Откровенность за откровенность

15 мая, 2009, 16:36 Распечатать

О гендерном равенстве в Украине принято говорить исключительно накануне 8-го Марта (не случайно наши женщины скептически переносят пафосную неискренность этого дня)...

О гендерном равенстве в Украине принято говорить исключительно накануне 8-го Марта (не случайно наши женщины скептически переносят пафосную неискренность этого дня). Обратиться к мартовской теме в межсезонье меня заставило майское интервью спикера Верховной Рады Владимира Литвина, в котором он честно признался, что не воспринимает своих коллег-женщин и вообще считает, что в политику идут несчастные создания, обделенные вниманием и заботой. «Я не люблю женщин-политиков. И даже просто интересующихся политикой. Я их не воспринимаю. Если сегодня женщина не интересуется политикой — это хорошо. Женщина в политике пытается компенсировать нечто, чего она не получила и не получает в обыденной жизни. В женском плане не получает». Эти откровения Литвина журналу ЕGO резко диссонируют с мартовским официозом, когда наш спикер буквально признавался всем в любви. И уверял, что именно 36 женщин-депутатов являются вдохновляющим, дисциплинирующим фактором в парламенте, лучшей, надежной и наиболее интеллигентной его частью.

К сожалению, Владимир Михайлович не одинок в своих откровениях. Редко кто из государственных мужей не был замечен в подобных сексистских высказываниях: мол, вы как женщина симпатичны, вот и шли бы борщ варить, детям сказки читать, мужа ублажать. Радует своей лексикой и глава секретариата президента, «любовь» которого к премьер-министру тянет на роман. Чего стоит, например, комментарий по поводу визита Тимошенко во Францию: «С солнечной улыбкой она поднималась по лестнице президентской резиденции, очевидно полагая, что оказывает большое приятное впечатление на хозяина», ну, и т. д.

Не секрет, что украинское общество требовательно, а порой нетерпимо относится к женщине, избравшей политику. Ей намного сложнее сделать карьеру и добиться высот, чем иному коллеге, которому избиратели готовы простить скандалы, интрижки и интриганство, драки, вранье, мягкотелость, лень, неряшливый вид, спесь и чванство. От женщины требуется сдержанность, трудолюбие, верность, скромность, железная выдержка, женственность и мужской характер. Иначе сьедят. Еще один украинский феномен — мужчина у нас ходит в «молодых перспективных политиках» лет до 60, а вот женщина должна всегда выглядеть на 25. Это европейские политдамы могут себе позволить благородную седину и морщинки возле глаз. У нас царит культ вечной молодости, иначе избиратель не поймет. И чего можно требовать от обывателя, если неприятие женщины во власти навязывается лидерами партий и руководителями страны.

Примечательно, что подобные откровения государственные мужи позволяют себе только на родине. Во время многочисленных зарубежных турне не рискуют посочувствовать «женской обделенности» немецкого канцлера, европейских министров или госсекретаря США, боясь нарваться на политическую оплеуху. Напротив, среди своих политических кумиров они называют Маргарет Тэтчер, Индиру Ганди, Мадлен Олбрайт. А вот в Украине можно смело проповедовать философию «киндер, кюхер, кирхен», не опасаясь ни реакции СМИ, ни обструкции многочисленных феминистских организаций, которые в нынешнем году отмечали 125-летие украинского женского движения.

Итак, согласно логике наших политмужей, женщина-дворник, вагоновожатый, укладчица асфальта и, особенно, домохозяйка, как правило, счастлива в личной жизни, у нее все в порядке с самореализацией и «в женском плане». Ей не нужно расхаживать с солнечной улыбкой по карьерным лестницам и производить впечатление — у нее и так все ОК. Возможно, столь идиллические представления о жизни этих скромных тружениц рисуются во властных головах потому, что им редко приходится общаться со сторожами и проводницами. Наши политики не задаются вопросом, а была ли у этих женщин возможность получить высшее образование, по-дру­гому прокормить свои семьи, какие жизненные обстоятельства привели в эти профессии? Глав­ное, что их дочери, подруги и сестры никогда не будут дворниками и дорожными рабочими. Об­ществу продолжают навязывать стереотип, что главной социальной ролью женщины является роль матери и жены, а все остальное второстепенно. Не собираюсь оспаривать тезис относительно первостепенности семьи, но настаиваю на важности двух составляющих для самореализации и успешности женщины — семьи и работы.

Стоит заметить, что неоднозначное отношение к женщинам во власти — не только украинская проблема. Мадлен Олбрайт в своих мемуарах призналась, что ей тоже пришлось преодолевать предрассудки в отношении слабого пола в политике, которые проявлялись даже в том, как характеризовались «одни и те же качества у мужчин (уверенный в себе, решительный, увлеченный) и у женщин (самонадеянная, агрессивная, вздорная)». И если в развитых демократиях эти стереотипы разрушают посредством системной государственной политики, в том числе законодательной (например, в Скандинавских странах не менее 40 процентов в избирательных списках составляют женщины), то в Украине все печальнее. В сентябре 2005 года после многолетних дискуссий ВР приняла Закон «Об обеспечении равных прав и возможностей мужчин и женщин». Однако на практике с равными возможностями проблема. Даже в высшем законодательном органе страны в нынешнем созыве женщин меньше, чем в предыдущем. Сейчас в парламенте нас всего 36, что составляет чуть больше
8% состава Рады. Если говорить об областных и городских советах, то там женщины представлены 10—15 процентами, в зависимости от региона. И только районные советы по своему гендерному составу близки к европейским стандартам — там женщин более 20%. В органах местного самоуправления работает
76 259 женщин, это около 76 процентов, однако большинство их — технический персонал и низшее звено госслужащих. Страна имеет только одну женщину-министра, трех послов (всего Ук­раи­на открыла более 80 диппредставительств). А в стенах ПАРЕ в Страсбурге до сих пор помнят скандал и обструкцию, устроенную в 2002 году украинской парламентской делегации, в составе которой не было ни одной женщи­ны. Как говорится, чем ближе к вершинам власти — тем меньше женщин.

Прав­да, президент Виктор Ющенко попытался изменить эту традицию, впервые назначив женщин на пост главы обладминистрации, заместителями своего секретариата и, наконец, подав кандидатуру Юлии Тимошенко на пост премьер-министра. Но вряд ли можно говорить о большом представительст­ве женщин во власти. Об истинном отношении коллег к своим соратницам по борьбе ярче всего свидетельствуют партийные списки, где женщин ставят на заведомо непроходные места, а первую пятерку, как правило, украшают актрисой или певицей.

Я далека от мысли идеализировать всех жен­щин в политике, более того, признаю, что нередко сами политикес­сы дают повод для негативного восприятия. Бывает, милая интел­лигентная дама, попав во властный кабинет, превращается в злобную мегеру с отпугивающими манерами, которая скандалит со своими оппонентами на всех ТВ-каналах. Вот только вопрос: а с мужчинами такого не бывает?

Я категорически против преференций по половому признаку, ведь политика — такая же про­фессия, как и любая другая. И мужчины, и женщины, хочется верить, идут во власть не только ради портфелей и должностей, а потому, что занимают активную общественную позицию ради воз­можности вместе со своей командой реализовывать программу и реформы, менять правила игры. В политике, в партиях должна действовать здоровая конкуренция, что и является принципом равных возможностей. Но пока что современная украинская политика требует других, приписываемых мужчинам качеств (речь не о чести, благородстве, мужестве, умении держать удар и слово). Тут в чести умение ударить или дать подножку, оскорбить, забаррикадировать трибуну. Не хотелось бы, чтобы правила, действующие сегодня в политике, делали из мужчин баб, истеричных, обидчивых и вздорных, а из женщин — мужиков, грубых, беспринципных и циничных.

В нашей политике, пожалуй, почти нет ярых феминисток. Как правило, все мои коллеги — весьма домашние создания, которые успевают утром накормить семью завтраком, а вечером проверить у детей дневник. И вряд ли Владимиру Михайловичу корректно говорить о женской неустроенности депутатов, когда три парламентария недавно стали мамами. При этом они работают не в пример активнее многих коллег и в вопросах законотворчества, и в комитетах. Тут впору закрывать в Раде курилку и открывать комнату матери и ребенка, как в европейских структурах.

Возможно, этот маленький шаг стал бы важным примером для других руководителей, которые сегодня неохотно берут на работу женщин с маленькими детьми. На высокие и хорошо оплачиваемые должности работодатели часто предпочитают приглашать мужчин, а газеты полны объявлений, свидетельствующих о «равных возможностях» на практике: на руководящую работу требуется мужчина в возрасте до 45 лет. Согласно данным директора Института демографии НАН Украины Эллы Либано­вой, нередко женщины получают за свою работу на 30% меньше чем мужчина. Женщины составляют только 38% предпринимателей, занимающихся индивидуальной трудовой деятельностью, а бизнесом в промышленности руководят только 2% женщин. Наиболее проблемными зонами дискриминации женщин остаются сферы «женщина и власть», «женщина и карьера». Общество не всегда толерантно к особе жен­ского пола, делающей карьеру, при этом оно терпимо относится к неравенству при приеме на работу и оплате труда, насилию в семье. Только недавно на улицах Киева появилась социальная реклама против жестокого обращения с женщинами. Однако эти темы не являются приоритетными для политиков, в том числе и политиков-женщин.

Полтора года назад мы с коллегами выступили с инициативой создать межфракционное объединение, чтобы на практике защищать принцип равных возможностей, права женщин, поддерживать диалог с женскими организациями и их инициативы. Тогдашнее руководство парламента идею не поддержало, сославшись на отсутствие в регламенте нормы о межфракционных объединениях. Мне кажется, сегодня эта инициатива остается актуальной. При этом я далека от мысли, что разрушить общественные стереотипы относительно женщин, делающих карье­ру, удастся исключительно посредством парламентских инициатив и усовершенствования законодательства. Скорее нужно позаботиться о повышении политической культуры и изменении традиции, о том, чтобы наши политики стали европейцами не только в выборе галстуков и костюмов, но и в мыслях и действиях.

P.S. Владимир Литвин, журнал «Фокус», 2007 год: «Женщины хотят всего. И власти в том числе. Но ведь чего хочет женщина, того хочет Бог»…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно