением в Евросоюз, с систематизацией аграрного законодательства, с четкими очертаниями аграрной политики хотя бы на ближайшую пятилетку, понятной даже простому крепостному крестьянину… 

Здесь одно из двух: или подмять под себя финансовые потоки, на которых жировал бывший аграрный министр, или толокой месить глиносолому и из лимпачей выстраивать новое аграрное здание. Такая дилемма стоит перед новым руководителем профильного ведомства, пусть даже и временным в ипостаси аграрного начальства. 

Сможет ли министерская команда за сравнительно короткий срок очертить будущую аграрную идеологию, избавиться от существующего в продовольственной безопасности кавардака в классической триаде государство-производитель-потребитель, спрогнозировать риски на внутреннем и внешнем рынках, сориентироваться в ценовой конъюнктуре? Об этом наша беседа с Олегом ЮХНОВСКИМ, председателем Комитета предпринимателей АПК Торгово-промышленной палаты Украины, кандидатом сельскохозяйственных наук. 

— Если разгрести аграрное наследство, то, кроме прославленных пиар-агентствами и СМИ "побед" МинАП, на сельскохозяйственном подиуме реальных достижений не так уж и много. Взять хотя бы программу "Родное село", не утвержденную правительством и нивелированную до обычной инициативы министра, которая закончилась несколькими продуктовыми магазинами на колесах. Да и те закуплены за счет Госагентства по инвестициям и управлению национальными проектами. 

—Всплывут и аморфная стратегия развития АПК до 2020 года, проект указа президента о продовольственной безопасности Украины, законодательные инициативы, которые правительство проталкивало в Верховной Раде через приближенных депутатов… Надуманные концепции, стратегии, доктрины! Собственно, вид кипучей деятельности якобы во имя прогресса агропромышленного сектора. Эту полуду прикрывала утешительная в целом картинка, нарисованная министром, о рекордных урожаях и таком же невиданном экспорте. 

Проблемы в этой сфере сводились к нескольким позициям, которые активно навязывались аграриям для самого массового обсуждения: возмещение НДС зерноэкспортерам, отмена сертификации зерна и зернохранилищ и техосмотра сельскохозяйственной техники. В эту публичную дискуссию втягивались все. Ее, чтобы не угасала, постоянно раздували штатные разводящие и создавалось впечатление, что в других отраслях все хорошо. То есть зло олицетворяли именно упоминавшиеся тривиальный НДС, сертификация с техосмотром. 

Более того, любая аргументированная критика того, что на самом деле происходило при руководстве Николая Присяжнюка, наталкивалась на мощное сопротивление, травлю смельчаков как ведомством, так и частью общественных структур, вплоть до коллегиального "заклеймить порицанием". Поэтому следует говорить не только об экономической составляющей, но и об определенной публичной идеологии, которая формировалась и финансировалась как министерством, так и отдельными компаниями. Этот образ навязывался обществу как безупречный, единственно правильный.

Но несмотря на славословие существенных изменений в аграрном секторе не произошло. Хлипкие они и сегодня. К сожалению, до сих пор кардинально не перестроен государственный инструментарий. Многие учреждения продолжают функционировать так же, как и при предыдущей власти, за исключением примитивного тюнинга. По большому счету, на этом этапе аграрная политика остается прежней. Устраивает ли она сельхозпроизводителей? Очевидно, что нет.

Разве удовлетворяет их мизерная цена на зерновые? По итогам финансово-экономической деятельности, скатились к самой низкой рентабельности производства зерна — 1,5%. Это при том, что Украина задекларировала самый высокий урожай, мощный экспорт! Прибавьте к этому полное отсутствие дотаций, государственной поддержки как таковой. 

Аграрное тело снаружи поедает солитер коррупции, — госаппарата, чиновников. А изнутри — промышленная коррупция, когда производитель вынужден платить взятки ритейлу — торговым сетям, за возможность разместить на полках собственную продукцию. Или "отстегивать" территориальному собственнику ежемесячно более тысячи гривен за квадратный метр в конуре, где продает продукты. В обоих случаях поборы закладываются в себестоимость продукции и конечной ценой бьют по карману нас, потребителей. К несчастью, этой коррозией пропитаны органы исполнительной власти от села до столицы, непосредственно производство, сфера услуг. 

Фактически чиновничество с отдельными компаниями и "компанийками" выстроили мощный бизнес, который модно называть государственно-частным партнерством. Такой тандем давал возможность на безвозвратной основе вкладывать в строительство оптовых рынков 100–150 млн гривен, причем без каких-либо обязательств относительно этого со стороны счастливых получателей этих преференций. Они получали бесплатно земельные участки и на бюджетные средства развивали сугубо частный бизнес. В дальнейшем эти структуры приватизировали, деньги — в офшоры. По таким схемам в Украине вырастали и теплицы, и овощехранилища...

Но более угрожающими оказались правительственные решения об учреждении государственного Земельного банка. Создан он был согласно закону о банках и банковской деятельности как обычная коммерческая структура со статусом субъекта права государственной собственности относительно земель, которые передавались бы в уставной капитал. Подчеркиваю — передавались именно безвозмездно с возможным приобретением земельных участков у граждан и юридических лиц. 

— То есть частные паи перетекали к коммерческой структуре. Миллионы гектаров! И Земельный банк фактически мог менять свой уставной капитал, проводить эмиссию ценных бумаг с плачевными последствиями для государства? В сущности, государственное учреждение выступало концентратором угодий для обслуживания все увеличивающихся аппетитов Семьи и агрессивным латифундистом в дальнейшем наращивании ресурсов. 

—И таких составляющих в аграрной идеологии вчерашней власти множество. Разве Государственная продовольственно-зерновая корпорация Украины, которой были переданы государственные элеваторы, два из которых — портовые, функционирует не как коммерческая структура? Тем временем деятельность ГПЗКУ не нормирована отдельными законодательными актами. Разумеется, бизнес-компания заинтересована в получении прибыли. Цель: дешево купить на внутреннем рынке и как можно дороже продать на внешнем. При этом еще и обворовывая государство, как, по заключению экспертов, в случае с китайско-украинским зерновым контрактом. 

Наведение порядка в ГПЗКУ должно стать для новой власти своеобразным тестом. Так же, как и восстановление доверия сельхозпроизводителей к скомпрометированному Аграрному фонду, — инструментарию, который по законодательству должен реализовывать аграрную политику путем поддержки цены производства. 

Из Аграрного фонда тоже воровали: неприкосновенные запасы продовольственной пшеницы, сахара. Сначала мешками, потом вагонами… Но и это казалось мелочью, и правительство утвердило решение о приватизации АФ и преобразования его в ПАО "Аграрный фонд" по той же схеме, что и ГПЗКУ. И снова же с нарушением норм действующего законодательства. Попытка утрясти реорганизацию в парламенте провалилась. Поэтому новая структура пока пользуется только утвержденным уставом, в котором есть все: от выращивания зернобобовых, масличных культур, сахарного тростника, их переработки и экспорта вплоть до розничной торговли спиртными напитками, кондизделиями и товарами широкого потребления. Одного не хватает в этом перечне: проведения товарно-финансовых интервенций, чем, собственно, и занимался государственный оператор в лице Аграрного фонда. 

И когда нынешний министр говорит, что АФ законтрактовал по форвардным соглашениям свыше миллиона тонн зерна, то надо уточнять: какой именно фонд? Государственный или его дубликат — коммерческий? Непосредственно Аграрный фонд или его филиал-прокладка "Агрозернофонд"? За средства, снова одолженные в бюджете, или за вырученные облигации ПАО "Аграрный фонд" на сумму 5 млрд грн?

Такое немотивированное двоевластие вызывает определенное беспокойство, поскольку правительство не торопится отменять решение относительно ПАО "Аграрный фонд". Более того, в Верховной Раде зарегистрирован законопроект, которым в третий раз попытаются все же натурализировать это ПАО. 

Что касается самих форвардных закупок, то они отнюдь не влияют на формирование цены в пик сбора урожая. Действенным механизмом являются спотовые операции. Даже только обнародование начала проведения финансовых интервенций сказывается на формировании реальной рыночной цены, служит мерилом на открытой биржевой площадке. 

К сожалению, мы фактически потеряли единый государственный инструмент, который должен был, с одной стороны, обеспечивать формирование прозрачной цены на рынке, а с другой, за счет интервенций поддерживать сельскохозяйственных производителей, которые понесут значительные потери. При вдумчивом использовании этот инструмент минимизирует риски сезонных колебаний цен на сельскохозяйственную продукцию, делает невозможными спекулятивные проявления.

А теперь подытожим: есть две коммерческие структуры с кучей "прокладок" — ГПЗКУ и ПАО "Аграрный фонд", кормящиеся за счет немалых бюджетных средств. Цель у обеих одна: получение прибыли. Еще одна категория: зернотрейдеры с перекупщиками, также ориентированные на наибольшую маржу. 

То есть упомянутые операторы зернового рынка заинтересованы в игре на понижение цен. Против кого же они консолидируются? Против сельхозпроизводителя, у которого постоянный голод на оборотные средства, технику, современное складское хозяйство… Затраты на сертификацию зерна являются довольно мизерными по сравнению с миллиардами недополученной выгоды из-за безалаберщины на зерновом рынке. 

— Некоторые считают, что при зерновом вале в 60 миллионов тонн и больше интервенции Аграрного фонда неэффективны. Говорят: как учреждение он себя исчерпал. Ну, что может подорвать продовольственную безопасность страны, которая пищевой пшеницы собирает втрое больше, чем потребляет? Что решают те полтора миллиона тонн продовольственного зерна, которые хранятся в Аграрном фонде на "черный день"? Как будто аргументировано…

—Действительно, для эффективного влияния на ценовую ситуацию полуторамиллионных интервенционных запасов очевидно недостаточно. Но мы говорим о другом: прозрачном формировании цены. Необязательно всю продукцию пропускать через организованный аграрный рынок для того, чтобы выставить справедливый ценник. Достаточно ее части, которая пройдет через спотовые операции и закупки на реальном рынке, чтобы засветилась реальная цена. И она будет служить официальным маяком как для продавцов, так и покупателей. 

— Хорошо, есть благоприятная цена. И даже при ней фермер продает дешево еще горячие намолоты просто из-под комбайна. И подталкивает его к этому отсутствие собственной уборочной техники, современных зернохранилищ... То, что мы называем инфраструктурой. 

—В Верховной Раде зарегистрирован законопроект, который предлагает расширить виды государственной поддержки сельскохозяйственных товаропроизводителей, установив, что при экспорте сельскохозяйственной продукции (товаров) сельхозпроизводители и предприятия имеют право первоочередного таможенного контроля таких товаров. Согласно изменениям в Закон Украины "О зерне и рынке зерна в Украине" круг экспортеров зерна сузится, а "экспортные операции с зерном могут осуществляться исключительно сельскохозяйственными товаропроизводителями и предприятиями, которые являются производителями зерна, и лицами, являющимися аффилированными с ними или связанными с ними отношениями контроля; Государственным агентом по обеспечению экспорта и импорта зерна и продуктов его переработки".

Если из этой законодательной инициативы убрать очевидные недостатки, то вырисовываются очертания национального зернового кооператива в составе фермеров, малых и средних сельхозпредприятий. Замысел такого объединения: конкурировать с транснациональными и отечественными зернотрейдерами. Кстати, подобные кооперативы с сетью припортовых и портовых элеваторов успешно функционируют во многих странах. В частности во Франции, где зернотрейдеры имеют право покупать зерно лишь в порту.

Поэтому считаю, что проблема не в предоставлении нашим фермерам первоочередного права экспортировать зерно, а в формировании альтернативного источника экспорта. Чтобы он не иссяк, государство должно передать, по примеру ГПЗКУ, национальному зерновому кооперативу несколько современных элеваторов, включая портовый. И таким образом демонополизировать этот рынок. Однако государство консервирует эти проблемы, создавая максимально благоприятные условия для деятельности основных операторов — ГПЗКУ, АФ и зернотрейдеров. 

— Погодите! А как же рыночная экономика? Равенство всех субъектов хозяйствования на зерновом подиуме? 

—А разве не искаженная рыночная экономика Украины привела к тому, что, повторюсь, при лучшем в мире урожае рентабельность производства зерна составляла 1,5%? Если серьезно, то речь идет о повышении конкурентоспособности национального сельскохозяйственного производителя, способствовании доступу к внешним рынкам именно рыночными методами.

— Кстати, министр Игорь Шило заявил об ограничении на законодательном уровне размера земельных банков агрохолдингов. Он считает, что полмиллиона гектаров в одних руках — это очевидное нарушение антимонопольного законодательства. А я бы сказал так: если десяток агрохолдингов владеет свыше 20% пашни, то это уже угроза национальной безопасности страны. 

—Инициатива не новая. Вспомните, какое сопротивление в профильном комитете Верховной Рады встретили законопроекты относительно размеров земель сельскохозяйственного назначения, которые могут находиться в частной собственности одного человека, — 1500 и 2100 га! И, собственно, механизм, который позволяет консолидировать такие объемы, — аукционы. Кто больше заплатил, того и земля! 

Эти законопроекты четко лоббировали земельные аппетиты агрохолдингов, в результате чего происходит дальнейшее разрушение сельской поселенческой сети и обезземеливание крестьянства. Чтобы передать 2100 га в собственность, нужно по сути отобрать землю у 525 крестьянских хозяйств (при среднем размере пая 4 га).

Конечно, с точки зрения экономики, интересов государства, национальной безопасности латифундии несут определенную угрозу. Все чаще звучат призывы политиков задействовать антимонопольные или административные методы, чтобы уменьшить объемы землевладений агрохолдингов. Должен констатировать: в мировой практике нет примеров применения антимонопольного законодательства относительно ограничения накопления или размеров арендованных земельных участков. Да, теоретически законодательно можно ограничить, но вряд ли кто-то будет считать "средневзвешенный" размер земельной площади объективным.

И даже при таком законодательном урегулировании следует установить определенный переходной период. Например: пока консервируем так, как оно есть, без наращивания земельных банков, а через
10 лет начинаем процесс постепенного обрезания консолидированных земель до определенной законодателем площади. 

Этот вариант представляется более или менее логичным с точки зрения сохранения интересов агрохолдингов, чтобы они имели возможность выстраивать свою внутреннюю политику. Надо учитывать то, что эти структуры, по крайней мере часть из них, являются публичными. Их активы размещены на фондовых рынках. Поэтому в случае принятия такого решения это существенно ударит по капитализации этих субъектов, уменьшит ее. И не исключено, что они понесут весомые потери. 

Вот почему так болезненно и ревностно "крупнокалиберные" бизнес-структуры реагируют на такие заявления. Поскольку слово министра — это не просто прогноз аграрного эксперта, а инструмент исполнительной власти, ее кнутик. 

— Добавлю немного статистики. Во Франции, например, максимальная площадь земли в одних руках составляет 125 га, в Испании — 250, Венгрии — 300, Польше — 500, США — 800 га. Заступил американский фермер за эту границу, и он теряет всякую поддержку со стороны государства. 

—Я предложил бы и в Украине создать, как в ЕС, такое правовое поле, чтобы чрезмерная концентрация земель для агрохолдингов была невыгодной с экономической точки зрения. Прежде всего, при дальнейшем наращивании земельного банка они теряли бы преференции, которыми пользуются аграрные структуры. 

Обратимся к мировому опыту. В Италии, скажем, ориентиром служит объем производства. Вырабатываешь продукции условно на сумму до 5 млн евро — ты работаешь по одной системе налогообложения, а в случае роста объемов — по прогрессивной шкале. Но и такой вариант обязательно должен предусматривать переходной период. Вариантов множество, лишь бы была политическая воля! 

Но, опять же, этот вопрос также дискуссионный и крупные агроформирования критически относятся к подобным новациям. Поэтому к политической воле я бы добавил четкий экономический расчет, в основе которого непременно должны быть государственные интересы. 

Баланс интересов государства, граждан, юридическая и социальная защита владельцев земельных паев — это обязана сделать власть. И тогда государственная политика в АПК будет формироваться в интересах не только 10—15 компаний, а более 40 тысяч сельскохозяйственных предприятий и крестьян. 

Часто свою неспособность решать насущные проблемы крестьян власть прикрывает социально-ответственным бизнесом. Но ведь это путь в никуда! Бизнес должен гарантировать условия работы, приличную зарплату (конечно, не в конвертах) и исправно платить налоги. Реальный пример? Внедрение "крепостного права" в Белоруссии. 

С точки зрения эффективности производства, бесспорно, у крупных предприятий эффективность и отдача значительно лучше. Но ведь нужно учитывать и огромное количество людей, задействованных на небольших предприятиях. Ведь половина валового производства сельскохозяйственной продукции — свыше 120 млрд грн — производится в частном секторе. И столько же производит организованный сектор. В последнем лишь незначительный сегмент — немного более 20% — занимает производство животноводческой продукции, а остальное — исключительно растениеводство. Таким образом, свыше 70% животноводческой продукции сконцентрировано в частном секторе. И государство должно это учитывать. 

— Оно только то и делает, что учитывает! Пусть МинАП сделает достоянием гласности данные за прошлый год относительно использования государственных ресурсов, в том числе дотации сельскохозяйственным товаропроизводителям и компенсации коммерческим структурам за строительство теплиц, оптовых рынков, ферм и т.п. Вспомним шум, который поднялся вокруг возмещения НДС при экспорте зерна. Если разобраться, то как будто никто никому не должен, а государство все равно возвращает НДС компаниям. 

—Ключевой вопрос: все сельскохозяйственные производители, в частности и агрохолдинги, не облагают налогами операции на общих основаниях НДС. Они практически все являются плательщиками специального режима налогообложения налога на добавленную стоимость. То есть в бюджет фактически не платят. 

— Так нужно ли возмещать НДС при экспорте, даже при условии, что у нас действует специальный режим налогообложения? 

—Да, нужно! Но тогда надо возмещать всем без исключения, создавать равные конкурентные условия, и это положительно будет сказываться на формировании ценовой ситуации. При этом непосредственную выгоду будет иметь фермер в виде более высокой закупочной цены на зерно. В существующих реалиях эта схема довольно сомнительна и создает преференции для отдельных компаний. 

19 декабря 2013 года Верховная Рада поддержала изменения в Налоговый кодекс, позволяющие возмещать НДС отдельным экспортерам, производителям сельскохозяйственной продукции. То есть агрохолдингам, непосредственно осуществляющим экспорт сельхозпродукции, и ГПЗКУ. 

По большому счету, такую норму инициировал министр МинАП, лоббируя интересы государственной продовольственно-зерновой корпорации. Таким образом частно-государственная структура через возмещение из бюджета получала дополнительную прибыль. Другими словами, за счет государственных средств концентрировался ресурс, который можно было использовать в избирательных процессах или других мероприятиях по договоренности. 

Такие преференции имела лишь ГПЗКУ и еще более десятка компаний из 44 тыс. сельхозпроизводителей. Но обществу эти льготные адресные условия демонстрировали как заботу о судьбе АПК, и они служили козырем для аграрного министра.

Чтобы не возникало лишних спекуляций, предлагаю сделать достоянием гласности информацию: сколько компаний, какие именно и в каких объемах получили возмещение НДС, начиная с 1 января 2014 года и до момента вступления в силу антикризисного пакета законов Арсения Яценюка? Когда же премьер-министр предложил отменить эту норму, сэкономив 6,5 млрд гривен, то эта инициатива едва не сорвала принятие всего антикризисного пакета.

Что же перевесило: сохранение экспортного НДС или забота о тех, кого гнетет бремя значительного повышения коммунальных тарифов? По данным Минсоцполитики, количество семей, которые могут рассчитывать на субсидии, возрастет до 4,5 млн. Им из бюджета будут выделять компенсацию в размере 4 млрд грн. По оценке этого же ведомства, указанные семьи получают доходы ниже прожиточного минимума, который составляет 1176 грн на человека.

Чтобы обогреть небольшой сельский дом, надо потратить в месяц приблизительно 500 грн при нынешней цене на газ 1100 грн за тысячу кубов. Это с сегодняшними тарифами, когда действует льготная цена при использовании газа до 6000 кубов. А при росте тарифов на 73% эта сумма составит почти 1000 грн. При этом доходы планируют повысить с 1 июля лишь на 107 грн. 

Но крестьяне далеко, а экспортеры — под боком. Очевидно, именно поэтому у депутатов не шевельнулась рука проголосовать за отмену зерноэкспортного НДС. Торговались долго и пришли к такому консенсусу: предыдущую схему возмещения НДС временно приостановить — до 1 октября 2014 года. А на этот период задействовать другую норму, которая несколько сужает круг субъектов, которые могут получать экспортное возмещение НДС. Тем не менее и в этом варианте коренные игроки зернового рынка остались в фаворе. Так что и при новом министре будет процветать государственный симбиоз. 

Если уж и затягивать пояса, то всем без исключения. И однозначно начинать следует не с наименее защищенных слоев населения. Поскольку до зимы месяцы промчатся стремительно. Вот тогда и встанет вопрос: а чем нынешняя власть отличается от предыдущей, плохой?! 

— И снова аграрии будут считать жалкие копейки, а оголодавшие соотечественники будут копаться в потребительских корзинах и радоваться борщевому набору с пампушками, цену на который правительство взялось было регулировать.

—Ирония иронией, но если проанализировать структуру рациона обычного украинца, то в этом есть доля правды. Мы вплотную подошли к продовольственной безопасности. С чем ее едят? Это — отдельная тема. 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 6
  • agronom agronom 18 червня, 17:09 Це буде саме фермерський виробничий зерновий кооператив у межах України. Так що, нема чого боятися, якщо такий появиться. Боятися треба іншого. Фермери не повинні прийти на все готовеньке. Скажемо так: лише на те, що надасть держава. Елеватор, якісь зерновози чи комбайни... Вони повинні бути солідарні у цьому зерновому кооперативі, кожен мусить внести якусь лепту і частково нести фінансову відповідальність. Щоб не сталося так: один-два роки цей кооператив буде на плаву, а на третій - неврожай чи якийсь збій і - розбіглися! Тут уже якщо до кінця, то до кінця! І таких подібних кооперативів може бути кілька. Тоді й конкуренція буде і не лише зернотрейдери ціну будуть диктувати, з"явиться якийсь вибір у сільгоспвиробника. Це ж добре! согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №30, 17 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно