Бодил Бовнер: "Вопросы образования очень заполитизированы"

25 сентября, 2015, 00:00 Распечатать

Уже не первый месяц общественность, эксперты, депутаты ломают копья над проектом закона об образовании. О том, как развивается образование в Швеции, ZN.UA расспросило эксперта украинско-шведского проекта "Поддержка децентрализации в Украине" Бодил Бовнер. Она — старший советник в Шведской ассоциации местной власти и регионов. До этого 20 лет работала в шведском Министерстве образования.

 

Уже не первый месяц общественность, эксперты, депутаты ломают копья над проектом закона об образовании. 

Имея многолетний печальный опыт функционирования образования в условиях хронического недофинансирования, коррупции, отсутствия стратегического государственного видения, мы теперь боимся потерять шанс на изменения. Ситуацию осложняет и нехватка доверия между игроками образовательного поля. 

Возможно, поэтому, обсуждая реформаторские предложения, иногда оглядываемся — как не допустить того, что было раньше? Это важно. Но так же важно смотреть вперед. Понимать, как может развиваться образование без тормозов — коррупции и заботы о хлебе насущном.

Интересным здесь может быть опыт Швеции. Эта страна занимает пятое место в мире (по версии международного портала Movehub) по качеству жизни, четвертое — по индексу восприятия коррупции от Transparency International. Шведы платят довольно высокие налоги (одни из самых высоких в мире), из которых хорошо финансируется вся социальная сфера и образование.

О том, как развивается образование в Швеции, ZN.UA расспросило эксперта украинско-шведского проекта "Поддержка децентрализации в Украине" Бодил Бовнер. Она — старший советник в Шведской ассоциации местной власти и регионов. До этого 20 лет работала в шведском Министерстве образования.

Обсуждали вопросы, которые остро дискутируются в нашей экспертной среде. 

— Какое учреждение оценивает в вашей стране качество образования?

— У нас два уровня оценивания качества образования. Первый — местная власть (муниципалитеты), основатель учебных заведений, и сами школы. 

На втором уровне — национальная Государственная инспекция. Она может делать срез по всем школам по отдельному вопросу (например, состояние преподавания английского языка или обучение учеников с особыми потребностями) или проверять, как местная власть мониторит работу своих школ. 

— Что делают со школами, показавшими низкое качество образования?

— Их проверяет Государственная инспекция, а отчет о результатах проверки передает основателям школ — муниципалитету или частному собственнику. В этом отчете отмечается, что надо исправить. Для исправления недостатков дается определенное время. После этого инспекция проводит повторную проверку. И если инспекторы видят прогресс в нужном направлении, они оставляют ситуацию развиваться дальше. Возможна повторная проверка школы через несколько лет. Если же после первой проверки ситуация не изменяется, Государственная инспекция может оштрафовать местную власть за ненадлежащее исполнение своих обязанностей. До недавних пор устранение недостатков было заботой школы и муниципалитетов. Теперь создано Агентство по вопросам образования, которое тоже помогает школам выправить ситуацию.

На местном уровне муниципалитеты также предпринимают определенные шаги. Поскольку они принимают решения о распределении средств, то и проблему повышения качества образования могут решать по-разному, подойдя к вопросу комплексно. Возможно, они решат, что надо дать больше средств на образование. А возможно — на поддержку родителей. Да, именно родителей, семей. Хочу напомнить вам две теории: теорию когнитивного познания (так называемую теорию Блума) и пирамиду потребностей (пирамиду Маслоу). Мы не можем позаботиться о "Блуме", если не обеспечены проблемы "Маслоу". Ребенок не может показывать хорошие результаты, если он плохо питается, если у него нет необходимых вещей. 

— Местная власть многое решает в вопросах образования. Ее избирают или назначают? 

— Избирают. Местные политики подотчетны, и если они плохо выполняют свою работу, через четыре года за них на выборах никто не проголосует. В наших администрациях работают государственные служащие, у которых такой подотчетности нет. Но они внедряют то, что им сказали политики. Кстати, в Швеции правительство является частью парламента. И когда мы говорим "решают политики", то имеем в виду не только местное самоуправление, но и профильное министерство. 

Вопросы образования очень заполитизированы. Накануне выборов их обсуждают все местные политические деятели. Мы всегда их поощряем уделять больше внимания образованию, но вместе с тем предостерегаем от вмешательства в принятие решений по мелким вопросам. Политики определяют объем финансирования, принимают какие-то стратегические решения, определяют направления, а уж как это реализовывать — дело профессионалов.

— Насколько общество (родители, общественные организации, политические партии) может вмешиваться в управление образованием, определять его содержание, содержание программ и учебников? Этот вопрос — один из самых дискуссионных в нашей экспертной среде в связи с разработкой нового закона об образовании. 

— У нас есть частные школы, владельцами которых являются родители. Там они могут организовывать образование так, как хотят. В муниципальных школах также есть родительские комитеты. Они могут высказывать свои пожелания, свое мнение по тем или иным вопросам, но не могут участвовать в принятии решений. Особенно тех, которые касаются содержания образования, учебников, программ. Это дело Национального агентства по вопросам образования. Оно организовывает деятельность рабочих групп, привлекая учителей школ и профессоров университетов. 

Основной аргумент, почему этим должны заниматься исключительно специалисты: родители могут хорошо знать своего ребенка, понимать, в чем он нуждается, какие у него особенности, но они не могут знать всех детей и решать за всех детей. Однако по каждому важному вопросу, связанному с образованием, у нас обязательно проводится общественное обсуждение.

Кроме того, в последнее время у нас приобрела большую популярность практика, когда ученик, его родители и учитель дважды в год встречаются, чтобы обсудить прогресс каждого ребенка. Важно, что эту встречу координирует ребенок. Он сам говорит взрослым, что его волнует в школе, какие у него проблемы, чего он хочет, что надо для того, чтобы улучшить достижения. Это очень важно, ведь ребенка можно научить только тогда, когда он сам этого хочет. Учитель рассказывает, как видит ситуацию он. Высказываются и родители. Таким образом, учитываются особенности каждого ученика и пожелания его родителей. 

— Выбор программ большой?

— Нет. Но наша учебная программа по каждому предмету — это очень общий, рамочный документ. Он может поместиться на двух страницах: на одной странице изложены блоки тем, на второй — цели, которых надо достичь. Могут быть очень большие отличия в интерпретациях этой программы учителями. Некоторым учителям это не нравится. Они говорят, что в программе заложены очень общие вещи, и они не понимают, что имеется в виду. 

— У нас недавно был проведен национальный опрос учителей. Только 33% из них считают, что педагогическая свобода поможет им работать качественнее.

— Мне кажется, что в Швеции учителя одновременно хотят, чтобы им и указывали, что делать, и не указывали. Это зависит от ситуации. Если учитель уверен в себе, он не хочет, чтобы кто-то ему указывал. Если же нет — для него было бы лучше, если бы кто-то подробно расписал, что и как делать. 

Но исследования свидетельствуют: если уполномочить педагогов, которые на это способны, быть более инициативными, брать на себя ответственность, самостоятельно решать определенные вопросы, то у 90% учителей успешность учеников улучшается. Но всегда будет 10% не готовых взять на себя ответственность. 

Однако когда мы говорим о передаче ответственности, это не означает, что достаточно просто сказать учителям — "решайте сами, как лучше". Надо оказывать им поддержку. Смысл ее в том, чтобы показать: вот такие исследования были проведены, вот такие тренинги или практические семинары проводятся, такой передовой опыт есть. Если есть необходимость — отправить в школу эксперта. Но учитель имеет право сам решать, как и в каких направлениях ему развиваться. Регуляторно указывать: "Вы все должны раз в три года проходить курсы повышения квалификации", — такое у нас возможно в очень редких случаях в отдельных школах. Обычно мы говорим: "Вот есть 10 разных программ повышения квалификации. Если хотите — можете посетить те, которые вас заинтересовали". Почему важна свобода в этом вопросе? Потому что, когда человек принимает определенные решения, то он и несет ответственность за результаты. Конечно, не все хотят брать на себя такую ответственность, поскольку это нелегко. Но ведь директор школы также участвует в этих решениях, а не оставляет их на учителя. 

— Как работает система повышения квалификации учителей? У нас каждый учитель раз в пять лет должен пройти специальные курсы, как правило — в Институте повышения квалификации. А у вас есть какие-то специальные государственные институты?

— В коллективном трудовом договоре профсоюзов и администрации школы указано, что каждый учитель ежегодно должен посвятить 16 дней повышению своей квалификации. А как это будет сделано, он решает с директором школы. Если директор мыслит стратегически — исходят из того, какое повышение квалификации будет полезнее для школы. Если нет — учитель принимает решение по собственному усмотрению. Что касается форм повышения квалификации — здесь такое разнообразие возможностей! Есть специальные программы, предложенные университетами. Директор школы может пригласить в учебное заведение эксперта по определенному вопросу, который проведет тренинг для всех преподавателей. Повышение квалификации может проходить в научных кружках, где учителя обсуждают новые публикации, научные труды или представляют коллегам собственные разработки. 

— У нас при районных органах власти работают методические кабинеты, которые контролируют повышение квалификации и должны помогать учителям методически (хотя здесь к ним есть серьезные претензии). В Швеции есть похожие структуры?

— Нет, специальных структур нет. В больших муниципалитетах иногда работает несколько специалистов, которые занимаются организацией семинаров. С другой стороны, государство также поддерживает систему повышения квалификации. Если какой-то вопрос становится предметом общественного обсуждения, это подхватывают политики. Например, широко обсуждался вопрос ухудшения результатов обучения по математике — министерство образования выделило средства национальному агентству, которому поручили составить программу по повышению квалификации учителей, организовать соответствующие мероприятия. А школы подали заявки на участие в этой программе. 

— Зависит ли зарплата шведского учителя от результатов учебы его учеников?

— Нет непосредственной связи между заработной платой и тем, какие результаты показывают ученики. Потому что можно взять класс хорошо подготовленных учеников и показать прекрасные результаты, но это будут результаты того, кто работал до тебя. Одним из критериев повышения заработной платы является то, как учитель способствует улучшению успеваемости учеников. Это директор обсуждает с педагогом индивидуально, и каждый работник школы объясняет, что дополнительно он делает для того, чтобы поддержать учеников. А директор решает, так это или нет. Еще одним критерием повышения зарплаты учителя является его помощь коллегам и содействие коллективному обучению.

У разных учителей уровень зарплаты может быть разным, но обычно эти отличия невелики. Потому что директор не хочет, чтобы в школе была напряженность между коллегами. У нас нет такой практики, как в украинских школах, что учителя проходят аттестацию, получают категории. Мы только начали двигаться в этом направлении, чтобы благодаря своему труду учитель мог подниматься по карьерной лестнице. Определены несколько уровней профессиональной квалификации учителя, но они нечетко очерчены. Мы над этим будем работать. 

— От директора школы зависит многое. Кто его назначает? Есть ли в школе наблюдательный совет?

— Назначает директора муниципалитет. Советы при школах — это органы для обсуждения, но не для принятия решений. В них входят ученики, родители, представители профсоюзов.

— Сколько лет человек может занимать должность директора школы? 

— Официальных ограничений срока нет. Но традиционно директора назначают на три года, а после этого продлевают срок. У нас, честно говоря, проблема в том, что не очень много желающих быть директорами школ. Мы бы хотели, чтобы они дольше оставались на должностях директоров.

— Шведские муниципальные школы финансируются только государством, или у них есть родительские взносы?

— Только средства муниципалитета. В школах запрещено брать какие-либо деньги. Даже если школа организовывает поездку на экскурсию, запрещено, чтобы дети приносили деньги на билеты за проезд. И в частных школах, кстати, тоже. 

— Как финансируются школы? Есть ли у вас образовательный ваучер — "деньги ходят за ребенком"?

— Нет, ваучера нет. Хотя система финансирования довольно сложная. Муниципалитеты решают сами, как распределять финансирование между школами, в какое учебное заведение вложить больше средств, поскольку оно нуждается в большей поддержке. Частные школы получают на каждого ученика сумму средств, которая в среднем тратится местной властью на одного ученика в муниципальной школе. Каждый муниципалитет решает сам, что закладывать в эту сумму на одного ученика, как ее рассчитать. Бывает, что какой-то местный политик решает: мы должны купить айпады для всех детей. И тогда муниципалитет добавляет эти средства. В другом муниципалитете директор может сказать: хотим купить планшеты для всех учеников нашей школы. И ему дадут средства. А уж как распределять деньги в школе — решает директор.

— Частная школа — это означает только то, что ее основателем не является государство?

— Да. Различия между частными и государственными школами не прослеживается. У нас состоялась реформа, которая позволяет всем желающим, даже коммерческой компании, открыть собственную школу. Это может быть прибыльная или неприбыльная школа. У нас идут политические дебаты между правыми и левыми по поводу того, могут ли школы, созданные компаниями, приносить доход. Но эти дискуссии нельзя назвать бурными, и они не играют какой-то важной роли.

Реформа предусматривала, что частные школы дадут новый импульс нашему образованию, что это будут какие-то новые методики. Но этого не произошло, и, в принципе, частные и государственные школы предлагают одинаковое образование. 

— Есть ли в ваших школах коррупция?

— Такого явления в шведских школах нет. Есть определенное опасение, что учителя будут повышать оценки ученикам, чтобы повысить популярность школы. Но это не массовое явление. Мы вообще опасаемся тенденции слишком рыночных подходов к школе. Так как некоторые школы себя рекламируют — "смотрите, какие у нас хорошие компьютеры", вместо того чтобы повышать качество обучения.

— С какого класса ставятся оценки? 

— С шестого. До этого оценок нет. По этому поводу у нас идут очень бурные обсуждения на политическом уровне. Вопрос оценивания знаний используют в дискуссиях политические оппоненты, чтобы обвинить друг друга. До недавних пор у нас начинали ставить оценки не раньше восьмого класса. После горячих дебатов приняли решение ввести оценки в шестом классе. Те, кто возражал против этого, говорили, что оценки — дополнительный стресс, нагрузка, что дети слишком малы для них. Но не прошло и года, как уже говорят об оценках в четвертом классе. Политики эксплуатируют этот вопрос. Было принято решение экспериментально в отдельных школах ввести оценивание с четвертого класса. Мы заметили, что это не пошло на пользу. Теперь политики, защищавшие такое решение, пытаются детализировать результаты, разобраться в причинах. Мы стараемся, чтобы каждое политическое решение опиралось на научно обоснованные результаты, а не на популизм. 

Оценки разрабатываются на основе абсолютных критериев. Ученик может смотреть на критерии и уже сам решать, в чем он силен, а на что надо обратить внимание.

— Учитель не держит у себя в столе критерии, по которым выставляются оценки, их имеет и ученик?

— Да. Учитель обсуждает критерии с учеником. Но мне кажется, что в Швеции учителя слишком много обсуждают критерии оценивания с учениками, вместо того чтобы говорить о том, почему их предмет важен. Сейчас у нас идут дебаты вокруг того, не много ли свободы у учеников. Некоторые считают, что старшеклассников никто не направляет, они сами решают, что им интересно. Другие говорят, что только в условиях свободы, когда ученик делает то, что его действительно мотивирует и вдохновляет, возможно успешное обучение. 

— Вы имеете в виду свободу в выборе предметов?

— Нет, свободу в том, как ученик организовывает собственное обучение. Например, если в школе изучают животных, каждый ученик определяет, каких животных будет исследовать и что именно хочет делать. Или, если он вообще не хочет писать о животных, он будет писать о чем-то другом. Другой подход — это когда учитель ставит более конкретные задачи.

— А как насчет выбора предметов? 

— Он есть только в 10, 11, 12 классах. Но это уже после 16 лет, и обучение до 12 класса — необязательное образование. Есть шесть обязательных, ценных для всех предметов, и еще 10 — на выбор. 

— Условия, в которых развивается шведское и украинское образование, нельзя сравнивать. 

— Да, Украина стоит на распутье в различных сферах, а не только в образовании. И все эти перекрестки-распутья тесно переплетаются. Вам надо найти свой путь для движения в будущее. Причем одновременно во всех направлениях. 

Но и в Швеции есть свои проблемы — результаты наших школьников в международном исследовании PISA пошли вниз. Если раньше у нас в обществе было больше консенсуса в вопросах образования, то последние несколько лет такого консенсуса нет. И это проблема. В таких условиях очень трудно принимать решения, быстро реагировать на ситуацию. Мы надеемся, что эта проблема у нас разрешится. 

Конечно, в Украине таких дилемм еще больше. Так как больше проблем. Я думаю, у вас сейчас очень интересные времена.

— Но тяжелые.

— Да, но эту сложность надо воспринимать не как большую проблему, а как возможность. 

 

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно