Танцуют… не все

29 апреля, 2010, 15:05 Распечатать Выпуск №17, 29 апреля-14 мая

«В области балета» Украина теряет лучшие силы В конце апреля традиционно отмечают Международный день танца… В связи с этим и хотелось бы затронуть «танцевальную тему» — в украинском контексте...

«В области балета» Украина теряет лучшие силы

В конце апреля традиционно отмечают Международный день танца… В связи с этим и хотелось бы затронуть «танцевальную тему» — в украинском контексте. Саркастичные строки Юрия Визбора «Зато мы делаем ракеты, перекрываем Енисей, а также в области балета мы впереди планеты всей» были исполнены в СССР почти полвека назад. За это время многое изменилось. И с нашими ракетами и с балетом на постсоветском пространстве успешно конкурируют не только западные страны, но и Китай с Японией. А ведь искусство это на самом деле ценится не меньше, чем высокие технологии. В том числе и танец современный, где язык тела не требует ни замысловатых слов, ни их дубляжа, субтитров или перевода.

Напомню, что праздник танца всем миром договорились отмечать в день рождения француза Жана Жоржа Новера, признанного отцом современного балета. А если учесть, что родился хореограф в XVIII столетии, а умер в начале ХIХ, то станет ясно, что балет как пьеса, рассказанная с помощью танца, существует очень давно. Однако современные французские постановщики (равно как американские, немецкие или шведские) думают об этом искусстве совсем иначе. На «Французской весне», ежегодно проходящей в Украине, каждый раз приходится гадать, является ли танцем то, что привозят нам с родины балетного искусства. И однозначного ответа не возникает. Зато во Франции каждая провинция имеет свой хореографический центр — такие знаменитости, как Анжелен Прельжокаж, Карин Сапорта или Маги Марен, обосновались соответственно в Экс-ан-Провансе, Нижней Нормандии и Лионе. Благодаря им и десяткам других креативных балетмейстеров, современный танец во Франции едва ли не популярнее кинематографа.

При этом не теряет традиционного стиля и техники великолепная труппа Гранд-опера — там даже русская балетная классика порой смотрится изысканней, чем в Москве или Санкт-Петербурге. А если вспомнить, что парижский балет многие годы поочередно возглавляли киевлянин Сергей Лифарь и ленинградец татарского происхождения Рудольф Нуреев, магнитная стрелка балетного компаса вовсе сбивается с «правильного» направления и начинает бешено крутиться вокруг своей оси.

Отток балетных кадров из Украины удручает. Уроженец Кривого Рога Владимир Малахов руководит Берлинским балетом, выпускники Киевского хореографического училища Леонид Сарафанов, Денис и Анастасия Матвиенко блистают на Мариинской сцене Санкт-Петербурга. Иван Путров — в главном театре Великобритании. Танцовщики из Украины заняты практически в каждой европейской труппе. Еще больше артистов балета в качестве дешевой рабочей силы выступают по контракту с зарубежными антрепренерами — от Испании до Великобритании.

В то же время достойный зарубежный опыт, хоть и нечасто, показывают нам. Западные артисты (по преимуществу с русскими фамилиями) бывают в гостях на международных фестивалях в Донецке и Киеве. Приезжал в столицу Украины для постановки балета «Грек Зорба» Лорка Мясин. У балетмейстера с необычным именем и русской фамилией отец — из дягилевской антрепризы, которая еще сто лет назад изменила представления о балете.

У нас же это слово по-прежнему связывают с академическим танцем. Ему клянутся в верности, и этим часто оправдывают запах нафталина в помещении балетных залов. Но еще хуже, если на афише рядом с Петипа ставит свою фамилию бывший артист кордебалета Петя Тютькин, создавший на основе классики современный «шедевр». Спору нет — классическая выучка необходима, но если она не лишает танец новых идей и нового пластического языка. «Спящая красавица» украинского балета может в очередной раз проспать момент живительного поцелуя. В этой полудреме балетмейстеры заимствуют модерн среднеевропейского розлива с пиратских видеокассет. Авторский хореографический театр, существовавший во времена Юрия Григоровича или Анатолия Шекеры, исчезает как вид искусства. Свежий пример — конфликт в Днепропетровском театре оперы и балета, где худо-бедно, но оригинальные постановки появлялись.

* * *

В Харькове тоже сложилась парадоксальная ситуация разрыва между классикой и современным танцем. Театр, где был создан первый в стране национальный балет, всегда отличался оригинальным репертуаром — кроме «Лебединого озера» здесь ставили и танец Испании в чистом виде, и рок-балет, и неоклассику Стравинского, и балет «Евпраксия» по роману П.Загребельного. Труппа ныне открыта для экспериментаторов, один уже на подходе — петербургский балетмейстер Василий Медведев впервые в Украине и России предложит не детский, а современный вариант «Золушки» с неизвестной музыкой короля вальса Иоганна Штрауса и неожиданными поворотами традиционного сюжета.

Возможно, причина нынешнего застоя кроется в том, что главные балетмейстеры в наших академических театрах (как правило, бывшие артисты, ревнители классики) чаще занимают эти должности не по призванию и высокому уровню собственных постановок, а потому, что «больше некому». Иногда выручают коллег своими работами такие свободные художники, как Алла Рубина или главный балетмейстер Киевского муниципального театра Виктор Литвинов. Но заявлять, что после былых успехов у них открылось «второе дыхание», было бы преждевременным. Не случайно в Одессу на должность главного балетмейстера пригласили бывшего танцовщика Большого театра Юрия Васюченко. Фамилия известная, но профессия все же другая. Первым спектаклем, который появился с его приходом, был дивертисмент в честь Рудольфа Нуреева. Задуманный с размахом и рассчитанный на коммерческий успех, он оказался вторичным по всем статьям. Разумеется, что ситуация с вырождением балетмейстерского искусства сложилась не в одночасье, а назревала десятилетиями.

* * *

Своеобразный рассказчик Марк Гаврилович Гурченко с восторгом относился к столичным ансамблям песни и пляски, выступавшим более полувека назад. «Влыбаются усе, довольные», — словами отца передает главную причину этого умилительного восторга Людмила Марковна Гурченко в автобиографической книге.

Похоже, что привычка «влыбаться» при любом коленце народного танца остается мерилом его успешного существования в наши дни и не меняется ни при какой власти. «Раз они пляшут, значит довольны», — похоже отзывалась о своих подопечных Екатерина, проезжая через «потемкинские деревни». Такими «деревнями» ныне часто становятся смотрины художественных коллективов областного масштаба, когда в них приплясывают разноголосые кучки деревенских жителей в основном пенсионного возраста. Они в общем и доказывают, что фольклор, в том числе и танцевальный, у нас тоже на грани вымирания. На самом деле сравнивать его с танцем народно-сценическим, где царит трюкачество и дешевый провинциальный шик, все равно что называть грудь Верки Сердючки материнской. Не говоря уже о наигранном оптимизме композиций.

Ведь танцы ликующие были характерны и для эпохи сталинского террора, и для воспевания хрущевской кукурузы, и для «раскраски» болотной жизни при Брежневе. Мало что изменилось и теперь, разве что фонограммы стали погромче, а юбки у танцовщиц покороче.

Все это имеет отношение к балету, потому что «мичуринские» прививки классического танца к дичкам народного фольклора давно перестали давать «съедобные» плоды. Исчерпанность национальной тематики также говорит о тупиковой ситуации. В балете использованы практически все популярные сюжеты Шевченко, Леси Украинки и других отечественных классиков.

Чтобы завлечь зрителя, в ход пошла украинская демонология, проще говоря, нечисть. Кстати или некстати патриоты края вспомнили рассказ Захер-Мазоха «Дон Жуан з Коломиї», создав балет и на эту тему. Слава Богу, хоть детям украинские театры показывают «Белоснежку» и «Айболита». Но, как бы компенсируя отсутствие национальной принадлежности героев, в балете Ю.Шевченко «Буратино и волшебная скрипка» на сцене Национальной оперы Лиса Алиса и Кот Базилио сливаются в экстазе под музыку «Ніч яка місячна».

В одесском «Айболите» на музыку Нино Рота много противоречий между развлекательностью и содержательностью.

Здесь ярче всех оказался «пикник» современного Бармалео на экзотическом курорте, где его окружают «братаны» и местные «путаны» (впрочем, крокодил и жираф на их фоне тоже просматриваются). Замысел создателей балета уж очень пафосный: человек в белом халате передает «гуманитарную эстафету» своему преемнику в коротких штанишках (правда, мускулистому артисту на вид далеко за двадцать). Конечно, в таком возрасте доктор уже не страшен, но маленькие дети, как правило, от человека в белом халате стараются удрать, а не представляют его романтическим героем. Остаются вопросы к таким же «малолеткам» Танечке и Ванечке. Кто они — участники пионерской игры «Зарница» или любовники? Впору в финале свадьбу играть. А когда нехороший Бармалео, укушенный крокодилом, выпивает до дна чашу, куда слил змеиный яд «добрый доктор Айболит», знак вопроса выпрямляется в восклицательный. Ведь от крокодильих укусов вряд ли можно излечиться таким образом, скорее наоборот.

С драматургией и содержательностью действия в балетном царстве-государстве вообще беда. Странно, что это противоречит общей ситуации в украинском театре, который пестрит идейными новациями и смелыми проектами. Балетмейстеры же, как правило, мыслят категориями давно увядшей эстетики драмбалета и прямолинейно переводят литературные образы в трафареты классического танца. В том же «Буратино» главный герой и Мальвина танцуют па-де-де как балетные виртуозы. Хотя даже детская логика подсказывает, что пластика деревянного человечка должна быть совсем другой.

Часто в ход идут стереотипы балетной драматургии ХIХ столетия — сны и волшебные зеркала, как в балете «Даниэла» М.Чембержи на сцене Национальной оперы. Сказать, что эти тряпичные страсти и ходульные персонажи приближают балетное искусство к современному зрителю даже при любви к отечественному «производителю» язык не повернется.

Неслучайно именно в Киеве бунтует против подобных стереотипов «классического» мышления руководитель модерн-балета Раду Поклитару. Хотя в его радикально решенном «Щелкунчике» (как и в других спектаклях танцевального андеграунда) просматриваются не только пародийные вызовы устаревшим канонам, но и стремление отыскать в зале души, родственные героям спектакля. И в этом он весьма преуспел, особенно у молодежной аудитории. А Россия откровенно завидует, что в Украине есть такой продвинутый постановщик и меценат у его театра.

* * *

Последний мотив многое решает в судьбе современного танца, который часто ошибочно связывают с шоу-бизнесом и клубно-ресторанными забавами. В конечном итоге те сами себя и кормят. На этом поприще карт-бланш имеет Елена Коляденко. Большинство СМИ представляют ее как лидера современного танца. А идеи и практика полномочного представителя этого искусства в Украине Ларисы Венедиктовой остаются в тени. Но чему удивляться, если спектакль Национальной оперы «Мастер и Маргарита» по Булгакову был приглашен поставить Давид Авдыш, бывший балетмейстер ресторана-варьете «Тройка»?

Да, культурные приоритеты сдвинулись. Вряд ли в обозримом будущем Украина приблизится к Европе в развитии балетного искусства. Не чувствуется и государственной поддержки современного танца. Потому ноги в розовых пуантах с веселым топотом пересекают кордоны Украины, чтобы порадовать зарубежного зрителя. Этот отток уже можно сравнить с эмиграцией научных мозгов, которые знали, как строить ракеты и перекрывать реки. В заключение программы ожидается «Танец маленьких лебедей» на руках в исполнении китайского акробатического балета.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно