Унижение в законе

1 февраля, 2008, 16:14 Распечатать Выпуск №4, 1 февраля-8 февраля

Инцидент, произошедший между Юрием Луценко и Леонидом Черновецким, помимо прочего, имеет один важ...

Инцидент, произошедший между Юрием Луценко и Леонидом Черновецким, помимо прочего, имеет один важный аспект — он должен в который раз привлечь внимание специалистов и общественности к одной черной дыре отечественной криминалистики. Имеется в виду то, как реагируют правоохранительные органы на преступления, обычно квалифицируемые по статье 125 Уголовного кодекса Украины — умышленное нанесение легких телесных повреждений.

Удар в лицо — еще не хулиганство

Статья 125 УКУ состоит из двух частей. Первая касается ранений, имеющих незначительные быстротечные последствия, длящиеся не более шести дней, как, например, ссадина или синяк. Подобное карается штрафом до 850 гривен или общественными работами сроком до 200 часов, или исправительными работами до одного года. Во второй части речь идет о повреждениях, повлекших за собой кратковременное расстройство здоровья, длящееся более шести дней, но не более трех недель. За это уже, помимо общественных и исправительных работ, предусмотрен и арест на срок до шести месяцев.

По какой именно части квалифицировать преступление — первой или второй — зависит от заключения судебно-медицинской экспертизы. Причем врачи пишут его не как кому заблагорассудится, а в соответствии с Правилами судебно-медицинского определения степени тяжести телесных повреждений, утвержденными приказом Министерства здравоохранения Украины № 6 от 17.01.1995 г.

На умышленное нанесение легких телесных повреждений очень похожи такие преступления, как побои и истязания, квалифицируемые по статье 126 того же кодекса. Наряду с прочим в ее первой части упоминается, в частности, умышленное нанесение удара, не повлекшее за собой никаких телесных повреждений, но вызвавшее физическую боль. Впрочем, карается оно так же, как нанесение упомянутых выше ссадин и синяков: 850 гривен штрафа или общественные либо исправительные работы.

Отметим, что ни умышленные легкие телесные повреждения, ни умышленное нанесение удара не следует путать с другим противоправным действием — мелким хулиганством. Хулиган может никого не бить — только нецензурно ругаться в общественном месте или цепляться с оскорблениями к гражданам, а его уже можно на 15 суток упечь в кутузку, согласно статье 173 Кодекса Украины об административных правонарушениях. А тут, видите ли, ударил человека, наставил ему синяков и ссадин — и за это только штраф или работы. Почему же такая разница? Да потому что хулиган посягает на весь общественный порядок в целом, а не на одного конкретного человека.

Статьи 125 и 126 существуют именно для тех случаев, когда злоумышленник не является хулиганом, и потерпевшего ударил только после того, как между ними возникла какая-то перепалка. Хотя бы из-за того, что один наступил другому на ногу. Иногда в этом конфликте трудно найти виновного, а потому нанесение легкого телесного повреждения в состоянии сильного душевного волнения даже не влечет за собой уголовной ответственности. В законе, правда, об этом ничего не сказано, зато об этом говорится в Научно-практическом комментарии к Уголовному кодексу Украины, разработанном специалистами Национальной юридической академии Украины, которым в своей работе руководствуются судьи, следователи и другие правоохранители.

А вот о том, что такое состояние сильного душевного волнения, сказано и в законе, и в постановлениях Пленума Верховного суда Украины. Его причиной может быть, в частности, тяжкое оскорбление со стороны потерпевшего, то есть его явно неприличное поведение, особо унизившее достоинство и задевшее честь. Так что для того чтобы законным путем избежать уголовной ответственности за удар кулаком в лицо, нужно суметь убедить судью, что потерпевший действительно унижал или оскорблял тебя. Здесь многое зависит от красноречия либо самого подсудимого, либо его адвоката, но это еще не та черная дыра, о которой упоминалось выше. Люди, в основном, жалуются не на то, как правоохранители квалифицируют удар в лицо, а на то, как во время разборки их отфутболивают из одного учреждения в другое. Выражаясь на языке специалистов, — проблема в особенностях процессуального производства по этим статьям.

Мытарства избитого потерпевшего

Дело в том, что нанесение удара или легких телесных повреждений относится к той редкой группе преступлений, по которым уголовное дело возбуждается не иначе как по жалобе потерпевшего, который во время судебного процесса сам (а не прокурор вместо него) поддерживает обвинение. Об этом говорится в статье 27 Уголовно-процессуального кодекса Украины (УПК).

Такой принцип в юриспруденции еще называют частным обвинением. Если, например, у вас украли кошелек с тысячью гривен и сыщики сразу же поймали вора на горячем, его могут посадить, даже если вы как потерпевший категорически откажетесь писать заявление о краже, — правоохранители имеют право возбуждать уголовное дело и без заявления потерпевшего (они, правда, редко этим правом пользуются, охотно придерживаясь правила «нет заявления — нет преступления», но формально такое право у них есть). А вот если вас ударили в лицо, то дело можно возбуждать только в том случае, если вы согласны написать жалобу.

Следующий момент, упомянутый в той же статье УПК, заключается в том, что следствие по таким преступлениям не ведется, а уголовное дело по ним возбуждает только суд. И с этого момента начинаются мытарства избитого потерпевшего по разным правоохранительным учреждениям. Обычная логика подсказывает нам, что в случаях, когда уголовное дело возбуждает только суд, лучше всего и обращаться непосредственно в суд. И тут мы попадаем в первую ловушку.

Согласно требованиям статьи 251 УПК, жалоба потерпевшего должна соответствовать определенным требованиям, которых потерпевший зачастую физически не может придерживаться.

Во-первых, оно должно состоять из описательной и резолютивной части, однако мало кто из нас понимает значение этих слов.

Во-вторых, потерпевший должен привести сведения о личности обидчика, а это как минимум фамилия, имя, отчество, год рождения и домашний адрес. Информация типа «меня избил Вася с водокачки» суд не устроит. Но бывает ведь, что человек десятки лет знал грузчика из магазина, сторожа автостоянки или соседа по гаражу, но никогда не интересовался его анкетными данными и получить их собственными силами никогда не сможет.

В-третьих, заявитель должен в своей жалобе указать статью Уголовного кодекса, предусматривающую ответственность за содеянное обидчиком преступление, однако большинство наших сограждан ранее никогда в жизни не держали в руках никакого кодекса.

А если эти требования соблюдены не будут, судья оставляет жалобу без рассмотрения и возвращает ее заявителю. Интересная дилемма, согласитесь. С одной стороны, согласно статье 97 КПК, судья (равно как прокурор, следователь или участковый инспектор милиции) обязан принять заявление о содеянном преступлении. А с другой, согласно статье 251 того же кодекса, он имеет право вернуть его без рассмотрения. Велика ли разница для потерпевшего: не возьмут его жалобу или возьмут, но ничего не сделают?

Впрочем, и это еще не самое страшное. Ведь когда вы придете со своим заявлением в суд, девушки из канцелярии, не забивая вашу голову лишними премудростями, доступно объяснят, что вам его вначале нужно подать. Вроде бы не отказываясь его принять, они все равно сделают так, что посетитель сам поймет: идти все-таки лучше по указанному ими адресу.

А там уже происходит самое интересное. В райотделении милиции заявление примут безотлагательно и добросовестно проведут все мероприятия по его проверке. Прежде всего заявителю дадут направление на бесплатное прохождение судебно-медицинской экспертизы. Потом установят личность злоумышленника — если потерпевший правильно укажет, где тот работает, проживает или где его можно найти, — это для милиционера не проблема. Могут еще и опросить свидетелей, если таковые имелись. Однако результат этой работы окажется для заявителя совершенно неожиданным. Даже если экспертиза обнаружит легкие телесные повреждения и даже если злоумышленник честно сознается, что он на самом деле бил потерпевшего, инспектор милиции все равно вынесет постановление об отказе в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствия состава преступления, хотя все составляющие преступления будут подробно изложены в описательной части его постановления.

Глупость или хитрый маневр?

Для многих, в том числе и специалистов по правоведению, это загадка. Чтобы разгадать ее, следует еще раз внимательно перечитать статью 97 УПК Украины. Там сказано, что по заявлению о преступлении орган дознания (то есть райотделение милиции) обязан в течение десяти дней принять одно из следующих решений:

1) возбудить уголовное дело;

2) отказать в возбуждении уголовного дела;

3) направить заявление или сообщение по назначению.

Возбудить уголовное дело инспектор не может, поскольку по таким статьям, как нам уже известно, его возбуждает только судья. Следовательно, правильный выход — направить заявление со всеми материалами проверки в местный суд, и пусть судья поступает с ним в соответствии с законом. Потерпевший, дескать, человек далекий от криминалистики и правильно написать жалобу не умеет, зато я вместо него все бумаги собрал и все что нужно написал. Так нет же! Инспектор вместо этого правильного и логичного решения принимает другое — неправильное и нелогичное: в возбуждении уголовного дела отказать. А начальник райотделения как руководитель органа дознания своей подписью это неправильное решение утверждает.

Правда, следует отдать должное милиционерам: сообщая заявителю в письменном виде о результатах проверки его заявления, они всегда дописывают фразу примерно такого содержания: «В случае несогласия с принятым решением вы можете обратиться в суд». Если кто-либо из читателей имел несчастье обращаться с такими заявлениями, он непременно слышал от работников милиции, что мы, дескать, имеем полное право в возбуждении уголовного дела отказать, зато вы имеете полное право обратиться в суд в порядке частного обвинения.

Самое смешное в этой ситуации то, что милиционеры — от участкового инспектора до начальника райотделения — сами свято верят в неправду, которую говорят. Ведь то, что они называют «частным обвинением», — не что иное, как обжалование в суде постановления об отказе в возбуждении уголовного дела согласно статье 236-прим УПК Украины.

И когда неудовлетворенный потерпевший все-таки обратится в суд, там ему придется писать не еще одну жалобу на избившего его злоумышленника, а жалобу на постановление органа дознания. И уже тогда судья вытребует материалы отказного дела и, если найдет на то основания, отменит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и постановит его возбудить. И сам же его потом рассмотрит, не перепоручая это следователю.

То, что делает в этом случае орган дознания, то есть милиция, на первый взгляд ерунда, направленная на то, чтобы поиздеваться над людьми, которых уже и так оскорбили и унизили. А на самом деле это весьма хитрый маневр, цель которого — отсечь от судов основную массу заявителей, иначе суды были бы завалены такими делами. А так, пока истекут десять дней, отведенных на проверку, пока почта донесет заявителю ответ в письменной форме — глядишь, он уже и остынет, успокоится и не пойдет дальше по инстанциям искать справедливость.

А милиционеру за неправильно вынесенное постановление никакое дисциплинарное взыскание не грозит, если только он провел проверку качественно и в определенный законом срок. Главное, дескать, факты собраны правильно, а то что на их основе сделаны неправильные выводы — ничего страшного. В конце концов найдется, кому исправить ошибку рядового инспектора, если, конечно, заявитель попадется особо настойчивый.

Такая позорная практика пренебрежения правоохранителей к людям давно стала неписаным законом, переходящим у милиционеров из поколения в поколение. Но, кроме того, данный обычай санкционирован и чьим-то указанием сверху. Об этом свидетельствует один довольно-таки показательный случай. Почти год назад на совместной коллегии руководства МВД и Генеральной прокуратуры, которую проводили Василий Цушко и Александр Медведько, тему статьи 125 УКУ затронул тогдашний начальник УМВД в Донецкой области Михаил Клюев. «Люди не хотят понимать, почему их из одного государственного органа посылают в другой и почему они должны платить сто гривен за услуги адвоката, который правильно напишет за них жалобу в суд», — возмущался он. Так что если эту проблему нельзя было решить даже на уровне руководителя милиции области, значит, негласное указание поступало из очень высокой инстанции.

Сегодня, правда, Михаил Михайлович уже не работает начальником донецкой милиции. Зато он работает первым заместителем министра внутренних дел, а, учитывая то обстоятельство, что ныне действующий министр базовой профессиональной подготовки не имеет, в таких сугубо профессиональных милицейских вопросах именно генерал Клюев должен играть первую скрипку. Так что ему и карты в руки.

И последний момент, который может касаться тех, с кого мы начинали, — с господ Луценко и Черновецкого. У всякого правила, как известно, есть исключения, и в нашем случае они также есть. Согласно статье 27 Уголовно-процессуального кодекса Украины, по поводу легких телесных повреждений уголовное дело возбуждает только суд, а следствие не ведется вообще, что и создает неудобства для рядовых граждан. Но этой же статьей предусмотрен случай, когда органы прокуратуры все-таки и возбуждают дело, и ведут следствие — это тогда, когда дело имеет особое общественное значение. Имеет ли такое значение потасовка между мэром и министром, должна решить прокуратура города Киева.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно