«Сон разума рождает чудовищ» - Наука - zn.ua

«Сон разума рождает чудовищ»

7 марта, 2008, 14:23 Распечатать

В дискуссии о ГМО настораживает прежде всего манипулятивный характер доводов, которым грешат обе стороны...

В дискуссии о ГМО настораживает прежде всего манипулятивный характер доводов, которым грешат обе стороны. Складывается впечатление, что они больше заинтересованы не в том, чтобы установить истину, а чтобы навязать свою точку зрения.

Здесь мы сталкиваемся с особенностью современной науки: проверка ее выводов, от которых существенно зависят наша жизнь и благополучие, напрямую недоступна обычному гражданину. Он вынужден доверять авторитету ученого, полагаться на его добросовестность. Кроме того, сама деятельность научных лабораторий покрыта некоей завесой тайны. Мне не раз доводилось сталкиваться с тем, что когда речь заходит о генной инженерии, даже образованные и отнюдь не глупые люди строят свои доводы на некоем мистическом ужасе, сравнимом разве что с представлениями архаических сообществ о злых духах и колдовстве. Именно этот ужас делает общество уязвимым для распространения суеверий, на которых кто-то попросту пытается нажиться. Отсюда и первый вопрос, которым уместно задаться критически мыслящему человеку: а кому все это выгодно?

Давайте поразмышляем трезво, дабы не вестись на приемы, с помощью которых нами пытаются манипулировать.

Первый прием. Вот ставят вопрос: вредны или нет ГМО? Но генетически модифицированные — это целый класс различных организмов, полученных к тому же различными способами, с использованием десятка различных технологий. Общее у них только то, что у них тем или иным способом изменена и скорректирована наследственная информация «в обход» механизмов, действующих в обычных естественных условиях. Формулировать вопрос подобным образом — все равно что спрашивать, вредны ли все без исключения растения, все без исключения вещества и т.д. Какие-то ГМО могут оказаться опасными, какие-то — нет. Вопрос в том, как выявить первые (т.е. опасные), какого рода проверки обеспечивают надежность и безопасность использования этих технологий и конкретных продуктов, полученных с их помощью.

Согласитесь, глупо делать вывод о том, что все растения ядовиты, на основании того, что кто-то отравился, съев лист какого-то одного растения.

Второй прием. Говорят, что использование ГМ-технологий рискованно, что хотя на данный момент зарегистрированных фактов отрицательного влияния ГМ-продуктов нет, теоретически возможны механизмы, приводящие к пагубным последствиям. Дело в том, что риск — не абсолютная величина, это соотносительная мера возможного осуществления событий, грозящих потерей чего-то ценного. Поэтому степень риска можно оценить, лишь сопоставляя частоту появления тех или иных событий с учетом существующей системы ценностей и субъективного восприятия угрозы. Именно на последнее и рассчитаны подтасовки информации, которыми можно сильно деформировать эту оценку в сторону, выгодную кому-то. Вот пример. Каждый год на дорогах страны гибнут и калечатся более десятка тысяч людей. За десять лет во всем мире эта цифра превосходит миллион несчастных случаев — цифра, между прочим, сопоставимая с потерями в мировых войнах! Вы после этого не боитесь садиться за руль? За те же десять лет не зарегистрировано ни одного случая отравления ГМО. Почему же ГМО кажутся страшнее? Ответ прост: автомобиль — это то, что вы в состоянии контролировать сами, и его использование подкреплено вашим личным успешным опытом. А ГМО — это опасность, от вас не зависящая, — и если вам внушить мысль, что это находится в руках злоумышленников, вы охотно сочувствуете борцам с этой «дрянью». А где гарантия, что помыслы «борцов» чисты?

Кроме того, говоря о возможных негативных последствиях, часто искажают перспективу сравнения (вам показывают одно, но намеренно отводят внимание от другого). Реальны ли все эти процессы, которые могут привести к негативным последствиям при использовании ГМО? Да, но… все это возможно и без использования оных! Об этом почему-то молчат. Более того, скученность населения в больших городах, монокультуры на полях, химически агрессивная среда (от выбросов, стоков промышленных предприятий), снижение биологического разнообразия (потеря многих видов животных и растений, целых экосистем) — все это несет в себе несопоставимо больший риск! Все те механизмы, в силу которых возможны случайные негативные последствия ГМО, — это механизмы, уже действующие, это естественные механизмы, приводящие, кстати, к тому разнообразию живого, которое мы наблюдаем. И они также потенциально могут порождать крайне неприятные для нас последствия. Вы только подумайте, что может произойти, если появится случайно мутировавший вирус гриппа с действием ВИЧ-инфекции.

Кроме того, почему-то акцентируют внимание именно на случайных «сбоях». Но ведь все дело в том, что гораздо больший риск прямой — от целенаправленного использования генной инженерии в военных целях! А об открывающихся здесь перспективах я лучше умолчу. Так что же, запретить генную инженерию вовсе? Увы, вас никто не послушает, поэтому давайте не забивать себе голову романтическими глупостями. Но вот те, кто хотел бы, чтобы мы были полностью безоружными, будут настаивать именно на запрете у нас генной инженерии. У них своя железная логика. Естественно, такой запрет может быть принят по политическим мотивам, но отнюдь не потому, что генная инженерия вредна.

Вот еще пример. Все время акцентируют внимание на возможном непредсказуемом изменении генофонда, связанном с применением ГМО. Но молчат о том, что та же опасность кроется в… широком распространении медицинской помощи. Да-да, именно так. В современном обществе детская смертность снижена в разы по сравнению с обществами традиционными. В числе прочих массово выживают дети с наследственными дефектами. Кто может точно предсказать, к чему это приведет через пять-семь поколений? Ведь эти дефекты постепенно накапливаются. Но никому и в голову не приходит объявить медицину опасной!

И наконец, третий прием, связанный с маркировкой продуктов питания. На первый взгляд, идея резонна: потребитель должен иметь выбор. Но выбор этот фактически иллюзорен! (Прием этот так и называется: формирование иллюзорного выбора.) Представьте себе две одинаковых упаковки чего-то съестного. На одной написано: «Не содержит генетически модифицированных продуктов», на другой ничего. Какую выберет большинство? Правильно, первую. На всякий случай, ведь зря писать не станут, во второй наверняка может быть что-то вредное. То есть вас уже программируют на выбор в пользу первого продукта. Какие проблемы решает эта маркировка? Да никаких. Есть риски с изменением генофонда? Так как на это влияет маркировка? Ведь все равно ГМО продолжают использовать. Запретить вообще? Тогда зачем маркировать? Никому же не приходит в голову писать на пачке кефира «Не содержит цианистого калия». Сделать ценовую вилку: с ГМО дешево, без — дороже. Тогда под удар попадают бедные? Фактически эта маркировка лишь создает дополнительные проблемы, формируя почву для ятрогений (мнительные люди все время будут опасаться, не съели ли они что-то «модифицированное», и прислушиваться к своим ощущениям). Что я как потребитель получу от этой маркировки? Увы, только бумажку, но никаких гарантий. Правда, мне придется за эту бумажку заплатить. И кто-то, конечно же, постарается, чтобы существовал единый сертификационный центр и все производители будут покупать в нем (и только в нём!) экспертизы, и бумажки, дающее гордое право писать «не содержащий ГМО»…

А неугодных легко поставить на место: привезли, скажем, вы партию кукурузы, взяли пробу, и вам говорят: «есть ГМО» (а на ушко так вкрадчиво: «но за полцены заберем, только ты об этом никому…»). И как вы будете доказывать, что ГМО там нет? Это кстати, и ответ на вопрос, кому это выгодно. Правда, не единственный…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №15, 21 апреля-27 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно