Владимир Берсенев: "Большинство заболеваний человека прямо или косвенно связано с позвоночником"

23 октября, 2015, 00:00 Распечатать Выпуск №40, 23 октября-30 октября

Дети с ДЦП и другими тяжелыми неврологическими патологиями — хоть и привилегированный контингент пациентов клиники, но далеко не единственный. Тут лечатся, как говорится, и стар и млад, особенно те, кто страдает изнуряющими  болями в спине и связанными с ними синдромами.  О причинах возникновения заболеваний опорно-двигательного аппарата, о том, как можно их избежать, об оригинальной авторской методике лечения мы беседуем с основателем Института проблем боли, врачом-невропатологом высшей квалификации Владимиром БЕРСЕНЕВЫМ.

 

 

Девочка попала в реанимацию вскоре после рождения. Вследствие родовой травмы у нее образовался парез (паралич) лицевого нерва. Она не могла  самостоятельно питаться маминым молоком. Из "Охматдета" малышку выписали с диагнозом "родовая травма". В полугодовалом возрасте специалисты Института нейрохирургии предположили, что у девочки миопатия. Ни ручками, ни ножками она не двигала, игрушки в ладошки не брала, головку не держала.                                                                                                              

Летом 2002-го (Машеньке было тогда семь месяцев) родители повезли неподвижного младенца в деревню, к бабушке. На свежий воздух и  домашние продукты. Хотя понимали, что забот с ребенком в доме, где все удобства во дворе, только прибавится. Там в руки родителей попала уже немного пожелтевшая газета со статьей о том, как киевский доктор Владимир Берсенев лечит детей.

В начале осени Машеньку привезли в Киев, на прием к доктору Берсеневу. И началось лечение. До пяти лет девочка находилась на учете в клинике, за это время получила 11 лечебных курсов — 55 лечебных сеансов. В перерывах между посещениями клиники (а они длились и три, и шесть месяцев) родители самым тщательным образом выполняли рекомендации врача. 

Девочка вначале села, затем заговорила, и уже никто  не удивился, когда поднялась и пошла. В сентябре 2009 г. Маша стала первоклассницей, посещает обычную школу, не отстает ни в учебе, ни в играх, ни в спорте. Сейчас она учится уже в седьмом классе.

Это только одна из историй, которых в клинике доктора Берсенева можно услышать множество. Родители и родственники маленьких пациентов рассказывают их охотно, с яркими  подробностями, особенно радуясь успехам в лечении. Дети с ДЦП и другими тяжелыми неврологическими патологиями — хоть и привилегированный контингент пациентов клиники, но далеко не единственный. Тут лечатся, как говорится, и стар и млад, особенно те, кто страдает изнуряющими  болями в спине и связанными с ними синдромами.  О причинах возникновения заболеваний опорно-двигательного аппарата, о том, как можно их избежать, об оригинальной авторской методике лечения мы беседуем с основателем Института проблем боли, врачом-невропатологом высшей квалификации Владимиром БЕРСЕНЕВЫМ.

— Владимир Андреевич, в  чем суть вашего подхода к лечению человека?

— Еще  Гиппократ сказал: "С какой бы болезнью ни пришел человек, начни его лечение со спины, затем посмотри, что осталось, и исцели его окончательно". Большинство заболеваний человека прямо или косвенно связано с позвоночником. Позвоночник  человека — это главная ось, на которую "нанизано" абсолютное большинство его заболеваний. Даже кардиологи говорят, что сегодня из пяти больных, которые пришли к кардиологу, четыре ошиблись адресом. То же самое говорят гастроэнтерологи. Для нашей клиники позвоночник человека — это
объект воздействия либо при лечении самого позвоночника, либо при лечении других заболеваний внутренних органов, эндокринной системы или сосудистых проблем.

— "Медицинский центр Берсенева" и "Институт проблем боли" занимается разными  группами пациентов  с различными патологиями…

— Поэтому у нас создана и соответствующая структура.  Во-первых, детское отделение, где  мы лечим поражение центральной нервной системы у маленьких детей, связанные с патологическими родами. Второе наше направление — это подростки, тинейджеры. Мы лечим их заболевания, связанные с позвоночником. И третье направление — это взрослые с остеохондрозом позвоночника. 

—  Расскажите, пожалуйста, в чем заключается метамерный метод лечения?

—  Если рассматривать процесс развития человека от зачатия и до рождения, то станет очевидно, что поначалу все структуры организма закладываются метамерно. Три зародышевых листка  — эктодерма, мезодерма и эндодерма — образуют 33 метамеры ("метос" с греческого — "часть) с каждой стороны нашего тела.  Каждый из 33 метамеров состоит из семи составляющих, произошедших из трех зародышевых листков. 

Самой  главной структурой каждого метамера является ганглий — скопление чувствительных клеток. Между позвонками сформировано отверстие, в котором как раз находится этот спинальный ганглий. По два на метамер — с одной и другой стороны спинного мозга. В голове  их (метамеров) три, и они слились в один, который называется  тройничный нерв. Самые "крутые" боли там, это всем известно.  Спинальный ганглий содержит чувствительные нейроны, скомпонованные под одной  оболочкой. В пояснице их порядка 50 тыс., в  грудном отделе —  40 тыс., в шейном —  30 тыс. В целом этих болевых нейронов где-то около 1,5 млн. 

Интересно, что кора головного мозга содержит 20 млрд нейронов. Это почти в три раза больше, чем  население Земли. На один нейрон, грубо говоря, "стукач" боли приходится более тысячи аналитиков-нейронов в головном мозге.

Так вот,  главным звеном в метамере касательно боли является спинальный ганглий. Своими нейронами он контролирует строго определенную территорию во всех без исключения тканях организма и выполняет три основные задачи, из которых складываются все человеческие проблемы. Первая — сенсорное обеспечение. Например, одно из самых частых заболеваний человека — это межпозвонковые грыжи. Нередко грыжи упираются в ганглий, и он сигнализирует болью на территории, которую контролирует. Поэтому боль из-за спинной грыжи может отдаваться  в ноге или сочетаться с болью во внутреннем органе. 

Вторая задача — рефлекторное обеспечение. Тонус мышц и сосудов в метамере  контролируется нейронами  ганглия. А если тонус  меняется, ущемляются сосудисто-нервные стволы, и распространение патологии происходит как бы по принципу домино.

И третья,  самая  главная задача — ганглий, как врач СЭС,  следит за порядком на своей территории. Если, например, в суставе выделяется меньше смазочной жидкости, он сохнет, скрипит, изнашивается раньше времени. Или заболевает внутренний  орган на территории, которая контролируется ганглием, он и там будет контролировать порядок. Мы лечим своих пациентов  с помощью метамерных инъекций. Это сочетание иглорефлексотерапии с метамерным введением лекарственных препаратов в микродозах. Игла шприца стимулирует зону поражения снаружи, а лекарство — изнутри. Медикаментозную подпитку получают именно поврежденные органы, доставляя лекарство прямо по назначению, минуя посредников.

— То есть  метамер — это такая матрица, от которой происходят все ткани и органы человека. И ваше лечение заключается  в том,  чтобы  стимулировать эти матрицы? За счет чего лечится не только позвоночник.

— Да. Приведу пример. Многие женщины, особенно бухгалтеры, жалуются на боли между лопаток. Одна из таких пациенток, придя через три месяца на контрольную консультацию,  говорит: "Доктор, боли исчезли, и мастопатия прошла". Мастопатия — это предраковое заболевание, и оно как раз обусловлено нарушением трофической функции спинальных  ганглиев. В нашей практике есть для этого весьма убедительные клинические доказательства. 

Другой пример. Я уже убедил некоторых коллег-гинекологов  в том, что практически вся гинекология прямо или косвенно является следствием поясничного остеохондроза. 

Все началась с такого случая. У нас лечилась пациентка из Нью-Йорка с проблемами в поясничном отделе позвоночника. Пролечилась и уехала домой с условием вернуться на контрольную консультацию через три-четыре месяца. Когда приехала, сказала: "Перед отъездом я обследовалась у гинекологов по поводу эндометриоза. Они спрашивают, где я лечилась, потому что у меня прошел эндометриоз".  Это была первая зацепка, с которой мы начали исследования методов лечения нейротрофических расстройств. Фибромиомы, простатиты —  это тоже нейротрофические расстройства. 

 В медицине существует такое понятие, как клиническая верификация, т.е. доказательства. На этот счет у нас есть весьма убедительная база данных. 

Мы сейчас уже лечим 207 синдромов, которые сопровождают проблемы позвоночника. Все почему-то сосредоточились на межпозвонковых дисках. Это не все заболевания позвоночника. Как правило, идет ортопедическая триада — СОС: спондилоартроз (поражение суставов позвоночника), остеохондроз (патология межпозвонковых дисков с образованием протрузий и грыж) и спондилез (изношенность позвонков, сопровождаемая образованием шипов —  костных выростов из тел позвонков).

Эти три заболевания зачастую наваливаются на человека совместно. И это трио приводит к стенозу позвоночника — сужению позвоночного канала, что сопровождается тяжелыми неврологическими синдромами. 

— Почему  возникает такая проблема? 

— Есть несколько причин. Длительный опыт нашей клиники  позволил прийти к заключению, что протеин-дефицитное питание в раннем детстве (в рационе преобладают углеводы и ощущается недостаток белков) приводит в возрасте 50–55 лет к стенозу позвоночника. Сейчас это  часто наблюдается у людей, родившихся во время и после войны. Ведь в тот период  остро не хватало белковой пищи. 

Еще одна причина частых заболеваний позвоночника кроется в строении межпозвонкового диска. Когда младенец родился, в центре каждого межпозвонкового диска появился маленький прозрачный гелеобразный шарик — пульпозное ядро. Это самая древняя структура в человеческом теле, производная хорды, свидетель человеческой эволюции. К трем годам в этом гелеобразном шарике впервые появляются клетки. А заканчивает свое формирование пульпозное ядро к 22 годам. И до этого момента категорически нельзя перегружать позвоночник, носить тяжести. Иначе потом у человека будут проблемы — грыжи, протрузии и т.д. 

Наши дети с детства носят тяжести. Нельзя этого делать. 

Еще одно важное обстоятельство. Межпозвонковый диск — это самая закрытая структура в организме. На теле позвонка лежит гиалиновая пластинка — необычайно тонкий и элегантный нежный хрящик. Затем идет диск,  под ним — опять гиалиновая пластинка, а потом уже начинается позвонок. Вот такой слоеный пирог получается. В гиалиновых  пластинках и в самом диске нет никаких сосудов. Питание чисто диффузное. Но самое главное  —  ткань, находящаяся внутри диска, не имеет иммунологической толерантности. 

То есть это ткань, чуждая для иммунной системы организма. Если что-то выйдет оттуда наружу за пределы диска (а ведь  грыжа возникает тогда,  когда пульпозное ядро покидает свое место, рвется диск, и в эту щель пульпозное ядро выходит наружу).  Для иммунной системы сразу идет  информация — "не свой, подлежит ликвидации". Иммунная система начинает выработку антител уже против всех дисков. И тогда возникает распространенный остеохондроз позвоночника с массой синдромов. 

— Вы занимаетесь также проблемами фантомных болей. В Вашем медицинском центре проходят лечение воины АТО. Фантомные боли  тоже связаны с позвоночником?

— Да. И это невероятно сильные боли. Они не идут ни в какое сравнение с любыми другими.  Недавно у нас лечился парень, у которого гранатой оторвало ногу до колена. Он пришел с жалобами на боль в пятке несуществующей ноги. Говорил, что ощущения такие, будто раскаленный гвоздь вбивают в пятку. Боль у него прошла после семи сеансов лечения.

С начала военных действий в Донбассе к нам стали поступать такие больные. И мы решили сделать медицинский  волонтерский проект — обобщение опыта лечения фантомных болей. Я написал книгу "Фантомная боль с метамерных позиций". Она  уже переводится на английский язык, и мы хотим презентовать ее военным атташе всех иностранных посольств в Киеве. Я решил сделать этот проект потому, что у меня уже был опыт лечения военных, прошедших Афганистан. 

— Лечение детей, больных ДЦП, — еще одно направление применения метода метамерных инъекций?

— Термин "детский церебральный паралич" ввел в научный оборот Зигмунд Фрейд в 1924 г.  Симптомы этого страшного недуга были известны с древности. Прогресс, несмотря на все его достижения, положения не улучшил. 

Впечатляющие финансовые возможности благополучных стран не стимулируют врачей на поиски эффективных методов лечения тяжелейших неврологических заболеваний детей. Ограничиваются традиционными путями. Инвалидов учат управлять малопослушными руками и ногами, приноравливаться к врожденным недостаткам. Я придерживаюсь иной методики. Считаю, что скованные спастикой руки и ноги пациента можно заставить повиноваться ему, если воспользоваться необычной пластичностью нервной системы ребенка и начать лечение в первые полгода-год жизни.

 ДЦП весьма напоминает такую ситуацию  — ребята летом идут купаться и, не проверив дно,  ныряют и ломают шею. Во время патологических родов происходит примерно то же самое. Шейный отдел позвоночника ребенка перегибается настолько сильно, что травмирует весь спинной мозг. Абсолютное большинство ДЦП — это поражения спинного мозга. 

Некоторые мамы мне возражают, дескать, у них было кесарево сечение, и ребенок не пострадал во время родов. Тогда я спрашиваю: "А у вас какой разрез на животе? Горизонтальный?". Они говорят: "Точно!". Но горизонтальные  разрезы приводят к тому, что хирург, доставая ребенка, вынужден делать такие движения, которые перекручивают шейный отдел позвоночника. Когда-то были более популярны вертикальные разрезы при кесаревом сечении,  но потом в это дело вмешалась косметология, и сегодня делают горизонтальные. 

Жаль, что разнокалиберные проекты реформирования отечественного здравоохранения не затрагивают родильных учреждений. Заботы и переживания персонала этих роддомов по-прежнему заканчиваются с проводами роженицы. А надо бы оттянуть время окончательного расставания, "снятия с баланса", как говорят бухгалтеры хотя бы на год. Чтобы мама вместе с записями участкового врача и других медиков, с кем за прошедшее время довелось столкнуться ей и малышу, возвращалась к месту первоначальной выписки. Убежден, подобная проверка профессионализма будет стимулировать к активной работе персонал родильного дома и коренным образом изменит качество помощи роженицам. Не говорил бы столь уверенно, если бы однажды не провел эксперимент. Как-то ко мне на лечение по поводу банального остеохондроза поступили сразу три женщины  акушеры-гинекологи. Я пригласил их на лечебные процедуры в те часы, когда мы лечим больных детей. После первого же лечебного сеанса все три врача взмолились назначить им другое время.

— В своих книгах  с рекомендациями для пациентов вы уделяете довольно большое внимание питанию. 

—  Для любого заболевания нужна своя диета. Она хорошо помогает в том случае, когда  соблюдается  минимум полтора года. Человек должен четко знать, что улучшает его состояние, а что ухудшает. Культура питания — это целая наука. Я бы предложил закрыть все гастроэнтерологические отделения в больницах,  оставив только реанимацию для экстренной помощи. Вместо этого открыл бы классы, где людей учили бы правильно питаться. 

Чрезвычайно важно правильно сочетать продукты. Например, вы съели мясо с хлебом. Хорошее мясо переваривается в желудке до шести часов, а хлеб — за час. Отверстие в двенадцатиперстную кишку еще закрыто,  потому что мясо еще не закончило перевариваться. Что происходит с хлебом? Начинается брожение, и  человек ощущает дискомфорт в органах пищеварения. 

Для пациентов с больным позвоночником следует помнить еще и о том, что мясу, животным жирам и другим продуктам высокой биологической активности лучше отдавать предпочтение в первой половине дня. Из числа любимых ингредиентов блюд постарайтесь исключить язык, почки, легкие. Раз и навсегда вычеркните из меню густые мясные бульоны, холодец, все виды консервированных и копченых мясных и рыбных продуктов, шампанское, шоколад.

Самая главная проблема  медицинской  науки — это не только создать методику лечения, но и внедрить ее.  

— Кстати, скоро Институт проблем боли отметит юбилей — 20 лет со дня открытия первого научного подразделения. 

— Да, в декабре. За это время написано больше сотни книг общим тиражом более полумиллиона. Это и научные работы, рассчитанные на коллег, и
научно-популярные, для пациентов. Я много выступал с публичными лекциями.Но самое главное — это тысячи и тысячи пациентов, которые забыли о боли и вернулись к активной жизни. И сияющие детские улыбки.

***

Светлана, мама Маши: 

"Когда мы впервые пришли на прием к доктору Берсеневу, дочка даже голову не держала. Имея диагноз "детский церебральный паралич", мой ребенок на сегодняшний день ходит в обычную общеобразовательную школу, передвигается без посторонней помощи".  

 

Оксана Стаховна, бабушка Вовы:

"Мой внук до четырех лет не разговаривал. Вообще не произносил ни слова. Мы были в ужасе. Сейчас у нас все нормально, ребенок догнал сверстников, учится в третьем классе и прекрасно себя чувствует. Правда, он пришепетывает слегка, но мы занимаемся с логопедом. Как-то во время встречи с Берсеневым я стала свидетелем телефонного звонка из Казахстана. Звонила девушка, которая лечилась в клинике с диагнозом ДЦП. Приглашала доктора на свадьбу". 

 

Владислава Кулик, детский врач-невролог, главный врач Института проблем боли:

"До работы в клинике я была пациенткой доктора Берсенева.  Это случилось после рождения  первого ребенка. Роды были сильно тяжелые. После них я спину уже не чувствовала. Когда сыночку было полгода, я не могла ходить, сидеть, стоять. Мне назначено было оперативное лечение удаление грыжи. И совершенно случайно накануне операции попала к Владимиру Андреевичу. Успешно пролечилась, отлично себя чувствую, родила второго ребенка. Когда Владимир Андреевич предложил мне помочь ему в организации детского отделения, я сразу же согласилась. Доктор Берсенев всему меня научил. Детский невролог это не тот, кто лечит неврологические проблемы, это врач, который сопровождает ребенка по жизни, от самого рождения, чтобы ребенок развивался и физически, и психоэмоционально. В нашем отделении проходят лечение дети с различной патологией центральной и периферической нервной системы. Для них создана специальная программа лечения, в которой принимают участие не только невролог, но и психолог, логопед, массажист, реабилитолог. После каждого курса лечения "за мужество и терпение" дети получают грамоты, медальки и игрушки. Поэтому они ожидают с нетерпением следующего приезда в клинику. Также хочу сказать, что уже более 10 лет работает Благотворительный фонд Берсенева, который оплачивает лечение детей из малообеспеченных семей и детей-сирот".

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 5
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно