Артемовские склады вооружений: «Неизбежная в море случайность?»

15 октября, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск №42, 15 октября-22 октября

Эта бригада, созданная в самые тяжкие годы Великой отечественной войны, имела славную боевую историю...

Эта бригада, созданная в самые тяжкие годы Великой отечественной войны, имела славную боевую историю. Опыт ведения боевых действий в Европе, пять боевых орденов на знамени, 59 Героев Советского Союза. Когда впервые встал вопрос о ее расформировании, признанную лучшей в Вооруженных силах 52-ю отдельную механизированную бригаду в Артемовске Донецкой области сумели отстоять.

Взрывы артиллерийских складов 10 октября 2003 года зачеркнули все надежды тысяч военных: одним из них пришлось начинать все с нуля на «гражданке», других, трудоустроившихся по контракту, они снова сделали безработными, а кто-то распрощался навсегда с военной службой. Два человека и один сварочный аппарат свели на нет все то, что создавалось в течение десятилетий тысячами людей. 52-я бригада была планово расформирована, а ее боевое знамя сдано в музей.

На гербе 52-й бригады был написан девиз — «Майстерність! Честь! Мужність!» Свое мастерство они однозначно подтвердили, когда ликвидировали последствия взрывов намного раньше запланированного срока. И все остались живы. В отсутствии мужества их также вряд ли кто-то сможет обвинить. Больше всего пострадала их воинская честь. Причем главный парадокс состоит в том, что преступление совершили два человека, а несмываемое пятно легло на всех военных. В октябре 2004-го эта воинская часть прекратит свое существование.

Наверное, никто так и не сможет назвать точное количество боеприпасов, хранившихся на складах вооружений воинской части А-0621 города Артемовска Донецкой области, 10 октября 2003 года ставшей нарицательным примером халатности украинских военных. Ракеты, созданные для устрашения вероятных противников, почему-то полетели в направлении домов мирных жителей. По той самой дороге, которая весной 2002-го была усыпана листовками партии власти для триумфального шествия Леонида Кучмы перед укрощенным электоратом Донецкой области, «скорая» помчала 15-летнюю девочку в больницу с осколочным ранением плеча. Малыши из детского сада, среди мирного белого дня осыпанного снарядами, вероятно, нескоро забыли, как перепуганные воспитатели торопливо загоняли их в подвал…

В районе этих злополучных складов проживало около 30 тысяч человек, первый жилой микрорайон был расположен от них всего в 150 м. Какой-то мудрец от власти посчитал допустимым такое специфическое соседство для дачного кооператива и школы. По официальной информации Министерства обороны, взорвались как минимум две ракеты системы «Град», одна из них полетела в направлении детского сада, вторая — в сторожевое помещение. Сотни людей, живущих в Западном микрорайоне, в шоке метались по улицам, бросая свои жилища и пытаясь хоть где-то укрыться от летящих на голову осколков стекол и боеприпасов…

Мнение о том, достаточно ли четко и оперативно сработали местные власти, и сегодня остается неоднозначным. Люди, опрашиваемые в те дни, считали, что самая большая ответственность за жизни детей в школе и других заведениях в первые часы той страшной пятницы легла на плечи учителей и персонала. По сведениям местной газеты «События», некоторые представители власти раньше, чем определили судьбу простых жителей города, эвакуировали свои семьи, а оперативный штаб собрался и начал работать только с приездом губернатора. Правда, во избежание возможных последствий от вероятного повреждения газопровода команда отключить подачу газа в район, в непосредственной близости с которым происходили взрывы, была дана практически сразу после взрывов. Какое-то время Артемовск оказался полностью отрезанным от внешнего мира из-за перебоев с телефонной связью, частично отсутствовало электроснабжение. По некоторым сведениям, суммы, которые заработали в первый день взрывов таксисты, намного превышали их месячный заработок. Уже к вечеру 10 октября в Артемовске для эвакуации жителей были подготовлены 150 автобусов, эвакуировались около 1,5 тысячи людей, работали комиссия центрального аппарата Министерства обороны Украины и Генерального штаба, 12 бригад «скорой помощи» и девять групп разминирования, которые уже после официальной даты ликвидации пожара — 11 часов утра 11 октября — выполняли работы по зачистке территории от обломков боеприпасов. Решение о том, что можно обойтись без эвакуации населения, было принято через восемь часов после первого взрыва. На рвущихся складах бронетранспортером была проведена рекогносцировка и выявлены все очаги пожара, на ночном совещании была оценена ситуация и просчитаны худшие варианты развития событий. Самой главной на первое время была задача отсечь хранилища, представлявшие наибольшую опасность, и емкости с горючим от подбиравшегося к ним огня. Последний взрыв был зафиксирован утром в воскресенье в 9.30.

Через две недели территория складов была поделена на квадраты полосатыми лентами, за которыми солдаты собирали и укладывали рядами разбросанные взрывами боеприпасы. Склад, принадлежащий отдельной механизированной бригаде армейского корпуса, по некоторым данным, насчитывал около тысячи 152-миллиметровых снарядов, входящих в общее количество — 2 200 тонн — разного вида боеприпасов. Кроме кассетных снарядов и бомб, среди взорвавшихся снарядов имелись и боеприпасы с игольчатой начинкой, и просто чудо, что в городе не было пострадавших от них…

Из 17 хранилищ воинской части А-0621 было уничтожено 10, предварительный подсчет убытков военных дал цифру около 40 млн.грн. К концу октября было собрано и вывезено со складов почти 95% вооружений и боеприпасов, оставшихся на месте. Неповрежденные боеприпасы отправлялись за пределы Донецкой области в качестве груза повышенной опасности на машинах с милицейским сопровождением, 1300 единиц боевой техники было вывезено только железнодорожным транспортом. Обезвреженным капсюлям на гильзах снарядов предстояла переплавка в печах Артемовского завода по обработке цветных металлов.

К ликвидации последствий взрывов и уничтожению боеприпасов были привлечены лучшие саперы со всех Вооруженных сил Украины, прошедшие Ливан, Афганистан и другие горячие точки. Саперы были суеверны — 13 единиц боеприпасов в одну закладку не делали: в глубокие ямы с машины осторожно сносили тяжелые болванки снарядов и «сигары» ПТУРов, сверху укладывали несколько тротиловых шашек, тянули провод, по которому на тротил пускался электрический разряд… Снова где-то вылетали стекла…

По нормативам, снаряд, упавший на занятиях с высоты 1,2 метра, теряет безопасность и уничтожается. Снаряды, которые носили в те дни, прижимая к груди, солдаты, летали намного выше, были обожжены огнем, бились взрывателями об землю. Полная ликвидация последствий планировалась до лета 2004 года, а была закончена практически за один месяц: более 12 тысяч оставшихся боеприпасов были вынесены и подорваны. По словам комбрига 52-й бригады Александра Шинкаренко, люди, которые вынесли такое количество боеприпасов, имеют право на присвоение им статуса участника боевых действий, чего сделано не было даже по отношению к тому солдату, которому при операции зачистки взрывом оторвало палец: «Помните ситуацию с бомбой в Крыму — куча воинских званий после этого, ах, какие молодцы…А здесь 12 тысяч боеприпасов каждый день солдаты выносили, рискуя своей жизнью, не зная «взорвется — не взорвется». Для офицеров были звания и поощрения, а вот об основной массе солдат-контрактников, которые таскали снаряды, все забыли, мол, сделали свое дело и уехали. Как будто какое-то рядовое событие… Многих из них я встречал потом, и они говорили: «Ну, как же так, там одна бомба, а тут 12 тысяч — и хоть бы слово благодарности…».

Если судьба уцелевших складских помещений была известна уже к концу октября, то некоторые хозяева объектов недвижимости, разрушенных снарядами или напрочь лишенных стекол, продолжали роптать и были крайне озабочены тем, как проконтролировать расход 6 млн. грн., выделенных Министерством обороны на возмещение последствий взрывов. В конечном итоге недовольных не осталось, компенсацию получил каждый пострадавший, причем иногда полученные суммы намного превышали реальную стоимость поврежденного имущества. Шедевром восстановительных работ стала школа №2, которая до этого не могла и мечтать о пластиковых окнах и евротуалетах. Деньги на восстановление школы были выделены сразу, ремонт и остекление начались уже через пять дней после взрывов, а школьный процесс был остановлен всего на две недели.

По поводу официальной версии причины происшествия ходило много версий. На артемовских складах было, как на угольной шахте: при входе на территорию оставлялись спички и сигареты. И вдруг сварочный аппарат… «Я — командир, и, наверное, больше, чем я, никто не передумал об этих взрывах, — спустя год говорит А.Шинкаренко, — И мне до сих пор не понятно, как человек, которому далеко за сорок лет, который находится в должности начальника склада ракетно-артиллерийского вооружения семнадцать лет (!), — как он мог пойти на такое — производить сварку в боксе боеприпасов…» В официальной формулировке причины взрывов, названной министром по вопросам чрезвычайных ситуаций Григорием Ревой, фигурировал «человеческий фактор». Военная прокуратура Донецкого гарнизона посчитала причиной пожара на военных складах Артемовска нарушение правил обращения с оружием и совместно с СБУ и прокуратурой Донецкой области возбудила уголовное дело по двум статьям Уголовного кодекса Украины в отношении руководства указанной части. По мнению Бориса Кривенкова, начальника отдела по вопросам ЧС и ГЗН райгосадминистрации, причина была в моральной и профессиональной деградации костяка армии: части офицерского состава и прапорщиков. Ведь на данном объекте была предусмотрена целая система мер безопасности. Каждый, кто хоть раз попадал на территорию складов, проходил детальный инструктаж, расписывался на многих документах, брал на себя конкретные обязательства. Тем не менее случилось то, чего не предусмотришь никакими инструкциями или запретами.

«К ответственности будут привлечены все, начиная с меня и заканчивая комбригом. В какой мере — это уже другой вопрос. Степень вины каждого будет установлена. То, что Шинкаренко сделал в первые сутки, нельзя не оценить. Это и исполнение служебных обязанностей, и, будем говорить прямо, личный героизм. Но уже после того, как все случилось. И как оно будет оцениваться, я не знаю. Но я знаю, что жители Артемовска, городской голова, губернатор убеждены, что лучшего командира, чем Шинкаренко, у бригады не было», — из выступления и.о. начальника службы вооружения ВС Украины генерал-лейтенанта Байкова на пресс-конференции в Артемовске 10—11 октября прошлого года.

Кадровые перестановки произошли и в корпусе, и в оперативном командовании, по мнению А.Шинкаренко, сказавшись не в лучшую сторону: «Можно все делать, можно наказывать, но когда снимают с должностей генералов… У нас в стране, наверное, так получилось, что можно менять их каждый день. Но так быстро генералами не становятся... Возможно, такая тенденция специально направлена на то, чтобы старая школа была уничтожена. Но она была неплохая — школа Советской армии, она была лучше, между прочим, чем школа американская… А в данном случае есть конкретно виновные люди, и я не думаю, чтобы где-то в другом государстве так бросались командующими…»

После взрывов в Артемовске своих должностей лишились шесть генералов. В течение зимы были проведены многочисленные проверки, комиссии и коллегии Генпрокуратуры, причем с заранее известными результатами. Вместо того чтобы принимать глубокие решения по человеческому фактору и обратить должное внимание на дисциплину и инструктаж офицеров и прапорщиков, все принялись делать ремонты на складах, на что реально не хватало ни времени, ни денег. Но после артемовских взрывов были взрывы в Новобогдановке. Причем с той же объясняющей формулировкой. По мнению А.Шинкаренко, одно дело перечислить для оправдания нарушения основ безопасности, безответственность командиров, плохой контроль, другое — глубоко разобраться в ситуации: «Самое интересное, что до сих пор со мной как с командиром бригады никто не разговаривал по этому поводу. Был лишь доклад, заслушанный в первые три дня. А касательно анализа причины происшедшего — кто лучше меня должен знать? А я пришел к тому, что раньше мы учили в школе: бытие определяет сознание. Нельзя учить солдата чему-то высокому, когда условия, откровенно говоря, скотские. Когда не работают туалеты, баня, а казармы в XXI веке намного хуже, чем казармы XVIII века».

По приказу министра обороны часть должна была быть расформирована до 30 октября 2004 года. Последняя инстанция подписала документы о расформировании еще 30 августа, уже сданы все документы, печать, на всех объектах гражданская охрана. Но комбриг расформированной бригады предложил ради интереса засечь время, когда военный городок будет официально передан городу. Городской голова Артемовска Алексей Рева заявил о своем согласии принять городок еще полгода назад, сегодня данная территория никакого отношения к военным уже не имеет, но у местной власти на нее нет никаких юридических прав, и до необходимого решения Кабинета министров еще далеко. Насколько известно А.Шинкаренко, соответствующие документы еще даже не попали в Министерство обороны. Общая площадь территории со складами, тремя бывшими воинскими частями и шестью жилыми домами — 96 гектаров. В часть уже приходили бизнесмены и проявляли интерес к опустевшим зданиям, но окончательные проекты и планы можно будет строить только после официального решения. А пока идет лишь процесс разрушения. А.Шинкаренко: «Я больше чем уверен, что фактическая передача военного городка городу будет длиться годы, пока он не будет разграблен. Наступает зима, через полгода-год это будут уже развалины в центре города… Я знаю по другим расформированным военным городкам, как долго это тянется — чаще всего до тех пор, пока от него не останутся руины, он не передается на баланс города. И это уже стало плохой традицией и показателем работы всех наших ведомств и клерков…»

К моменту взрывов общий штат военных формирований в Артемовске составлял 1300 человек. Сегодня 138 человек из них, написавших рапорта еще в апреле—мае, до сих пор не получили приказа на свое увольнение. В течение трех месяцев люди выведены за штат, лишены 33% доплаты «за боевую готовность» и получают лишь «за воинское звание», теряя уже около 1000 гривен. Офицеры, готовые уволиться без каких-либо претензий, не могут сейчас устроиться на новую работу только потому, что их не увольняют. Для многих из них тот факт, что в Украине сменился руководитель военного ведомства, имел уже значение только потому, что в приказах и письмах пришлось менять одну фамилию на другую. Причем первая из них останется в памяти военнослужащих воинской части А-0621 города Артемовска, как олицетворение приказов, увольняющих всех с 20—25 годами выслуги по общему шаблону, без учета деловых качеств и уровня профессионализма. А вторая уже не будет иметь никакого значения, поскольку указ Александра Кузьмука об утверждении Целевой программы поддержки и развития культуры в Вооруженных силах Украины для воинской части А-0621 опоздал более чем на год. Для всех артемовцев символизируя время, по меньшей мере, безответственных действий Министерства обороны Украины, когда в районе поселка Красная Гора Артемовского района на бывшей военной базе «забыли» более 100 тыс. снарядов и полтысячи излучающих от 300 до 500 микрорентген предметов, а в драгоценных пещерах «Артемсоли» пытались захоронить радиационные отходы.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
  • попов попов 23 вересня, 16:38 я служыл на складах дас в артёмовске солдатом там бордак был всегда и небыла чести у офицеров и прапорщиков резали железо сваркой вывозили автомобилями железо начькары были в доле посты в это время ничего невидели а сварка там стояла и резала с 1998 года согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно