КУРОРТНЫЙ ДЕТЕКТИВ

27 июня, 2003, 00:00 Распечатать

Косвенным признаком того, что экономические дела в Украине пошли лучше, является рост интереса бизнес-структур к имуществу курортов...

Санаторий «Березка» в Трускавце
Санаторий «Березка» в Трускавце

Косвенным признаком того, что экономические дела в Украине пошли лучше, является рост интереса бизнес-структур к имуществу курортов. Еще несколько лет назад приватизировать санаторий было делом не таким уж и сложным. Тогда мало кто предполагал, что вскоре указанные объекты будут просто нарасхват…

О том, что курортно-санаторное дело попало в поле зрения общества и требует наведения определенного порядка и даже вмешательства высшей власти, говорит и такой факт — 23 апреля премьер-министр Украины Виктор Янукович подписал «Концепцию развития курортной отрасли в Украине».

Что главное в этом документе на восьми страницах? За комментарием обозреватель «ЗН» обратился к председателю правления ЗАО «Укрпрофздравница» Эдуарду КОЛЕСНИКУ.

— Пожалуй, то, что впервые за последние годы обращено внимание на необходимость развития санаторно-курортной индустрии, — считает Эдуард Алексеевич. — Ведь до сих пор она была вне поля зрения руководства страны. Идеология в этом деле фактически отсутствовала. К тому же функции, которые согласно принятому закону о курортах были возложены на Министерство здравоохранения, не выполнялись. Созданный при Минздраве департамент по курортам (в нем работает два-три человека) не наделен достаточными полномочиями и просто физически не способен справиться с поставленной задачей. В нем отсутствуют специалисты, которые видели бы медицинскую сторону деятельности курортов и не путали санаторно-курортную службу с туристической деятельностью.

Наша курортная система в большой мере подменяет функции здравоохранения. Нередко в санатории направляются больные уже на седьмой-десятый день для реабилитации после острых инфарктов миокарда, инсультов, сложных операций на органах пищеварения, почках, печени, по поводу спинальных травм, женских болезней и т. д. У нас продолжается терапия, проводившаяся в условиях лечебного стационара. Санаторно-курортное лечение в три раза уменьшает смертность, возвращает людей к активному труду. В системе «Укрпрофздравница» по 24 направлениям открыто 104 реабилитационных отделения. Здесь оздоравливаются до 500 тысяч человек.

— Эдуард Алексеевич, собственно, эта система была и в советские времена. И тем не менее вы говорите об этом, будто о чем-то исключительном. Почему?

— Потому что сохранить, а тем более нарастить все это было нелегко. Когда создавалась независимая Украина, было объявлено — все, что находится на ее территории, принадлежит нашей стране. Вскоре в областях сказали, что все, что находится на их территории, принадлежит им. Как-то сразу забылось, что развитие крымских, карпатских здравниц в свое время имело приоритетное развитие в ущерб развитию их в Донецком, Луганском, Днепропетровском и других регионах.

Стало понятно, что эти центробежные тенденции к добру не приведут, поэтому Федерацией профсоюзов Украины и Фондом социального страхования было принято решение — создать закрытое акционерное общество. В его уставный фонд было внесено все санаторно-курортное имущество профсоюзов. Фактически этим политически важным решением была спасена собственность от приватизации и прихватизации, перепрофилирования, передачи другим структурам. Так удалось сохранить отрасль.

Однако со временем появилось много желающих подвергнуть сомнению законность решений и претендовать на имущество «Укрпрофздравницы». Коллегия Высшего арбитражного суда рассматривала этот вопрос и подтвердила: акционерное общество создано в соответствии с буквой закона и никаким оспариваниям со стороны Фонда государственного имущества не подлежит. Поэтому странно, что каждый раз новый состав депутатов Верховной Рады поднимает набивший оскомину вопрос. Мотив один: национализировать, перепрофилировать, выделить долю государственного имущества в созданном акционерном обществе.

Владение имуществом вообще связано с постоянными «наездами» — только и слышно: дайте то, продайте это, передайте вон то. Иногда передаем, потому что понятно — надо. Например, был у нас детский санаторный комплекс в Евпатории — передали под параолимпийское движение. Хотя стоимость его немалая — 12 миллионов. «Буревестник» в Ялте продали Министерству внутренних дел по их просьбе.

— В речах депутатов звучит претензия, что группа людей приватизировала то, что принадлежало стране…

— Во-первых, санаторно-курортное имущество профсоюзов как принадлежало, так и принадлежит трудящимся, потому что это коллективная собственность.

— То есть вы хотите сказать, что эти 13 или 16 миллионов (нельзя установить точно, сколько трудящихся состоит сегодня в Федерации профсоюзов) человек могут потребовать свою часть?

— Нет, я не это хочу сказать, потому что у нас никаких акций нет. Есть глобальный сертификат, выданный на федерацию, и глобальный сертификат на Фонд социального страхования. Они хранятся в депозитарии. Мы выдаем дивиденды на уставную деятельность профсоюзов и Фонда соцстраха, отчисляя сумму, которую утверждает собрание акционеров. Создан наблюдательный совет в составе 15 человек. В него входят председатели отраслевых ЦК профсоюзов и руководители региональных областных советов профсоюзов и профобъединений. В исполнительном органе нанятые работники и выполняют указания общего собрания акционеров и наблюдательного совета. У нас создана структура на местах. Сохранена четкая вертикаль. Все это доказало свою эффективность, и подобное только собираются осуществить по линии государственных и коммунальных санаторно-курортных учреждений, согласно концепции, подписанной премьер-министром.

— В «ЗН» поступают жалобы читателей на то, что исчезли или перепрофилированы многие санатории, например, для туберкулезных больных. Действительно, как лечить все возрастающий контингент больных при нынешней санаторно-курортной вакханалии? Ведь такое впечатление, что больные никому не нужны…

— Вот мы и подошли к главному вопросу: а зачем нам надо было профсоюзное богатство сохранять? К лечению туберкулезных больных мы никогда не имели отношения. Такие учреждения подчинялись Министерству здравоохранения. К сожалению, оно потеряло руководяще-направляющее влияние на региональные санаторно-курортные учреждения. Во время разработки закона о курортах мы поднимали вопрос о том, чтобы создать орган при Кабинете министров по курортам, который бы занимался координацией методологии, идеологии лечения, диагностики. Министерству здравоохранения не до того — у него своих проблем достаточно, а если учесть, что у них каждый год меняется министр, им не до жиру... К счастью, у нас такой нестабильности нет — все время работал один председатель правления, а я — всего лишь второй за 12 лет! Это деталь, тоже накладывающая отпечаток — нам удалось сохранить лучшее и развиваться дальше.

В итоге — сейчас мы, а не Минздрав ведем методическую работу по всей стране, хотя по здравницам считаемся не государственной структурой. Каждый год мы выпускаем массу книг. Недавно увидело свет издание о курортных ресурсах Украины. Готовим руководство по лечению детей на курорте. Создали отдельные методики по лазерной терапии, рефлексотерапии, ультразвуковой терапии и т.д. Все это подтверждение того, что наше ЗАО не только сохранило свой научный и методический потенциал, но даже его нарастило. Вместе с Украинским научно-исследовательским институтом реабилитации и курортологии (Одесса) мы выступили инициаторами создания Всеукраинской ассоциации физиотерапевтов и курортологов. Это позволило привлечь врачей, которые были вне поля зрения. И люди тянутся к нам. Естественным в этом ряду дел является издание нами журнала «Медицинская реабилитация, курортология и физиотерапия».

Если учесть нынешние финансовые сложности врачей (на их зарплату трудно выписывать новинки или ездить на курсы повышения квалификации), то несложно оценить значение такого журнала — он позволяет сохранять специалисту свой профессиональный тонус, повышать квалификацию, чувствовать себя членом профессиональной семьи. Являясь научным методическим центром, мы согласовываем свои действия с Минздравом. В министерстве видят, что это действительно необходимо. Поддерживает эту деятельность и президент Академии медицинских наук Александр Возианов.

Каждый год мы получаем не меньше десятка патентов на изобретения по использованию медицинско-курортных факторов: оптимальное применение лечебных грязей, минеральных вод, технологии приготовления и т.п. Это имеет огромное значение, например, одно время резко ухудшилось качество минеральной воды, в Трускавце — вследствие большого водозабора истощился источник. Там поверхностные воды и нужно время, чтобы она созрела, соприкасаясь с микроорганизмами нафтенного производства. Мы нашли новые технологии. Инновационный фонд помог сделать установки. Сейчас в Трускавце стоят бюветы нашей разработки. Все они запатентованы.

Наработано много методик, показаний лечения, купили и частично разработали сугубо специфическую аппаратуру для бальнеофизиотерапии в условиях курорта, применили информационные технологии. Все это дало мощный толчок дальнейшему развитию, чего не было в системе Минздрава.

— И все-таки структура материальных ценностей, доставшаяся любой организации с советских времен, не может сохраниться неизменной. Время требует трансформаций. В каком направлении у вас развиваются эти процессы?

— В свое время у нас была очень мощная структура типа совнархоза, где на балансе, кроме санаториев и домов отдыха, были подсобные хозяйства, базы снабжения, котельные, мосты, скверы, жилье, детские садики. Потом начали раздавать, так как это тянуло назад, забирая все, что зарабатывали. Пришлось пожертвовать даже некоторыми санаторными учреждениями в Евпатории, Одессе, Ялте. Продали некоторые корпуса, складские помещения, автобазы.

— В Украине когда-то была достаточно хорошо поставлена разведка богатств недр, в частности минеральных вод, грязей. Кто сейчас этим занимается?

— Это еще одна наша боль. Так, к сожалению, получилось, что мы являемся монополистами и по исследованию природных курортных ресурсов — у нас единственная в республике геологическая курортологическая служба по разведке и использованию недр. В каждом регионе у нас есть режимные эксплуатационные геологические службы. Бывают случаи, когда строят дороги, мосты в районе минеральных месторождений, в зоне санитарного режима. Не содействует сбережению драгоценных ресурсов и то, что очень часто выдаются лицензии частным лицам, у которых нет ни лабораторий, ни специалистов-гидрогеологов. Мы на основании измерений выдаем лицензии на минеральную воду, чтобы предотвратить хищническое использование природного продукта.

— Общая проблема везде — подготовка кадров. Кто, собственно, готовит их для вашей отрасли?

— Мы сохранили свою учебную базу — в Одессе у нас учебно-методический центр по подготовке кадров. На базе санатория «Победа» в Ворзеле также ведется подготовка. И третий центр, по нетрадиционным источникам тепла, находится в Ялте. Никто в стране предметно не занимается поисками новых эффективных источников тепла…

— Как это? В «ЗН» сотрудники Института технической теплофизики не раз рассказывали о своих разработках по применению солнечной энергии, термальных вод и так далее…

— Я говорю о системном использовании нетрадиционных источников — мы используем нагрев с помощью солнечных батарей, в Ялте применяем тепло моря даже в зимний период, ветровую энергию.

— Важным моментом концепции, подписанной В.Януковичем, является вопрос поиска средств на дальнейшее развитие. Какой ответ на него даете вы?

— В документе, подписанном премьер-министром, есть пункт о привлечении внешних и внутренних инвестиций, создании акционерных обществ и так далее. Впечатление такое, что в основу концепции положен опыт работы нашей системы за десятилетие — только все это рекомендуется для государственных и коммунальных предприятий. Сделать это надо было раньше, потому что большинства государственных учреждений в системе здравоохранения уже нет: они перепрофилированы, переданы, реализованы. Аналогичное положение с курортно-санаторными учреждениями и в других ведомствах.

Это подтверждает правильность того, что сделали мы, сохранив материальную базу, медицинский и кадровый потенциал. У нас практически нет задолженности по заработной плате, которая в среднем — 320 гривен, то есть существенно выше, чем в системе здравоохранения. У нас люди получают выслугу — до 50% надбавки, если проработали в системе больше двадцати лет.

— И все-таки — что вы считаете своим главным достижением?

— То, что сохранили вертикаль управления и высококвалифицированные кадры. У санаториев есть лицензии на виды деятельности, которыми они занимаются. Все они аккредитованы, причем многие имеют высшую и первую степень аккредитации. Без нашего ведома ни один главный врач не будет назначен или уволен, без нас не назначат ни одного главного бухгалтера и заместителя главного врача.

— Деспотично, как по нынешним временам…

— Я бы сказал — хлопотно, но мы контролируем процесс и за все в ответе.

Мы участвуем в тендерах, которые проводятся по линии государственных или профсоюзных заказов на оздоровление. Это составляет 30—40 процентов от общего количества путевок. У нас самые дешевые путевки на курорт. Чем и гордимся!

— А как при этом обеспечиваете рентабельность?

— Она очень небольшая — 5—7 процентов. Этого явно недостаточно для развития базы, так как у нас громадные платежи — только в бюджет за 2002 год заплатили 145 миллионов гривен. Прибыли осталось всего 39 миллионов. Посчитали и оказалось — каждый работающий у нас дает в бюджет 6306 гривен. То есть прибыльность у нас на уровне рентабельности металлургической промышленности. Если бы все 16 миллионов работающих в Украине давали такую прибыль, у нас бюджет был бы в три раза больше. Вот что такое курортная система и почему ее надо развивать!

— Некоторые здравницы обращаются в суд и отвоевывают право не платить за землю. С чем связана эта война?

— Министерство здравоохранения когда-то разрешило освободить здравницы от оплаты за землю, поскольку это прописано в законе. Затем дало задний ход, потому что начали согласовывать с Минфином, Минэкономики, Минюстом… и дело затянулось. Тогда некоторые здравницы подали в суд и выиграли его. Судьи поняли: мы не туристическая организация, а лечим тяжелых больных, и путевки должны быть доступны.

Если уж делиться нашими бедами и неиспользованными возможностями, то вот еще одна — на южных курортах сезонное обслуживание. То есть срок использования санаториев крайне мал — с мая по сентябрь. Мы вынуждены повышать стоимость путевки, чтобы как-то продержаться в межсезонье. Не улучшает ситуацию неразумная политика по направлению детей из Чернобыльской зоны на оздоровление за счет детских фондов в местные оздоровительные учреждения. В свое время мы предлагали закупать путевки централизованно — пусть даже по тендеру — и направлять их тем, кому это надо. Но кое-где предпочли другой путь — дают деньги из фонда и направляют их в область. Там не хотят выпустить их за пределы своего региона. И после этого заполняют базы отдыха, бывшие пионерские лагеря, пришедшие в межсезонье в полунегодность, «отдыхающими» детьми. Тратятся огромные средства. Никто не контролирует качество, эффективность оздоровления.

Случаются вообще анекдотические ситуации. Бывает, к примеру, целыми школами выезжают в… профильный санаторий органов пищеварения. И это в то время, когда у одного ребенка — нервное заболевание, другому нужно лечить дыхательные органы и так далее. Начальству легче решать дела скопом. Кричим, говорим везде об этом, бывает, соглашаются, но не делают.

Сейчас вышел Кодекс законов о земле, согласно которому нужно или выкупать землю, или брать ее в аренду. Брать в аренду — это означает резкое повышение оплаты. У санаториев большие территории и парковые зоны. Заплатить или выкупить все это — нет средств.

— В концепции, подписанной Януковичем, стоит вопрос о привлечении инвестиций. Каким образом?

— Например, путем создания совместных предприятий. Есть такой прецедент в Трускавце. Сейчас подписали договор в Славяногорске, Одессе. В этом случае инвестор вкладывает определенную сумму в реконструкцию объекта, а после окончания участники делят прибыль соответственно вложенным средствам. Важно, что при этом не гарантируется передача собственности, отчуждение объекта.

Интересные перспективы открывает и создание акционерных обществ. И в этом случае мы планируем, что контрольный пакет останется за «Укрпрофздравницей», так как санатории должны быть в едином идеологическом кулаке. Сейчас создан ряд акционерных обществ — санаторий «Утес» в Алуште, подписаны документы по санаторию «Энергетик», «Золотой пляж», «Парус», «Имени Кирова» в Ялте. Акционерные общества создаем только на базе учреждений, испытывающих трудности, материальная база которых находится на грани истощения. Ну а такие санатории, как «Мисхор», «Ай-Петри», «Украина», «Ливадия», «Курпаты» в Ялте, мы, конечно, не планируем акционировать, поскольку они в состоянии сами развивать и обновлять материальную базу. Конечно, многое зависит от руководителей, от их возможности обеспечить процесс, увидеть перспективу и требования рыночной экономики.

Убежден, у наших здравниц великое будущее. Кто побывал на Мальте, в Анталии, Испании, во второй раз вряд ли туда поедет, если им посчастливилось хоть раз побывать в Крыму. Такого воздуха и моря нет нигде. Это не только мое мнение — по линии Всемирной организации здравоохранения в позапрошлом году был проведен мониторинг климатических зон для лечения больных с бронхо-легочными заболеваниями на огромной дуге — Крым, все Средиземноморье, Греция, Адриатика и так далее. Измерялось около 600 параметров. В который раз исследование показало: самыми эффективными оказались параметры Ялты, Алушты и Евпатории. Так что это у нас — самый драгоценный экспортный товар.

Если государство обратит на нашу систему внимание не только в плане «национализировать», «экспроприировать» и так далее, а чтобы создать какую-то систему уменьшения налогообложения, эффект превзойдет все ожидания. Ну разве можно отдавать из заработанной гривни 90 копеек?

— Вы надеетесь привлечь и зарубежных клиентов?

— К нам тянутся уже сейчас — из Германии, Польши, Беларуси, России, стран бывшей Югославии. Мы можем предоставить набор уникальных услуг. Так, к нам в Трускавец едут дробить камни мочевого пузыря, почек, мочеточников. Дробление камней мочевого пузыря сопровождается питием минеральной воды в течение недели-полутора. Достигается прекраснейший результат. Камни имеют страшную склонность рецидивировать, даже в том случае, когда их оперативно удаляют, а на курорте в Трускавце излечение идет, можно сказать, с гарантией. Поэтому если государство заинтересовано в продлении жизни людей, в их нормальном состоянии, большей отдаче, то этим направлением нужно заняться и немедленно. Конечно, обидно наблюдать, как на сессиях Верховной Рады нападают на нас. Мотивы очевидны — за этим стоит элементарный дележ имущества.

— Допустим, что однажды ВР решит, что все это имущество должно стать государственным, что будет дальше?

— Это легко увидеть на примере растаскивания санаторно-курортного имущества в Минздраве. Этим все и закончится. Грустно, что из-за «дерибана» рухнут и все наработки: медицинские, гидрогеологические, по воспитанию кадров. Чтобы все это возродить, понадобятся годы. А ведь и не обязательно все это удастся возродить — во многих странах есть курорты, но нет никакого представления о санаторно-курортном лечении. Для создания всего этого нужны немалые традиции, высокий медицинский уровень, наработки ученых.

Любителям разрушать следует помнить — создавать сложнее. Не так давно во властных структурах кричали, что нужны госсекретари. Теперь кричат: нужны замминистры. Институт госсекретарей распустили. Политика государства непредсказуема. Принять могут любое решение. Исправлять потом будет трудно. Я не обольщаюсь — к нам такой интерес, потому что все сохранили, у нас все работает, дает прибыль…

— В ваших планах ни разу не прозвучала надежда на то, что вот государство сделает нечто, и вы в ответ расцветете и так далее. Почему?

— А мы никогда не чувствовали благословения государства. Чтобы мы ни проводили — «наверху» всегда в стороне. Но почему-то ревностно считают, что мы жируем. Наш секрет прост — мы работаем и заставляем работать подведомственные нам коллективы. И при этом не повышаем безбожно цены на услуги, потому что понимаем — совесть надо иметь, поскольку контингент у нас специфический — больные, на которых грех зарабатывать сверхприбыли.

Согласен, что и мы не без греха. Традиционно мы всегда были сориентированы не на богатых людей и, естественно, не все у нас в порядке в плане высокого сервиса — нет пятизвездочных отелей, шикарных номеров. Но все это исправимо — сейчас мы стремимся удовлетворить все вкусы. У нас уже появились и европалаты, и номера-люксы, строятся бассейны, появляется автономное теплоснабжение и так далее. Дайте срок — все будет со временем, потому что система сохранена. И это — главное.

— Любое неумеренное развитие рано или поздно приведет к нарушению экологии и ко многим другим бедам. Как вам видится будущее наших курортов — не подорвет ли его быстрое развитие (если оно начнется)?

— Принятый Закон «О курортах» отображает все моменты, связанные с деятельностью самих курортов и работающих в этой отрасли. Но в нем, к сожалению, плохо отражена перспектива развития. Все отдано на откуп местным властям, которые порой не заинтересованы в сохранности ресурсов — их-то избирают на несколько лет. Нередко идеология такова — на мой век хватит. Каждый что хочет, то и делает. Например, как можно целый район Алушты застроить эллингами — фактически дачами у моря? Казалось бы, это должны быть причалы для лодочек, водных велосипедов, а в действительности это самострой — гостиницы у моря для выкачивания денег. А кафе, рестораны прямо на берегу моря? А корабль на буне в Ялте — это хорошо? Окурки бросают за борт, туда же летит недопитое пиво. Когда-то у нас в парусном флоте моряк не мог плюнуть за борт — святое!

Я понимаю, предпринимательство — свежая струя в нашем обществе, но как же можно на буне строить увеселительные заведения? Тем более рядом пляжные сооружения. Пляжи в Ялте вообще отдали на откуп частным структурам. Да и в Одессе то же самое. В Евпатории местная власть не может успокоиться, что не удается забрать пляжи у санаториев. Поймите: пляж при санатории — это же лечебное учреждение, где дозируется процедура, происходит лечение горячим песком при полном медицинском контроле. Как можно все это соблюсти, когда будет неуправляемая стихия?

Необходимо внести дополнения к Закону «О курортах». Сейчас наша система работает над этими дополнениями. Комитет Верховной Рады по здравоохранению, материнству и детству занимаются этим вопросом. В ближайшее время будет совещание в Харькове, где это рассмотрят.

Во все времена курортная система профсоюзов была лучшей. Все шли к нам за рецептами: и в научном, и в методическом, и в плане оздоровления трудящихся по самым дешевым ценам. Соотношение «цена-качество» в нашей системе всегда также было наилучшим. Правда, повторюсь — мы всегда были небогаты, и поэтому у нас не было дорогостоящих установок. Сейчас в связи с переходом на рыночную основу появилась возможность заработать и прибрести аппараты по ультразвуковым исследованиям, барокамеру, современные мониторы, сложное и дорогое оборудование для дробления камней в Трускавце, медаппаратуру в Хмельнике, Мисхоре. Сейчас мы централизуем фонды, чтобы иметь возможность помочь нуждающимся учреждениям аппаратурой. Помогаем и в плане реконструкции и развития отдельных санаториев. Создаем автономные котельные на ЮБК.

Каждые два-три года в плановом порядке оцениваем перспективу. Так, недавно приняли концепцию развития наших здравниц до 2005 года. Ощущение вполне оптимистическое. Жаль только, что все время приходится жить в ощущении форс-мажора. И каждый раз не знаешь, с какой стороны может быть подножка, а то бы соломку подстелил…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно